Сны

Я что, был в отключке несколько лет?! Москва, конечно же, " похорошела при Собянине", но ведь не настолько — сюрреалистические здания, напоминающие неоднозначные творения Гауди, привносили буйство красок в уныние серых многоэтажек, рассыпавшихся в своем убожестве вокруг них (видно, новые жилые комплексы, сто растут как грибы) остеклененные фасады домов вдоль дорог отражали солнечный свет, люди вокруг…Я не мог объяснить себе, что в них не так, что притягивает взгляд против воли, заставляя мозг лихорадочно обрабатывать увиденное в поисках ответа- то ли их странные лица, кажется, напрочь лишенные эмоций, то ли движения- словно роботы, двигаясь по заданной траектории, каждый из них шел, ни разу не столкнувшись с другим, не увернувшись от столкновения. Все казалось выверенной программой, а не хаотичным движением толпы. Впрочем, из быстро движущегося автомобиля мало что различить. Да и я, по-моему, зря не послушал доктора- стало накрывать и нехило. Обезболивающие, что были мне выданы под строгое обязательство принимать их только согласно рецепту, все же не стоило мешать с нейролептиками, курс которых мне прописали после травмы головы. Единственное объяснение тому, что творилось в моей голове сейчас.

Я почувствовал, как холодеют руки- а вдруг у меня начинает потихоньку сносить крышу? После аварий это — сплошь и рядом. Да еще и таблетки, без которых нельзя, но…Стоп, Забельский. Выдохнул! Успокоился! Тебя дома ребенок ждёт, а ты здесь в истерику ударился.

При въезде в поселок удивился- ни одного знакомого охранника. Так быстро сменили? Раньше парни работали у нас годами. Оно и я ясно- далеко не бедные жильцы обеспечивали далеко не маленький заработок. И менять такой золотой источник добровольно никто не собирался. Может, фирма перекинула их на другой объект?

Уже у дома осознание того, что непременно произойдёт нечто плохое, усилилось, набатом стуча в голове. Пересилив себя, вышел из машины. Что за херня!? Знакомая до боли красная Ламборджини стояла в открытом гараже. Не может быть! И номерной знак! Я ебан "лся?! Подойдя ближе, вчитался в номер еще раз, всё еще не в силах поверить в происходящее. Это чья-то идиотская шутка!? Я же помню ту красную искореженную груду металла, в которую превратилась машина жены… Купили новую, нацепив номера? Где взяли их? Кому это нахрен нужно… Решили выбить меня из колеи перед важными переговорами? Да, конкуренты подчас играли грязно. Но скатиться до подобного? Опять же, с чего взяли, что на меня подействует подобная х" ета?

Повернувшись, я побрел к дому, совершенно ничего не понимая.

— Дима- раздался позади женский голос. Я замер, не в силах повернуться. Что за…

— Дима, ты дома! Димочка, наконец-то!

Меня накрыло таким знакомым облаком терпких духов, а в следующую минуту женские руки обняли меня, стройное тело прижалось к спине.

— Димочка, я так скучала.

Я точно двинулся. Двинулся, иначе это ничем не объяснить.

Медленно повернувшись, отстранил от себя ту, что с такой нежностью меня обнимала. Юлианна! Вернее, Юля? Да, это моя жена. Но та, с которой я познакомился. Та, на которой женился. Радостный искренний взгляд, губы без капли силикона, хрупкая фигурка без пластики и обьемов " а-ля-Барби". В скромном тёмно-синем платье длиной до колена, накинутом сверху черном пальто с пышным меховым воротником. С нежностью глядя на меня, неловко переминалась на снегу тонкими ногами в черных уггах.

Я едва не осел на землю, представляя, насколько безумно мое видение. Но она озабоченно окинула меня взглядом, вновь обняв руками (ну не могут видения быть насколько материальны!) — я передернул плечами, стараясь и увернуться от ее объятий, и сохранить остатки разума, с утроенной силой кричащего мне, что здесь что-то не так. Не так!? Серьезно?! А сам я считал бы иначе- вполне себе нормально, что человек, умерший год с лишним назад, бросается на тебя с " обнимашками"?!

