Глава 11

Женя не помнила, как уснула, но проснулась со слезами на глазах. Ей снилось, как Никита обнимал её и в следующий их визит на каток сделал романтическое предложение; всё это было так трогательно и реалистично, что Женя расплакалась ещё во сне, а после пробуждения – лила слёзы уже по другой причине. Тётя по-прежнему уверенно вела машину, а двое пассажиров позади утихли. Должно быть, тоже уснули. Съехав с шоссе, женщина заглушила мотор. – Остановка! – громко воскликнула она. Ида, голова которой лежала на плече Никиты, подскочила. Тётя вышла и закурила. Женя смотрела, как Никита бежит в туалет, а Ида решила купить себе перекусить. – Тебе что-нибудь нужно? – открыла она дверь, склонившись, и Женя посмотрела на неё. Как она могла так поступить с подругой детства, у неё не укладывалось в голове. С маленькой Идой во дворе никто не дружил, и Женя была первой, кто протянул ей руку. В школе они были настолько близки, что никто не вмешивался в их тандем, зная, что поссорить девочек просто невозможно. Но они выросли, и какой-то парень смог всё испортить. Вряд ли это была его инициатива. Характерной чертой Иды, о чём Женя предпочла умалчивать, была зависть. – Интересно, когда всё началось? – промолвила Женя, а Ида непонимающе уставилась на подругу. – Не поняла. – Я про ссору между мамой и тётей, – выкрутилась она. – Не бери в голову! Возьми мне воды, пожалуйста. В горле пересохло, – Женя обернулась и, взяв с заднего сиденья рюкзак подруги, передала его ей. – Пригодится. И пусть с тобой обязательно останется Никита, а то, мало ли, кто-нибудь захочет обворовать, – сказала Женя, в надежде, что Ида задержит Никиту. – Окей! – радостно, словно только что получив одобрение на их любовь от самой Жени, крикнула Ида и скрылась за дверями магазина заправочной станции. Женя подтолкнула тётю к машине: – Едем! Выбросив сигарету в снег, женщина села за руль и без лишних вопросов нажала на газ. Позади оставались двое предателей и четыре часа пути. – А я всё думала, когда ты решишь сбросить балласт! – ухмыльнулась женщина, а Женя с удивлением на неё уставилась. – А ты проницательна! – улыбалась девушка. – Мама бы ни за что не позволила этого сделать! – Маме это знать необязательно, – ответила она и взглянула в зеркало бокового вида, провожая взглядом размахивающих руками людей, которые с каждой минутой становились всё меньше и меньше. – Я решила отвезти тебя и вернуться назад, – сухо сказала женщина, когда они преодолели больше половины пути. – Как? Ты не останешься с нами отпраздновать? – расстроилась Женя, убрав наушники. – А что будем праздновать – наш затянувшийся с твоей матерью скандал? – Ну пожалуйста, тётя, – взмолилась девушка, – ради меня. – Ради тебя я сейчас здесь, за рулём, поэтому не проси меня о большем, – отрезала та, и Женя, тоскливо обняв рюкзак, поникла. Но тётя действительно много для неё сделала: пустилась в столь дальний путь, рискуя каждую минуту оказаться под сугробами налипающего снега… Несколько часов в пути сказались усталостью, и Женя предложила тёте отдохнуть «где-нибудь тут». Но женщина молча продолжала вести машину вперед. – Может, поговорим, чтобы отвлечься? – предложила племянница, но та не ответила. – Тогда предлагаю поужинать! – бодро воскликнула она, машинально взглянув на часы. – Через двадцать четыре часа наступит Новый год, – подытожила тётя, съехав с трассы. – Если откинуть эти сиденья, можно очень уютно устроиться! – взглянув на двойной ряд сидений, рассуждала Женя. – Жаль только мы не подумали об этом раньше и не взяли пледы. Но машина хорошо прогрелась, а ноги можем укрыть пуховиками! Женщина принесла из багажника пакет, из которого очень аппетитно пахло, и достала контейнер. Внутри лежали два кусочка мяса по-французски и ещё тёплый, приготовленный со сливочным маслом, картофель. – Невероятные ароматы! – облизнулась Женя и, скинув ботинки, влезла на сиденье, усевшись в позе