Глава 18

Ит впервые за долгое время нормально выспался и не чувствовал себя так же ужасно, как обычно. Даже поесть удалось нормально под любопытные взгляды многочисленных детей. И как Ит не пытался их всех сосчитать, так и не смог определить сколько их точно в доме находилось.

— Никогда не думала, что со мной под одной крышей будет спать турет, — поприветствовала его Фета.

— Рэт никогда здесь у вас не ночевал?

— Нет, он тут заснуть не может. Дай ему волю, так он бы тут месяц не спал и только бы детишек делал. Кстати, вот и он.

И она прямо на его глазах кошкой нырнула в лаз и скрылась с глаз. Прямо как в воспоминаниях его риетки.

Следом вошел Рэт.

— Ты как? — спросил брат. — Пропало желание меня убивать?

— Не до конца, — сразу нахмурился Ит. — Я еще зол на тебя.

— Ит, я же тебе говорил, что тебя ждет жестокое разочарование с Клеей, а ты мне не верил.

— Потому что ты знал, что она меня обманывает с помощью служанки? — приподнялся Ит.

— Да, я читал все ваши переписки и встречался с самой Клеей.

— И спал с ней⁈

— Ты слишком плохого обо мне мнения, — искренне обиделся Рэт. — Без особых договоренностей, ко мне ни одна женщина не подойдет ближе ста метров. И Клея все-таки дочь уважаемого турета и подобного себе бы не позволила, дабы не опозорить семью отца.

— Тогда для чего ты с ней встречался?

— Подсказал, что она должна написать тебе что-то поумнее, чем: «Я хочу тебя так сильно, что мои трусики становятся мокрыми». Тестировал её письма, прежде чем их передавали тебе.

— По сути, ты только что признался, что она хотела тебя, а не меня.

— Что поделать? — развел руками в стороны брат. — Я имею определенную славу и репутацию, и женщины мне редко пишут что-то другое. В принципе, большинству твоих одноклассников девчонки писали именно это, и этого хватало, чтобы парней крепко возбудить и замотивировать, и лишь один ты всё это брезгливо отправлял в мусор и хотел душевного разговора.

— Не могу поверить, что ты в этом участвовал…

— Ты хотел правды, я тебе всё сейчас рассказываю, как и обещал.

— За что, Рэт⁈ — заорал Ит. — Ты же мой брат!

— Потому что я хотел, чтобы ты не позорил себя низким уровнем, а стремился к большему! Четвертый уровень — позор для нашего клана, но мои слова до тебя не доходили! Ты не оставил мне иного выбора, кроме как подсунуть тебе подходящую девицу, ради которой ты бы захотел стараться! Ты же, бл…ть, сотни их перебрал, пока тебе не написала Клея и не зацепила!

— Её служанка написала, — напомнил Ит.

— Это детали.

— Так ты был уверен, что я её не получу и не узнаю правду, — наконец осознал Ит по поведению брата. — Сначала то, что я не мог подняться выше шестого, а потом бестолковая риетка. Всё складывалось так, как ты хотел.

— Прости…

В раздражении юноша направился к выходу.

— Ты куда собрался, Ит⁈

— Подышать воздухом!

Но едва парень покинул дом Феты, как увидел какого-то темноволосого мужчину слишком сладко улыбающегося и словно только и ждавшего, когда Ит к нему выйдет.

— Я — представитель клана соретов — Илит, — представился улыбающийся мужчина. — Мы слышали о вашем конфликте с вашим родным кланом и готовы предложить вам и вашей жене нашу защиту, если вы согласитесь вступить к нам. У нас одобряются полноценные браки с риетками и никто вас не осудить за желание жить с ней.

— Ты не обнаглел, сорет, прямо возле моего дома соблазнять своими предложениями моего брат⁈ — в ярости заорал Рэт до того как Ит ответил.

— Я стою на землях риетов и могу делать, какие угодно предложения и кому угодно, — сладко отвечал сорет. — И я не сказал главное вашему брату, у нас одобряется полный резонанс.

— Пошел вон! Ит еще часть нашего клана и я не потерплю тебя здесь, лживая гнида!

