8

Дни становились длиннее, солнце вставало раньше и прощалось с небом уже не так быстро. Снег еще лежал плотным покрывалом, но кое-где подтаял, обнажив потемневшие травинки. Встав пораньше, Наташа решила приготовить гороховый суп с мясом, который так любит Дружко. За водой она пошла к реке, чтобы потом еще и замешать на ней маску для волос. Жительницам деревни, да и ей самой очень нравилось, какие после нее шелковистые и блестящие волосы. С легким ведерком в руках, потому как тяжелое брать Дружко строго-настрого запретил, мол, «зачем девичьи ручки утруждать». Наташа пошла по дорожке. Она с Дружко и не спорила: зачем спорить с тем, кто о ней так нежно заботится. Река встретила Наташу тишиной. Лед остался только кое-где по берегам, а на середине вода журчит торопливо и резво, словно спешит навстречу весне. Наташа наклонилась к кромке и зачерпнула воду. Ведерко наполнилось быстро, Наташа собралась возвращаться, но неожиданно ощутила на себе чужой взгляд. По её спине пробежал холодок, а плечи, несмотря на теплый платок, зябко перевернулись. Она резко обернулась и едва не выронила ведро. Рядом с ней на берегу оказал он. Ее бывший муж. – Ты… – только и выдохнула Наташа, попятившись, а пальцы разжались, и ведерко с плеском ушло в воду. Бывший муж, который технически вроде и не бывший, а самый что ни есть нынешний, как всегда, пугающе не торопился. Его лицо исказилось в кривой усмешке, глаза блеснули злостью, а уголки губ оттянулись вниз. – Я сперва не поверил той старухе, которая ко мне подсела на лавке, – проговорил он, с вызовом глядя на Наташу. – Все несла какую-то чушь про другой мир. – Как ты сюда попал?.. – едва выговорила Наташа, чувствуя, как горло сдавливает страх. Он плюнул себе под ноги и продолжил: – Когда ты пропала, мне пришлось съехаться с Нюркой из соседнего подъезда. – С Нюркой? – механически повторила Наташа. В голове всплыла смутная картинка: приземистая женщина с тугим пучком на голове и вечной авоськой в руках. Кажется, звали ее Анна, но бывший муж всегда любил все упрощать. – Она самая. Теперь у меня убирает, готовит, стирает. Настоящая баба, не то, что ты. Наташа только сжала пальцы в кулак, чтобы не показывать, как её затрясло. – Ты вечно ты усталая и недовольная. Благодарности ей подавай, видите ли. Все никак не могла уяснить, что бабье место на кухне. Наташа бросила взгляд назад. Дом едва видно через деревья. Там Дружко. Там – спасение. Но это далеко, так далеко… – Я только одного понять не могу, – произнес с угрозой бывший муж и шагнул ближе, и Наташа отступила еще. – Как ты могла от меня сбежать, тварь неблагодарная? Его голос зазвенел металлом, и Наташу всё-таки затрясло, но она изо всех постаралась держаться, хотя сердце застучало так громко, что должны услышать во всей деревне. – Ничего сказать не хочешь? – проговорил тем временем бывший муж и скривился. – Да я ж ради тебя горбатился, а ты… сбежала, как последняя дрянь! Наташа с трудом выдохнула, пытаясь вспомнить, где это он ради нее горбатился и модно ли считать, что он ради нее что-то делал, когда позволял в выходные поспать аж до девяти часов, а не подниматься в шесть. Затем выпрямилась, пытаясь собрать остатки уверенности, и сказала: – Ты говоришь про благодарность? Ты сам-то хоть раз за что-нибудь меня поблагодарил? – А за что благодарить? – бросит бывший муж и пренебрежительно вздернул подбородок. – За твой уставший вид и вечные претензии? Ты в зеркало себя видела? Кому такая нужна, кроме меня? Хотя тут ты что-то похорошела. Но это хватит. Давай, собирайся, пойдем домой. Наташа судорожно глотнула воздух, чувствуя, как