Глава 26. Трое?

Мягко перебирая разметавшиеся по моей груди чёрные пряди мужчины, я лениво смотрела в окно. Солнце отблескивало в зеркальце на подоконнике, а мягко покачивающиеся на ветру листья деревьев отбрасывали на стену гипнотические тени. Наблюдая за игрой света, размышляла над тупиком, в который сама себя завела.

На что я надеялась, потакая всем своим прихотям? Совесть и желание обладать — несовместимые качества. Если хочешь получить нужное, будь готов наступить моральным ценностям на глотку. Хочешь поступить по совести — учти, что придется урезать себя в желаниях.

Я попыталась усидеть одной попой на двух стульях — попробовать мужчин, вызывающих во мне необъяснимую дикую страсть, и избавить себя от ответственности с ними возиться.

Тристан прав, пускай и не совсем это имел в виду. Мои эгоистичные порывы не менее жестоки, чем отношения аристократии к рабам. Одного собралась отпустить, чтобы очиститься перед самой собой и скинуть все решения за наши отношения на волка, а второго вообще планировала выпихнуть.

Пора задуматься, чего я вообще от этих связей хочу. Просто позволять себе следовать за низменными инстинктами… Я маг — высшая раса. Это ниже меня.

Стыд от осознания своего поведения с рабами разлился в груди неприятным шипящим пятном. Разочаровавшись в себе из-за бессилия и возможной потери репутации СЦР, я трусливо спряталась от проблем в объятиях не способных отказать мне и полностью зависящих от меня мужчин. Ладно у них башни по сносило — столько лет не было выбора, — но со мной-то что?

Страсть поутихла, и я задумалась о будущем. Вздыхая, мрачно поджала губы. Это будет сложно.

— Зачем? — неожиданно прохрипел мне в шею Тристан.

Удивленно покосившись на него, приподняла брови.

— Что зачем?

— Зачем ты позволила мне это?

Голос мужчины был бесцветным. Он умело от меня закрывался, не давая даже предположить, что творится в этой безумной голове.

— Потому что захотела, — честно ответила, на самом деле не зная, как объяснить свои действия.

Порыв. Очередной порыв. То, из чего состоит последняя неделя моей жизни.

— Ты специально меня заманиваешь? — сухо хмыкнул тёмный и приподнялся, нависая надо мной на локтях.

Чёрные глаза смотрели тяжело и внимательно.

Я медленно качнула головой, не совсем понимая, что он имеет в виду.

— Ты же не оставишь меня, не сможешь. С тебя рабовладелица никакая. Дай угадаю, Вендир в шаге от освобождения? — понимающе усмехнулся мужчина.

Либо я глупая, либо мне достались телепаты. На мои округлившиеся глаза он покачал головой.

— Волк готов к самостоятельной жизни, он умеет принимать решения, а ты, больше чем уверен, никому его не отдашь. Логично, — просто пожал плечами маг, поясняя свои догадки. — Он не уйдет — слишком помешан. У вас будут нормальные полноценные отношения. Два свободных существа. Ты видишь, чтобы в эту картину вписывался раб тёмный? Я нет, — отчеканил Тристан, стиснув челюсть. — К чему твои порывы облегчить мне жизнь? Это бесполезно.

Чувствуя как от этих резких правдивых слов начинает ускоряться сердцебиение, нервно смочила пересохшие губы языком. Меня редко тыкали лицом прямо в холодную безжалостную реальность, и каждая произнесенная фраза взваливалась на плечи тяжелым грузом.

— Ты прав, роль хозяйки на меня давит. Мне неймется избавиться от этого статуса. Я не умею распоряжаться чужими жизнями, но я… Я надеялась…

Путаясь в своих же словах, я притихла.

Черт его знает, на что были надежды.

— Убей меня, Альма, — обхватывая моё лицо ладонями, отчаянно пробормотал тёмный.

— Но почему? Почему ты так хочешь умереть? — накрывая его руки своими, я изогнула брови.

