Глава 17

Ит смотрел на сидящую напротив него Клею в кружевном платье и не чувствовал удовлетворения. Она говорила не так как в письме, раздражающе кривлялась и томно дышала.

— Ты какая-то другая, — не выдержал её болтологии Ит. — Не такая как в письмах.

— А какая я должна быть? — прикрылась веером Клея, призывно глядя на него.

— У меня ощущение, что ты вообще не помнишь, о чем мы с тобой разговаривали и что ты мне обещала.

— А что я тебе обещала? — наклонила она голову, а во взгляде карих глаз отразилась тревога.

— Это ты мне скажи, — потребовал Ит. — Мы не раз с тобой это обсуждали. И последний раз мы говорили об этом три дня назад. Ты не могла об этом так быстро забыть.

— Ах, какой же ты дурашка, — кокетливо засмеялась Клея. — Мне помогала служанка писать письма, чтобы я смогла выразить к тебе свои чувства, а то мне не хватало красноречия. Я перечитаю и сразу же отвечу тебе, что она там тебе пообещала без моего ведома.

— Служанка… значит, ты меня обманывала… — дошло до Ита осознание.

— Но ты же простишь влюбленную девушку? В любви все средства хороши, а я мечтала попасть к тебе с того момента, как увидела, — и она соблазнительно приспустила платье, чтобы он увидел округлости груди и смотрела призывно, словно приглашала попробовать. — Я теперь твоя жена и мы, наконец, встретились. Нет смысла скрывать моей любви к тебе.

По сути, она его соблазняла и предлагала себя прямо в лодке. Ит брезгливо поморщился. Он так её хотел, но когда увидел, как девушка сама раздевалась на его глазах, испытал глубокое разочарование. Она делала то, что должна была сделать риетка. Не верил, насколько прав оказался Рэт, когда говорил, что Ит получит не то, что хотел. Или брат знал об её обмане и просто молчал?

Иту даже смотреть в её сторону не хотелось, а от обиды грудь горела огнем. Ему внушили такое стойкое отвращение к природе риетки-искусительницы, что даже соблазняющая туретка вызывала мерзкие ощущения. Из самой прекрасной желанная девушка превратилась в мерзкую соблазнительницу, которая нагло ему врала, выставляя себя не той, кем являлась на самом деле.

— Ты не хочешь меня? — растерялась Клея.

— Я не просил тебя раздеваться! — сквозь зубы прошипел Ит.

— А что не так? — не поняла его туретка. — Мы теперь муж и жена.

— Я хотел покататься с тобой на лодке и вспомнить наши переписки и общие мечты, а ты даже их не помнишь!

— Какая разница⁈ Я могу узнать об этом позже и воплотить любую твою мечту! — и она полностью обнажила свою грудь.

Этого хватило, чтобы Ит сиганул в воду с лодки под испуганный визг Клеи.

— Ит⁈ Что ты делаешь⁈ Вернись!

Но он упрямо плыл к берегу, а когда вылез, всё тело дрожало от гнева и ярости, обиды за обманутые ожидания. Ему было абсолютно плевать, что он оставил девушку одну кричать на лодке. И если остальные двенадцать девушек его гарема будут вести себя так же с ним, он даже не хотел к ним притрагиваться.

— Я не животное. Не животное, — умыл лицо Ит, что привести мысли в порядок.

Спотыкаясь и держась за деревья, он направился прочь от озера, где они катались. Его вырвало желчью и тем скудным завтраком, что Ит сумел в себя запихнуть. От злости и желания мутило, мысли путались. Но что он хорошо понимал, что его элементарно соблазнила вместо Клеи опытная служанка, прекрасно знавшая, о чем мог мечтать запертый юноша, отрезанный от внешнего мира. Мягко, по-матерински его поддерживала, давала именно то, чего ему так сильно хотелось и чего он не получал от родной матери, а красивый образ девушки завершил необходимый образ, чтобы он попал в западню.