— Дим, тебе все еще нехорошо. Пойдем? — заботливо глядя на меня, ждала моего ответа. Юлианна! Моего ответа! Та, что ни во что не ставила ни меня, ни моих просьб- тогда я был тряпкой, позволявшим вытирать ее загорелые ножки не только о себя, но и о дочь. Варя!

— Мне надо в дом- сказал я то ли видению воспаленного разума, то ли самому себе, чтобы напомнить, что там меня ждёт самое важное в жизни.

— Хорошо, я провожу тебя, пойдем- героически поддерживая такую махину как я, Юлия-Юлианна направилась к дому.

Нас встретила Ольга. Радостно улыбаясь, вытирала руки о передник:

— Наконец-то. Давай, раздевайся, я уже столько наготовила на нервах, мой руки и к столу. Варя спустится сейчас.

" Варя спустится" сразу резануло слух, но я решил, что Ольге, конечно же, было тяжело одной- она наняла кого-то в помощь. Деньги " на хозяйство" я оставлял ей регулярно, большими суммами, так что нанять пару-тройку помощников она всегда могла спокойно. Вот они и помогут Вареничку спуститься. Ольга-то уже не в силах носить ее на руках. Раньше этим занимались охранники, но с недавних пор я велел бойцам не оставлять постов- опять объявился Хациев, мать его.

Аромат еды витал в воздухе, дом был украшен…словно готовились к Новому году. Странно, Ольга не имела истинно русской привычки выкидывать ель лишь в марте. Впрочем, видимая только мне вернувшаяся с того света жена, поддерживающая меня за талию- вот что должно было казаться действительно странным. Пугающим. Попытавшись избавиться от ее цепкой хватки, оперся на банкетку.

— Я сам.

Она лишь улыбнулась в ответ, отойдя к стене

— Руки сам помоешь? Так я и не собиралась помогать- с юмором у Ольги всегда было не очень- ну, ты давай, раздевайся, а я побежала пирог вынимать.

Скользнула по мне оценивающим взглядом, словно решала, настолько ли я здоров, насколько бодрюсь. По тому месту, где стояла супруга, лишь мазнула краем глаза. А я ещё раз убедился, что жену вижу лишь я.

Сняв пальто, поморщился от боли в ребрах. Пытаясь не замечать ни жену, ни ее счастливый вид (помнится, при жизни с лица Юли не сходило недовольное выражение. Притом, даже в самые радостные ее моменты. Даже на фото из роддома, где я, обалдевший от счастья, держу на руках крохотную Варьку, Юля стоит рядом, недовольно кривя губы. Уже дома выяснилось, что ' эта мелкая сигнализация не давала ей спать всю ночь. А еще требовала грудь, ни в какую не желая есть смесь'. На мой вопрос, почему не дала грудь, на меня шикнули и прочли получасовую лекцию о том, что ' вообще-то, 21 век на дворе. Есть сотни заменителей молока, ничем не хуже, даже полезнее. И вообще, у нее грудь обвиснет'), прошел в ванную. По дороге споря с самим собой- стоит ли мое нахождение здесь той опасности, которой я могу подвернуть домашних? Вдруг мне покажется еще что, гораздо хуже, и я- нечто сродни папаше из фильма ' Сияние'?

Легкий запах роз окутал меня. Обернувшись, уже не увидел жены- изчезла, растворившись в моей больной голове. Теперь галлюцинации стали сложнее? Ароматы?

— Папа, папа! — едва я вошел в гостиную, как навстречу мне бросилась Варя. Сама! Боже! Я был готов рухнуть на колени и заплакать. Неужели? Или это — очередная порция видений? Мое сердце сжалось от страха. Но " видение" и не думало исчезать, прижимаясь ко мне.

