Глава 12

Снег валил такими хлопьями, словно падали сами облака, и пришлось сделать вынужденную остановку. – Ну вот, кажется, встряли, – с огорчением сказала женщина. Из-за резкой остановки котёнок забеспокоился и закопошился, а Женя открыла глаза. Котёнок выспался и не без удовольствия грыз резцы на молнии куртки своего рослого хозяина, который провалился в глубокий сон. Девушка не узнавала эти края. Толкнув уснувшего попутчика, она сообщила, что они застряли. Глеб припал он к окну и в изумлении протёр глаза. – Не скажете, зачем мы въехали в наш пункт назначения и выехали из него?! Женя округлила глаза, и Екатерина в ужасе посмотрела на неё. – Быть того не может! – Ещё как может, – с улыбкой покачал головой парень. – Вряд ли вы каждые выходные катаетесь сюда, чтобы помнить дорогу. Тем более зимой, когда всюду тьма и снежные заносы! – С неохотой вручив своей новой знакомой котёнка, Глеб вышел из машины и понял, что повернуть назад они уже вряд ли смогут. – Ладно уж, давайте я попробую, – сказал парень, пересаживаясь за руль. – Хотя бы въедем в село и позовём на помощь. – Ну давай, отважный путешественник, – сказала девушка. – Возможно, ты на что-то сгодишься. – Конечно не такой отважный, как вы, – с улыбкой заметил парень, и Женя про себя согласилась – не каждый бы отправился в дорогу в такую погоду. Хорошо, что сумела сохранить благородство и великодушно положила в карман рюкзака Иды деньги на обратный путь. А добравшись до города, они, наверно, будут отмечать Новый год на катке на Красной площади, радуясь тому, что им-таки удалось избавиться от третьей лишней. Молодому человеку удалось проехать ещё тридцать километров, но вскоре автомобиль завяз в снегах, и всей компании пришлось дружно её выталкивать. – Больше она не вывезет, – подытожил молодой человек, отдышавшись. – Который час? – спросила Женя, и парень недоумённо улыбнулся. – И что тебе это даст? Когда прогремят салюты, ты поймёшь, что полночь! – Ты не отвяжешься от меня? – сдвинула брови Женя и вытащила мобильный. – Связи нет! Теперь мама будет беспокоиться, не сучилось ли чего в дороге, – расстроилась девушка, и огорчённая невыполненным обещанием женщина приобняла племянницу. – Моя мама тоже будет волноваться, – вздохнул парень, и обида Жени испарилась. Юлия бродила по квартире, громко восклицая: «Она едет, едет! Главное, что моя дочка приедет!». В телевизоре пела очаровательная Валерия, и женщина подпевала ей в такт любимую «Метелицу». Но часы шли, а сообщений больше не приходило. – Как так? – испугалась бедная женщина. – Она уже как час назад должна была войти в дом! Позвонить Ивану? Но он на смене, – размышляла она. – Или всё же позвонить? Решено! – Юлия набрала соседа. – Ваня, здравствуй! Прости, что отвлекаю. Но не мог бы ты выехать навстречу Жене? Да, прямо сейчас. Да, я знаю, что через три часа Новый год. Ах, ты на вызове, – женщина кусала губы от волнения. Зачем ей нужен какой-то праздник, если рядом не будет дочери? Беспокойство за жизнь ребёнка снедало. Юлия не выдержала и выдвинулась в путь. Да, не разумно, да, опасно, но материнское сердце не могло находиться в неведении. Укутавшись с головы до пят, она шла наперекор хлеставшему ветру и косо летевшему в лицо снегу. Женя ёжилась на сиденье, глядя на котёнка, оставшегося без матери, и ей невообразимо захотелось прижаться к своей маме, которая уже точно извела себя. – Не грусти, всё обойдётся, – нежно тронул её плечо парень. Девушка посмотрела на него с надеждой, а затем перевела взгляд на изрядно измотанную и огорчённую провалом своего плана тётю. – Не расстраивайся, пожалуйста, – сказала Женя, взяв её за руку и прижавшись щекой к мокрой от снега шубке. Женщина вернулась за руль, согревая руки дыханием. А Женя только сейчас поняла, что не знает имени парня, ставшего их другом на несколько часов. Словно прочитав её мысли, он протянул руку: – Ну что ж, кажется, мы вынуждены встречать этот Новый год такой вот странной компанией! – улыбнулся он, и эта его улыбка часто выводила девушку из себя, но не в эту минуту. – Глеб. – Женя, – девушка вложила в его ладонь свою руку в варежке, но тут же сняла её и подала обратно. – Знаешь, как поступим? Я прогуляюсь, попробую