— Потому что ни я, ни ты не вынесем того, с чем нам придется столкнуться, если я останусь в этом доме.

Сердце сжалось в нехорошем предчувствии. Чуйка снова на что-то намекала, но понять это опять никак не получалось. Иногда мне всерьез становилось жаль, что я не оборотень.

— О чём ты? — озадаченно нахмурилась.

Тристан встряхнул головой и, опустив глаза, сухо выдавил:

— Ты не сможешь меня оставить, а если выгонишь, будешь себя винить. Считай я избавляю нас обоих от ненужного бремени.

Будто после убийства моя душа очистится… Его больное навязчивое желание умереть вытеснило из головы логику.

— Ты можешь попробовать…

— Попробовать что, Альма? Я всё равно никогда не стану свободным.

Мужчина вздохнул, словно устал объяснять ребенку элементарную задачу и убрал руки, после чего сел сбоку и уставился на меня нечитаемым взглядом. Мышцы на его сильном поджаром теле бугрились от напряжения. Чёрные глаза опустели. Снова закрылся.

— Никогда не говори никогда, — неожиданно даже для себя самой проговорила я.

Игнорируя выражение лица мага, внезапно задумалась.

Он ведь помог мне с растением. Именно благодаря ему мы снова можем двигаться дальше. Именно благодаря ему императорская семья будет в безопасности, а убийца найден.

Гарантий нет, но я не могу не попытаться. Он заслужил лучшего. Надежда призрачная, но она есть.

— Это невозможно. Не корми меня напрасными обещаниями. Я изгой. Даже свободным я не смогу выбить себе место в империи. Меня очень быстро снова закуют в кандалы.

Не желая продолжать этот спор, приподнялась и потянулась к халату на стуле у кровати. Его мнение и стремления не изменятся, что бы я ни сказала. А мои, что бы ни сказал он. Мы продолжим, когда у меня на руках будут неоспоримые факты.

Тристан прав. Не стоит кормить его напрасными обещаниями.

— Долго ещё Вендир будет в отключке? Я должна убедиться, что он не хочет свернуть тебе шею. Скоро у меня встреча с подругой.

Завязывая пояс халата, выжидающе покосилась на мужчину.

— Он уже давно не спит, — невозмутимо ошарашил меня новостью раб.

А я, багровея и бледнея, приоткрыла рот.

Проклятье… он всё слышал… И как теперь смотреть ему в глаза? А, главное, почему эта спальня ещё не разнесена в пух и прах? Вряд ли оборотень не понял, что его накачали.

Заколебавшись, перевела взгляд на шкаф. Да, я трусиха, но лучше спущусь вниз уже полностью собранной. Я ещё никогда не жила в одном доме одновременно с несколькими любовниками. Это, как минимум, неловко. Мне нужен план отступления. Я не выдержу сегодня ещё одних разборок. Беседа с Тристаном и так прибавила пищи для размышлений.

— Я сейчас. Жди здесь, спустимся вместе, — нервно кинула с любопытством наблюдающему за мной тёмному и скрылась в ванной.

Когда я опасливо вошла в кухню, Вендир спокойно распивал чай и увлеченно читал какую-то книгу. Так, словно ему было всё равно. Так, словно девушка, которую он хочет, не занималась полчаса назад сексом с другим мужчиной всего этажом выше.

Как Далира спит со своими рабами, меняя их, как перчатки? У меня и с одним-то без неловкости и самобичевания не вяжется.

Впрочем, у меня всегда были проблем с мужчинами. Я всегда слишком много думала.

Тристан издеваться над моим растерянным встревоженным состоянием не стал. Коротко взглянув через моё плечо на волка, он спокойно отправился в гостиную и расположился там, давая нам время поговорить.

Едва маг исчез, а я приблизилась к столу, Вендир отложил книгу и посмотрел мне прямо в глаза. Щеки предательски вспыхнули, на что оборотень неожиданно усмехнулся и покачал головой.

