11

Дверь за лордом бесшумно захлопнулась. Лия упала обратно на стул.

К глазам подступали слёзы. Эта недолгая беседа забрала последние силы. Женщина чувствовала себя опустошённой. Беспомощной и разбитой.

“Чтобы согреть меня… согреть…” – стучали в голове слова лорда.

Он хочет, чтобы она его согрела.

А кто согреет ее?

Кто даст хоть каплю тепла в этом пустом и холодном замке?

Почему этот лорд думает лишь о себе? О своих нуждах. Почему никто, даже выделенная им служанка, не подумает о том, чего хочет Лия?

Все эти годы она жила по чужой указке. Заботилась о других. Делала то, что от нее требовали. И куда это привело? На алтарь! Она стала жертвой, отданной ледяному чудовищу в обмен на чужие жизни.

Да, она спасла от холодной смерти свою дочь и весь город. Но эта мысль не приносит радости. Потому что среди всех тех людей нет ни одного, кто рискнул бы спасти ее…

Потухшим взглядом Лия взглянула на стол.

Блюда исходили ароматными запахами. Мясное суфле, свежие овощи, запечённая птица. Но аппетит окончательно покинул пленницу, а вид и запах пищи лишь раздражал.

Она поднесла к глазам ладонь, где сквозь белую ткань просачивались красные пятна. И разозлилась.

На жестокую судьбу, определившую ей горькую долю. На себя – за свою слабость. А больше всего – на хозяина замка, который говорит загадками и сердится неизвестно на что.

Но кровь на платке напомнила, что Лия ещё жива. А значит, может побороться – и с судьбой, и с собой, и со Снежным лордом.

Она найдет способ увидеть дочь. Если нужно – сбежит из замка, чтобы удостовериться, что ее малышка в надежных руках. И никто, даже Снежный лорд, ее не остановит.

Но чтобы спуститься с гор и увидеть Милим, она должна быть сильной и здоровой.

Позабыв, что недавно смотрела на еду без аппетита, Лия схватила вилку и нож. За пару минут расправилась с мясным суфле, которое нехотя ковыряла весь ужин. Затем оглядела стол, положила себе салат и утиную ножку. И съела всё до кусочка.

Она жевала, не чувствуя вкуса. Ела, потому что так надо. Но вскоре тело наполнила приятная сытость. Глаза стали слипаться.

Лия поднялась и неуверенно проследовала к выходу из зала. Она по-прежнему не ориентировалась в замке и совершенно не представляла, где находится её комната.

Двери открылись перед ней с тихим шорохом. И Лия нос к носу столкнулась с Силь.

– Простите, госпожа…

Служанка тайком потёрла ушибленное плечо, но Лия заметила и смутилась.

– Это ты прости, я задумалась, не смотрела, куда иду.

– А куда вы направлялись? – взгляд Силь моментально стал цепким.

И Лия не выдержала.

– Я должна отчитываться перед тобой? Разве я не госпожа в этом замке? Разве я не супруга лорда Лантара?

Горничная опешила, подалась назад. Настороженность в ее взгляде сменилась растерянностью. Не ожидала она такого выпада от скромной и тихой Лии.

– Проводи меня в мою комнату, – попросила Лия, отводя взгляд.

Голос звучал тихо и глухо, словно недавний окрик забрал последние силы.

Силь молча посторонилась:

– Как скажете… госпожа…

“Госпожа”… Какая же она госпожа? Обычная пленница без прав и надежды.

В спальне Лия с трудом дождалась, пока молчаливая Силь поможет снять платье, и попросила её уйти.

– Дальше я сама, – сказала, сама не зная, откуда взялась твёрдость в голосе.

Но страх отступил перед тоской по дочери и желанием её увидеть.

– Хотя бы приснись мне, малышка, – прошептала Лия в темноту своей комнаты, перед тем как закрыть глаза.

Но сразу уснуть не смогла. Еще долго вертелась на постели, сминала подушку, вздрагивала и вздыхала, прежде чем уплыть в тревожный сон.

А когда это случилось, то увидела себя стоящей босыми ногами по щиколотку в снегу. Этот снег ковром покрывал их с Бартом спальню: пол, кровать, подоконник. Даже каминную полку…

Несколько секунд Лия потрясенно смотрела по сторонам. А потом услышала плач.