Хотелось одного. К риетке, чье имя он так и не узнал. Единственной, кто ему не соврала. Показала свое истинное лицо и честно отступила в тень, чтобы он мог соединиться со своей любимой.

В какой-то момент его накрыло волной чужих чувств, а вместе с ними привкус горечи на губах, как от лекарства, боль в районе живота. Чьи-то мягкие и ласковые прикосновения к голове.

— Нет ничего необычного? — спросил женский голос.

Ит обернулся, не понимая откуда исходил источник звука.

— Что именно необычного? — послышался уставший голос его риетки.

— Ну, например, что у тебя есть… член.

Ит едва не грохнулся, начиная осознавать, что подключился как-то к риетке и к тому, что чувствовала и слышала она.

— Фета! — послышался другой возмущенный голос.

— Что⁈ Ваша дура подключила восьмой уровень! Вот я такая же была! Ради блага клана подключила! А потом год смотрела, как ему туретские шл…хи по ошибке названые женами член сосут и что он в этот момент думает!

Грудь кольнула боль и жгучая обида, но не на слова риетки, а на что-то другое. Перед глазами возник образ снимавшейся с себя одежды Клеи. Боль стала только сильнее.

— И не смей подключаться к его воспоминаниям! — предупредила Фета. — Год! А лучше никогда! И если у тебя сейчас не проявилось никаких посторонних ощущений, значит, тебя элементарно защитил твой низкий уровень резонанса! Будь он повыше, хорошо, если бы ты не вскрылась сразу! Так что сиди на своем четвертом и детишек на нем же клепай! От тебя большего не ждали!

— Вряд ли я забеременела. Мы были заняты подключением, а не детьми.

— Отдохнешь, значит, год и потренируешься на моих.

Ит в ярости ударил в дерево и услышал треск. Не самое тонкое по толщине дерево начало падать. Лихорадочно вспоминал, что он знал о риетах и как можно добиться еще одной встречи.

Но едва он направился в сторону риетов, как подсказывало ему чутье, его окружили вооруженные электрошокерами туреты.

— Нам сказано сопроводить вас домой, — сказал центральный.

— Я хочу, чтоб меня сопроводили к риетам! — прорычал Ит.

— Отказано, вам на их территории еще год нельзя появляться.

— Я имею право поговорить с риеткой, пока не прикасался к другой девушке!

Туреты остались непреклонны и направили на него оружие. Ит почувствовал себя обманутым. Он по-прежнему не свободен, по-прежнему под контролем.

— Уйдите с дороги, иначе я применю силу!

Но они первыми начали стрелять. И к своей неожиданности Ит выдержал электрошокер. Восьмой уровень подключения пробудил бешеную силу как физическую, так и магическую. И вскоре все туреты просто лежали, обезвреженные его новой силой.

Повстречавшиеся на дороге риетки и вовсе в страхе разбежались, едва увидели Ита. В итоге до поместья Феты он добирался под звуки паники. И, разумеется, об его поступке доложили брату, как и то, куда он направлялся.

— Ит, остановись, я знаю куда ты идешь! — встретил его Рэт. — Риетка не в форме, тебя к ней пустят! Должна хотя бы неделя пройти!

— Я не собираюсь ничего делать, я не животное, каким вы меня все видите!

— Ит, нет, остановись! — встал на его пути Рэт. — Тебя ждет тринадцать красавиц, включая твою Клею! Отвлекись на них! Я сам это проходил! Это поможет, гарантирую!

— Забирай себе, раз тебе помогает! — прорычал Ит.

— Ит! Я применю силу!

— Я тоже умею её применять! — зло усмехнулся Ит.

Брат отлетел в сторону от его удара сбоку, а юноша продолжил свой путь прямо к поместью Феты, где его встречали взволнованные служанки.

— Нельзя! Остановитесь!

