Глава 16. Я джинн с ухом на левой пятке

После завершения экзекуции и снятия корректора осанки во мне проснулся лютый голод, и я бросилась к печной плите – готовить нам обед на скорую руку – картоху жарить! Да так манил меня этот запах, что я таскала хрустящие, покрытые золотистой солоноватой корочкой ломтики себе в рот прямо со сковороды. Как говорится, с пылу с жару.

– Ты же самое вкусное съедаешь! – за моей спиной материализовался крайне заинтересованный Ден и тоже начал проворно вытаскивать самые поджаристые картофелинки.

– Эй! Где твоё воспитание? – праведно возмутилась я.

– Осталось в детстве.

– Тут сейчас картошки не останется!

– Ну и пусть, – Ден и не думал прекращать есть, сосредоточенно уминал за обе щеки. – Разве мы кого-то ждём?

– Нет, – и больше мне было нечего добавить, да и некогда, потому что теперь нас над сковородой нависло двое.

Может быть, это странно, но теперь я не ощущала перед Деном ровно никакого волнения. Подумаешь, принц. Я, вот, тоже принцесса. Ну, почти.

Не знаю, что на меня нашло, но, стоило Дену перехватить картофелинку, на которую нацеливалась я, как...

«Хвать!» – оно инстинктивно, клянусь!

– А-ай! Ты чего? Ты же меня за палец тяпнула!

– Когда я злюсь, я больно кусь! – пояснила, если вдруг не понятно.

– Жу? Что за воинственность?

– Прости. Не знаю, что на меня нашло... – пискнула.

– Опасная ты женщина. То ты меня сковородой по голове, то кусаешь.

Я вспомнила былое, глянула на сковороду, в которой шкворчала картошечка – и рассмеялась!

– Это та самая, да? – догадался Ден.

– Да!

– Придётся тебе привыкнуть к моему присутствию в твоей жизни, – ничуть не испугался он.

А после, чуть переварив обед, Ден на мне отыгрался: привязал меня к кровати за руки и за ноги и ка-а-ак давай лечить! И магией, и массажем, и как он только надо мной не издевался!

Я стенала в голос. Ибо не только больно, но ещё и неловко, что Ден трогает мою голую спину.

– Только не смей ко мне сексуально приставать! – предупредила его на всякий случай.

– Лечение предполагает тесное взаимодействие, – нагленько так ответили мне, а моей левой лопатки коснулось нечто, по ощущениям напоминающее губы.

– Де-е-ен? – я дрыгнула ногами, но у меня не было и шанса высвободиться, только узлы на верёвках затянулись туже.

– Да, Жу?

– Ты что творишь?

– Не знаю, что на меня нашло... – вернул он мне мою же фразу.

– Гад! Извращуга! А ну, освободи меня!

– А если ты мне и правда нравишься?

– Это не так! – запротестовала я.

– Мне виднее.

– Нет, Ден, освободи, я объясню, почему твои чувства не настоящие!

Он как-то сразу перестал заигрывать со мной, и вскоре я, избавившись от пут, села на постели.

– Понимаешь, вместе с магией во мне проснулась способность исполнять желания. И однажды я пожелала, чтобы ты был мой.

– Жу, какие ещё желания?

– Желаю, чтобы у меня на левой пятке выросло ухо! – выдала я первое, что пришло на ум.

Голубое облачко послушно просвистело мимо меня, а моя левая пятка... Это выглядело ужасно! На ней реально в мгновение ока выросло ухо!

– Так и знал. Ты унаследовала силу, – Ден стал белее мела, и пока я возвращала ноге первозданный вид, безотрывно смотрел на меня. – Значит, ты меня загадала?

– Угу...

– Загадай, чтобы я к тебе остыл. Прямо сейчас.

– Желаю, чтобы Ден ко мне остыл и был абсолютно равнодушен.

И ничего. Ни облачка, ни каких-либо перемен во вселенной.

– Не сработало, – покачала я головой. – Наверное, потому что на самом деле я этого не хочу.

– Нет. Потому что мысли и чувства людей не в твоей власти.

– Хочешь сказать, я тебе по-настоящему понравилась? – скептически осведомилась я. – Да как бы не так! Горбунья, над которой все всегда смеялись!

– Я не смеялся. Ты с первой встречи приковала к себе мой взгляд.

– Профессиональный!

– И что? С этого всё началось.

– Нет, Ден, между нами могут быть только деловые отношения! – вынесла я вердикт.

