Глава 7. Ужасная принцесса

Глава 7. Ужасная принцесса

Они покинули дамскую гостиную, где царил строгий порядок, каждая леди занимала своё место и все подчинялось королеве, почти как подчиняется дирижёру с палочкой его оркестр – так, во всяком случае, казалось Илайне, – и где она уже чувствовала себя спокойнее. За дверью опять было шумно и много людей, нарядных, любопытных, которые её разглядывали с брезгливой назойливостью, норовили подойти ближе, как будто находились в ярмарочном балагане, а не в королевском замке. О, они оскорбились бы от такого сравнения! Это люди были в основном холёные, нарядные, безупречные, они таращили глаза, ахали, переглядывались, но те, кто находился ближе, старались не показывать вида, демонстрируя попытки благородного поведения… редко у кого это получалось хорошо. Иларис старалась смотреть мимо всех, в никуда – никого не видеть. И не слышать. Не удержалась, тихонько спросила у Савадины:

– Неужели здесь всегда так людно, ваше высочество?

– К счастью, нет, – с легкой улыбкой ответила принцесса. – Просто время накануне Новогодья такое. В Лир съехалось много знати, чтобы поучаствовать в празднествах. Замок сейчас полон гостей, да и в городе, я слышала, невозможно найти приличное место на постоялом дворе. Вы ведь впервые приехали сюда на Новогодье, леди Илайна?

– На Новогодье – да, впервые.

– Вы преувеличиваете размер бедствия, леди Илайна, – весело заметила принцесса. – Мне вот даже не кажется, что людей чрезмерно много! Вы, наверное, привыкли к одиночеству? Вот бы вы поучились в нашей академии!

– Да, скорее всего, так и есть.

Савадина шла, подстраиваясь под короткие шажки Илайны. Та семенила в красивых новых туфлях на каблуках, мечтая сегодня же сжечь их в камине. Перед ними расступались, приседали в поклонах. И смотрели, отовсюду смотрели! Илайне уже стало казаться, что от этих взглядов у неё зудит кожа…

Надо успокоиться, конечно. Глубже дышать. Чужое внимание само по себе ничего не значит, важно лишь отношение к нему…

Да-да-да, она помнит. Она знает… Улыбнуться. Спокойнее… И не её печаль, что им всем не нравится её улыбка!

Широкая лестница, почти на каждой ступеньке кто-то стоит, но вся середина свободна, просторный коридор.

– О, кого я вижу! – радостно воскликнула Савадина. – Надеюсь, вы тоже рады! Леди Илайна, позвольте представить вам принца Синбара лорда Виргена… – и вдруг она всплеснула руками и звонко расхохоталась. – Простите. Я тоже волнуюсь, наверное.

Потому что принцесса принялась представлять Илайне её брата Виргена, которого это, кажется, тоже развеселило. А рядом с Виргеном стоял темноволосый юноша, худощавый и в тонких золотых очках, и смотрел на Илайну так… что ей захотелось исчезнуть.

Он почему-то был потрясён сильнее прочих. В его глазах не было праздного любопытства, было только сильнейшее смятение. И почему-то Илайна догадалась, кто это такой, и без представления принцессы Савадины.

– Здравствуйте, ваше высочество, – сказала она. – Какая приятная встреча. Я предлагаю нам всем подняться и отойти вон туда, к окну, как вы на это смотрите?

Потому что не разговаривать же им на лестнице!

Конечно, это невежливо для девицы – начинать разговор, тем более с мужчиной, до того, как их друг другу представили. Ну и что?..

Да, ну и что?!

Она никому не обещала нравиться. И будет только рада, если её никто больше не захочет тут видеть!

Её сразу послушались, Вигрен подал руку Илайне, Риган – Савадине, и они отошли на безопасное расстояние.

– Ах, леди Илайна, – взмахнула ресницами Савадина, – позвольте представить вам моего брата, принца Ригана Крансарта. Риган, это леди Илайна, принцесса Синбара.

– Моя младшая сестрёнка, – дополнил Вирген представление Савадины, совершенно поправ придворный этикет, – дружище Риган, я тебя уверяю, она у нас славная девочка.

– Ни на секунду не сомневаюсь, – кажется, «дружище Риган» давился каждый словом.

Что вовсе неудивительно.

Впрочем, принц умел держать себя в руках и на глазах приходил в себя, надевая маску доброжелательной заинтересованности. Но паника в его глазах пока осталась – чуть-чуть, может быть. А Илайне снова захотелось смеяться. Пошутить. Когда смеешься и шутишь, жить становится легче. Это, значит, принц Риган, её жених! Ну вот за что ей это всё? Зачем она ему? А он ей?!

Брат смотрел с легкой тревогой, и тепло, ласково – только свои, родные так смотрели на Илайну. Такой взгляд делал все проще, давал понять, что жить можно…

А ещё он поглядывал на Савадину, причём так поглядывал, словно у них есть какой-то общий секрет. Можно, Илайна угадает его с одного раза?

– Всё хорошо? – спросил Вирген.

– Конечно, – она, так и быть, не стала им всем улыбаться. – У меня есть предложение. Вы знаете, как пройти до зимнего сада, чтобы по дороге никого не встретить?

– По наружной галерее! – почти хором воскликнули Риган и Вирген.

– Но это снаружи, – добавил Вирген. – Там мороз. Нужно одеться.

Естественно, в огромном чужом замке быстро добыть свою одежду, отданную чужим лакеям – необязательно простая задача.