Ит не стал вмешиваться в их конфликт и скрылся в доме. Он повернулся к слушавшей скандал Фете, которая выглядывала из своего укрытия, готовая в любой момент спрятаться.

— Он правду сказал? — спросил Ит у риетки. — В их клане действительно всё так, как он говорит?

— Лишь отчасти, — отвечала Фета.

— Что значит отчасти? В чем подвох его предложения?

— В техниках соблазнения их женщин, — и она вручила ему пару писем, которые ей подала служанка. — Тут признания в любви Рэту от сореток.

И первая же строчка вызвала в душе Ита новую волну ярости. Стиль был другой, как и почерк, но содержание очень знакомое.

— Можешь каждое прочитать, чтобы понять, по какой технологии соблазняют соретки, — продолжила Фета. — И не трудно догадаться, что служанка твоей Клеи — соретка, которая очень грамотно тебя обработала. Видимо, не впервой этим занимается. Клее надо было только добить тебя сиськами.

— И вы это терпите⁈ — скомкал письма Ит. — Вы же… вы же риетки!

— А что мы можем сделать? — скрестила руки на груди Фета. — Да, нас это дико злит, но молодым туретам достаточно сиськи показать, а юные сореты ведутся на вот такое манипулятивное дерьмо. И половина из них бывают влюблены в сореток, к тому моменту как мы до них добираемся. Риетки в этом плане не настолько искусны, хотя именно нас называют манипуляторшами и колдуньями. Нам это просто не надо. Либо вы нас принимаете со всеми потрохами либо идете лесом.

Ит не поверил ушам.

— Рэт говорил…

— Что я им манипулирую, что я совратительница, стерва, дрянь и вообще очень плохая женщина, из-за которой он теряет разум, а его вторая жена ангел воплоти, — с пониманием закивала Фета. — Будем честны, не вытащи он меня сам из монастыря, я бы там и по сей день сидела, а он ходил бы с приборчиком и наслаждался дальше своим огромным гаремом, как и большинство туретов с нашими метками. И единственная причина, по которой он меня оттуда вытащил потому, что твой брат позавидовал Догету.

— Что⁈ — вытаращился на неё Ит. — И чем же он ему позавидовал⁈

— Что дура-риетка в Догета влюблена и покорно сидит в его клетке уже не один год.

— Влюблена… — повторил Ит, как в тумане.

— Колдуньи тоже женщины и мы не лишены чувств.

— Я могу увидеть свою риетку?

— Нет, — отрицательно покачала головой Фета.

— Почему? Я же стал спокойнее и могу держать себя в руках.

— А зачем давать ей надежду и расстраивать? Пускай лежит, отдыхает без лишних переживаний и стрессов. Ей пока даже заблокировали возможность подключаться к твоим воспоминаниям и ограничили доступ к Интернету, чтобы она ничего не узнала.

— И как вы ей это объясняете?

— Что клан её наказал за то, что она натворила. Поэтому к ней только родителей и меня пускают, а она думает над поведением. У тебя же есть время познакомиться с ней поближе по-другому, если есть сильное желание.

— Как? — наклонил голову Ит.

— Ты среди риетов, а мы совсем не против, если ты залезешь в память жены и посмотришь то, что тебе хочется узнать. Может, у тебя какие-то вопросы остались или ты где-то обижен на неё и хочешь знать, что к чему…

— А вы хотели бы полный резонанс с моим братом? — неожиданно спросил Ит.

— Ты в своем уме⁈ — ужаснулась риетка. — Я и восьмой едва с ним вывожу!

И она снова спряталась в укрытии, так как вернулся разгневанный Рэт:

— Наглая гнида! Ты не успел еще восстановиться, как он уже на пороге ошивается!

— Я вообще на улицу выйти могу или меня ждет парад представителей разных кланов? — спросил брата Ит со вздохом.

— Тебя ждёт парад шл…х всех сортов и цветов! — грубо отвечал Рэт. — И не смотри, что у них есть член, придут шл…хи! И единственные, кого я к тебе подпущу так это риетов, но они тебе вступление в свой клан никогда не предложат!

— Почему?

— Потому что у тебя член не такой, как у них!