– Это мы ещё посмотрим, – не смирился он. – К тому же мы повязаны не только исцелением тебя, но и общей тайной, что ты по праву можешь стать наследницей трона Галлии.

– Шантажировать меня этим будешь?

– Нет, что ты. Буду оберегать. Ты даже не представляешь, какая опасность над тобой нависла.

– Я не хочу становиться королевой. Мне больше по душе простая жизнь.

«А я хочу стать королевой! Королевой быть хочу! А-а-а! Выпустите меня из тела этой дурынды!» – негодовала Вторая.

– В этом я тебя поддерживаю. Мы примем меры. Когда волосы полностью перекрасятся в золотой цвет, тебе придётся носить парик, – объявил мне Ден.

– Ладно.

– А сейчас попробуй пожелать, чтобы твоя спина исцелилась. Ты ведь этого хочешь? Раз ты можешь воздействовать на своё тело, значит, мы должны попробовать.

– Желаю, чтобы моя спина была здоровая и красивая.

Облачко проигнорировало желание.

– Увы...

– Не переживай. Я и не думал, что от магического недуга можно избавиться, загадав желание, – поспешил успокоить меня Ден.

– Я попробую по-другому: хочу, чтобы мой горб распрямился прямо сейчас!

Тишина.

– Чёрт...

– У тебя магический недуг, Жу.

– Ну, я должна была проверить.

– Мы тебя вылечим.

– Угу.

– Иди ко мне, – Ден собственнически обнял меня, и его ладонь принялась поглаживать оголённые участки моего тела. И я бы взбрыкнула, но это было чертовски приятно, так что моя гордость позорно сдалась балдежу.

***

Ночью я засыпала с мыслью, что я-таки не Кириаковна, а – как его там? – Триасовна!

Не звучит. Кириаковна мне всё же привычнее. Да и маман не должна об этом знать. Её ж от таких вестей кондратий хватит. Ишь, с принцем шашни водила!

Меня больше волнует вот что: как принц мог допустить рождения бастарда? Не похоже, чтобы он осторожничал или боялся последствий. У магов ведь как: произнёс заклинание и всё, можно не париться! А значит... Так было задумано! Моё рождение – не ошибка.

Только зачем папаша так поступил? Да ещё и кинул беременную маму?

У меня нет догадок, честно. И оправданий ему нет. И плюнуть в его прекрасную рожу хочется.

Итак, Жупочка, давай рассуждать: папаша женился на родовитой роисске, и сделал он это сразу, как бросил мою маму. Значит, он не хотел, чтобы наследника ему родила жена? Почему? Может, там конфликтующая магия?

Пожалуй, про высшие роды Роисса тоже почитаю. Боже, сколько тайн вокруг!

Что может быть лучше, чем просыпаться... когда тебя вдавило в матрас массивное мужское тело?

Вопрос был риторический, конечно же.

– Де-е-ен... – прокряхтела я. – У-ми-ра-ю...

– М? – он вздрогнул. – О, прости, Жу, – и тут же слез, вернув мне возможность дышать и шевелиться.

– Ты не мог бы вести себя более сдержанно в постели? – знаю, что двусмысленно прозвучало, но как тут ещё скажешь?

– К сожалению, нет. Я не контролирую себя во сне, – без капли сожаления заявил он.

– Значит, впредь будешь ночевать внизу на диване.

– Это невозможно, Жу, – лукавые голубые глазюки насмешливо глянули на меня. – Видишь ли, после сеансов исцеления я обязан находиться рядом с тобой, на расстоянии вытянутой руки.

– Что-то я не заметила между нами этого расстояния...

– Издержки случая. Ты притягательна во всех смыслах, и я не собираюсь этому сопротивляться.

Дожили. Теперь Ден в открытую меня клеит.

Но я кремень! Я так просто не дамся!

Благо, под одеждой Ден не качок, у него нет рельефных кубиков на животе и банок на плечах. Мой принц отдал предпочтение умственному труду, а не физическому, хотя сложен он прекрасно и при желании мог бы набрать форму.

Всё познаётся в сравнении. К примеру, рядом с дрищеватым Аристархом Ден кажется богом. А вот по сравнению со вторым моим мужиком из сна Ден выглядит утончённым интеллигентом. Но это и хорошо. Так сказать, разноцветье во всей красе.

И хотя два мужика у меня только во снах, дико лестно, что мужчина моей мечты оказывает мне недвусмысленные знаки внимания. При мысли об этом меня уносит в райские грёзы!

