Глава 7

Пить. Хотелось безумно пить.

Мысленно застонав, я повернулась на спину. От сухости во рту казалось, что язык заполнил всё пространство. С трудом шевельнув рукой, замерла: сверху меня придавило что‑то тяжёлое и узкое.

Открыв глаза, тут же зажмурилась — неясный утренний свет больно резанул по глазам. Следующую попытку совершила уже более осторожно и осознанно.

Пара секунд или минут — сама с трудом понимала, — и я смогла осмотреть помещение. Спальня метров на двадцать: у одной стены — до потолка трёхстворчатый шкаф с дверью в прихожую, с другой стороны — окно с выходом на балкон, а посредине — двуспальная кровать, на которой я в данный момент лежала.

Повернув голову, чуть не вскрикнула: рядом со мной лежал уже знакомый блондин. Мысленно застонав, прикрыла глаза.

Но времени на раздумья не было. С трудом выбравшись из‑под одеяла, я встала на ватные ноги и охнула: кроме трусов на мне не было ничего. Платье и лифчик сиротливо лежали в ногах кровати, на спинке. С опаской поглядывая на знакомого мне парня, я протопала по мягкому ковру, пару раз чуть не упав. Ноги держали с трудом — вчерашняя пьянка явно попахивала каким‑то подвохом.

Держа в ослабленных руках свои вещи, я с трудом выбралась из спальни. Взгляд невольно упал на раковину в кухне. Стараясь двигаться по квартире максимально тихо, прошла на кухню и поморщилась, когда ступила ногами на холодный кафель. На столешнице возле чайника стояла закрытая бутылка минеральной воды.

С воодушевлением потянулась к ней, но тут же замерла. Оглядев пространство, я обратила внимание, что мебель и техника были не из дешёвых, но и на безумно «дорого‑богато» явно не тянули.

Хмыкнув, стала обдумывать, как мне поступить, — голова запоздало решила отозваться болью. Чуть не уронив вещи, смущённо потёрла нос: сначала надо одеться.

Впервые в жизни я так долго натягивала платье. Чертыхаясь на чём свет стоит на свой и Алинин выбор, я с облегчением всё же застегнула молнию. Прихватив бутылку с водой, вернулась в прихожую: на тумбе лежала моя сумка.

Через минуту я аккуратно закрыла дверь, держа в трясущихся руках воду, сумку и туфли. Но стоило двери за мной закрыться, как я на всех парах припустила к лифту. Через пару минут я выходила в свежий, но уже начинавший прогреваться сентябрьский воздух.

Оглядевшись, достала из сумки телефон. Современные технологии позволяли за самое короткое время определить своё местоположение. С удивлением я отметила, что до отеля, где проживала Алина, было всего пару кварталов.

Шатаясь и попивая попутно воду, я двинулась в нужную сторону. Сколько бы положительных моментов в этом утре ни было, один факт его однозначно омрачал: движения были замедлены, а тело с трудом удавалось поддерживать в вертикальном положении.

Через неопределённое время я с тяжёлым вздохом открывала вторым ключом дверь в номер. Кое‑как дойдя до дивана, я буквально рухнула на него, проваливаясь в сон.

Разбудила меня в этот раз подруга. Зевнув, я растерянно посмотрела на Алину: та с беспокойством смотрела на меня.

— Наконец проснулась. Я встала два часа назад, а ты спишь здесь. Разбудить не смогла, пришлось дать выспаться.

— Мгм, — неопределённо пробурчала я, вновь закрывая глаза.

— Тебе плохо?

Ни отвечать, ни шевелиться совершенно не хотелось. Единственным звуком, говорившим о том, что я ещё вполне жива, было урчание желудка.

— Принесу тогда тебе завтрак. В таком состоянии ты не успеешь — осталось пятнадцать минут до закрытия столовой.

Угукнув, я вновь провалилась в дрёму.

— Мила, вставай.

Вместе с голосом подруги в моё сознание ворвались звон посуды и запах свежезаваренного кофе.

— Поешь, потом, думаю, ты захочешь в душ — нам через пару часов уже выезжать надо: поезд уж точно не подождёт.

С помощью Алины я села. Взъерошив волосы ещё больше, открыла глаза. Голова уже так не болела, но ощущала я себя хреново.

— Не могло же меня развести с четырёх бокалов? — с сомнением посмотрела я на подругу.