— Э-э-э… — скривился Ит, — ты хочешь сказать, что у истинных риетов что-то наподобие того, что я видел у моей риетки⁈

— Да. Женщины их даже не пытаются никогда соблазнить, ибо опасно для здоровья. И ты что-то похожее приобретешь после полного резонанса. Даже если захочешь, ничего не сможешь. Считай, добровольно на себя пояс верности повесишь.

— А временно эту штуку можно приобрести? — с интересом уточнил Ит.

— Ты серьезно сейчас⁈ — не поверил Рэт.

— Да.

Повисла минутная пауза, пока Рэт разглядывал брата, словно пытаясь убедиться, в своем ли он уме.

— Поговорим об этом потом, а сейчас приведи мозги в порядок, пожалуйста, — отмахнулся Рэт. — Я потом к тебе еще приду.

Ему на смену пришли двое риетов: мужчина с васильковыми волосами и светловолосая женщина. Ит уставился на риетов, а риеты на него.

— Я — Тэт Арзот, а это — Лита Арзот, — первым представил мужчина себя и супругу. — А вы…

— Ит Дозон, — отозвался юноша.

— Хоть бы адское пекло здесь не встретить…

— Простите? — выгнул бровь Ит.

— Ничего, не обращайте внимания, я не о вас подумал, я всех Дозонов не знаю… Мне старшая дочь сказала, что у младшего брата Рэта срыв случился, и мы пришли младшую дочь проведать, всё ли у неё хорошо и не ожидали здесь застать кого-то из вашей семьи.

— Это… у меня срыв случился и это я брат Рэта, — помассировал затылок Ит.

— Для срыва вы какой-то слишком спокойный, — несколько удивленно заметил Тэт. — После первого резонанса туреты как минимум месяц обычно недееспособны. Вы же не меньше седьмого? Верно?

— У меня восьмой уровень…

У обоих риетов округлились от ужаса глаза, и они одновременно выдохнули:

— Бедная девочка!

— Вот это было обидно, — опешил от их реакции Ит.

— Не поймите нас неправильно! — быстро заговорил Тэт, пока его супруга в ужасе закрывала рот ладошкой. — Но при вашей буйной фантазии вашей девочке можно лишь посочувствовать! При таком уровне резонанса это же настоящий кошмар быть связанным с кем-то вроде вас!

— Всё потому что я — брат Рэта Дозона⁈ — вспылил Ит.

Оба риета с открытыми ртами уставились ему на лоб, что говорило о том, что у него снова метка почернела.

— Ну… может вашей девочке такое и нравится, — пошел на попятную Тэт, растерянно скашивая взгляд на супругу, у которой навернулись слезы при виде черной метки. — Мы немолодые и не понимаем молодежных предпочтений. Главное, чтобы вы были счастливы.

— Почему вы так странно отреагировали на то, что у меня метка почернела? — уточнил Ит всё больше понимая, что он совсем не знает риетов.

— Если вам никто не говорил, но для нас это как сообщение: «Я хочу быть добропорядочным мужем и отцом, не уверен, что справлюсь, но я этого хочу, готов дать клятву верности, что сильнее слова», — пояснил Тэт, указывая юноше на лоб. — И я не знаю радоваться за вашу девочку или ужасаться тому, что ей пришлось поучаствовать в ваших специфических развлечениях…

Лита крепко ударила говорливого мужа по плечу.

— И мы позавидовали вашей девочке, — сказала риетка, вытирая уголки глаз, — потому что у нашей девочки мальчик влюблен в туретку! И ради неё он едва не прикончил нашу дочь! Мозгов хватило сговориться с влюбленной девочкой, чтобы подключить свой драгоценный восьмой уровень! Подонок!

— Лита…

— А кто он⁈ Она даже не рассказала, зачем это сделала! Я узнала об этом от Хиты! Шкуру с него спустить мало! Да лучше с тентаклями и адским пеклом был, чем такой! — и она в слезах ушла вглубь дома, оставив мужа одного с растерянным Итом.

— Чтобы вы знали, мы нисколько не осуждаем вас за тентакли и адское пекло, — виновато произнес Тэт, примирительно коснувшись плеча Ита. — Вы такие специфичные тренировки проходите, что неудивительно, что у вас какие-то нездоровые желания появляются, и вы начинаете на эту тему фантазировать. Главное, чтобы вашу девочку это не смущало и не пугало. Желаю искренне счастья вам с вашими тентаклями, — и он ушел следом за супругой.

