Глава 20

Они спустились на лифте, и только в машине Ольга наконец смогла расслабиться. Она тесно прижалась к мужу, вздохнула, уткнувшись ему в грудь, и прошептала:

— Господи, Слав. Я так устала. Неужели у тебя каждый день такое?

— Не каждый, — улыбнулся он, поглаживая ее по спине. — Но бывает.

Ольга не привыкла к переговорам. Не всегда это происходит в специально зарезервированных комнатах. Чаще все происходит именно так, в неформальной обстановке. Так проще договориться. Остальное довершают юристы и бухгалтеры.

Бывало всякое. Бизнес часто делался в сауне с бабами, на чьей-нибудь яхте, на рыбалке, во время застолья… Ей и не надо этого знать. Все это не для женщин.

Хотя он не мог не признать, что Борис Летков — полный дурак. Если бы он позволил Ольге заняться бизнесом, она бы, без сомнений, принесла пользу компании, и все не закончилось бы так бездарно.

— Знаешь, он клюнул, — сказала жена, не глядя на него.

Он чувствовал ее горячее дыхание сквозь пиджак и нежный аромат, исходящий от ее волос. Рука его замерла.

— Гордиенко?

Ему глава «Призмы» не показался хоть сколько-то заинтересованным.

— Кто же еще, — отодвинулась она. — Видел, как он сделал стойку?

— Что-то не заметил.

Зимин, кстати, раздумал продавать. Опять стало жалко трудов. Проще завалить гендиректора корпорации. Или сжечь нахрен объект, получив страховку, обанкротить «детку» и свалить в закат. Как говорится, так не доставайся же ты никому. Недавно он провернул такое в Питере, не пожалеет и нефтеперевалочную базу.

— Вот увидишь. Не веришь мне? — заявила Ольга. — Спорим? Не пройдет и пары дней, как последует предложение о покупке.

— А что ты хочешь? — снисходительно поинтересовался он. — На что спорим?

— На желание, Слав.

* * *

Удивительно, но Зимин согласился. Хотя она могла пожелать все, что угодно, хоть луну с неба. Он же не мог знать заранее, что ей надо.

Ольга твердо знала, что он сдержит обещание. Муж — человек слова. А игорный долг, особенно в криминальных кругах, был свят. Например, он чуть не проспорил Глорию и женился ради этого, иначе пришлось бы отдать кобылу. Теперь — не глядя согласился на ее условия.

Так доверял? Лестно. Или был уверен, что сможет выполнить желание? Как будто знал, что она не попросит невозможного.

— А что ты хочешь? — запоздало поинтересовался он, пока ехали домой.

— Секрет, — таинственно улыбнулась Ольга, опустив глаза.

Женщина хотела, чтобы он встретился с отцом, и они наконец помирились.

— А если выиграю я? — не удержался он.

— Придется исполнять твои желания, — притворно вздохнула она.

— Профит в любом случае, — хмыкнул он.

— Ну, да.

* * *

Она небрежно бросила запонки на туалетный столик в гардеробной, и они тихо звякнули. Расстегнула стилизованный под мужской пиджак. Пальцы пробежались по жемчужным пуговкам на белоснежной сорочке. Вот так, сверху донизу… Пусть видит.

На стол посыпались шпильки. Ольга встряхнула освобожденной от оков гривой кудрявых волос.

— Ах… Хорошо…

Зимин подошел сзади. Он сдернул ей с плеч пиджак, обнажая Ольгу до локтей, будто снимая обертку с подарка, и поцеловал в смуглое плечо. Его рука легла ей на грудь. Во время обеда он гадал, в белье она или нет. Нет.

— Так удобнее, — улыбнулась она и положила поверх свою ладонь. — Полная свобода. У мужчин множество преимуществ.

— Ты о чем?

— Я в целом, — развернулась она.

Зимин спустил пиджак еще ниже, обнажая Ольгу до пояса, и сжал ей сосок. Женщина тихо вздохнула, опустив ресницы. Она выпростала руки, и одежда упала на пол.

— Но, — прямо и безо всякого кокетства посмотрела она на него, — брюки мы у вас все же отжали.

Она расстегнула кожаный пояс, переступила через одежду и осталась стоять перед ним в одних тонких белоснежных трусиках и телесных чулках без подвязок. Ольга, как змея, сбросила старую шкурку, возрождаясь к жизни.