— Почему я не могу её просто увидеть⁈ — смотрел на них, но не видел Ит. — Разве она не моя главная жена⁈ Пускай сидит под защитой, но дайте хотя бы увидеть! Почему мне нельзя⁈ Разве ваши правила не для всех едины⁈

Ответ читался в их испуганных глазах.

— Потому что я — животное⁈ Да⁈ — закричал Ит.

К нему вышла Фета.

— Ты должен вернуться на земли своего клана, Ит! Тебе здесь быть нельзя!

— Я не хочу возвращаться в эту клетку! Я, наконец-то, на свободе! Пустите меня к ней! Я не животное! Не животное!

Прибежал Рэт. И то, как он придерживал бок, говорило о том, что ему крепко досталось от младшего брата.

— Ит, успокойся!

— Ты хотел, чтобы я получил силу⁈ Я её получил, как вы все хотели! — юноша в ярости ударил в ближайшую каменную постройку, кроша её вместе с защитой под испуганный писк риеток. — Я не желаю больше слушать! Не желаю больше подчиняться! Ты врал мне! Вы все врали мне!

— Ит! Ты не в себе! Очнись!

— Так заставь, как ты умеешь! Или теперь не можешь, когда я тебя многократно сильнее⁈ Ты врал мне, что я получу свободу! — не унимался Ит, глядя только на брата. — Говорил, что я получу, что захочу!

— Но ты же получил Клею, как я и обещал тебе!

— Я получил лицемерную куклу, вместо которой мне писала служанка! Я ей верил! Верил тебе! А получилось, что единственная кто мне не соврала искусительница, которая дала мне свободу, которой не давали все вы!

Прибежали риетки, а вместе с ними явились отец Ита и другие туреты. Хот выглядел как более старая и суровая версия Рэта, да и смотрел очень недобро на сыновей, которые еще его не замечали.

— Ит, так надо было для твоего же блага и блага нашего клана! — не сдавался Рэт.

— К черту клан! К черту тебя! — и Ит разрушил еще одну каменную постройку, а белая метка на его лбу неожиданно для всех присутствующих окрасилась в черный.

— Рита, угомони его! — повернулся в сторону риетов Рэт.

Главная риетка одним движением заставила Ита встать на колени и неподвижно замереть. И как он не дергался, невидимые путы держали его крепко.

К Иту подошел отец:

— Что за истерику ты тут устроил⁈ Как смеешь позорить меня перед всеми⁈

— Позорить⁈ — зло засмеялся Ит. — Неужели ты вспомнил, что я существую⁈

— Что за нелепые обвинения⁈ Я никогда не забывал о том, что ты — мой сын! Разве я мало для тебя сделал⁈ — округлились глаза отца.

— Ты никогда не спрашивал, чего хочу я! Никогда не интересовался моей жизнью и моими желаниями! Ты лишь хотел получить второго Рэта! Да лучше стать кастратом на цепи у колдуньи, чем еще одним вашим племенным быком, которым движет лишь одна похоть!

— Если ты так сильно хочешь стать кастратом, хорошо, ты им станешь, но я отрекусь от тебя! Ты захочешь, но я тебя обратно не приму!

Юноша поднял на него полный ярости взгляд и оскалился:

— Сочту за честь!

— Ит! Отец! — попытался образумить обоих Рэт. — Ит только прошел резонанс, он не в себе! Не понимает, что городит! Не понимает, что после полного резонанса дороги назад не будет!

— Может, он послужит для других глупцов примером, когда пожалеет о своем желании, — покачал головой отец с гневом. — Осознает свою глупость, когда старые друзья начнут дразнить его кастратом, когда он потеряет былое уважение и влияние.

Туреты ушли, за исключением Рэта. Рита же присела неподалеку от обездвиженного юноши:

— Мы не одобрим тебе полный резонанс, пока ты не придешься в себя и не начнешь трезво мыслить. Обида и гнев не лучшие советники в этом деле. К тому же тебя сначала надо править под нас, чтобы ты стал спокойнее. Смог на трезвую голову обдумать всё и взвесить.

