Глава 28. Неудачный отдых

Горячая вода обволокла каждый участок тела, приятно расслабляя мышцы. Упираясь лопатками в бортик позади себя, со вздохом откинула голову. Первый раз за долгое время убийственное напряжение, наконец, отпустило меня.

Чувствуя на себе пристальный изучающий взгляд Далиры, открыла глаза и закусила изнутри щеку.

Кажется, все же придется поговорить.

— Тебе еще не надоело загонять себя? — хмыкнула девушка, склоняя голову.

Ее огненно-рыжие локоны, намокнув, стали еще ярче — точно пламенные реки стекали по обнаженным ключицам и груди.

— Надоело, — со вздохом согласилась я.

Подруга слезла с противоположного бортика маленького бассейна и, плавно рассекая горячую воду, подплыла ближе. Продолжая вопросительно наблюдать за мной, она прислонилась к бортику с моей стороны. Густые клубья пара вокруг нас создавали уютную комфортную обстановку. Казалось, что никаких трудностей и не было, снова лишь мы вдвоем, наши незначительные глупые девичьи проблемы и веселое беззаботное времяпровождение.

— Что надумала с рабами?

Представляя ее реакцию на мои последующие слова, даже малость повеселела.

— Освободить.

Рыжая поперхнулась воздухом и выпучила на меня глаза.

— Вот почему вредно так много думать. Порой изможденный рассудок может выдать нечто… подобное. — Она неодобрительно покачала головой. — Скажи, что пошутила.

— Нет.

Вглядываясь в мое серьезное выражение, Далира помрачнела.

— Я знаю твое отношение к невольникам, но это не игра, Альма. Хочешь поощрить своих мальчиков — купи им что-то, о чем они всегда мечтали, но не подставляй себя так из-за глупых порывов.

— Они не собаки, — фыркнула, закатывая глаза.

— Они рабы, — метко выстрелила в ответ девушка и прищурилась. — Тебе отбил здравомыслие хороший секс, или что? Ты помнишь, что я говорила? Они могут пользоваться твоим положением.

— Да не пользуются они моим положением! — раздраженно процедила и со вздохом убрала с лица влажные светлые пряди. — Тебе не понять. Во-первых, у тебя эльфы — выдрессированные с детства куклы без чувств и эмоций. Во-вторых, мне виднее. То, как они ко мне относятся, невозможно подделать.

Несмотря на неприятный укол сомнения глубоко внутри, я решительно буравила подругу тяжелым взглядом. Я не была уверена в том, что им на самом деле так нужна, но была точно уверена, что моим положением никто не пользуется. Разве что Тристан… чтобы убить себя. Но это другое.

— Ладно, хорошо. — выдохнула рыжая, приподнимая брови. — Я не видела, доказывать мне нечего. Но ты хоть понимаешь, сколько проблем это может тебе принести?

— Если все пойдет как надо, то нисколько. Свободных оборотней полно и становится еще больше. Они эволюционируют и хорошо адаптируются под магов. Думаю, за раскрытие дела советника одну маленькую просьбу император исполнит. А темный вообще был непосредственным участником процесса поиска убийцы. Если бы не его помощь, мы бы все еще сидели в своих офисах и кусали локти.

Обдумав мой план, Далира медленно кивнула, но помрачнела еще сильнее.

— Разумно, но я не об этом. Ты и сама знаешь, как в Ротении относятся к темным. Мало того, что ему будет тяжело на свободе без покровительства кого-нибудь весомого, всю ответственность за его проступки повесят на тебя. Его магия — это бремя. Даже без клейма он навсегда останется изгоем. Не справится с давлением народа, сорвется — тебя подвинут с должности как виновную в замесе. Ты очень рискуешь, Альма.

Слова подруги вынудили меня, поджав губы, притихнуть.

Тут она права. Любая мелочь будет на мне отражаться. А ротенийцы еще и не упустят момента спровоцировать. Будут бросаться в него едой, вещами, клеветать и вешать всевозможные грехи. В квартале, в котором он поселится по освобождению, всю грязь скинут на него. Воровство, разбои, убийства — Тристан всегда будет под подозрением.

Об этом я не думала.

