Глава 21

Привезли диск.

Ольга посмотрела. Прокрутив еще раз небольшой ролик, она опять поразилась, как все меняет монтаж и контекст. Достаточно вырезать ненужное и правильно преподнести нужное, освещая в выгодном для себя ракурсе.

Их прощальные, печальные объятия с Максом выглядели, как страстное свидание влюбленных и служебный роман, если учесть, что все происходило на работе.

— Вот урод.

Женщина со злостью ткнула на кнопку дисковода, извлекая из ноутбука злополучный CD.

Вот сволочь!

Негодяй! Подлец! Скотина!!!

Мало она нажаловалась директору ЧОПа. Если бы Ольга посмотрела это раньше, то ее маленькая месть переросла бы в тактику выжженной земли. Неудивительно, что Мирослав так разозлился, увидев это. У него просто отказали мозги и отключился здравый смысл от ревности. На то и расчет.

Прикрыв на миг глаза, Ольга взяла себя в руки. Она собирала себя по кусочкам, как перед важным интервью или пресс-конференцией. Все личные эмоции — прочь. Главное результат.

— Ну что, пупсик, — похлопала она по дивану рядом с собой, и к ней тут же прискакал пекинес. — Идем.

Она спрятала диск в конверт и положила в элегантную сумочку «боттега венета», где он едва поместился вместе со смартфоном, помадой и пудреницей.

Одевшись и нацепив на пса поводок, Ольга позвонила охране, предупреждая, что выходит.

* * *

Она немного опоздала.

Генерал уже был в ресторане, и его проводили за столик, который она зарезервировала. (Как оказалось, особого смысла в этом не было, в это время дня зал был полупустой.)

Но выбор был хорош, она не ошиблась. Десятый этаж. Несколько консервативная обстановка, малолюдность, панорама и отличный вид на город с высоты птичьего полета как бы задавали тон всей встрече.

Ольга не спросила, можно ли в ресторан с питомцами, но никому из персонала даже не пришло в голову остановить ее.

Распахнув пальто, она уверенной походкой, цокая по полу, шла к столику. Рядом послушно трусил пекинес. Следом, чуть отстав, шли телохранители в черном.

Кажется, она немного перестаралась. Это хорошо. Много не мало. Первое впечатление — самое правильное.

Женщина вздернула подбородок и улыбнулась.

* * *

Жена Зимина выглядела совсем не так, как ожидал генерал.

Вот, значит, кого все эти годы, по словам Эллы, любил его сын? Хороша. Даже слишком. Не по себе срубил сук мальчишка.

То была зрелая, искушенная, красивая от природы, невероятно ухоженная, хорошо одетая, сверкающая бриллиантами и уверенная в себе женщина из высшего общества. Причем не того, где вращаются вечно голодные до денег и мужчин эскортницы. В ней был класс и шик. Это не напускное, с этим надо родиться.

По ней не скажешь, что когда-то Ольга Леткова когда-то училась на «бюджете» журфака или хотя бы день в своей жизни работала сама.

— Ольга Борисовна? — встал он при ее появлении из-за стола.

— Василий Анатольевич, — смерила она его взглядом. — Добрый день. Спасибо, что уделили мне время. Буду краткой.

Она подошла ближе, и он отодвинул ей стул. Запоздало примчался официант, и Ольга передала ему поводок.

— Присмотрите, пожалуйста. Мне «перье» без газа, в стекле. Пока все.

Она сняла лайковые перчатки и бросила на стол. Раздеваться не стала, дав понять, что встреча вряд ли будет продолжительной.

Перед генералом стояла чашка не тронутая черного кофе. Его ценником не испугаешь. Такой аскет? Или просто хотел выглядеть таковым. Или… или же он просто не хотел затягивать разговор.

— Что вы хотели мне сообщить? — спросил он.

Васнецов выглядел иначе, чем на официальных фотографиях, хотя и был в форме. Пожилой, но все еще по-мужски красивый седеющий шатен. Похож на Макса, вернее, тот на него. Гены. Латышева права, самое главное — правильно выбрать отца для своего ребенка.

От генерала исходили некие флюиды, которые принято обозначать слабо передающим суть словом «харизма». Этот мужчина буквально давил на окружающих. Его окружала аура непробиваемого авторитета. Под таким тяжелым взглядом сразу начинаешь ощущать себя в чем-то виноватым, и появляется желание сознаться во всех смертных грехах.

Ольге с трудом удавалось сохранять самообладание в его присутствии. Надо держать маску светской львицы до конца, что бы ни случилось.

Принесли заказ. Дождавшись, когда официант удалится, Ольга начала излагать суть.

