Глава 23

На пятый этаж мы поднялись в молчании. Следуя за парнем, я оглядывала широкие коридоры с современным интерьером, просторные новые лифты и однотипные двери в квартиры. На первом этаже даже было несколько диванов в углу. Дом явно предназначался для богатых людей.

— Проходите, — Слава открыл дверь с числом восемьдесят над глазком, заходя первым. — Если что‑то хотите взять, в шкафу в спальне можете найти. Или позвоните Марку.

Свет в коридоре вспыхнул, освещая современный ремонт в светло‑тёмных тонах.

— Я пойду. Располагайтесь.

Я наблюдала, как парень положил на тумбу рядом со входом ключи и, улыбнувшись, закрыл за собой дверь. Протянув руку, я нервно закрыла замок и прислонилась к стене. Напряжение постепенно уходило, уступая место накатившей волне истерики. Облегчение, что всё закончилось хорошо, накрыло сразу и сильно. Я сползла по стенке, уткнулась головой в колени и разрыдалась.

Когда телефон рядом издал вибрацию, я икнула и посмотрела на экран. Марк. Совсем забыла ему позвонить.

— Да?

— Ты как?

Промычав, я шмыгнула носом.

— Отдыхай. В шкафу есть полотенца и халаты — выбирай любое. Если захочешь постирать вещи, в ванной — стиралка и сушилка. Интуитивно несложно разобраться, но если что, спрашивай.

Скинув туфли, я поднялась на дрожащих ногах.

— Кровать одна, располагайся. На диване неудобно будет спать.

— Ладно, — соглашаясь со всем, я прошла по длинному коридору.

Марк тихо объяснял, где какая комната. Слева от входа первая дверь вела на кухню. Большое пространство — квадратов на двадцать — было полностью обустроено. Посредине квадратной комнаты стоял остров с четырьмя барными стульями. Весь интерьер был в приятном чёрно‑белом мраморе. Напротив кухни находилась дверь в санузел. Заглянув, я удивлённо охнула: комната вела в две отдельные маленькие комнаты — туалет и ванну. А в небольшом пространстве перед ними располагалась стиральная машинка с сушкой.

— Интересное строительное решение, — довольно прокомментировала я.

— Мама тоже оценила. При выборе эта квартира именно этим накинула себе очков.

Глупо хихикнув, я прошла дальше. За кухней располагалась гостиная. Она, как оказалось, была соединена с кухней другой дверью, которую я не сразу заметила. Большой диван, два кресла. На стене напротив — огромный телевизор, а по углам комнаты расставлены высокие колонки.

— Здорово, — проговорила, осматривая пространство.

— Хотел сначала сделать телевизор в спальне, потом передумал.

Последняя комната была чуть дальше по коридору. Толкнув полузакрытую дверь, я нащупала рукой выключатель. Свет ярко вспыхнул, заливая пространство приятным жёлтым светом. Большая двуспальная кровать располагалась напротив двери на балкон. Справа по стене стоял угловой шкаф, с другой стороны — комод, над которым висело широкое зеркало.

Спальня была вся в тёмных тонах. По указанию Марка я нашла в шкафу большое полотенце и футболку. Достав всё необходимое, села на кровать.

Поговорив с ним ещё несколько минут, я попрощалась. Настоятельно посоветовав мне выпить что‑нибудь из бара на кухне, Марк отключился. Просидев несколько минут, я тряхнула головой. Что ж, здесь действительно я в безопасности.

Потратив на душ минут десять, я прошла на кухню. Отыскав бар среди ящиков, достала открытую бутылку коньяка. Налив в стакан половину, тут же опрокинула её в себя. Алкоголь обжёг горло и внутренности. Выдохнув, полезла в холодильник в поисках закуски. Попался какой‑то сыр и колбаса. Съев небольшой бутерброд с чёрным хлебом, который чуть ранее нашла в хлебнице, я вернулась в спальню.

Приоткрыв балкон, впуская свежий воздух и отдалённые шумы улицы, забралась на кровать. Решив, что спать лучше при свете, оставила включённой лампу на тумбочке. Мягкий жёлтый свет освещал комнату, но не мешал засыпать.

Поворочавшись среди подушек под большим покрывалом, я зарылась под него почти с головой. Ощущая, как алкоголь успокаивает, я зевнула. Плохие мысли постепенно отходили на второй план, сменяясь мыслями о Марке. Запах постельного белья был такой же, как и запах, исходящий от парня. Окончательно убаюканная, я провалилась в сон.