Милим надрывалась от крика. Лежала в своей колыбельке совершенно одна. Личико покраснело, глазки опухли от слёз. Рядом никого не было.

Сердце Лии сжалось от боли и переживаний за дочь.

– Моя малышка, – прошептала она, бросаясь к ребенку.

Вокруг ощутимо похолодало. Снег под ногами превратился в иглы льда, ступни обожгло. Из рта Лии вырвалось облачко пара. Но она ничего не заметила.

Зато её дочь в колыбельке вдруг перестала плакать и будто прислушалась.

– Милим, доченька моя, – всхлипнула Лия.

Протянув руку, невесомо коснулась детского личика. Погладила, пропуская сквозь призрачные пальцы мягкие светлые волосики.

Малышка начала улыбаться, агукать и потянулась к матери.

– Чего это она замолчала? – раздался из-за стены голос ворчливый свекрови. – Иди, глянь, что с ней.

– Почему я должна идти? – возмущенно спросила Эрса. – Пусть Барт идёт, он её отец.

Раздался скрип половиц и тяжёлые шаги мужа. Бывшего мужа.

Лия вздрогнула, испуганно обернулась и… оказалась в кровати под бархатным балдахином, вышитым серебряными нитями.

Сам балдахин был темно-синим, словно небо в полночь. А серебряный узор напоминал россыпь звезд.

Лия судорожно вздохнула.

Чуда не случилось. Она по-прежнему находится в ледяном замке, в плену у Снежного лорда.

Ничто вокруг не напоминало о Барте или дочери. Но пальцы Лии всё ещё помнили нежное ощущение детских волос. А в сердце все еще оставалось щемящее чувство, которое возникло, стоило лишь увидеть Милим.

Такой странный сон…

В нем все было словно по-настоящему. Как будто она вернулась в дом бывшего мужа. Свой бывший дом…

Раздумывая о сне или не совсем сне, Лия не заметила, как вновь заснула. На этот раз без всяких сновидений.

Проснулась утром. Уже оттого, что сквозь незадёрнутые шторы в комнату светило бледное зимнее солнце.

Потянулась, откинула одеяло и спустила ноги на пол. В который раз удивлённо заметила, что пол, несмотря на толстую корку льда, не холодный, а тёплый. Да и вообще ледяной замок не так-то прост. Как и его хозяин.

Лия не успела сделать и пары шагов по направлению к купальне, где ждал кувшин для утренних омовений, как за спиной раздался тихий вдох.

Испуганно вздрогнув, она обернулась. Инстинктивно прикрылась руками.

В дальнем углу кто-то сидел. Тень там была очень густой. Лия смогла разглядеть лишь спинку кресла и бледную кисть, сжавшую подлокотник.

Лица незваного гостя было не разобрать. Казалось, в кресле сидит сама тьма. И Лия сжалась от нахлынувшей паники.

Лишь спустя несколько мгновений она догадалась, что это Снежный лорд.

– Что… что вы здесь делаете? – спросила хриплым от страха голосом.

Гость не спешил отвечать. Смотрел молча и пристально. Жадно.

Лия на секунду увидела себя его глазами. Глазами мужчины.

Длинная сорочка из полупрозрачной ткани не скрывает изгибы женской фигуры. Напротив, подчёркивает. И высокую грудь, и тонкую талию. Даже после родов Лия не пополнела. А словно бы расцвела, округлившись в бёдрах.

Глаза лорда блеснули ртутью.

Лия сглотнула.

Первый испуг прошёл, сменившись тревожным чувством.

Этот внимательный взгляд оказался… волнующим. По спине и плечам побежали мурашки. А к щекам прилило тепло.

Окончательно смутившись, Лия схватила покрывало с кровати и быстро прикрылась.

Этот защитный жест будто привёл лорда в чувство.

Он моргнул и слегка отвернулся. Затем сиплым голосом произнес:

– Не хотел тебя напугать… Но раз уж ты проснулась, то одевайся.

– Зачем? – прошелестела она.

– Покажу кое-что. Пока не передумал.

С этими словами он поднялся из кресла и направился к выходу.