лотоса, ясно давая понять, что возвращаться на переднее сиденье она не собирается. Тётя и сама понимала, что нуждается в отдыхе. Женя уже клевала носом, когда её подбородка и холодных коленей коснулась тёплая, приятная ткань. Она так устала, что даже смогла побороть любопытство и не разлепила глаза. В какой-то момент автомобиль тронулся, и Женя в страхе закричала: – Проснись, тётя! Что-то не так! – Ты ж моя красавица! – рассмеялась женщина, и Женя поняла, что та уже за рулём. – Когда ты проснулась? И почему… – только сейчас Женя поняла, что пригрелась под мягким пледом, заботливо укрытая тётей, – меня не разбудила? – Если бы мы проспали всю ночь, вероятность того, что ты напрасно обнадежила мать, была бы непростительно высока. Улыбнувшись, Женя украдкой утёрла взявшуюся откуда-то слезу. – Мы можем остановиться? – вновь спросила она. – Я хочу пересесть к тебе. – Сиди там, Евгения. Я больше не планирую остановок. Если мы не успеем добраться до города к шести, то точно попадём в метель. Повиновавшись, девушка прибралась в салоне, сложив одеяло и расфасовав мусор и еду по пакетам, и принялась смотреть в окно. Вокруг распростерлись невероятные просторы, поражающие красотой северные ландшафты. Убегая в заснеженные сопки тайги, переходящей в лесотундру, нескончаемая лента дороги впечатляла. Чем дальше они продвигались на север, ближе к Арктике, тем ниже и реже становились деревья. Световой день быстро таял. Спустя два часа в воздухе закружились крохотные белые снежинки, словно из стихотворения Бальмонта: «…Дорогой бурною легко проносится, не ввысь лазурную, на землю просится». И вдруг в пелене мрака Женя кого-то увидела. – Тормози, тётя, тормози! – крикнула девушка, разглядев человека, который стоял прямо на дороге. Машина дёрнулась и остановилась. – Заводи её потом! – разозлилась женщина, и Женя, в одном лишь свитере, выскочила на улицу. Никто не пострадал. Молодой человек стоял, стряхивая с куртки мокрый снег. – Ты хотел оставить себя в уходящем году? – спросила девушка. – У тебя всё в порядке? – Евгения! Женя! – слышалось позади неё. Ну всё, тётя начала злиться, а это, верно, дурной знак. – Что ты говоришь? – усмехнулся парень и почувствовал онемение в щеках. – Прости, а что не так? Стоя посреди дороги, можно ожидать только одного! – с укоризной посмотрела она. – Того, что какие-нибудь добрые люди подбросят тебя до дома! – закончил он с усмешкой на бледных губах. – Попутчиков не берём, – строго заявила женщина. Однако Женя спросила: – Куда держишь путь? – В Мурманск, – ответил парень. – За мной! Парень разместился внутри и вслух отметил, что в такой машине можно перевезти всю семью и даже семью друзей. Услышав смешок, Женя хотела осадить парня. Ведь он попросил подкинуть его не до ближайшей станции метро, а до города, до которого немногим меньше четырёхсот километров. – И откуда вы едете? – спросил он. – А откуда ты такой любопытный? – не стала сдерживать себя Женя. Екатерина с интересом прислушивалась к перепалке молодых людей. Разговор и пылкий нрав племянницы забавляли её, отчего стало казаться, будто машина продвигается по снежной пустыне быстрее. Из-за пазухи расстёгнутой до середины куртки парня торчали два мягких ушка. Котёнок сладко спал в тепле. – Господи, какой он милый! – воскликнула Женя. – Тётя, у нас случайно нет с собой молока? – Я как-то не подумала о том, что буду ехать с котом! – со смехом ответила она. – Он сыт, но боюсь, что это ненадолго, – отозвался незнакомец. – Хочешь подержать? – Нет уж, спасибо! Скинешь на меня, а сам вынырнешь из машины! – Ни за что, – напрягся парень. – Никому его не отдам, сам буду заботиться, – и, поцеловав малыша в макушку, хмуро посмотрел на девушку: – Только в большом городе водятся такие недоверчивые. Женя скрестила руки на груди. – Недоверие к людям не берётся из воздуха, – отозвалась она и отвернулась к окну, иногда украдкой поглядывая на котёнка.