***

Болезный Аристарх прихромал в понедельник ко мне на работу. Ему, в отличие от меня, официально обратившемуся в травматологию, дали больничный.

– Ой, Аристарх, бедненький, что-то ты неважно выглядишь! – маман всегда с теплотой относилась к нему.

– Здравствуйте, тётя Дуся, – печально поприветствовал он её. – Жизнь не располагает к процветанию.

– Да полноте-полноте! Жизнь длинная, всё лучшее ещё впереди! – не знаю, что было у маман в голове, но она при каждом разговоре с Аристархом пыталась сосватать меня за него.

Видит Гова, это был бы худший в мире союз.

К счастью, Аристарх тоже не поддерживал инициативу моей маменьки, тут мы были солидарны.

– Жупа, ты сходишь со мной в редакцию?

– Ты, что же, ещё не ходил? – изумилась я. После такого фиаско надо было пулей лететь к начальству на ковёр – виниться и обещать всё исправить!

– Конечно, нет! Как бы я пошёл? Я все выходные с постели не вставал из-за травм!

Тяжёлый случай.

– Но... Но нельзя же сидеть сложа руки! – воскликнула я.

– Думаешь, я просто так лежал? Нет! Я переживал! И вообще, ты могла бы попросить своего шишку помочь мне!

– А что он сделает? Он не имеет никакого отношения к коммерческим организациям!

– Если бы беда случилась с тобой, ты бы попросила его, и он бы помог! Ты просто не хочешь по-дружески помочь мне! – извернулся Аристарх.

О как. Теперь я осталась виноватой.

– Что ж ты сам его не попросил? Позорно сбежал, оставив меня одну отчитываться перед ним!

– Да потому что он мне не нравится! Я таких типов не люблю!

– Ага. Значит, не любишь, а от помощи не отказался бы?

– Что ж, ты можешь потешаться над глубиной моего отчаяния сколько влезет, – с горечью бросил он и повернулся, чтобы уйти, но не слишком резво, потому что на самом деле не хотел лишаться последних помощников.

– Стой! – крикнула ему вслед. – К сожалению, Ден не в силах помочь тебе, он снова уехал, но я схожу с тобой к начальству.

– Хм, – выдал Аристарх. Я так понимаю, это вместо «спасибо».

– Я готова пожертвовать своим обеденным временем.

– Ой, да идите сейчас-то, – вмешалась маман. – Я прикрою. Дела-то нешуточные. Друзей надо выручать.

«А сводничать некрасиво!» – скривилась внутри меня Вторая.

Посетителей в библиотеке в это время обычно мало, поэтому я сдалась:

– Ладно, идём. Чем скорее попадём к начальству, тем больше шансов уцелеть.

– Как это? – перепугался Аристарх.

– А вот так. Тактика такая: приходим, признаём свою вину, предлагаем свои души в качестве откупа.

– Но... Но... – кажись, сейчас в обморок хлопнется, побледнел, как будто харю снежком припорошило.

– Не спорь даже! Это проверенный психологический приём: того, кто сам повинился и раскаялся, не станут сильно наказывать. В твоём случае это критично: компания может выкатить тебе иск с чудовищным штрафом, так что мы с тобой должны любой ценой избежать суда.

– А-а...

М-да. Надеюсь, сработает. Даже мне волнительно, хотя я тут чисто в качестве группы поддержки.

О том, что мы поехали в общественной повозке, я пожалела с первой же минуты. Мало того что мне пришлось самой платить за себя, так ещё и мужик какой-то вонючий прилип. Причём в прямом смысле прилип: прижался ко мне плечом и брюхом, не отодвинешься.

Так мы и ехали: меня припёрли к поручню и лапали то за бочок, то за зад, а я дышала через раз и терпела, потому что денежки уже заплачены, а Аристарха унесло толчеёй в другой конец повозки.

– Так приятно прижимать вас к себе, милочка... – решил добить меня этот извращенец.

– Вы самый чистопотный человек из всех, кого я встречала, – призналась я, отступая от него на спасительный шаг, в зону, где можно было мало-мальски глотнуть воздуха.

И, наконец, наша остановка! А-а-а, ура! Чистый воздух, я тебя люблю!

Так, стоп, а почему это я не воспользовалась своими способностями? Загадала бы, чтобы пот мужика пах клубникой, и делов!

Эх, хорошая мысля приходит опосля...