У Ита обе брови поднялись после разговора с Арзотами. Он повстречался с родителями своей риетки и они перепутали его с Элотом. И в их глазах кошмарные фантазии Элота были лучше чем то, как поступил Ит с их дочерью. И как признаться после такого, что он и есть тот подонок, который едва не прикончил их дочь?

С огромным любопытством Ит последовал за риетами, которые справлялись у Феты о состоянии дочери. В укрытие девушки прошла только мать, а отец остался снаружи.

— Не хотите заходить? — спросил Ит у него.

— Не люблю, когда они плачут, — признался Тэт. — Слабовольно с моей стороны, но я болезненно реагирую на слезы дочерей. Лита сильнее меня в этом плане.

— У нас вас… боялись, вы ведь отец Риты, — опасливо посмотрел на лоб риета Ит.

— Из-за красной метки? — сразу догадался Тэт.

— Да.

— Красная метка не то, что захочет поставить риетка, — скрестил руки на груди Тэт. — Её даже предпочитают поставить после первого резонанса, чтобы сохранить магию и связь. Она обратима, но запрещена, так как риетка обретает свободу, а её мужчина лишается всей магии.

— Вот как! Я думал это навсегда! А что для вас значит ваша метка? Вас не обижает, что вас из-за неё называют кастратами?

— Если по-простому наша метка — это метка однолюба. Тот, кто встретит, не усомниться и будет любить до конца, — с презрительно гримасой отвечал Тэт. — И чего я должен стесняться того, что я — однолюб? Что думают обо мне озабоченные обезьяны, меня мало волнует. Поэтому такие, как мы рождаются лишь на девятом уровне резонанса, как доказательство искренности чувств и любви. Но политике проще называть нас кастратами и манипуляторами, а наших женщин искусительницами и шпионками.

— У нас метку считают, чуть ли не проклятием…

— Черная метка — это не проклятие, а благословение высшими силами нашего клана. Клятва верности, что крепче любого слова. Особая привилегия, если можно так выразиться. Право узнать, кого мы будем искренне любить. Потому что без неё, нам бы пришлось тяжко.

— А что значит моя белая метка? — коснулся своего лба Ит. — Если черная для вас — добропорядочный муж, то белая получается… проститутка?

— Фи, зачем так грубо? Черная метка сразу помечает того, кто точно захочет долговечного брака и кому это надо, а белая для тех, кто сомневается. Вроде и хочется, а вроде и нет. Кто не захочет, они сразу рождаются без метки.

— Почему же тогда женщины рождаются все с черными метками и никогда с белыми?

— Одна из причин, чтобы скрыть истинную риетку. Потому что истинная риетка всегда в паре с истинным риетом, а остальные — это сомневающиеся. И вторая причина, чтобы защитить наших женщин от насилия. Чем именно, вы сами видели. И спросите любую риетку, захотят ли они избавиться от своей защиты и получить белую метку, вам все ответят «нет», хотя сомневающимся не нравится, что они как мужчины не могут попробовать разные варианты. Отсюда все эти моральные метания. Но в то же время именно у нас самые крепкие и счастливые браки, если паре удалось преодолеть кризисы, из-за чего нашим женщинам приписывают колдовское влияние на их мужчин.

— И у риетки совсем нет способа избавиться от своих особенностей и стать обычной женщиной?

— Есть, если она откажется от своей силы, от способности к резонансу и пройдет перерождение, поменяет внешность и изменит личность, но на такое решается очень обиженные женщины.

— И на что они могут обижаться? — все больше заинтересовывался Ит.

— На многое. У каждой своя история. Например, ни одна риетка до конца не простит измены, они потому и рождаются с этой меткой, потому что не простят.

— Но брат говорил, что его Фету всё устраивает, потому что он богат и она просто гордая и капризничает.

На лице Тэта снова появилась презрительная гримаса очень ярко говорящая, что он думал про Рэта Дозона.