Та вздохнула и как‑то виновато отвернулась. Вскинув брови, я продолжала смотреть на неё.

— Я и сама не сразу узнала. Ты тогда с тем парнем ушла. Я решила выпить ещё один коктейль, подошла к стойке и как‑то сама собой разговорилась с одним из посетителей — он оказался местным. Мы проболтали около получаса, а позже я решила пойти в номер. Мужчина меня проводил и спросил о тебе. В общем… — Алина смущённо почесала нос. — Он сказал, что бармен по просьбе того пузатого мужика что‑то подлил тебе в третий бокал.

Я в ужасе раскрыла глаза — такого мне ещё не доводилось переживать.

— Ну, я пошла разбираться с барменом. Тот отнекивался, но, со слов некоторых клиентов, они не сыплют ничего запрещённого, а подливают водку в вино. И, как оказалось, в трёх бокалах у тебя была ещё и водка — и довольно приличного объёма, — как‑то виновато прошептала подруга.

Поморщившись, я вздохнула. Хорошо, что только это. То‑то мне немного показался странным привкус. Но, зная свой предел, с пары стопок горячительного меня всегда уносит: уж больно низкий порог стойкости.

— Понятно, почему мне так хреново.

— Слушай, — Алина присела в соседнее кресло и поёрзала, — а что был за парень, с которым ты ушла?

Замерев, я кинула рассеянный взгляд на подругу. Честно говоря, мне ещё повезло, что я вообще на него попала. Но…

Вздохнув, я вернулась к завтраку.

— Проблемный парень, — буркнула, буквально протыкая со злостью желток.

— Не отпускал? — хихикнула подруга.

— Я веду у их группы семинары, — спокойно пробурчала я, отправляя кусочек яичницы в рот.

— Вот это номер, — присвистнула Алина. — Не сбежать, блин, от истории.

— Именно, — буркнула я, отправляя следующий кусочек в рот. — И я даже не представляю, как из неё теперь выйти без потерь. Этот парень меня ещё в универе приметил.

— Может, судьба?

— Только ты могла такую чушь сказать, — буркнула в ответ.

— Ой, да ладно. А вдруг и правда? Ну сама подумай: кому ещё так везёт встретить уже знакомое лицо за тысячу километров от дома?

Вздохнув, я пропустила мысли подруги мимо ушей — ещё и на них реагировать сил не было никаких.

— Ой, подумаешь, не верящая кулёма, — ворчала подруга. — Пойду чемодан дособираю.

И, словно ощущая лёгкую уязвимость, подруга скрылась в соседней комнате. А я проглотила свой завтрак, запивая его ещё горячим кофе.

Через десять минут я уже стояла под струями горячего душа, приводя мысли в порядок. И, честно говоря, пока получалось плохо. Если посмотреть на всю ситуацию в целом, я ещё легко отделалась. Но последствия слишком непредсказуемы — тут и не загадаешь.

Одно я знала точно: больше ни в один бар ногой. По крайней мере в женской компании. После вчерашнего я как‑то побаивалась вновь оказаться в подобном положении.

Душ и еда — две главные составляющие любого повышенного настроения.

Когда я через два часа садилась в поезд, мысли о проблемном парне и неудачном вечере уже вылетели из головы. А то самое красное платье было засунуто на самый низ сумки — его я ещё не скоро достану на свет.

Марк

Телефон на тумбочке разорвал оглушительной трелью тишину комнаты. С раздражением открыв глаза, я потянулся к вибрирующему устройству.

— Да, — голос звучал гнусаво и угрюмо.

— Опять поздно лёг? — выговаривала в трубке знакомая женская интонация. — Сколько раз тебе говорила, что необходимо ложиться вовремя спать. Ты достаточно взрослый, чтобы уже начать заботиться о себе, — продолжала читать нотации мама.

Застонав, я прикрыл глаза:

— Мам, ну ты чего с утра пораньше?

— Не мамкай мне тут. Где тебя вообще носит?

— На югах, — буркнул я, заранее ожидая очередную порцию нравоучений.

