Глава 43

Михаил по-мальчишески скатился по лестничным перилам и поспешил к дому Юлии. Юанна, резавшая салаты, немало удивилась, когда на экране мобильного подруги высветилось: «Лучший куратор». Завернув кран на раковине, где Женя старательно вымывала огурцы, девушка показала ей, кто звонит. – Слушаю, – ответила она, зажав телефон между плечом и ухом. – Чего не хватает на стол, Женёк? – серьёзно настроенным тоном спросил он. – Ну-у… – протянула она, окидывая взглядом заваленный стол, и заглянула в холодильник. – Вчера мы с мамой забыли купить сыр для нарезки. И мандарины закончились, – продиктовала она, обходя кухню. – Шампанское, шампанское! – шёпотом подсказывала Юанна, но получалось очень громко. – И шампанского нет, – добавила она, не сводя укоризненного взгляда с подруги. – Принято! – послышалось в ответ. – Сегодня будет очень весело! – предрекала Юанна, загадочно улыбаясь. – Если бы… – вздохнула Женя. Вскоре вернулась мама, и Женя, вытирая руки, пробираясь через заваленные тарелками столы, протиснулась к выходу. – Ах, какие ароматы! – счастливо улыбнулась женщина. – Но разве мы собирались делать жаркое? – уточнила она, боясь, что запамятовала, и сие блюдо досталось готовить дочери. – Девчата, через полчаса всё будет готово! – торжественно заявил вышедший с кухни Михаил, и Юанна крикнула из гостиной, где с ёлки отсвечивали фонарики: «Круто!» Юля уже хотела было возмутиться, но его взмокшие волосы, перепачканные рубашка и губы развеселили её. – Не знал, что тебе подарить и решил, что лучший подарочек – это я! – засмеялся он и тут же посерьёзнел. – Я хотел сказать… – Ладно уж, – радушно улыбнулась Юля, и Авдеев несколько опешил от такой реакции, – возвращайся в кухню, шеф! Я переоденусь и помогу. – Нет-нет, – вдруг запротестовал он, – ты проходи в гостиную, а мы с Женьком сейчас быстро накроем стол. Украдкой улыбнувшись, Юля прошла в комнату, а затем вышла нарядная, словно из сказки. Малиновое приталенное платье очень шло ей. Женя придерживала кухонную дверь, когда, подхватив поднос с канапе, Михаил собирался отнести их на стол, но вдруг остановился. – Что такое? Мы что-то забыли? – поинтересовалась девушка, но тот прислонил палец к губам и чуть вытянул шею. Из зала слышалось: «Может, ты на свете лучше всех, Только сразу это не поймёшь, Одна снежинка – ещё не снег, ещё не снег, Одна дождинка – ещё не дождь…» И это точно не был голос ни Бродской, ни Ветлицкой, ни уж точно не Мороки. Оставив поднос на столе, Михаил встал в дверях гостиной, наблюдая за тем, как, опуская кисточку в румяна, пела, пританцовывая, Юлия. – Продолжай, пожалуйста, – сказал он, приблизившись, и взял её за руки. – Я и забыла, что в этот Новый год не одна. Это так странно, но так прекрасно! – призналась она, не убирая рук. – Понимаю и разделяю твою радость, – согласился Михаил, скрыв печальную улыбку. – Скажи, что больше никто не придёт. – Ну что за вздор! – рассмеялась она, убрав руки, и снова повернувшись к зеркалу, с улыбкой замечая, как тот нервно расхаживает по гостиной, с часа на час ожидая ненавистного Маковецкого. – Всё готово! Я в душ и завивать волосы! – оповестила Женя, задержавшись в проходе и улыбнувшись маме, решившей дать шанс своему предприимчивому поклоннику. Юанна тоже юркнула переодеваться. Только дверь в ванную комнату захлопнулась и послышался шум воды, зазвучала мелодия дверного звонка. Раздражённо хлопнув по коленям, Михаил отошёл к окну, и неслышно рассмеявшись, Юля направилась в прихожую. – Здравствуй, Юленька! – улыбнулась Сперантова и протянула в подарок – именной ежедневник. Хозяйка, радушно улыбнувшись, обменялась с гостьей подарками. – Заходите, прошу вас! – сказала Юлия, отступив в сторону. Выглянув в прихожую, Михаил успокоился и даже обрадовался, что пришла женщина, хоть они и не были знакомы. – А Глеб, – вполголоса спросила Юля, – он придёт? – Ох, Юлечка, он сказал, у него какие-то дела, и ушёл с самого утра, – всплеснула руками та и, облокотившись на стену, сняла сапоги. – Но я ему сообщила, что буду у вас. Поприветствовав гостью, Михаил сел у окна, чтобы успеть запереть дверь изнутри, если вдруг несносному Маковецкому взбредёт голову заявиться. – Не познакомишь нас, Юлечка? – улыбнулась Татьяна, хорошенько изучив мужчину со стороны. Начав расставлять тарелки на стол, Юля задержалась. – Михаил, это Татьяна Александровна – учительница географии в нашей школе, Татьяна, это Михаил Ильич, – представляла она их, как мужчина поднялся: – Ну, не будем беспокоить моего батюшку! – усмехнулся он и по-джентельменски поцеловал руку гостье. – Просто Михаил. А если быть точнее, Михаил Авдеев. В прошлом декан университета, где училась Женёк. Прищурившись, учительница смотрела на него, словно пытаясь что-то вспомнить. – Авдеева Виктория Риммовна – случайно никем вам не приходится? – А как же! – загадочно улыбнулся он. – Именно моя бабушка настояла на том, чтобы я получил степень! – и тут Юля вспомнила вчерашнюю историю, отметив, как ей понравились два главных героя его рассказа. – Конечно-конечно, разве могло быть иначе, когда вся семья состоит из профессоров да учителей! – улыбалась Татьяна. – В своё время я училась у неё. Моя мама была её лучшей подругой. – Как это прекрасно, когда пути пересекаются, – заметил мужчина, взглянув на заворожённую их беседой Юлию.