Зато я могу попытаться придумать что-нибудь относительно Аристарха.

Мой бедный друг шёл в офис с лицом смертника. Нищенское коричневое пальтишко смотрелось на нём до того жалко, что впору оплакивать несчастную судьбину друга. Весь его образ вопил: «Пожалейте меня!»

Мда, с этим надо что-то делать!

«Хочу, чтобы ошибка на коробках исправилась!» – загадала я, но голубое облачко не вылетело.

Засада.

Что делать-то?

Загадаю-ка я что попроще: «Хочу, чтобы директор компании был в прекрасном настроении!»

«Фьюить!» – просвистело мимо облачко.

Ура-а-а!

Интересно, это нам как-то поможет?

Судя по лицу Аристарха, помочь нам может только чудо.

Мы миновали КПП, вошли в главный корпус, поднялись на третий этаж, где восседает начальство, и...

– Может, не пойдём, а? – друг посмотрел на меня с надеждой.

– Нет уж! Это называется: ответственность!

Аристарх попробовал изобразить обморок, но я резво показала ему кулак, и это ободрило его.

Секретарша сидела за столиком возле директорского кабинета и в растрёпанных чувствах рвала на себе волосы. На нас даже внимания не обратила. Мне кажется, пробеги здесь стадо слонов, ей было бы тоже по фигу.

– Многообещающе... – отметила я и шагнула вперёд, в неизвестность.

Кабинет директора встретил нас диким ржачем всея компании.

– З-здравствуйте! – я первая отважилась подать голос.

– Вы ещё кто? Почему без записи? – пробасил пузатый усатый мужичок весьма опасного вида. Такой не то что в суд подать – сам расправу учинить может! Взгляд у него острый, цепкий, недобрый.

– Мы – виновники коробочек для зубной пасты! – сообщила я, но, стоило мужику выпучить на нас глазищи, добавила: – Точнее, он! – и указала на Аристарха.

– Эй! – зашипел он. – Предательница!

Это я-то предательница? Я вообще-то всего-навсего поддержать пришла!

– Вы-ы-ы? А-ха-ха! – и он снова заржал.

– Мы готовы понести наказание и сделать всё, чтобы исправить оплошность, – я снова высказалась вместо проглотившего язык Аристарха.

– А-ха-ха-ха! – директору, похоже, стало совсем весело. – Да что вы! Ничего не надо исправлять. Выпустим в продажу так.

– Как – так? – кажется, только что разрез глаз у меня стал шире безо всякой пластической операции.

– А вот так! «Еблоснежная улыбка»! Это же надо так придумать! Шедевралььно! Объявим ограниченную серию. Она вмиг разлетится с прилавков!

– Д-да? – не могу понять, шутит он или взаправду?

– Бизнесу порой не повредит эпатаж, – довольно погладил усы директор.

– Пожалуй, – соглашусь с какой угодно ересью, лишь бы выгородить друга, который до того офигел, что даже моргать перестал.

– Но этот недотёпа всё равно уволен! – неожиданно гаркнул руководитель компании.

– А, может, простите его на первый раз? Он толковый парень.

– Ну, ладно, на первый раз прощаю, и то только потому, что в настроении. Но чуть что – шкуру сдеру с тебя, паршивец! Так и знай!

Аристарх закивал болванчиком, и мы поспешно вымелись прочь.

– Фу-у-ух! Это, что, получается, меня даже не уволили? – надо же, поглядите-ка, к кому вернулся дар речи!

– Ага, – радостно подтвердила я. – Директору понравилась твоя опечатка.

– Она не моя! Я её всего лишь пропустил!

– Раз пропустил, значит, твоя!

– Р-р-р!

– Всё, я свою задачу выполнила, и теперь мне пора обратно на работу.

– Вечером зайду к тебе, – попрощался со мной счастливый Аристарх.

***

Вот, знала я, что на радостях мой друг выкинет очередную глупость!

На этот раз он как-то странно на меня смотрел.

– Ты чего это? – мне стало не по себе.

– Ты, Жупа, стала какая-то другая, – изрёк он.

– Да ну? И что же во мне другого?

– Ну, горб стал меньше, да и сама ты не такая страшная.

– Вот спасибо-то! – не обрадовалась я сомнительному комплименту.

– Ты не подумай, что я в тебя влюбился. Это невозможно. Я просто заметил в тебе перемены.

Так, блин! Почему моя жупонька снова чует проблемы?