Мягкое поглаживание по голове вывело меня из глубокого сна. Напрягшись, я приоткрыла глаза. Взгляд мутно заприметил фигуру рядом.

— Разбудил?

Знакомый тихий голос удивил — он же должен был быть в больнице?

— Ты сбежал?

— Я не настолько безрассуден. Отпросился у доктора. Он сегодня дежурил в ночь.

— Сколько времени?

— Почти двенадцать.

— Давно приехал?

— Час примерно. Спи.

Повозившись, я вздохнула. Марк подкатился ближе, обнимая. Уткнувшись ему в грудь, я вдохнула исходящий от парня запах мыла и одеколона, который постоянно его сопровождал.

— Отдыхай.

Угукнув, я обняла его рукой за талию, утыкаясь лбом в грудь, и закрыла глаза. Сон затянул меня к себе сразу.

Следующее пробуждение случилось, когда солнце уже освещало город. Зевнув, я открыла глаза и огляделась. Марк спал на спине, раскинув руки. Я же полулежала на нём, обнимая. Думаю, за ночь наша поза не сильно‑то и изменилась. Вздохнув, я закрыла глаза, проваливаясь в дрёму.

Когда парень через время завозился, я лишь крепче его обняла. Ощущение защищённости, которое впервые почувствовала именно рядом с этим человеком, было приятным. Смакуя уютное утро, я потёрлась носом о грудь.

— Балуешься? — прозвучал над головой хриплый голос.

Нет, — также хрипло ответила я.

— Не похоже, — улыбка в голосе была слишком явной.

— Не хочу вставать, — тихо пробурчала я, вновь крепче сжав парня за талию.

— Тогда можем и полежать. Но, думаю, надо бы ответить на звонки, которые так настойчиво разрывают твой телефон.

Вопросительно посмотрев на Марка, я увидела, что он держит в руках мой смартфон. Забрав у него телефон, я посмотрела на экран. Пропущенные от мамы и Алины, сообщения от Феди. Хоть я и заблокировала его в списке контактов, но вот в мессенджере он мог продолжать мне писать.

— Хотя бы сообщи, что с тобой всё хорошо, — проговорил Марк, целуя меня в макушку.

Зевнув, я набрала маму.

— Мила, ну наконец! Ты где? Я весь телефон тебе оборвала. Почему трубку не берёшь? Федя звонил, говорил, что ты пропала.

Я нахмурилась.

— Со мной всё хорошо. Я у парня…

Замолчала, замявшись. Как объяснить, что произошло, чтобы не шокировать маму?

— У какого парня? У Феди?

Мама была озадачена моим заявлением.

— Нет, — выдохнула я смущённо. — У другого парня.

— Ты о ком?

— Это довольно долгая история.

— А Федя?

Я помолчала. Думаю, мою позицию относительно Феди мама вчера ещё поняла.

— А он просто сволочь. Я вчера вечером с ним столкнулась. И у нас состоялся не очень приятный разговор.

— Ничего не произошло?

— Нет.

Лгать нехорошо, но и говорить правду я не решилась.

— Ладно. Не знаю, что происходит, расскажешь потом. Приезжай к нам, поговорим. И парня возьми. Как хоть зовут его?

Закусив губу, я кинула взгляд на объект разговора. Он удивлённо вскинул брови. Отвернувшись, я смущённо проговорила:

— Марк.

— Что ж, приезжай с ним. Познакомим.

Быстро завершив разговор, я отняла телефон от уха. Алине я написала сообщение, что я у Марка, и обещала рассказать всё потом. И что Федя мне ничего не сделал.

— Ещё поваляемся? — проговорил Марк мне в макушку.

— Можно, — откинув телефон, проговорила я.

Повернувшись, я снова устроилась на чужой груди, прикрывая глаза. Смешок над головой отдался лёгкой вибрацией.

— Завтрак? Я видел, что ты вчера неплохо так коньяка выпила. Голова не болит?

— Нет. Коньяк хороший, вот и не болит.

— Хороший. Если хочешь, могу всегда держать в баре.

— Надеюсь, что больше не понадобится, — буркнула я в ответ.

— Очень надеюсь, — вторил мне парень.