— После их первого резонанса и когда Рэт пошел в разнос, — зашептал Тэт, — Фета хотела вытравить его ребенка и пройти перерождение. Не хотела даже, чтобы его потомки бегали в нашем клане.

— И что остановило? — тоже перешел на шепот Ит.

— Мать Рэта уговорила оставить внучку ей и не уничтожать её единственного сына, обещала выйти из затворничества и взять девочку на себя.

Ит несколько раз моргнул, переваривая то, что услышал.

— Мать Рэта — риетка⁈

— А вы не знали? Вам не сказали? — пришла очередь Тэта удивляться. — Первая жена вашего отца — риетка, которой нанесли такую смертельную обиду, что она прошла перерождение сразу после рождения Рэта. Мы все пытались её отговорить от этого шага. Не получилось. Она прождала год до резонанса и прошла перерождение, а когда риетка такое проходит, её объявляют мертвой. И ваш отец лишился всей своей приобретенной силы. Туреты, конечно, были недовольны её поступком, но со смертью не спорят.

— И где сейчас мать Рэта?

— Так вот она ходит, — легкомысленно Тэт указал на бесцветную и очень худую женщину, занимавшейся уборкой вместе с другими служанками Феты. — Только отцу не говорите об этом. Зэта не хочет, чтобы он знал, где она скрывается.

Ит широко раскрыл рот:

— Рэт в курсе о ней?

— Не думаю, — отрицательно покачал головой Тэт. — Её даже внучки не называют бабушкой. Для них она просто их няня.

— Брат говорил мне, что все риетки стремятся к полному резонансу… — все больше недоумевал Ит.

— Это ложь. На полный резонанс со стопроцентной уверенностью согласиться лишь истинная риетка, остальные будут сомневаться до последнего, надо ли им это, а могут и вовсе пройти перерождение и не оставить никаких шансов, как мать Рэта поступила и недавно едва не поступила одна из моих дочерей.

— А у вашей дочери какие причины?

— Её мужчина женился на другой женщине и ей это очень сильно не понравилось.

— На соретке? — машинально спросил Ит.

— Как вы догадались? — округлились синие глаза у Тэта. — Или из воспоминаний своей девочки узнали?

— Предположил, — криво усмехнулся Ит, — а воспоминания риетки я еще не умею просматривать, как это делаете вы.

— Ничего, я могу вас этому научить. Сможете посмотреть всё, что захотите.

— И она не будет против моего вторжения?

— А чего риетка будет против? — выдавил смешок Тэт.

— И это вообще никаких секретов между вами не бывает⁈

— Даже заначку никак не спрячешь и сюрприз не сделаешь, — признался Тэт с некоторой грустью. — Но когда жена союзница, а не враг, заначка просто увеличится в размере, а на сюрприз закроют глаза и искренне ему обрадуются. Самое необычное в этой связи бывает, когда впервые чувствуешь биение сердца своего ребенка, а затем как он бьет свою мамку ногой изнутри.

— Э-э-э.

— Вам еще рано об этом думать, — отмахнул Тэт, видя шок турета. — Такое происходит после полного резонанса и на девятом уровне, поэтому привыкните пока к тем возможностям, что у вас есть сейчас, и не спешите.

— Хорошо. Эм… а можно мне как-то у вас узнать про одну соретку? Насколько я знаю, вы шпионите буквально за всеми кланами и можете что-то знать про неё.

— А вам она зачем? — подозрительно прищурился Тэт.

— Скажем… я стал жертвой её обмана…

— Так про какую соретку вы хотите знать? — сменил подозрение на участие Тэт. — Я могу спросить у жены и если она в курсе, то мы вам о ней расскажем.

— Я не знаю её имени, она личная служанка одной из моих туретских жен — Клеи Клермот. Что-то вроде компаньонки.

— Минутку, — Тэт замер, словно с кем-то безмолвно общался.

Ит терпеливо ждал, пока риет поговорит с женой. И начинал понимать, чем риеты бесили туретов. Тэт жестикулировал и даже гримасничал, пока безмолвно общался с супругой, а об Ите словно позабыл.

— Да, она её знает, — снова вернулся в реальность Тэт. — Мир тесен. Она учительница и бывшая супруга несостоявшегося мужа одной из моих дочерей Наты. Он женился на ней практически сразу после резонанса с моей дочерью. У них родился общий ребенок без метки на лбу, а потом они развелись, и она сбежала к туретам…

— А причина развода?