поймать связь. Давай мне свой телефон. Если она появится, я напишу и твоей маме тоже, – предложил он. – Ну да, ну да! Ты просто хочешь узнать мой номер! – Вот ещё! – захохотал парень. – Идея сама по себе неплоха, но ты не мой типаж, уж прости! Женя стояла в позе «руки в боки». Вот же хам! Глеб уверенно зашагал к лесу. И тогда девушка бросилась вслед за ним, утопая по колено в снегу. Время от времени оборачиваясь, он смеялся, но сбавлял шаг, чтобы эта сумасшедшая девчонка не потерялась. – Да подожди ты! – наконец крикнула она, да так громко, что с елей осыпался снег, а вскоре она сама окончательно провалилась в него. – Это лесотундра, детка, – отозвался Глеб и, вернувшись на несколько шагов назад, подал ей руку. Ухватившись за неё, Женя вырвалась из снежных объятий и врезалась прямо в его грудь. – Точно москвичка, – усмехнулся он в сторону, – иначе не забыла бы надеть унты! – Как же ты меня достал! – разозлилась Женя, дёрнув плечом, но не сделала и шага, как снова провалилась в сугроб. Согнувшись от смеха пополам, Глеб сообщил, что если понадобится его помощь, он готов её оказать. – Тебе достаточно сказать: «Дорогой мой друг, я так нуждаюсь в тебе!», и я тут же приду. Если, конечно, услышу тебя! – снова рассмеялся он и продолжил путь. «Как только мы выберемся отсюда, ты пожалеешь, что смеялся надо мной и выделывался!» – процедила Женя. – Дорогой мой друг, я так нуждаюсь в тебе! – воскликнула она, и когда Глеб обернулся, подарила ему очаровательную улыбку. На мгновение парень подумал о том, что поспешил с выводами о «не своём типаже». Женя, стиснув зубы, с помощью Глеба выбралась из сугроба. Между окружавшими их карликовыми берёзами, осинами и елями они пробирались в самую глубь, но надежды на скорый выход из чащи не предвиделось. Женя шла за Глебом, чтобы не сбиться с пути, а когда он внезапно остановился, врезалась в его спину. – Стой, стой! – воскликнул он, вытянув руку вверх. – Здесь ловит, скорее пиши маме! «Такой рукой можно разгонять облака в столице на девятое мая!» – про себя подумала они, и тихо хихикнула, торопливо рыская по карманам. – Но у меня не ловит! – расстроилась она. – Потому что лилипутам зачастую не везёт! – тихо засмеялся Глеб. – Иди сюда, я тебя подсажу. – Ты прав, сам же ростом с телеграфный столб! – шутливо сказала она и всё-таки приняла предложение, поскольку мечтала дозвониться до мамы. Глеб подсадил её на плечо, и девушка не раз хватала его за нос и ухо, когда ей казалось, что он плохо её держит. – Рука, у меня есть рука! – говорил он. – Я не слышу тебя отсюда! – смеялась она, а вскоре весело задрыгала ногами, восклицая: – Написала, написала! – М-да, это было плохой идеей, – неуклюже спускаясь, девушка больно ударила его в область паха, и, держалась одной рукой за еловую ветвь, так, на всякий случай, в довершение всего здорово стеганула Глеба по лицу. – Тридцать три несчастья от тебя! – бросил Глеб. – Не садился бы тогда в нашу машину! – пожала плечами девушка, спеша к тёте, но уже на полпути внезапно рухнула на снег. – Я, конечно, всё понимаю, но больше со мной такие фокусы не прокатят! – усмехнулся парень и, сделав несколько шагов вперёд, остановился, с усталостью спросив: – Разве мы не торопились? Но девушка не вставала. Молча моргая, она смотрела на низкое небо, вспоминая, как всю жизнь мечтала увидеть Северное сияние, но хоть и жила в северном городе, так ни разу и не случилось. Мама что-то говорила про Териберку, но сегодня погода была пасмурной, а в небе – ни единого намёка на него. – Тебе очень удобно? – недоумевал парень, всматриваясь в лицо странной спутницы. Лёжа на снегу и глядя на склонившегося к ней парня, Женя отметила, какой он привлекательный – высокий, тёмно-русый и даже, кажется, голубоглазый! А на подбородке сбоку у него была симпатичная тёмная родинка. – Кажется, я ноги отморозила, – сказала она. С тревогой в глазах Глеб ощупывал её конечности и, решительно подхватив девушку на руки, двигался в обратном направлении, ступая по своим следам. Хорошо одно – снег прекратился. – Который час? – спросила Женя, спрятавшись у него на груди от порывов ветра. – Она всё ещё беспокоится о времени! – покачал головой Глеб. – Не торопись, а то успеешь!