Есть выход… Покровительство хорошо, но заключение нашего с ним брака уравняет его со мной в обществе. Никто никогда не посмеет отозваться о моем муже хуже, чем обо мне. Это многолетний нерушимый устав, которому следуют все без исключения.

Но будет ли это правильно — освободив от одних оков, тут же заковать в другие? А если мужчина не захочет жить моей жизнью и принимать в ней участие? Я даже, черт возьми, не знаю, в каком случае буду мучиться сильнее: если оставлю его рабом, или освобожу и прикую к себе официально.

Я бы хотела попробовать связать свой путь с Вендиром, но Тристан… Между нами еще слишком большая пропасть.

Так же, помимо их изломленных душ и искаженных желаний, меня серьезно беспокоила моя психика. А если бы я купила не два раба, а пять — ломала бы сейчас голову над всеми пятью? Дело в моих совести, мягкосердечию и жалости или все же конкретно в этих двух мужчинах?

Чертова габелла.

— Мне жаль расстраивать тебя, но не торопись, Альма, хорошо? Выход есть всегда и в этой ситуации тоже есть множество путей, ведущих к желаемому исходу, но сначала разберись — действительно ли это то, чего ты хочешь.

Разглядывая ее обеспокоенное лицо, медленно кивнула, а затем сухо хмыкнула. И снова я пришла к тому, что, пока не будет раскрыто дело и мы не поговорим на эту тему с императором, сдвинуться с этой точки не выйдет.

— Что там с делом? Есть продвижения?

Далира заметно приободрилась.

— Группа Мелиссы добыла анразию и доставила ее в СЦР. Целители уже изготовили противоядие и отправили его императору. Осталось лишь отсканировать ауры всех темных, и дело закрыто. Убийце некуда деваться. У приграничных войск есть образцы растения, и на каждом посту круглосуточно находятся целители. Всех пытающихся покинуть империю темных сканируют на месте.

Хорошие новости. Редкое явление.

За дверьми внезапно послышался приглушенный грохот. Чьи-то крики, тяжелые шаги, звон разбитого стекла.

А вот и плохие новости.

Мрачно переглянувшись, мы слаженно выскочили из бассейна и торопливо натянули на себя банные белые халаты, туго завязав пояса.

— Они что, издеваются? — напряженно процедила сквозь зубы Далира, становясь в боевую позицию.

— Ты так и не выяснила, зачем было организовано то нападение в прошлый раз? — поинтересовалась, копируя ее движения.

— Неа. Отловленный бунтарь нем как рыба. Ни слова.

В груди знакомо завозилось сердце. Оно тревожно перевернулось и принялось долбить о ребра, бешено разгоняя по венам кровь. Это дурацкое предчувствие не покидало меня еще с того раза. Я не могла избавиться от навязчивых мыслей о доме. Нас явно пытались отчего-то отвлечь, и, так как подругу отвлекать не от чего, это наталкивало на определенные мысли…

Все же я решила перестраховаться. Набрала по связной сфере Финолу и, оборонительно выставляя перед собой свободную руку, ждала ответа.

— Альма, милая! — радостно воскликнула женщина, после чего обеспокоенно залепетала: — Ты почти никогда не звонишь. Что-то произошло?

— Финола, немедленно хватай Вендира и Тристана и вывози их из особняка. Забери пока к себе, я приеду к вам сама, когда освобожусь. Скажи им, что если тебя не послушают, я, не раздумывая, продам обоих, — поспешно жестко проговорила, вздрагивая от приблизившегося грохота.

Было неприятно говорит со старушкой в таком тоне, но сейчас мне нужно повиновение, а не уважение. Извинюсь позже. Нужно выяснить, что происходит.

Дверь с треском слетела с петель. Внутрь ворвались густые клубья зеленого дыма, заполняя собой все маленькое пространство. Повисла напряженная тишина.

Снова переглянувшись, мы с Далирой опасливо отступили назад.

— Альма? — нервно тихо позвала помощница дома. — Что ж вы не предупредили, я бы отошла…

— Что ты имеешь в виду? — понижая голос, напряженно нахмурилась. (3303c)

— Дело в том, что они слышали наш разговор и только что куда-то сорвались…

Проклятье!

А ведь волк предупреждал…