— Не буду ходить вокруг да около, — набрав воздуха в грудь, сказала она. — На моего мужа давно и целенаправленно осуществляется давление с целью отжать бизнес. Бенефициаром выступает корпорация «ТекноНова» и ее владелец Зелимханов. Его свояк Пахомов, да вы его знаете, — взмахнула она рукой, когда он хотел ее перебить, — инициировал расследование, которое под вашим руководством вел Бессонов. Копали сразу в нескольких направлениях, начиная с уклонения от налогов и кончая созданием ОПГ с целью незаконного извлечения прибыли. То есть искали не целенаправленно. Надо было просто за что-то зацепиться.

— Ольга Борисовна, не бывает без вины виноватых, — расчетливо улыбнулся ее собеседник. — Все это мне давно известно.

Ах вот как! Но он, похоже, не считает себя марионеткой. Зря. Ольга держала паузу, глядя на него.

— Вы же сами отлично знаете, что собой представляет ваш муж.

А вот это уже удар ниже пояса. Только она не мужчина, с ней этот номер не пройдет.

— И тем не менее, — отпила она из бокала и прямо посмотрела на него, не отводя глаза в сторону. — Найти улик не удалось. Вы же все понимаете. Не имеет значения причина, по которой его удастся посадить. Главное поместить в СИЗО, чтобы он лишился возможности управлять компанией. Но не все так просто, как вы думаете.

— Так поясните.

Теперь он правда заинтересовался, сопоставив связи Пахомова и Зелимханова. Что такого особо ценного имеет банкир, раз олигарх так завелся? Надо проверить.

— Если посадить не удастся, его физически устранят. Однако до этой осени мы не были женаты, — сказала Ольга. — Если бы с моим мужем и свекром что-то случилось, в течение полугода наследство перешло бы к двоюродным братьям и далее было бы продано по остаточной стоимости Зелимханову. Однако теперь мы с Зиминым поженились. Без брачного контракта.

Она как бы невзначай шевельнула рукой, на которой сверкнуло золотое обручальное кольцо в бриллиантовой крошке — шедевр «де бирс».

— Физическое устранение всей семьи вызовет слишком много вопросов, — добавила она. — Будь то расстрел или автокатастрофа. Если с моим мужем что-то случится, наследование будет под вопросом. Я жду ребенка и по действующему законодательству имею право на вдовью долю. Так же и мой ребенок, который родится в течение года с момента смерти.

— Но позвольте! — не сдержался он.

Его поразило, настолько холодно и расчетливо это звучало, и как эта изысканная женщина рассуждала о смерти.

— Не позволю, — улыбнулась Ольга. — Зелимханов тоже это понимает. Так что нас с мужем пытаются банально развести, используя компромат. Василий Анатольевич, это вам.

Она расстегнула клатч, вытащила диск и протянула ему, подтолкнув через стол. Отец Макса взял и, вперив в нее тяжелый взгляд, спросил:

— Что это?

— Видеозапись. Там ваш сын и я, — ответила она. — Да, я знаю, что вы знаете.

Ольга ясно дала понять, что в курсе его осведомленности. Наверняка генерал интересовался прошлым сына.

Но она специально нагнала туману. Пусть теперь гадает, что на диске. Ольга не стала брать ноутбук, чтобы показать ему запись.

Женщина заранее решила, что не будет просить его приостановить расследование. Спустить на тормозах не получится. Если она это сделает, Васнецов наоборот воодушевится, как ищейка, вставшая на след. Пусть он дойдет до этой мысли сам, сообразив, что его единственного сына банально используют. Пускай думает, что это его собственные мысли, а не те, что она вложила ему в голову.

— Это Максим дал тебе телефон?

— Нет. Мы с ним давно расстались, на этот счет не переживайте, — сказала Ольга. — Номер дала мне Элла Александровна. Я не желаю портить вашему сыну жизнь и надеюсь, что он поскорее меня забудет. Он даже не знает об этой встрече, надеюсь, так и останется. Но мне не нравится, что кто-то использует его, как пешку, чтобы разрушить мой брак. Этот диск прислали моему мужу. Я бы не хотела, чтобы ситуация усугублялась.

— Это интересно. Спасибо.

Васнецов не подозревал, что все так далеко зашло. Люди Пахомова не чураются таких методов. Интересно, он знает о его родстве с Латышевым? Почти наверняка. Еще один рычаг давления. Им все равно, как это отразится на карьере главы УМВД. Главное результат. Игра «посади банкира» зашла слишком далеко.

Пауза затянулась. Ольга обратила внимание, что генерал покраснел, и у него на лбу выступила испарина. Он с силой оттянул воротничок рубашки, который его душил.