На губах у женщины играла обольстительная улыбка, глаза искрились от смеха. Это было маленькое хулиганство. Она так решила, пока выбирали одежду. Снаружи строгость — внутри чистый соблазн.

Ольга обвила мужа руками и поцеловала.

— Что это было? — спросил он, обняв ее и вдыхая нежный аромат.

— В ресторане?

— Да.

— У Гордиенко очень властная мать. Еврейка, — добавила она, словно это все объясняло, и запечатлела короткий поцелуй у него на губах. — Он ее единственный ребенок. Любовницы и нынешняя жена все как на подбор старше лет на десять-пятнадцать и очень похожи на мать. Я сейчас не о типаже. Внешность тут по большому счету не имеет значения.

Он подхватил ее под бедра и усадил на столик. Ольга ощутила обнаженными ягодицами холодную полировку и вздрогнула от предвкушения.

— Так вот, — мечтательно вздохнула она и изогнулась, устраиваясь поудобнее. — Его жена контролирует все вплоть до диеты. У Гордиенко высокий хотестерин, проблемы с сердцем и лишний вес.

— Не понял, — замер Зимин, пристально глядя ей в глаза. — Откуда ты все это узнала?

Крагин в аналитической справке ничего об этом не писал. Все больше о бизнесе и интересах холдинга, которым руководил Гордиенко.

— Его жена много лет посещает салон красоты, принадлежащий Латышевой, — ответила она.

Женщина шевельнулась и сжала бедра, ощущая, как он возбуждается еще сильнее. Только тонкая преграда из ткани отделяла их друг от друга.

— При чем здесь переговоры? — очень интимно прижался он, стоя у нее между ног.

Все еще одетый. Черт!

— Надо было его смутить и вывести из себя, — пояснила Ольга и оттянула пряжку его кожаного пояса. — То же самое, что сделал его юрист в самом начале.

— Оль, — провел он рукой по ее животу и коснулся тонкого треугольника ткани ниже, и она снова вздрогнула от страсти. — Может, лучше в постели?

— Тебе решать, — улыбнулась она. — Я сегодня девочка, хочу ремня и на ручки.

* * *

В приглушенном свете прикроватного ночника все казалось каким-то зыбким.

— Слав, — сказала она, не глядя на него. — Слав…

Ну, скоро он там? Она легла на бок, опираясь на локоть, и подняла глаза, наблюдая, как Зимин раздевается. Воу-воу-воу! Горячо. Помогать не будет, чтобы не перевозбудился. Хотелось бы подольше, чем в прошлый раз. От этих мыслей становится еще жарче, будто в спальне включили камин. По контрасту по коже как будто пробегает ветерок.

Есть на что посмотреть. Есть что потрогать.

«Кубики» пресса. Она садится, и ее лицо оказывается как раз напротив. Поцелуй выше пупка. Пальцы скользят по коже, и он рефлекторно напрягается. Снизу тоже.

— Люблю тебя.

Ольга вдруг падает навзничь, так он быстр. Зимин смотрит на нее сверху, давит и вжимает в упругий матрас.

— Я тебя люблю, — повторяет она.

Он раздевает ее, сдергивая кусочек шелка, изображающий трусики. От касания пальцев к бедрам по ее телу снова пробегает сладкая дрожь.

— Оу… Мама мия.

— Тише, — затыкает он ей рот поцелуем.

Он уже внутри, входит сантиметр за сантиметром, медленно овладевая ею.

* * *

Потом они лежали и смотрели друг на друга. Ольга — со звенящей пустотой в голове. Ни одной мысли, только сладкое послевкусие после оргазма. Он — задумчиво и оценивающе, так что женщина встрепенулась и приподнялась на локтях.

— Что? — спросила она и коснулась его губ коротким поцелуем.

— Женская мафия, — недовольно сказал он, и она поняла, о чем он думал.

Ольга тихо засмеялась.

— А ты как думал, Слав?

Она снова поцеловала его, и он ответил. Это переросло в нежные ласки. Секса им уже было достаточно, но не любви. Ей хотелось и после всего… Еще. Просто быть рядом.

— Я не хочу встречаться с Латышевым, — сказала вдруг она, серьезно посмотрев на мужа.

— Почему?

— Из-за тебя.

Он помолчал. Злости, как раньше, не было, но Мирослав хотел докопаться до причины. Бабы, конечно, существа противоречивые, но не настолько же. Ольга по его взгляду поняла, что можно сказать.