— Делайте, как знаете, — смирился Ит.

— Почему его метка почернела? — сквозь зубы спросил Рэт.

— Это результат гнева и протеста, — поднялась Рита. — Вы все уйдете из поля его видимости, и она окрасится обратно в белый. Он еще не решился до конца. Он должен успокоиться. Вы и сами видите, что у него нервный срыв. Кто его риетка? Надо её предупредить о том, что у него случился срыв и что он на наших землях.

— Я сама ей сообщу, я знаю, кто она, — опередила всех с ответом Фета.

— Рита, мы заберем его в клан, он отоспится, успокоится… — заговорил Рэт.

— Нет, ты его не заберешь отсюда, — отрицательно покачала головой Рита. — И отоспится он здесь под нашей защитой, а не нравится, выход, ты знаешь где.

— Рита, он — турет. То, что наговорил здесь наш отец, ничего не значит для нашего клана.

— Я не говорила о том, что мы рассматриваем его вступление в наш клан. Риетами рождаются. Мы клан сменить не можем по праву рождения, если ты не забыл. Я просто не хочу, чтобы он устроил катастрофу на вашей земле. Вы толпой его не удержите. Вам его придется убить, если вы не дадите нам исправить ваши ошибки.

— Я тебя понял.

Служанки Феты помогли Иту подняться и отвели в поместье, затем в ванную комнату, где он смог немного привести себя в порядок. Рэт последовал за ними и наблюдал за братом и взглядом показал, чтобы риетки удалились.

— Ит, я понимаю, что ты очень зол на нас, — сказал Рэт, как только служанки ушли. — Но всё, что мы делали, мы делали для тебя.

— Нет, вы все это делали для себя! — посмотрел на в зеркало Ит. — Я хотел другого!

— Это последствия нервного перенапряжения, Ит. У меня оно тоже было, просто проявилось по-другому.

— Ты просто перетр…хал весь свой гарем? Верно?

— Если бы свой, — вытянул губы в линию Рэт, — я перетр…хал сначала всех наших служанок, а потом влез в парочку чужих гаремов, особенно, чьи хозяева меня бесили, прежде чем добрался до своего гарема.

Рэт заметил как брезгливо скривился Ит.

— Брат, в этом ничего дурного, особенно после воздействия риетки. Зная это, мне наши женщины не отказывают. Меня за мою выходку даже не наказали.

— И что, тебе меньше стало хотеться после всех твоих приключений? — сполоснул лицо Ит.

— Нет, но мне помогало особенно первое время, потом идет привыкание и тебе уже столько этого не надо будет. Ну, ты же меня не один год знаешь, я озабоченным становлюсь за месяц до резонанса, в остальное время я нормальный.

— Сейчас мне кажется, что я тебя по-настоящему не знаю, — со злостью отвечал Ит. — Я видел в воспоминаниях риетки вещи, о которых ты никогда не упоминал и не рассказывал. Твоих дочерей, которые дразнят тебя похотливым животным. Твою королевну Фету. Ты был прав, она действительно брезгливо кривится, однако делает так при упоминании твоего имени. И знаешь, брат, что-то мне не хочется становиться второй версией тебя.

— Ладно, риеты тебя поправят, мозги встанут на место, и мы с тобой снова поговорим, а то я даже смотреть не могу на эту твою чёрную метку.

— Хочется обозвать кастратом, да? — насмешливо уточнил Ит. — Как по мне так это лучше, чем если меня будут обзывать похотливым животным, как тебя.

— Отдыхай, потом поговорим.

Когда Рэт вышел, а за ним вошла Фета.

— Поспишь у меня дома, — сказала она. — И тебе лучше вообще не выходить на улицу, пока риеты тебя не переделают.

