Глава 7

Пока я накрывал пиджаком кицунэ, за моей спиной тихо отворилась дверь в лабораторию, но благодаря слиянию с горгом, мой слух уловил этот звук, а после я услышал голос Эльзы:

— Похоже, я не вовремя…

При этом голос её дрожал, но только непонятно, от каких эмоций. Я обернулся и увидел, как она нервно сжимает пальцами потрёпанный кожаный переплёт книги с вытертым золотым теснением. Эльза отвела взгляд и тут же наткнулась на небольшой столик с подносом, двумя стаканами и штофом наливки. Она выдержала паузу и попятилась к двери, затем резко развернулась на пятках и уже хотела было выбежать, но я оказался чуточку быстрее, перегородив ей дорогу.

— Эльза, ты ведёшь себя странно. Что случилось? Ты мне не помешала. Просто Юмэ попала сегодня в серьёзную передрягу, и для того, чтобы её отпустило нервное напряжение, она отчего-то махом решила выпить стакан наливки. А поскольку, как лекарь, ты должна знать, что алкоголь на азиатов действует несколько иначе, чем на нас, то её мгновенно отключило. Поэтому я укрыл её пиджаком. Не знаю, о чём ты подумала…

— Ни о чём! — тут же вспыхнула Эльза и выставила перед собой книгу будто щит. — Юра, мне нужна твоя помощь.

— Ты же знаешь, я всегда помогу, чем смогу, — ободряюще улыбнулся я. — В чём дело?

— В подарке Солнцева… — наконец собралась с мыслями Эльза и положила передо мной фолиант.

Она нервно попыталась открыть книгу в местах, где у неё были вложены закладки. Страницы с шуршанием раскрылись, обнажая странные символы, напоминающие сплетение рун, клинописи и чертежи — то ли анатомические схемы, то ли инструкции по сборке неведомого механизма. На первых листах ещё имелись пометки на русском, причём поверх клинописей — неровные, сделанные впопыхах, странные, кое-где перечёркнутые. Например: «синхронизация энергетических меридианов с нервными узлами требует…» Но дочитать я не смог.

— Что это?..

— Ты не поверишь, — глаза Эльзы загорелись фанатичным огнём. — Мне кажется, здесь описана методика для трансплантации конечностей! Рабочая!.. — княжна на секунду запнулась, но всё же закончила: — Во всяком случае её первая часть. Я проверила…

Изумлению моему не было предела, а взгляд почему-то машинально отметил, как Эльза спрятала руки у себя за спиной.

— Эльза… — я взял её за локоть и заставил показать мне руки, поверхность которых покрывала сетка свежих аккуратных шрамов.

— Ты проверила на себе? — я не мог поверить в увиденное. — Ты резала пальцы и приращивала их обратно⁈

— А как ещё я должна была проверить истинность методики? — возмутилась Эльза. — Книге неизвестно сколько лет! Мы даже не представляем, на каком языке она написана. Ни анализов, ни инструкций — только теория и эти… — она тыкала в пометки, — пожелтевшие заметки какого-то фанатика!

Я дёрнул её запястье, переворачивая ладонь вверх. Хоть шрамы и были идеально ровными для любительской работы, но это ни черта меня не успокоило.

— Ты сошла с ума! Это не эксперименты — это русская рулетка с анатомией! А что, если бы не прижилось? А что, если бы ты ошиблась и начался некроз? Кто тебя лечил бы?

— Сама справилась бы! — зашипела Эльза, вырывая руку из моих ладоней, но при этом отвела взгляд.

— Чушь! Эльза, услышь меня, — я пытался достучаться до разума девушки. — Ты в больнице стажируешься меньше недели, а уже считаешь себя опытным лекарем? Такие эксперименты делаются в присутствии наставника. Он же и проверяет, насколько правильно ты сращиваешь то, что отрезала. Даже если ты настолько фанатична и самоуверенна, что решаешь резать и проверять на себе — тебе нужен кто-то, кто проконтролирует и подстрахует. Если что-то пойдёт не так!

— Юра, какой наставник? Книга дорогущая и настолько старая, что я даже не могу представить её возраст, — вспыхнула Эльза, прижимая к себе фолиант. — Методика неизвестная и вероятно настолько уникальная, что вряд ли её можно показывать всем подряд. Какой наставник? Такие вещи, словно жемчужины, появляются далеко не в каждом роду. И если мы научимся использовать то, что здесь скрыто, это откроет нам невероятные перспективы. А ты на ровном месте трясёшься надо мной!

Я смотрел на Эльзу и не понимал, то ли в ней проснулось честолюбие, то ли фанатизм, то ли идиотизм, уж простите.