Марк сдвинулся, опрокидывая меня на спину и нависая сверху. Удивлённо посмотрев в глаза напротив, я затаила дыхание. Взор, направленный на меня, был непривычно серьёзен, словно выискивал там какие‑то нужные ему ответы.

Когда же лицо Марка стало спускаться ниже, я облизала в предвкушении губы. Сначала их опалило чужое дыхание, словно согревая, а после захватили чужие губы. Юркий язык тут же проник внутрь. Встретив его на полпути, я поспешила ответить, погружаясь в волну удовольствия.

Хоть я и встречалась с другими, хоть уже давно не была девственницей, но почему‑то именно с этим парнем я впервые осознала, что соприкосновение двух тел может вызывать столько эмоций: бурных, обжигающих, манящих и жаждущих. Хотелось больше.

Чужой язык прошёлся по нёбу, вызвав щекотку, и тут же очертил верхние зубы. Застонав, я лизнула чужой кончик, приятно зажмурившись.

Широкая рука медленно прошлась по бедру к талии, где жгутом скатался низ футболки. Смутное осознание, что на мне нет нижнего белья, пришло и тут же пропало, когда пальцы спустились ниже, пощекотав между ног. Охнув, я сжала бёдра, словно пытаясь сбежать. Но, зажатая между чужих ног и придавленная приятным тяжёлым весом, я не могла даже пошевелиться.

Рука спустилась ниже, проникая ещё дальше, оглаживая, играя. Когда одна нога протиснулась между моих, я не стала препятствовать, позволив Марку разместиться между бёдер.

Вторая рука шаловливо поднялась вверх, забралась под футболку и огладила грудь. Я же в ответ могла только вцепиться в его плечи дрожащими руками и прерывисто выдыхать в захвативший мои губы рот.

Ласки тянулись долго или быстро… Я уже и не понимала, тая в чужих руках. Меня заставили приподняться, но я лишь только и успела охнуть, когда Марк стянул с меня футболку.

Упав обратно на подушки, я приоткрыла глаза. И тут же была захвачена видом прекрасно сложенных мышц пресса. Кубики так и манили. А я же наблюдала, как парень откидывает свою футболку и ловко стягивает с себя домашние брюки, открывая моему взору готовый к бою член.

Смутившись, прикрыла лицо рукой. Надо сказать, размерчик достойный. Захотелось опробовать его вес и жар. Но позволила себе только облизнуться, пока парень не видит.

— Не прячься, — проговорил Марк, наклонившись ко мне.

Крепкая широкая грудь потёрлась о мою, пуская жар удовольствия куда-то в район пупка и заставляя внутри всё сжаться от предвкушения. Не думала, что захочу кого-то так сильно. Обычно весь процесс не сильно доставлял удовольствие. Хотя, может дело в человеке, с которым спала?

— Мила, — позвал парень, прикусив мочку уха и поиграв языком с серёжкой.

— М, — простонала, наслаждаясь ощущениями.

— Лучше потрогай меня, — увещевал парень.

Опустив руки, смущенно посмотрела на Марка. И почему я, старше его на четыре года, так смущаюсь?

— Давай, смелей, — продолжал соблазнять этот искуситель.

Облизнув пересохшие губы, я невольно поддалась на уговоры. Ну, почти невольно.

Руки прошлись по крепким предплечьям, быстро перетекли к талии и огладили гладкую кожу. Марк, словно догадываясь о моих желаниях, приподнялся, позволяя трогать себя везде. Я же, не медля, прошла руками по прессу. Очень приятно. Не совсем стиральная доска, но ощущения классные. Интересно, а если потереться тем местом?

Облизав снова губы, закусила нижнюю.

— Что задумала? — хитро прищурился наблюдающий за мной парень.

Помотав головой, вновь прошлась руками по прессу. Но навязчивая идея не отпускала.

Уж не знаю, что он рассмотрел на моём лице, но меня подняли и вновь перевернули. Охнув, я бёдрами сжала бёдра Марка, когда парень заставил меня усесться сверху.

— Вперёд, — раскинув руки, проговорил искуситель.

А я, как завороженная, замерла. Упругий горячий член в такой позе оказался аккурат прижат к моему потаённому местечку. Застонав, я поёрзала. В ответ послышался тихий стон снизу. Открыв глаза, который от удовольствия сами закрылись, я смотрела на парня. Невольно продолжила ёрзать на нём, когда осознала свою власть.