— То есть, снова изоляция…

— Это временно и чисто для того, чтобы тебя успокоить. Считай, в больничке отлежишься, отоспишься. И потом у тебя тут будет больше возможностей посмотреть на мир, хотя бы через Интернет. Посмотришь, как много тебе не показывали, пока ты был заперт. Сейчас придут риеты, осмотрят тебя, кое-что поправят и тебе станет немного легче.

Ит столкнулся с риетом, который его блокировал у туретов.

— Хм, мне сказали, что у тебя метка почернела, но сейчас я вижу белую, — первым заговорит риет, приступая к осмотру.

— Видимо, присутствие моего брата её перекрашивает…

— Оу, да вижу. Не только присутствие, но и упоминание. Удивительно, что ты вообще способен сейчас разговаривать, обычно туреты после своего первого резонанса кричат так, что их слышно за километр, особенно те, у кого высокий уровень как у тебя.

— Кричат? — переспросил Ит, а его брови поднялись вверх.

— Ну да, вас сначала накручивают так, что разум туманится, потом допускают до риетки, а после риетки, всё, разум пока, через месяц встретимся. Можно подсунуть кого угодно и сколько угодно, как было с твоим братом. Его же даже не пустили в гарем, сначала опытные служанки отвлекли на себя, пока к нему подобие разума не начало возвращаться.

— Он это рассказал по-другому…

— Еще бы, — презрительно скривился риет. — И я понимаю, почему ты разум не потерял. Ты по всем каналам энергию распределял, а не так как тебя туреты учили.

— Она сказала, что это поможет ослабить волну.

— И ты на это пошел? — округлились глаза у риета.

— Да. Это плохо?

— Для нас нет, мы все так делаем. Но разве туреты не запрещали тебе подобное делать? Или ты специально нарушил, чтобы посмотреть, что будет?

— Специально нарушил. Я так на девятый уровень случайно вышел, хотя едва справлялся с шестым, а такой способ неожиданно помог и раскрыл сразу три последних канала.

— Так у тебя все-таки девятый⁈ — закричал риет.

— Да…

Руки мужчины переместили на голову Ита.

— Нашлась еще одна причина, как ты разум сохранил, — стряхнул руки риет. — Я-то думал, чего туреты так громко кричали и требовали, чтобы тебе немедленно ментальные способности заблокировали. Ты уже подключался дистанционно на первый уровень.

— Хотите сказать, что мне это помогло?

— Не превратиться в безмозглое животное? Да. У моретов парни тоже немного того, но им разрешают встречаться с их риетками после дня совершеннолетия и… попробовать, как самую обыкновенную женщину, если девушка будет не против и парню удаться её на это уговорить. И у них есть практика сначала подключаться на более низкие уровни. Поэтому им болты не срывает в день их первого резонанса.

Ит почувствовал, как у него всё закипело от новой волны злости.

— Тихо, спокойнее, — коснулся его плеч риет.

— Зачем? Если можно по-другому.

— Из-за вашей силы. Многие кланы даже не развивают выше четвертого. И меченых у них больше. Парни живут изолировано с десяти лет, а не как у вас с пяти. У них к десяти больше мозгов, больше понимания чего хочет и надо ли ему изоляция или без неё справится.

— Тогда, почему брат снова мне ментальные способности разблокировал, если у туретов такое под запретом?

— Потому что он умнее и хитрее других и, думаю, понимал, что может случиться, если ты потеряешь разум как другие туреты. Минимизировал катастрофу и обошелся сломанным ребром, а не сломанной шеей. Вполне возможно, что он был в курсе, что ты попробовал по всем каналам энергию распределять, но решил тебе это спустить. И он добился того, чего хотел, вывел тебя на максимальные твои возможности.

Ит прислонился спиной к стене. После действий риета ему стало намного легче, и лишь слегка потряхивало. К тому же он чувствовал через стену присутствие своей риетки.

— К ней нельзя, — догадался об его намерениях риет. — Придется подождать.

Ит кивнул. Еще немного подождать он мог.