— Я не знаю, что там у тебя переклинило в голове, когда мы поссорились. Но повторять не хочу. Понимаешь? — сказала Ольга. — Даже если ты сам попросишь об этом. Использовать его тоже не стану. Это уже с моей стороны просто некрасиво.

— Ясно.

Четко разложила по полочкам. Сначала Зимин решил, что она идет против из чистого упрямства, но все оказалось совсем не так.

— Твой Ковылев прислал видос, где ты с Латышевым, — сказал он, наклонившись к ней. — Там вы с ним на работе в твоем кабинете.

— О, боже.

Она все поняла. Ольга посмотрела ему в глаза.

— Мы попрощались тогда навсегда, — сказала она. — Слав! Почему я должна оправдываться?

Женщина задергалась, пытаясь вырваться из его крепкой хватки. Зимин придержал, пока она не успокоилась, и только тогда отпустил. Жена ему напоминала злую шипящую кошку.

— Да я уже понял, — усмехнулся он, потянув ее за руку.

Ольга хотела еще немного поупираться для вида, но не стала. Рядом с ним она почему-то сразу успокаивалась. Хотелось прильнуть и остаться так навечно.

— Хорошо-о-о… — низко, с хрипотцой протянула она.

* * *

Утром за завтраком у нее вдруг выкристаллизовалась в голове картинка, как все будет. Нужен только компромат на Ковылева.

В смартфоне уже был забит телефон генерала, которым поделилась мать Макса. Но как к нему ненавязчиво подойти, она тогда еще не знала. Теперь повод наконец появился.

— Слав, — сказала она, попивая свой зеленый чай. — Мне нужен тот диск.

— Зачем? — напрягся он.

Минуту назад все было просто отлично. Жена, свежая после душа, шустрила на кухне, тихо мурлыча что-то себе под нос, и вот тебе на! Просьбочка.

— Надо для дела, — ответила она. — Потом расскажу. Да не напрягайся ты так! Считай, что я хочу удовлетворить свое любопытство.

Она не слишком надеялась, что дожмет мужа, если только он сам не захочет узнать, зачем ей понадобился диск, из-за которого они поссорились.

— Он где-то у Крагина.

— О! — обрадовалась она. — Отлично. Позвоню ему. Давай, я после обеда заберу его в банке, хорошо? Или пусть привезут сюда.

— Опять твои женские штучки.

* * *

Для начала она решила пообщаться с бывшим начальником, Николаевым. Дождавшись, когда закончится планерка, Ольга набрала его номер:

— Алло! Сергей Васильевич, здравствуйте. Это Леткова.

— А, Ольга, это ты, — пробасил он. — Что случилось?

— Сергей Васильевич, разговор есть серьезный, — ответила она. — Насчет вашего зама. Ковылев несколько… э… превысил свои служебные полномочия. Он воспользовался ресурсами ЧОПа в личных целях.

— Так. Говори.

Она кратко обрисовала ситуацию с Ковылевым и видеозаписью.

— То есть я правильно понял? — тяжело ронял слова бывший начальник. — В кабинете пресс-секретаря установлены камеры?

— Да, вы меня правильно поняли. Не знаю, сколько это продолжалось. А ведь у меня там полжизни проходит… проходило. Я даже переодевалась там. Этак скоро в туалетах камеры появятся, вы не находите?

Начальник ЧОПа помолчал, осознавая масштабы проблемы.

— Я приму меры, — наконец сказал он. — Но и ты не выноси сор из избы.

— Только ради вас, Сергей Васильевич.

Ольга удовлетворенно улыбнулась. Маленькая месть. Слишком маленькая за те волнения, что она пережила по вине Ковылева, но это лучше, чем ничего.

Накрутят ему хвоста, чтоб неповадно было.

* * *

Положив трубку, она стала собираться на рандеву с генералом Васнецовым.

Памятуя советы Эллы Александровны, Ольга собиралась, как на ипподром. Она должна выглядеть дорого, но не вульгарно. Статусно. Драгоценности, предоставленные «меркьюри» для съемок, пришлись весьма кстати.