— Вы в порядке? — спросила она, впрочем, равнодушно и безо всякого человеческого участия. — Воды?

— Нет, спасибо, — натянуто ответил он. — У вас все?

Очевидно, он считал разговор оконченным.

— Да, — лаконично ответила Ольга. — Не смею вас больше задерживать.

— Спасибо за информацию.

Генерал пребывал в сильной задумчивости.

— Я вас покидаю.

* * *

Спустившись вниз и оказавшись на улице, Ольга сообщила телохранителю:

— Ваня, я хочу прогуляться.

— Ольга Борисовна, может, не стоит.

— Здесь центр города, — ответила она. — Ничего не случится.

Рядом «Большой», «щепка», Кремль и уйма госструктур, включая Центробанк. Вряд ли кто-то осмелится похитить ее.

— Чарли, идем.

Она решила прогуляться до ЦУМа и по примеру незабвенной домработницы Зины купить для собаки ошейник. Какой-нибудь гламурный, со стразами и кристаллами Сваровски, какой и полагается носить собачкам светских львиц.

Такая вот странная блажь.

* * *

Брилев сообщил руководству, что хозяйка решила заняться шопингом.

Чарли оставили в машине. Ольга Борисовна прошлась пешком по Неглинной, добралась до Петровки и теперь гуляла по своему любимому торговому центру.

От косметических корнеров она позорно бежала, преследуемая тошнотворными запахами.

— Мама мия, — прижала она к лицу носовой платок.

Сколько же еще ей это терпеть? Вопрос риторический. Надя говорила, через месяц-другой станет легче.

Зоомагазина Ольга так и не нашла, но купила в отделе с бельем и бижутерией замечательный человеческий ошейник из натуральной кожи с позолоченными торчащими шипами. Самый маленький размер. Ей отчего-то в этот миг вспомнился фильм про Тома и Джерри. Там был матерый, крутой бульдог с точно таким ошейником. Ну, ничего, подгонит по размеру, и для пекинеса тоже сгодится.

— Может быть, наручники? — спросила продавщица.

Над стендом с нижним бельем висели очаровательные розовые пушистые наручники.

— И наручники, — не стала разочаровывать ее Ольга. — И еще померить во-он тот комплект.

Грудь правда увеличилась, пора менять белье на более комфортное. Лучше бесшовное.

* * *

Мирослав Зимин пропустил обед. Попили кофе с Поповым, разбирая бумаги, привезенные парнями из области.

Они решали, что уничтожить, а что из двойной бухгалтерии оставить. Кого послать разгребать весь этот финансовый срач. Потом — тема со спортивными промоутерами и организацией дня рождения самого Зимина.

— Сороковник, однако, — крякнул Поп. — Заранее не дарят, но что ты хочешь?

— Даже не знаю. Вроде все есть.

— Это плохо, — со знанием дела заключил друг. — Когда ничего не хочется. Такое только у покойников.

Зазвонил телефон, и Зимин обрадовался, что не надо продолжать разговор. А правда, у него есть все. Бизнес, дом, красавица жена, скоро будет ребенок. Уладит дело с активами — и вообще полный порядок. Слишком все хорошо складывается.

Звонил Крагин, сообщал о встрече жены с генералом. Значит, она сделала, что он просил. Зимин не знал, как тот среагирует.

Если эффект будет обратный, тоже хорошо. Отвлекутся на расследование, будет шмон в банке или клубе, может, в букмекерских. Не впервой. Это в любом случае внесет неразбериху, ломая планы Панина.

А если даст команду «стоп», отлично. Тогда по плану. Продает актив Гордиенко или тем, кто согласится купить. Зимин уже решил скупать колл-опционы «Харизмы», как просила жена, и выставить пакет акций нефтеперевалочной базы на продажу. Почему нет? Надо избавляться от контрольного пакета. С брокером он уже переговорил.

— Чей-та ты веселый, — сказал Поп.

— Продаю нефтебазу.

— А если купит Зелимханов?

— Не купит, — усмехнулся Зимин.

За ту цену, что он выставит, торговаться акции будут вяло. Но кто работает на перспективу, возьмет, чтобы потом перепродать. Инсайдерская информация о заинтересованности «ТекноНовы» уже запущена.

Зелимханов все еще надеялся заполучить актив за бесценок. Не-ет… Не купит.

Гордиенко, кстати, тоже узнает о планах Зимина, сочтет их разумными в данной ситуации и решит перехватить сразу весь кусок, не довольствуясь опционами. Просто предложит сделку напрямую. По крайней мере, Мирослав на это надеялся.

Но цену за актив попросит ниже. То есть был смысл задрать ее до небес, чтобы потом опустить до приемлемого уровня. Обе стороны будут довольны.