— Моретка и моя младшая дочь, которая из мести за старшую сестру эту моретку подослала.

Ит смотрел на Тэта, Тэт смотрел на Ита. При этом риет так мягко и благодушно улыбался, словно не видел ничего критичного в том, что его дочь разрушила чужой брак с помощью другой женщины.

— Вас ничего не смущает в поступке вашей дочери? — не удержался от вопроса Ит.

— Нет, а должно? — невозмутимо отозвался Тэт.

— Просто… они могли искренне любить друг друга… — совсем растерялся юноша.

— Ну, значит, не так прочно любили, раз моретка сумела его увести у соретки, — резонно заметил Тэт. — Но и моретка его надолго не удержала, там ветреный парень и каждый раз влюбляется как в первый раз.

— А я могу поговорить с вашей дочерью или это будет наглость с моей стороны? — решил рискнуть Ит.

— С какой? — наклонил голову Тэт. — У меня их десять.

— С Натой о соретке. И я пойму, если она откажет и ей эта тема неприятна…

— Я попрошу жену, чтобы она позвонила дочери. Я думаю, Ната согласится перемыть соретке все кости.

И Тэт ушел вместе с супругой, оставив Ита в тумане из мыслей. Он столкнулся с самым могущественным из риетов и отцом Риты, о котором даже Рэт упоминал с уважением. Ит его даже по-другому представлял. Не таким… обыкновенным.

Вечером пришла дочь Тэта. Ниже, чем его риетка и с бирюзовым цветом волос, мягче и благодушнее на вид. Улыбалась так нежно, что Ит даже усомнился, что она способна перемыть соретке кости, как сказал Тэт, насколько она доброй казалась со стороны.

— О моем муже рассказывать практически нечего, — грустно перебирала четки риетка, отвечая на вопрос Ита. — Когда я пришла, он даже не вышел ко мне. Был влюблен в Дариту. Правильно слова подобрала, лучше разбиралась в мужской психологии. Он очень сильно хотел от резонанса отказаться, но клан его все-таки уговорил. Он даже попросил погасить свет, чтобы не видеть меня. Пришлось всё на ощупь делать.

— Как получилось, что ваша сестра к нему моретку послала?

— Не знаю, — пожала плечами риетка. — Сестра меня не посвятила в то, что сделала. Я этого не одобряла. Я хотела оставить его в покое.

— Мне говорили, что риетки обладают колдовским магнетизмом и своих мужчин не отпускают.

— Если бы мы обладали такой силой, как нам приписывают, таких ситуаций вообще бы не возникало, а вы бы все ходили на задних лапках и были нашими рабами. Но это не так. Вы сами не хотите лишиться своей магии, поэтому удерживаете нас рядом с собой. И почему вас вообще заинтересовала Дарита? Она вас как-то оскорбила?

— Она поступила со мной так же как с вашим мужчиной. Обаяла и соблазнила. Правда, я её даже никогда не видел, а девушка, которой она притворялась, не смогла поддержать тот образ, который создала соретка.

— Так вы по-прежнему влюблены в неё?

— Не знаю… она была моим другом десять лет. Пока мне сложно отказаться от неё, а свою риетку я практически не знаю, хотя меня дико к ней тянет… физически…

— Может, вам её воспоминания помогут разобраться в своих чувствах и познакомиться с ней? — предложила Ната.

— Все вы мне так спокойно это предлагаете сделать…

— Непривычно, да? — с понимающей улыбкой приблизилась риетка. — Позволите? Я помогу вам настроиться, и вы увидите, как это делаем мы.

— Давайте, раз это настолько для вас обыденная вещь, — решился Ит.

И впервые он посмотрел на мир глазами риетки и не только смотрел, но и ощущал, какая ярость кипела в ней. Она сидела за столиком в кафе, когда напротив неё присела женщина в довольно откровенном наряде и пышной гривой черных волос.

— И что риетке могло понадобиться от моретки? — насмешливо спросила брюнетка. — Не помню, чтобы наши кланы дружили. Вы нас очень не любите.