— Варя, Варенька, ты ходишь… — не стеснялся своих слёз. Боже, это был мой самый лучший день. Моя девочка. Моя малышка.

Дочка, немного отстранившись, удивлённо взглянула на меня:

— Да, хожу. Пап, ты чего?

— Ничего, ничего, родная- смахнул я соленую влагу со щёк рукавом свитера. Не нужно нервировать ребенка- ей и так было тяжело. Да и вообще, радоваться надо!

— Дима, Варя, к столу — раздался голос Ольги, что придирчивым взглядом окидывала шикарный стол, накрытый посреди гостиной. Да, Ольга как всегда рассталась. И салаты, и красиво уложенные нарезки, и здоровенный гусь, утопающий в румяных яблоках. Ни один ресторан не сравнится с домашней едой. Посреди этого великолепия в прозрачной стеклянной вазе стоял большой букет ярко-красных роз.

— Ну, чего замерли? Сейчас остынет все- Ольга подошла к нам, взяв Варюшу за руку, повела к столу. Я направился за ними.

Дочь все время болтала- как же мне не хватало ее милых и наивных вопросов. Как же здорово было чувствовать себя центром вселенной, великим китайским мудрецом, отвечая на сто вопросов " а почему" или " а как это".

Улучив момент, склонился к Ольге, что накладывала мне очередную порцию салата:

— Когда это случилось? Давно?

— Что? — не понимающе уставилась на меня она в ответ, ложка с салатом повисла в воздухе.

— Ну, ходить. Варя когда ходить начала? — видя на ее лице искренее недоумение, я слегка замялся. Не хочет говорить при Варе? Но Вареник с аппетитом ела, глядя мультики, что шли на экране огромной плазмы позади нас.

— В год…ну, или год и два, примерно- неуверенно ответила она, словно удивляясь, зачем я спрашиваю.

— Ольга, ты смеешься? — не мог понять её игры- я про аварию.

— Какую аварию, Дим? — кажется, она искренне не понимала, о чем я.

— Где Варя с Юлей — заставлял говорить себя, вновь вспоминая тот ужасный день… " Переведя очередную сумму на " я хочу абдоминопластику" жене, вернулся к работе. Надо будет к семи заехать за Варей в сад, обещал ведь, а сам все никак не мог найти время, дочку забирал водитель. Юлианне не доверял- несколько раз ее ловили пьяной за рулем, и мне приходилось договариваться о том, чтобы не отбирали права. В последний раз я, психанув, послал ее нахер, решив, что годик без машины заставят ее пересмотреть свое отношение к алкоголю и пьяной езде. Заодно с водителем начнет ездить, зачем я нанял двоих для семьи, если жена упорно отказывалась от поездок с водителем?

Уже выходя из офиса, достал телефон- отменить Толяна, водителя. Сам заберу. На синем экране высветились 8 пропущенных — это кто же меня так хочет? Забыл убрать беззвучный с ночи. Я не перезванивал, зная, что будут одолевать ушлые " горе — бизнесмены" с " очень выгодными для меня предложениями" (суть большинства из которых сводилась к банальному выклянчиванию из меня денег " на проект"), невесть какими методами постоянно выцеплявшие мой номер, да так, что я уже и перестал их менять- бесполезно. Все равно новый найдут, даже безопасники, которых я менял два раза, не в силах помочь.

Уже за рулем мне вновь позвонили, переведя на громкую, взял трубку — сейчас так отвечу этим бизнес — попрошайкам, что желание звонить отобью навсегда.

— Да- рявкнул я в трубку.

— Скажите, это — Забельский Дмитрий- мужской голос на том конце провода был так не похож на те заискивающе-торопливые интонации " будущих партнеров", что я, уже более спокойно, ответил " да".