— Вижу смертная казнь отменяется, — протянул он, внимательно меня осматривая.

Ноздри крупного грубого носа раздулись. Обнюхивал.

— Не поверишь, но нет. Скорее, откладывается, — со вздохом почти пожаловалась я и взглянула на часы над его головой.

Уже не терпелось выйти проветриться и поговорить с кем-то, кто не вызывает во мне столько внутренних конфликтов, сколько вызывают мои рабы. Я не была готова к подобной ситуации и чувствовала себя не в своей тарелке.

— Что читаешь? — задала самый глупый и неуместный сейчас вопрос.

Волк приподнял брови и, хмыкнув, положил руки на стол, сцепив ладони в замок и подавшись вперед. Под этим внимательным пристальным взглядом стало ещё более неловко.

— Я чертовски ревную, Альма. Я боюсь потерять своё место в твоей жизни и буду за него бороться, если потребуется. Но я не стану вынуждать тебя выбирать. Ты вправе делать с нами всё, что захочешь. Не только потому что мы твои рабы.

Как всегда, мужчина был крайне наблюдателен, точен и лоялен. Ни в его голосе, ни в глазах я не заметила разочарования или злости. От нахлынувших нежных чувств и благодарности у меня заметалось в груди сердце. Я не знаю, чем его заслужила.

— Я не хочу делать тебе больно, но я не хочу делать больно и ему, — честно сказала, силой подавляя стыд и нервозность. Это было моё решение. Что сделано — то сделано, нет смысла сожалеть. Тем более, мне не жаль. — Это неправильно, но я… вы волнуете меня оба. Мне пока сложно это объяснить.

— Я понимаю тебя. Я оборотень, помнишь? — Вендир с улыбкой сощурил глаза. — У нас всё на инстинктах. А грань между «правильно» и «неправильно» слишком тонка, чтобы загонять себя в эти рамки. Сколько мужчин у женщин из твоего общества?

Я просто пожала плечами, зная ответ, но не видя смысла в его озвучивании. Он ведь тоже знает.

— Всё, чего я хочу, — быть здесь, с тобой. В остальном решать тебе. Я не хочу, чтобы ты потом жалела об упущенном моменте. — Мужчина внезапно, морщась, потянулся к затылку и злобно зыркнул поверх моего плеча. — Но за эту дрянь я бы с твоим другом поговорил.

Судя по тону, говорить — это последнее, что он сейчас хотел с ним делать.

Вопреки всему, я весело усмехнулась. Волк мудрый мужчина. Он и сам знает, что иначе Тристан бы не смог его удержать от меня подальше.

— Мне нужно увидеться с Далирой. Мы сходим в сауну на пару часов, — предупредила, снова взглянув на часы.

Вендир медленно кивнул.

— Я так понимаю, я опять за няньку? 152e1bc

Довольным оборотень отнюдь не выглядел, но своё раздражение проглотил вместе с глотком чая.

— Не думаю, что они нападут снова. Не вижу смысла. От чего бы нас тогда не отвлекали, оно уже сделано.

Мужчина медленно встал и стал приближаться ко мне в своей неповторимой хищной манере, надвигаясь тяжело и неотвратимо, глядя так горячо, что вскипала кровь. От сильного массивного тела исходил жар и незаменимое сладкое обещание надежности. С ним я всегда беззаботна и защищена.

Крупные грубые ладони обхватили мою голову, вынуждая смотреть в глаза.

— В любом случае, мне и правда нужно поговорить с твоим тёмным. Но, Альма, будь осторожна. Если я одичаю и вырвусь в город, у нас обоих будут проблемы. А это именно то, что я сделаю в первую очередь, если тебе навредят.

Синие волчьи глаза опасно вспыхнули предупреждением.

Улыбаясь, привстала на носочки и поцеловала его в губы. Из горла мужчины вырвался приглушенный рык, что мгновенно отозвался во всём ожившем рядом с ним теле.

— Я буду осторожна.