— Потому что вы чужих мужиков уводите, потому и не любим, — проворчала риетка.

— Так если вы их не умеете удержать, — засмеялась брюнетка и поправила едва прикрытый бюст.

— Впрочем, я не за этим здесь. Осилите сорета четвертого уровня или может, знаете ту, что в нем будет заинтересована?

— Четвертого уровня? — оживилась брюнетка. — Да сореты к нему даже приблизиться не позволят. Они всех моих девочек в лицо знают.

— Так может кто-нибудь из свеженьких хочет удачно устроиться? Замуж, к примеру, выйти. Браки между соретами и моретами не запрещены законом.

— Если она выйдет за него замуж, мы можем рассчитывать только на дочерей.

— А вам какая разница?

Брюнетка закурила, прищурившись.

— С чего такая настойчивость, риетка? Мужика твоего увели? Да вроде ты еще молодая, чтобы у тебя кого-то уводили. Даже знать кто он не должна.

— У сестры увели, а она безропотно уступила и смирилась, — в душе снова разгорелся гнев. — А эта дрянь…

— Слишком счастлива с ним? Верно? — понимающе стряхнула пепел моретка. — А риетке невыносимо смотреть на чужое счастье.

— На счастье, построенное на костях! — возразила риетка с гневом. — Он ни разу еще не отказался от резонанса, чтобы его соретка могла рожать сильных детей, свет требует выключать. Моретку он будет видеть во всей красе.

— И ты уверена, что он не устоит перед ней?

Вместо ответа риетка протянула вперед фотографию черноволосой женщины.

— Она скучная и пресная, слишком манерная, а моретка дерзкая и яркая, легко влюбит в себя скучающего сорета, — пояснила риетка.

— А ты, я смотрю, просвещенна о повадках соретов.

— У самой четвертый уровень, очень высокая вероятность попасть к ним, — отвечала риетка. — Врага надо знать в лицо.

— Но ты так же можешь попасть и к нам, — ласково взяла её за руку моретка. — У меня сын примерно твоего возраста с вашей меткой. Очень хочу его пристроить.

— Поэтому я и рассчитываю на вашу благосклонность за мою помощь.

— Зачем же тогда вредишь соретам, если есть вероятность к ним попасть?

— Соретка уже навредила, несмотря на все наши просьбы! — гневно пояснила риетка. — С ней даже мать пыталась разговаривать, она её слушать не захотела и пошла по головам к цели! Я ненавижу их лживую политику, вы честнее!

— Тем, что торгуем своими телами и рожаем детей от ваших мужей? — потушила сигарету моретка.

— Вы не скрываете, зачем лезете к нашим мужчинам. Это честнее, чем то, что творят соретки. Не притворяетесь безумно влюбленными.

— Но именно этого ты просишь от нашей девочки. Влюбить в себя.

— Я прошу о мести. Чтобы соретка почувствовала, как это неприятно, когда тебя предают.

— Какую помощь ты можешь оказать?

— Информацию. У сестры не возникнет подозрений, если я через мать или отца буду расспрашивать про её мужа. Что любит, где ходит, какие места предпочитает. Да и есть пара знакомых, которые рядом живут и могут подсмотреть. Попрошу, помогут.

— А что предпочитает в сексе, узнаешь? — насмешливо уточнила моретка.

— С этим, я думаю, вы сами прекрасно разберетесь, — запылали щеки у риетки.

— По рукам, — засмеялась моретка. — Найду я подходящую девочку, очарует так, что сорет голову потеряет.

В душе разлилось злое удовлетворение от еще не свершенной мести, а Ит отключился, не зная, что и думать о том, что увидел. О подобном поступке другая бы женщина вряд ли рассказала, но риетка… риетка ничего не скрыла и показала. Еще и дала почувствовать, что ощущала в тот момент. Ей было плевать, что соретка могла любить того юношу и что виноват он, и мстить надо было ему. И такая откровенность пугала…

— Если захочешь еще что-то узнать, смотри, не стесняйся, — мягко улыбнулась Ната.

— Спасибо, я узнал всё, что хотел и он… незаслуженно обидел вас обеих.

— Её он любил, а меня даже не знает.

И она ушла.