— Так ты продаешь или нет? Я не понял?

— Продаю, — ответил Зимин.

* * *

Она зашла в бутик «Жиль Зандер» и купила просторное, расклешенное книзу льняное платье — дома носить. Ценник, конечно, не гуманный, раньше бы не купила. Но то раньше.

Будет носить дома на поздних сроках. Просто понравилось. Ольга представила себя с во-от таким животом, в этом самом платье, и улыбнулась. И чтобы Зимин был рядом.

Мужу, кстати, так и не придумала подарок. С досады купив два шелковых галстука от «версаче», она пошла дальше…

* * *

Снова позвонили. Жена гуляет, шопинг у жены.

Зимин невольно улыбнулся. Он подошел к окну, размышляя, а не послать ли к черту работу, спихнув на Попова, и не поехать ли на обед с Ольгой. А потом в спортклуб, давно не был.

Пиликнули пару раз ЭсЭмЭски. Покупка в бельевом отделе — одобряет. Покупка в каком-то бутике с незнакомым названием — ладно, пусть. Спустила больше ста тысяч за раз. Еще какая-то покупка.

Ладно, по коням. Выезжает. Надо только охрану предупредить, чтобы ждали там.

* * *

Пока он ехал в ЦУМ, позвонил поверенный Гордиенко и предложил сделку. Ольга выиграла.

* * *

Она безумно обрадовалась, когда подъехал муж. Сама хотела ему предложить встретиться и где-нибудь провести время.

— Только наоборот, — поцеловала она его в щеку, когда вышла из универмага. — Сначала позаниматься, а потом поесть. Иначе будет тяжело. Но в целом план хорош.

Господи, они не виделись всего несколько часов, а она уже соскучилась. Они стоят, застыв во времени, как в янтаре, а люди бездумно идут мимо по делам. Спешка и суета большого города обтекает безликим людским потоком, не в силах их коснуться…

— Я купила тебе галстук. Даже два, — добавила она, обнимая Зимина.

— Да у меня их полно.

— Знаю. Хм, — стерла она с его щеки помаду. — Я думала, это как туфли у женщин. Никогда не бывает много.

У него появились дорогие костюмы и галстуки, когда он обзавелся собственным карманным банком. Мимикрия под ту среду, где он теперь вращался, не более того. Однако Зимин отлично понимал, что он тут чужеродный элемент.

Малиновых пиджаков и пудовых золотых цепей, как другие новорусские, никогда не носил. Маскировался под сильных мира сего, подражая им во всем. Как ему казалось, успешно вписался в деловой мир столицы, но не фанател от шмоток, как другие. Не было такой зависимости.

— Покажешь потом, — сказал он.

Ольге показалось, что из вежливости. Ладно. Время до дня рождения еще есть. Что-нибудь придумает.

— Я как чувствовала, взяла с собой сумку для йоги, — сказала она, пока они шли к машине.

— Умница.

Зимин помог ей сесть и пристегнуться, и они покатили в спортклуб. По пути он сказал, что поступило предложение о покупке от Гордиенко.

— Есть нюанс, — добавил он, глядя на дорогу, а не на жену. — Он хочет все.

— То есть контрольный пакет его не устроит?

— Именно так. Все или ничего.

Ольга задумалась. Со стороны владельца «Призма групп» это был ненавязчивый шантаж. Он знает о ситуации Зимина и беззастенчиво ею пользуется. Нет, так дело не пойдет…

— Слав, а нефтебаза застрахована? — спросила она.

— А как же.

— И там наверняка полно горюче-смазочных материалов.

Он от неожиданности чуть не нажал на тормоз. Это что же получается? Она предлагает избавиться от объекта? Не может быть.

— Оль, ты же не предлагаешь все это сжечь, — не поверил он.

— А-а, ну да, ну да, два года работы, — доброжелательно подколола она его. — Помню-помню. Слав!

— Что?

— Вообще-то я думаю, что ты можешь, — серьезно сказала Ольга. — Но тебе ни в коем случае не стоит этого делать.

— Почему?

— Это же транспортный хаб. Кроме того, могут быть жертвы. Стоимость так велика, что страховая контора затянет с выплатами до окончания официального расследования, и деньги зависнут. Устанешь разбиться со следственным комитетом, транспортной прокуратурой и природоохранными органами. Так что категорически «нет».

Муж ничего не ответил, и повисло тягостное молчание. Ольге было немного не по себе, но она была рада, что высказала это. Прогнозируя действия Зимина, она подумала и о последствиях. Это же не букмекерскую спалить. Тут иные масштабы.

Зимин тоже думал. Она права. Умная женщина, даже слишком. Он до сих пор не понимал, нравится ему это или нет.