Лучшее белье. Никто не видит, но она-то знает, что на ней, и это придает ей уверенности. «Аромэтикс эликсир» — нежные, горьковатые и, пожалуй, единственные духи, которые она могла сейчас носить из-за беременности. Бежевое пальто из альпаки. Мягчайшее кашемировое кремовое платье ниже колен. Плотные черные колготки, коричневые ботильоны и лайковые перчатки в тон. Серьги с бриллиантами. Сдержанный макияж. Распущенные волосы, скрепленные перевитым шелковым шарфом, как ободком.

— Как тебе? — спросила она.

— Вуф! — ответил пекинес, который все это время сидел у входа в гардеробную, и усиленно завилял хвостом.

Он одобрял любое действие хозяйки.

— Я тоже так считаю.

Васнецов увидит не бывшую пассию сына, а изысканную жену банкира, которая выразит свое недовольство вмешательством в частную жизнь.

* * *

Стало жарко. Ольга скинула пальто и пошла в гостиную. Уютно устроившись с ноутбуком за журнальным столиком, она изучала места, где можно встретиться с генералом.

— Что тут у нас?

Элла Александровна сказала, что генерал демонстративно не приемлет излишеств. Обычно он обедает в ведомственной столовой. Именно так. Василий Анатольевич старается не выделяться и не сорить деньгами.

Это автоматически означает, что он вряд ли где-то с кем-то обедает в это время. Накладок не будет. Хорошо. Главное, чтобы он согласился встретиться с ней.

— Алло, Слав, — набрала она номер мужа. — Скоро там диск привезут?

— Чуть не забыл, — ответил он, и Ольга по голосу поняла, что он темнит.

Зимин не хочет, чтобы она куда-то ходила. Или просто не желает показывать, что было записано на диске.

— Давай я сама позвоню Крагину.

— Не надо. Погоди полчаса.

Ольга размышляла, куда не зазорно будет сходить жене банкира и действующему генерал-полковнику. Причем так, чтобы это не выглядело конспиративной встречей на явочной квартире. Иначе Васнецов точно откажет ей.

Где лучше всего спрятать что-то? На самом видном месте.

Если они встретятся публично, среди бела дня, то даже у службы Собственной безопасности вопросов не возникнет. Они как бы покажут, что скрывать им нечего.

— «Консерватория»!

Ольга была там пару раз. Ресторан с видом на Кремль располагался в отеле «Арарат Парк Хаят». Все рядом, в центре, и генералу выбраться в обед не представляет никакой сложности.

Женщина знала в общих чертах о преследовании компании мужа. Так, полковник Бессонов принял участие в деле с депутатским сынком, покушениями и ее вызволением после похищения. Подчинялся он непосредственно генералу Васнецову.

Как тот завязан на олигарха Зелимханова? Муж не сказал, но все и так было в открытых источниках. Свояк у него — Пахомов, начальник Службы общественной безопасности МВД, который — вот же совпадение! — не так давно получил представление на новое звание и должность замминистра.

«Так вот где собака зарыта!»

Ольга думала. В голове складывалась цепочка: глава корпорации «ТекноНова» Руслан Зелимханов, его свояк генерал-полковник юстиции Юрий Пахомов, далее глава столичного управления МВД генерал-полковник Василий Васнецов, полковник Бессонов и Меркулов, которого, к счастью, уже сняли за связи с депутатом Мякишевым (ныне покойным).

Она поежилась, стараясь не думать, кто все это организовал. Вот это и называется «замужем за мафией». Она волей-неволей оказалась втянута в это.

Муж вышел сухим из воды. В этом направлении на время приостановили расследование, но Ольга не ручалась, что оно вдруг по чьей-то команде снова не возобновится. Это беспокоило и Зимина, которому нужно было выиграть время, чтобы провернуть дело с продажей активов.

— Время!

Полдень. Ольга посмотрела на инкрустированные перламутром настенные часы и набрала номер, который дала ей Элла Александровна Латышева. Несколько гудков и томительное ожидание.

— Алло! — услышала она в трубке приятный мужской баритон.

— Василий Анатольевич? Это Ольга Борисовна Леткова. Я хочу с вами встретиться по одному очень важному делу. Не могли бы вы уделить мне время?

* * *

Васнецов удивился, увидев незнакомый номер. Однако все же ответил, гадая, кто это может быть. В любом случае, «пробить» потом не проблема, с его-то возможностями.

Звонила жена Зимина и по совместительству бывшая подружка его сына Максима.

Сначала возобладала природная осторожность. Однако любопытство взяло верх, и он согласился на встречу.