— Эльза, я очень надеюсь, что на этой книге не стоит какая-нибудь ментальная печать, которая заставила тебя всё это проверять на себе. Поверь, такое тоже бывает, если кто-то когда-то взял чужое. Защита, помнишь такое слово? А если бы ты хотя бы на секунду задумалась, то вспомнила бы, что у нас в роду есть доктор Лемонс, и он давал клятву верности. Уж он точно никому и ничего не рассказал бы, но проконтролировал все твои эксперименты.

Эльза опустила голову и, боясь встретиться со мной взглядом.

— Пообещай мне, что впредь ты будешь проводить эксперименты исключительно под контролем доктора Лемонса. Ты понимаешь, что это просто-напросто опасно?

— Да что здесь может быть опасного? — уже из чисто женского упрямства продолжала возражать Эльза, но уже без огонька и былого напора. — Я же всего лишь изучала один раздел по сращиванию именно тканей, костей, сухожилий и нервов. Я даже не перешла к сращиванию энергетических каналов и их синхронизации с нервными окончаниями. Это же всё можно делать на себе, проверяя и точно понимая, зная свою энергетическую структуру… Это безопасно!

— Это один раздел. А если дальше потребуется полностью отрубить себе руку, а не палец? Ты хочешь сказать, что ты будешь это делать, проверяя на себе? Не вздумай, иначе я уничтожу эту книгу просто потому, что она опасна и влияет на тебя сильнее любого проклятия!

Эльза почему-то вцепилась в бедный фолиант и прижала его к себе, будто я и правда собирался отнять самое дорогое её сокровище.

— Эльза, не дури. Ты сама пришла ко мне за помощью, а теперь ведёшь себя как ребёнок, у которого пытаются отнять любимую игрушку.

Эльза закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов.

— Ты прав… — руки её дрожали, когда книга со стуком упала на операционный стол, где до того мы проводили восстановление конечностей Олегу Ольгердовичу. — Я сама пришла к тебе за помощью. Ты не мог бы посмотреть внимательно содержание? Дело в том, что книга написана на неизвестном языке. Расшифрован только один раздел… А остальное — нет. А у тебя есть память рода — может быть, она как-то сможет подсказать тебе? Иначе на расшифровку по одним схемам без обозначений уйдёт очень много времени. А я нутром чувствую, что эта книга может помочь нам именно с трансплантацией конечностей для ветеранов. Я чувствую, что некоторые знания, которые я уже оттуда почерпнула, нам будут нужны. Помоги.

До этого я скользнул взглядом по открытой странице с уймой пометок, но русские расшифровки перекрывали большинство текста. Из-за этого было достаточно сложно увидеть цельную картину. Для этого я открыл чистые страницы ближе к концу и принялся всматриваться. Вдруг сработал бы фокус как с самоучителем магии кошмаров.

Я попал на страницу, где была схематически изображена человеческая кисть, вот только создана она была не из привычных костей, а как будто являлась неким металлическим устройством из множества деталей, шарниров и прочего. Я внимательно всматривался в чертёж и с удивлением понял, что хоть и со сложностями, но смог прочитать подпись внизу: «Био-маго-механический протез».

Эльза оказалась права, эта книга действительно может нам помочь!

Откуда у меня взялись знания совершенно неизвестного языка? Хотел бы я сам знать. То ли прошлая жизнь аукнулась, то ли я весь такой из себя криптолингвист дешифровщик. Но сейчас меня больше интересовало именно написанное в книге.

— Готовь лист и артефакторное перо, будешь делать заметки.

Эльза, увидев мой сосредоточенный взгляд, тут же достала всё необходимое. Видимо, шла ко мне подготовленной. Удивительно. Либо она так верила в меня, либо надеялась на чудо. Чудо я ей явил, но не в полной мере. Читать текст мне со скрипом, но удавалось. Но и только! Смысл написанного по большей части от меня ускользал. Это всё равно что читать сложнейший учебник по неизвестному предмету и пытаться выискивать там знакомые слова, кроме предлогов.

Я мог перерисовать рунические цепочки, использовавшиеся там, но пояснение действия той или иной рунической цепочки пестрило таким количеством незнакомых терминов и понятий, что я совершенно не понимал, о чём велась речь. Задавив в себе раздражение от непонимания, я сосредоточился. Любое повествование обычно ведётся от простого к сложному. Потому моё непонимание содержания было вполне закономерным, ведь передо мной была открыта страница со схемой ближе к концу книги. А читать всё это необходимо было с самого начала.

Открыв первую страницу, я с удивлением обнаружил, что она была вырвана, а дальше шло оглавление. Оглавление делилось на основополагающие части, от наименования которых у меня уже ум за разум зашёл, без шуток:

«Биоэнергетические и нейрофизиологические основы интеграции живых тканей с гибридными магомеханическими системами».