слезы подступают к глазам, но сдержалась. Мысль о том, что ей снова придется вернуться в беспросветный мрак тесной квартирки, где придется обстирывать этого человека и его дружков, которые будут её оскорблять и грязно подшучивать, показалась чудовищно. Там ей нечего делать. Там не её дом. У нее теперь другая жизнь. Собрав волю в кулак, несмотря на страх перед бывшим мужем, она покачала головой и, подняв подбородок, твердо проговорила: – Уходи. Это не твое место. На это он рассмеялся коротки и зло. – Не мое? А чье? Твое что ли? Ха-ха! – Я сказала: уходи! – почти закричала Наташа, шагнув ближе в сторону дома и оказавшись на небольшом пригорке, откуда её можно заметить издалека. – Ты больше не имеешь права распоряжаться моей жизнью! Либо бывшего мужа потемнело. Он шагнул ближе, его ботинки утонули в рыхлом весеннем снегу. – Ах так? А я посмотрю, как ты меня из своей жизни выгонишь. Думаешь, спряталась за реками да лесами, и я тебя не найду? Испугаться как следует Наташа не успела, потому, за спиной раздался шум. Когда она обернулась, то увидела как со всех ног к ней спешит Дружко, в руке он несет топор, а на лице непоколебимая решимость. Только когда он оказался рядом, Наташа заметила, что топор исписан символами солнца, а лезвие светится золотистым. – Кто таков? – низким и твердым голосом спросил Дружко. Бывший муж отступил на шаг, его брови злобно сдвинулись при взгляде на Дружко. – Вот это твой новый защитник? – едко спросил он. Дружко спокойно встал рядом с Наташей, его взгляд уперся в незваного гостя и снова спросил: – Еще раз. Кто таков, чтобы сюда являться? – Это не твое дело. Она мне жена. Дружко повернулся к Наташе. – Правда? Она испугано обхватила себя за плечи и прошептала: – В том мире… Тогда Дружко снова повернулся к её бывшему мужу и произнес: – Так то в том. А мы – в этом. Уходи по здорову. – А то что? – ехидно поинтересовался тот и с трусливой злобой покосился на топор. – Не будешь же рубить? Пару мгновений Дружко с суровым молчанием сверлил взглядом бывшего мужа Наташи, потом произнес: – Рубить это славно. А потом молниеносно вскинул топор, Наташа взвизгнула, бывший муж заверещал, как девка, а сияющее лезвие топора рассекли воздух рядом с бывшим. Прямо в полотне мироздания образовалась прореха со сверкающими краями, в которой Наташа смутно разглядела очертания прежнего дома и двери подъезда. – Сам запрыгнешь али и подсобить? – сурово спросил Дружко. – Да как ты смеешь! Я тебя зарою! – завопил тот и кинулся на Дружко с кулаками. От удара Дружко увернулся ловко и быстро ухватил бывшего мужа за воротник, встряхнув, как котенка. А затем размахнулся и швырнул его в прореху, и до Наташи долетела лишь ругань и возмущение. Но вскоре и они затихли, потому что прореха моментально затянулась и теперь перед ними снова звонкая речка и тающий под весенним солнцем снег. Наташу все еще потряхивало, когда Дружко с широкой и ласковой улыбкой повернулся к ней. – Больше тебе нечего бояться, моя славная Затейница. Я всегда буду рядом и смогу защитить от любой напасти. Он взял её за руку и повел домой. А Наташа впервые в жизни ощутила себя в полной безопасности, нужной и любимой. А что еще надо? Да только малыша еще, о котором она всегда мечтала, да бывший муж не хотел. Но это они с Дружко успеют, он уже несколько раз намекал ей на детей. Теперь у них и дом, и безопасность, и достатка по весне поприбавится. Наташа шла рука об руку с любимым мужчиной и ощущала, будто у нее за спиной вырастают крылья. Ведь такое счастье, когда тебя ценят и любят. Теперь она на своем месте. Она – точно знает.