Глава 46. Долгожданное знакомство

Поставлю Гедеону памятник при жизни, слово даю. Даже Вторая, пусть и не высказывала этого, но испытывала благодарность к моему жениху за трепетную заботу.

Он отпаивал меня противорвотным отваром каждый раз, когда меня начинало тошнить, поэтому обратная дорога оказалась не такой уж и страшной.

Страшно стало, когда мы вернулись в столичный дворец, где узнали, что наследный принц пропал две недели назад и поиски ни к чему не привели.

– Ищейки роют землю носом, но пока безрезультатно, – сообщил король Барнабас, восседая в своём скромно-деловом и совершенно не похожем на королевский кабинете. – Мы не теряем надежду, так как, если бы Родерика убили, ищейки засекли бы всплеск энергии. А значит, он жив.

Мы сидели втроём, и тот факт, что меня, фактически девицу с улицы, допустили до столь приватного разговора, говорит о многом.

Я отважилась спросить:

– Родерик не мог сбежать?

– Нет, – отрезал король.

– Он слишком ответственный для подобного рода поступков, – мягко пояснил мне Гедеон.

– Родерик собирался лететь в Тусер на подписание брачного договора, но перед отлётом внезапно пропал, и его свита вернулась во дворец.

– Это слишком странно... – нахмурил брови Гедеон.

– Если бы на него напали, он оказал бы сопротивление. Доверенный сказал, что в последний момент перед отлётом принцу принесли послание. От кого – неизвестно. Прочитав записку, Родерик вернулся в аэроблок, затем исчез. Будь это нападение, его бы засекли.

– Поисковые заклинания использовали?

– По нулям, – покачал головой король.

Будущий свёкр. Темноволосый, имеющий мало сходства с собственными портретами, висящими в каждом казённом заведении. Не красавец, в отличие от моего папашки, но есть в нём что-то такое... Такое драматически привлекательное.

К слову, Гедеон вообще нисколько на отца не похож. Ни малейшей чёрточки. Видимо, весь пошёл в маму.

***

Следующие пять дней мы самозабвенно искали Родерика, мешая работать ищейкам и заколёбывая их вопросами. Никто не смел возражать принцу, но я-то чувствовала, что мы, далёкие от специфики поисковиков, только создаём помехи. Но Гедеон, утративший покой, даже спать по ночам не мог – настолько переживал за брата.

А на шестой день Родерик как ни в чём не бывало явился на семейный завтрак.

– Приятного аппетита, господа.

Господа подавились.

– Род, я две недели не мог с тобой связаться! – Гедеон со жгучей обидой смотрел на брата.

– У меня были дела поважнее, Деон, – огрызнулся тот, моментально упав в моих глазах на уровень подвала. – Тебе давно пора оторваться от титьки и повзрослеть.

Это было грубо и как-то не вязалось с рассказами Гедеона о брате.

Мой жених потемнел лицом.

– Родерик, что ты себе позволяешь? – прогремел голос короля. – Это недостойно наследника трона!

– У каждого свои методы, отец, и время покажет, чьи были действеннее. Я слишком долго плясал под твою дудку. С меня хватит.

– И что же это были за дела, позволь поинтересоваться? – вмешалась Присцилла, которая сегодня отнюдь не показалась мне стервой до мозга костей.

– Не позволю, матушка, – последнее слово он сказал с издёвкой, что мне стало ещё больше не по себе. – Ваша прерогатива – тратить королевскую казну на неприлично дорогие платья и украшения. Государственные дела вас не касаются.

– Родерик! Не смей так разговаривать с матерью! – прорычал король.

Но наследник дерзко ответил:

– Она мне не мать.

Я же не сводила взгляда с побледневшей королевы. У той дрожал подбородок и тряслись руки, но выдержка не позволила ей покинуть обеденный зал.

После трапезы Гедеон, нервный и натянутый, как струна, проводил меня до покоев и сказал:

– Пойду поговорю с братом. Чувствую, что тут что-то не так...

– Думаешь, удастся?

– Попробую, – мрачно произнёс он и ушёл, чтобы через полчаса вернуться ещё более подавленным.

Да уж, не так я представляла себе знакомство с наследным принцем. Я ведь реально думала, что Родерик весь такой-растакой, неспроста ведь Гедеон боялся, что брат уведёт меня у него. А тут... Какой-то самодур, рожа кирпичом.

Нет, внешне Родерик вполне себе ничего: высокий, мускулистый, с цепким взглядом, но это как какашку завернуть в золотой фантик – суть от этого не изменится. Души-то нет!

И за что Гедеон так любит брата? Как по мне, это лучшая партия для Нотеши, вот только как эту одиозную парочку посадить на престол? Они же камня на камне от Роисса не оставят, устроят жёсткую диктатуру и обратят народ в рабство.

Нерадостные перспективы мне видятся, ох, нерадостные...

***

Мы смогли более-менее обстоятельно обсудить происходящее только вечером, когда Гедеон справился с эмоциями и сам подошёл ко мне:

– Прости. Раньше он таким не был.

– Он как-то объяснил, почему ты не мог с ним связаться всё это время?

– Сказал, обрубил канал за ненадобностью, что родственные связи наследнику ни к чему, так как у будущего короля не должно быть слабостей, – ответил Гедеон.

– Жестоко.

– Жестоко, потому что раньше для него главной ценностью была семья.

– Что могло повлечь столь кардинальные перемены?

– Если бы я знал...

– Может, женитьба на Нотеше? Не находишь, что он стал чем-то походить на неё?

– Она не маг, поэтому не могла настолько сильно повлиять на него. Разве только нанять магов для своих грязных делишек, в чём я сильно сомневаюсь, – вздохнул Гедеон, но при этом задумался. – У меня вообще возникло ощущение, что это вовсе не мой брат.

– Вдруг его тоже подменили, как я Тео?

– Нет. Только он называл меня Деоном, это у нас пошло ещё с детства.

– Хм. Просто если тебе кажется, что что-то не так, то, скорей всего, тебе не кажется. Может, он под каким-нибудь заклятьем ледяного сердца?

– Таких не бывает, – грустно улыбнулся Гедеон. – Но я обязательно выясню, в чём дело.

– Уверена, так и будет. Кстати, Родерик не сообщил, где был?

– Нет. Но упомянул, что в Тусере был инкогнито, чтобы не привлекать к себе внимания, и мы с ним разминулись.

– Да ладно?

– Вот, и мне это тоже показалось странным.

– То есть мы уехали, а он приехал?

– Получается, что так. В любом случае, сегодня воздушной почтой пришло подтверждение, что брачный договор подписан и вступит в силу первого июня, в день свадьбы.