«Принципы биосовместимости в контексте синтеза органических и артефактных структур».

«Теория эфирно-тканевого симбиоза в проектировании анимированных протезов».

«Энерготрансдукция в живых системах как основа для активации артефактных имплантатов».

«Рунические и нейробиологические парадигмы управления биомагическими протезами».

«Динамика эфирно-клеточного взаимодействия в гибридных протезных системах».

«Оптимизация нейро-магических каналов связи в биоадаптивных протезах».

«Методы минимизации энтропийного дисбаланса на границе живых и артефактных тканей».

Шестерёнки в моём мозгу чуда не сотворили, я и понятия не имел, о чем велась речь в этой зауми, но разум всё же для себя вычленил в упрощённом варианте следующее: книжица делилась на четыре условных части: биологическая теория, механическая составляющая, магическая теория и некая практическая часть, объединяющая все три компонента, изначально рассмотренных.

Насколько я мог судить, дешифратор более-менее разобраться смог исключительно с биологической частью, а именно тем параграфом или разделом, где работа шла исключительно с телом человека. Дальше бедолага не продвинулся. Вопрос в другом: все три части без изучения поочерёдно невозможно было применить в финальном, четвёртом разделе, где всё это объединялось.

И как бы мы ни хотели сразу взяться за изготовление био-маго-механических протезов — это было слишком оптимистичное желание. Для начала необходимо было изучить теорию.

— Эльза, что у тебя с первой частью? Всё поняла? — решил я пойти по самому простому варианту.

— Первый раздел с пометками я смогла более-менее разобрать и повторить… — она замолчала, затем твёрдо добавила: — Но, если ты сможешь прочитать первоисточник, возможно, некоторые моменты придётся сверять заново.

— Давай так: я читаю, что написано в оригинале. В местах, где, моя информация, отличается от того, что ты прочитала в заметках, — ты меня останавливаешь, и мы вместе рассматриваем. Годится?

— Годится, — княжна кивнула и уселась напротив меня, как прилежная ученица.

Я же принялся читать вслух. Меня накрыло ощущение, будто бы я читаю детям у камина сказку, но это ощущение очень скоро улетучилось без следа.

Первый раздел касался именно подробного строения конечностей: кости, мышцы, нервные окончания, сочленения, правильная работа сухожилий, кровоток и всё остальное. Отдельное внимание уделялось выделительной системе, отведению влаги и, соответственно, поверхности кожи как таковой — её многослойности.

Всё, что я читал, Эльза кивала и подтверждала:

— Да, в принципе, всё прочитанное мне понятно… — она правда заметила: — Неизвестный дешифратор эту часть вообще пропустил, предполагая, что любой, взявшийся за этот труд, уже должен иметь соответствующие знания. Поэтому можешь переходить дальше.

— Нет уж, дорогая. По порядку — значит, по порядку.

Мы читали дальше. Дальше шла теория ампутации в различных условиях, сложности при рубцевании культей и последующая предтрансплантационная подготовка конечностей. И это только биологический аспект.

Я оторвал взгляд от текста и заметил, как быстро конспектирует что-то на листке Эльза, чуть высунув от прилежания кончик языка. Закончив писать, она с сожалением в голосе сказала:

— Останавливайся.

— Пошли различия? — на всякий случай уточнил я.

— Нет, — грустно покачала она головой. — Пришло понимание нехватки базовых знаний. Я сейчас на листке выписывала только непонятные определения, тобой прочитанные, и то листка не хватило. Дальше нет смысла соваться. Ты был прав. Я слишком много о себе возомнила.

— Эльза, милая! Опыт и знания — дело наживное! Главное у тебя есть упорство и желание учиться! — поддержал я лекарку. — И раз уж мы остановились, то давай хоть одним глазком взглянем на следующий раздел.

Там всё оказалось ещё печальней. Кроме текста, стали встречаться словари и таблицы с некими показателями, разновидностями рунных цепочек и КПД различных магических накопителей.

Даже в паре с Эльзой мы не смогли уйти дальше первых двух страниц. Оказалось, что наших знаний попросту не хватает. Уже то, что мы хотя бы смогли разобрать в тексте наличие энергетических меридианов, проводящих элементов с уникальной рунической насечкой, проводящие эфирный заряд, ядро-регулятор, якобы стабилизирующий связь между нервной системой и протезом, и элемент подзарядки, чтобы конечность постоянно подпитывалась не только от жизненной силы носителя, но и в автономном режиме, мы искренне посчитали личной победой..