— Дмитрий… — он слегка замялся, словно не решался мне сообщить- ваша жена и дочь попали в аварию…

— Где они? — словно со стороны наблюдал, как мои руки сжимают руль. Не может быть. Я ведь еду за Варей. " У Юльки нет прав!" — глупейшая мысль пыталась удержать сознание. Но я понимал, что для неё это — ерунда. Привыкшая к тому, что я всегда выручал….Боже, нет! Только сейчас до меня, закрывавшегося от реальности, дошло то, что пытался сказать собеседник- что с ними? — собственный голос казался мне чужим, неестественно высоким.

— Ваша жена…погибла. Дочь сейчас в реанимации. Вы можете записать адрес? — казалось, собеседнику и самому неприятно сообщать подобное.

— Да, я…сейчас… — съехав на обочину, дрожащими руками бросился искать в бардачке х" рову ручку. Но только лишь повыкидывал на пол все, что там лежало. Дрожь усиливалась, пройдя будто цунами- по всему телу. Тихо матерясь, велел себе собраться- Варе сейчас не нужен отец, что станет биться в истерике. Сообразив, что могу включить диктофон, добавил срывающимся голосом- говорите…"

Ольга, взглянув на меня как на умалишенного, лишила меня последнего шанса на здравие рассудка:

— Дим, ты чего? Какая авария? Юля на Бали, Варя со мной все время была- она принюхалась, пытаясь учуять запах алкоголя от меня.

— А я? — невпопад спросил, нервно барабаня пальцами по столу.

— А у тебя сердце прихватило. Я говорила тебе- столко работать нельзя, ты отдыхать должен. И Варюше нужно…

Подняв глаза, я вновь увидел смеющееся, похожее на жуткую гипсовую маску, лицо жены. Сидя напротив меня, уже в одном платье (долбаные галюны еще и раздеваются соответственно ситуации?!), она смеялась все громче, будто бы подначивая меня выдать свое безумие окружающим, закричав в ответ на ее кривлянья " хватит!". Вдруг черты ее лица стали расползаться, трескаясь как полотно старой картины. Под ними проступали очертания черной, похожей на волчью, морды. С кривыми острыми зубами, глазами, горящими красным злым огнем. Словно гиена скалилась она, впиваясь горящим взглядом в мое лицо.

"Хочешь всё вернуть?" мерзкий вкрадчивый голос, принадлежащий жуткому существу напротив, зазвучал у меня в голове — " хочешь здоровую дочь, живую жену?". Прищурившись, оно задышало так часто, как дышат только животные, замерев в ожидании.

Оно что же, ждет ответа? Ждет, когда я заору во всю глотку " да"?!

Аромат роз стал усиливаться, и чудище (или мне показалось) недовольно скривилось.

" Подумай, пока есть время"- словно дымка, оно за пару мгновений растаяло в воздухе, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Вечер прошел спокойно, хоть я и дергался как надувная ростовая кукла на ветру — было страшновато вдруг обернуться и увидеть вновь мерзкую гримасу призрака жены. Впрочем, и все происходящее выглядело не менее пугающим- что происходит? Я — психопат?

Досмотрев очередной мультик с дочкой, отвел ее чистить зубы (и она их почистила без единого каприза! Сама! Да что происходит, вашу мать!?), а затем прочел ей сказку, уложив в кровать.

Уже у выхода из комнаты встретил Ольгу:

— Хорошо, что ты вернулся, она так ждала.

У меня не осталось сил выяснять, откуда вернулся, как долго ждала. поэтому я лишь кивнул Ольге, пожелав спокойной ночи, и направился в свою комнату. Если она ещё там, где я помню.

Мне снилась Эля. Я вновь бежал за ней, но не мог догнать. Казалось, она сама опечалена этим не меньше, чем я. Ее грустный голос зазвучал в голове " не отпускай меня", " иди за мной".

— Эля, я иду! — выкрикнул я, проснувшись от звука собственного голоса. В комнате было темно, часы на стене размеренно тикали.