— Мила, — выдохнул он тихо.

Промычав в ответ, приподнялась. Член приподнялся вслед за мной. Облизав снова губы, стала изучать его между своих ног. Под моим взглядом он подрагивал. А я же, не до конца понимая смысл своих действий, протянула к нему руку. Обхватив горячий ствол, снова облизала губы.

Член был толстый, вены отчётливо проступали, вызывая приятное ощущение от бугорков. Горячая кожа под руками была бархатистой. Проведя пару раз рукой вверх-вниз, я приставила его к своему входу.

— Презерватив, — простонал Марк, явно не способный сдерживаться.

Замерев, посмотрела на парня и тут же ощутила, как краска заливает не только лицо, но и всё тело.

Меня перевернули на спину. Наблюдая, как Марк достаёт из тумбочки лубрикант и презерватив, я нахмурилась. Хотелось ощутить в себе его член без каких-либо препятствий. И тут же от этой мысли замерла. Такой дикости от себя я не ожидала. Неужели алкоголь ещё не выветрился? Это единственное объяснение, которое мне приходило в голову, после осознания всей несвойственной мне дичи, что я только что сотворила.

Пока я обдумывала свои действия, Марк примостился между моих ног. Ощущая, как внутрь проникает палец со смазкой, застонала. Приятное давление. Огладив стенки, парень добавил второй палец, пощекотав ими внутри. Сжавшись, отодвинула бёдра, стараясь сбежать от приятных чувств. Раньше похожие действия не вызывали такого сильного отклика.

Пока два пальца ласкали внутри, большим Марк надавил на клитор, усиливая ощущения. Охнув, подкинула бёдра, уже и сама не понимая, то ли хочу сбежать, то ли усилить давление. А ласки продолжались, заставляя меня хотеть большего — пальцев уже было недостаточно.

Сколько времени надо мной измывалась чужая рука, я не знаю. Бормоча что-то, прося, я лишь могла смотреть на парня и извиваться от его действий.

Видимо, наигравшись, Марк вынул, наконец, пальцы, заставляя ощутить пустоту. Но в надежде, что пустоту заменит еще большее ощущение полноты, я лишь призывно поёрзала, продолжая облизывать губы.

Приставив член ко входу, Марк протолкнул головку. Та легко вошла внутрь. Я же ощутила, как стенки сжались вокруг вторженца. Наклонившись, Марк захватил мои губы в поцелуе и тут же протолкнулся внутрь, заполняя меня до отказа. Охнула, когда почувствовала, как кончик внутри достал до самой глубины, посылая лёгкую боль. Защипев, замерла, Марк замер вместе со мной.

— Больно? — оторвавшись от меня, парень провёл языком по губам.

— Немного, — поморщилась.

— Прости. Постараюсь не заходить так далеко.

Приподнявшись, Марк немного вышел, подтянул мои бёдра повыше и аккуратно вошёл снова. Ощущая, как стенки то растягиваются, то сжимаются, я откинула голову назад, отдаваясь этим приятным ощущениям. Обхватив бёдра парня своими ногами, стала поддаваться навстречу его движениям. Кончик ещё несколько раз болезненно ткнулся в стенку матки, а после я уже перестала замечать эту боль, отдавшись удовольствию, что постепенно накатывало.

Толчок за толчком. Потянувшись к Марку, заставила его наклониться и впилась в его губы своими. Горячее дыхание, сплетение влажных языков, даже ощутила как слюна стекает по щеке. Хлюпающие звуки снизу смущали, но и вызывали новые волны возбуждения.

Оргазм наступал медленно. Надо честно признаться, от трения члена внутри я еще никогда не кончала. Но в этот раз ощущения были ярче и сильнее. Когда же палец Марка прошелся по клитору, я невольно вскрикнула, забившись в конвульсиях. Внутри все нервно подрагивало, а в голове зашумело. Слух, зрение, обоняние… всё пропало.

Приходила я в себя медленно. Марк лежал на мне, тяжело дыша. Он тёрся носом о шею, обдавая кожу горячим дыханием. Биение моего сердца вторило его. Облизав губы, потёрлась подбородком о макушку, ощущая приятную мягкость волос. Что ж, это было очень приятно и ново для меня.

А еще ужасно хотелось есть и пить. И живот, получивший разрешение, вторил звуковым сопровождением моим мыслям.