В телефоне на миг повисла тишина. А потом я услышал, как мама набирает в лёгкие воздуха:

— Ты что там забыл? Отец ключи дал? Я же запретила тебе ездить туда во время учёбы — ты на последнем курсе. Когда вы уже оба…

Дальше я слушать не стал, отодвинув аппарат подальше, и огляделся: в комнате я был один. Часы на стене показывали начало десятого. Чёрт возьми, подскочил я. На кухне и в ванной тоже было пусто. Она просто сбежала.

Услышав, как мама в трубке зовёт меня, я вернулся к разговору:

— Да?

— Ты опять меня не слушаешь!

— Прости, — угрюмо пробормотал я, шаркая на кухню.

Включив кофемашину, слушал, как она с характерным звуком запускается.

— Ты когда домой?

— Сегодня, — буркнул я.

Настроение было просто паршивым: только смог затащить на свою территорию эту особу — и тут же упустил её. Хоть приковывай.

— У тебя всё хорошо? — после небольшой паузы спросила мама.

— Угу.

Но куда там. Даже по моим односложным ответам было понятно, что не всё у меня зашибись.

— Хорошо, возвращайся. И веди аккуратно — ты же явно на машине поехал.

— Конечно, обещаю.

— Я серьёзно. Не гони — всё равно спешить некуда.

Вздохнув, я пообещал маме, что буду вести осторожно.

Стоило вызову завершиться, как телефон, прокатившись по столешнице, гулко ударился о стену, от которой отскочил и, преодолев обратный путь до края стола, с гулким стуком упал на кафель.

С раздражением опершись на стол двумя руками, я стал обдумывать вчерашний день.

В тот бар меня затащил давний знакомый, который уже несколько лет проживал здесь. С другой стороны, чёрт меня дёрнул вообще сюда явиться. Но, выслушав предложение друга, который позвонил мне буквально через пару минут после того, как машина Милы скрылась с парковки, я, не понимая собственных чувств, притащился сюда.

И вечером, потягивая какое‑то пиво, бессмысленно оглядывал праздношатающуюся толпу, ищущую на свою голову приключения. Когда взгляд зацепился за светлые волосы, я одёрнул себя: Миле в этом баре делать нечего. Так я думал. Пока не увидел, как она, шатаясь, идёт в сторону туалетов.

А дальше я наблюдал, как спустя какое‑то время её прижимает к стенке уже знакомый мне любитель подпоить и утащить девушек придурок. Костеря всё вокруг, кинулся спасать не знающую всех проблем «принцессу» из лап явно не дракона.

А потом были несколько часов мучений: эта особа смогла довести меня до белого каления. Ну кто в самый разгар интересного дела спать заваливается?

А сейчас она просто сбежала!

Телефон жалобно зазвонил. Подняв уже не раз встречавшийся с различными поверхностями аппарат, я ответил на звонок:

— Привет! Ты куда вчера делся? — в трубке бодреньким голосом вещал друг.

— Домой ушёл.

— Совсем никакого веселья. Но ты лучше скажи, что за краля с тобой была? Утащил её из лап Игоря, даже не поморщившись, — он продолжал весело тараторить. — Он мне уже все уши прожужжал, что ты у него увёл готовую особу.

Сжав от злости трубку, я услышал, как аппарат жалобно захрустел.

— Пошёл ты и этот твой Игорь лесом, — прошипел в ответ. — Ещё раз застукаю его за подобным занятием — шкуру спущу. Понял?

В трубке повисла тишина.

— Марк, ты чего? — растерянно пролепетал товарищ.

— Ничего. Если ума не хватает нормально с девушками знакомиться, катитесь оба в монастырь — там вам самое место.

И я оборвал связь. Злость буквально переполняла меня. Помимо того, что чуть не утащили приглянувшуюся мне девку, так ещё и она меня обломала.

— Твою мать!

Телефон полетел в стену. И, отказавшись мириться с судьбой вечно битого, треснул. Глядя, как экран покрывается полосами, я провёл руками по волосам, стараясь успокоиться.

Что за чёрт со мной вообще происходит? Ну увидел интересную особу — зачем же злиться? Первая или последняя в моей жизни, что ли?

Чертыхаясь, я потянулся за чашкой и налил себе спасительный кофе. В сумке лежал новый телефон — я прикупил его пару недель назад, понимая, что с моим характером старый долго не протянет.

Кое‑как успокоившись, я разместился на высоком барном стуле возле окна: погода радовала солнечными лучами. Но у меня в душе был полный раздрай — так паршиво мне ещё никогда не было.