Эльза устало потёрла виски и подняла на меня разочарованный взгляд:

— Я и десятой части не понимаю… если быть честной.

— Поверь мне, я ушёл не дальше твоего, — хмыкнул я. — Видимо, этот раздел всё-таки больше по части артефакторов… Будем привлекать Юматова? Подозреваю, что с технической и механической частью мы и вовсе без него не разберёмся.

— Придётся… — сдалась Эльза. — И Лемонса тоже. Со всех придётся брать клятву о неразглашении. Если не согласятся — то искать артефакторов-энтузиастов, которые пойдут на такие условия.

— Лемонс и так наш, — напомнил я Эльзе, — а Юматов не думаю, что не согласится, — улыбнулся я. — Сегодня я ему практически подарил управление мастерской по производству дорогущих артефактов для дворца. Поэтому, думаю, он пойдёт навстречу и сядет с нами разбираться.

Так и решили: на время остановить чтение и разбор древнего фолианта и пригласить на вечер Лемонса и Юматова, чтобы попытаться разобраться вместе с ними.

Кицунэ заворочалась на кушетке, видимо, от наших голосов, и начала приходить в себя. Я посмотрел на карманные часы и с удивлением обнаружил, что прошло уже часа четыре после отъезда бабушки на встречу… а от неё не было ни слуху, ни духу. Я начал беспокоиться и даже попытался связаться с Василисой, выглянув из лаборатории. Но та лениво отреагировала на моё беспокойство, показав мне картину вычёсывания себя любимой силами Олега Ольгердовича. Уже легче. Я вернулся в лабораторию.

А ведь нам уже нужно было отправляться в больницу для того, чтобы пообщаться с первой десяткой ветеранов из списка. Поскольку наши надежды на создание уникальных био-маго-механических протезов пока были всего лишь надеждами, необходимо было прорабатывать основной вариант — тот, в котором мы сильны, а именно: вариант восстановления конечностей через химеризм.

К тому же, ещё неизвестно, как к нашим изысканиям по объединению тела, магии и механики отнесутся в империи… Поэтому пока что придётся прорабатывать параллельно вариант возвращения подвижности по старинке.

Словно в ответ на мои мысли, я услышал эхо тяжёлых шагов, спускающихся по каменной лестнице, а вслед за этим бабушка заглянула в лабораторию:

— Я вас по всему особняку обыскалась! Не думала, что вы до сих пор отсиживаетесь здесь… Ладно Юмэ, а вы-то почему здесь?

Мы с Эльзой синхронно указали на фолиант, а я коротко пересказал наши последние изыскания. На бабушку они произвели сильное впечатление.

— Если у нас получится, то эта технология станет не просто золотым дном, а источником незыблемой репутации в империи.

* * *

Жизнь хорошо научила Юмэ притворяться. Именно поэтому, когда Юрий поставил перед ней штоф с алкоголем, она без раздумий выпила чрезмерно много, даже по местным меркам, и сделала вид, что сомлела. Актёрские способности всегда были у неё на высоте: даже не пришлось накладывать какую-либо иллюзию.

После всех пережитых волнений она действительно на некоторое время отключилась. Не более пяти минут потребовалось сильному организму кицунэ, чтобы вывести алкоголь из крови, и далее она лишь притворялась, внимательно слушая и собирая информацию.

Судя по тому, что она услышала, сестра княжича почему-то приревновала его к кицунэ — и это была хорошая новость. Значит Юрий не так уж и безразличен, как хочет казаться. Женщины всегда гораздо тоньше определяют такие моменты. Сама же Эльза не была конкуренткой Юмэ. Шрам, близкое родство, разница магий… Нет, не стоило воспринимать её соперницей, а вот подружиться… Возможно. Подобные мысли быстро улетучились из разума Юмэ, когда она услышала то, что явно не предназначалось для чужих ушей.

Как так?

До этого момента она явно считала себя гораздо более сильной и знающей в их паре. Однако же тот факт, что у Юрия открылась память предков и он вдруг начал читать древние фолианты на незнакомых языках, говорил о несколько иной расстановке сил.

С одной стороны, Юмэ напряглась: такой источник информации всегда необходимо было иметь в собственном пользовании. В том числе это означало, что где-то в глубине его сознания есть ещё более интересные воспоминания и знания.

С другой стороны, это её даже порадовало. Не зря ей было видение о том, что именно Юрий станет основой её могущества. Всё, что нужно, — спровоцировать его на возвращение тех самых воспоминаний, нужных ей.

Та же Эльза очень ловко пришла просить о помощи, а это значит, что Юрия необходимо было всеми возможными силами затянуть в храм иллюзии, глядишь, там ему откроется то, что ей требуется для возвышения.

И ради этого стоило рискнуть.