– Пойдемте, это ведь недолго, – предложила принцесса, которая поняла, что к чему, и как тягостно гостье это столпотворение в замке.

Она подозвала одну из дам и что-то ей сказала. И решительно направилась к высокой стрельчатой двери, ведущей наружу.

Открытая галерея тянулась вдоль стены замка – широкий и длинный балкон, но под крышей. Пол здесь был покрыт цветной каменной плиткой и кое-где занесён снегом, и легкие туфли девушек не совсем годились, чтобы гулять по нему зимой, но прогулка не обещала быть длинной. Зато…

Илайна восхищенно оглядывалась. Это было не самое высокое место в замке, но всё равно, вид внизу открывался красивый. Река, за рекой простирался город – разноцветные дома, черепичные крыши…

– Сестричка, поторопимся, вы простудитесь, – строго сказал Вирген и опять переглянулся с Савадиной. – Я потом сам ещё раз приведу тебя сюда.

– Да, леди Илайна, не будем рисковать здоровьем, – попросила Савадина.

И пришлось быстрее шагать в неудобных туфлях, опираясь на руку брата – эта рука была теперь так кстати!

Потом – лестница вниз, ещё одни двери, и они оказались в дивном месте -- в царстве зелени. Странного вида деревья и кустарники росли из углублений в полу, заполненных землёй, журчала вода и замечательно пахло цветами.

– Здесь всегда тепло, леди Илайна, мы сейчас согреемся! – весело пообещала Савадина. – И я покажу вам редкие орхидеи. Их привезли издалека, из тропических джунглей, у нас прекрасная коллекция. Это увлечение матушки…

Они с Савадиной медленно шли впереди, кандрийская принцесса щебетала, как птичка, называя каждое растение и добавляя при этом что-то забавное.

– А вот и орхидеи! – она показала роскошные разноцветные соцветия причудливой формы на длинных стеблях, которые занимали целую стену, – знаете, если погасить свет, то они похожи на стайки дивных бабочек. Вы уже видели орхидеи, леди Илайна?

– Только на картинках, леди Савадина.

– О, а вот это раффа из южных лесов Джубарана. Видите этот большой бутон? Когда раффа зацветет, то её накрывают колпаком, потому что запах, источаемый цветком, совершенно ужасен! Он пахнет… о, лучше не уточнять, это не для нас с вами…

Принцесса старалась за всех. Риган и Вирген помалкивали. Вирген посматривал на Савадину, словно она была пирожным, которое ему обещали и не дали. И Илайна вдруг подумала, что им, Виргену и Савадине, вряд ли позволят пожениться – слишком много связей получится вот так сразу между их домами. А если ей самой не выходить за Ригана?

По крайней мере, у неё всё ещё не появилось такого желания. Хотя он и довольно мил.

Она обернулась, широко улыбнулась вероятному жениху – тот при этом заметно вздрогнул, – и сказала нежно… то есть почти нежно – получилось как получилось.

– Дорогой принц, отец заказывал справочник по вашему зимнему саду, и, кажется, описания растений для него делали вы? Это на самом деле так?

– Конечно! – кажется, принц даже чуть-чуть обиделся. – Я не поставил бы свою подпись под чужой работой.

– Увлекательные описания. Я прочитала всё.

– Кто бы мог подумать, что вас это заинтересует, – пробормотал принц, на самом деле удивлённый.

– Меня это очень интересует. Может быть, вы сами мне расскажете про особо интересные растения, а мой брат попробует развлечь её высочество? Ведь для неё здесь нет ничего нового, а я не хочу, чтобы она скучала. Леди Савадина, вы не против? Милорд мой брат, вы простите меня за такое самоуправство?

Принцесса колебалась – это было, конечно, против правил.

– Мы ведь останемся рядом, тут, в саду, – пояснила Илайна. – Нет, я не настаиваю, конечно. Простите, если моё предложение неуместно.

– Ну что вы, – принцесса переглянулась с Виргеном и развела руками, – если вам хочется поболтать с Риганом, но мы вовсе не против.

– Благодарю вас. Брат! – окликнула она Виргена, который уже поторопился подать руку принцессе, тот обернулся.

«Преследуй свою дичь. Хорошей охоты», – тихо сказала она по-гоххарски, то есть на языке маленького племени, живущего на дальней границе их княжества.

Тот широко улыбнулся и посмотрел с благодарностью. Да-да, он-то, конечно, понимал, насколько это всё не по правилам, и его долг как брата не позволить, и все такое...

А принц Риган был малость смущён, оставшись наедине с «невестой».

– Я слышала про ваше увлечение науками, милорд, – сказала Илайна. – И про то, что вы занимаетесь созданием живого каменного цветника. Отец как-то приобрёл по случаю копии ваших записок.

– Вот как? – теперь принц был неприятно удивлён. – Я не публиковал ничего, что касается этого вопроса.

– Не хотела вас огорчать, простите, но их можно купить. Вы не знали? – Илайна пожала плечами. – У нас ведь тоже есть такие мастерские. Было бы странно их не иметь, если подходящие «живые» камни добываются в основном у нас. А записки были без формул. Мы такое и не скрываем особенно. Меня поразила раффа, которую вы пытались создать из граната и лунного камня. Цветок такого размера! А вы не пробовали белый агат? А оникс? Ведь лунный камень не будет достаточно ярок на фоне красного граната? – она медленно пошла между каких-то деревьев с огромными ажурными листьями, и принц не слишком уверенно двинулся следом.

Однако с каждым шагом их разговор становился всё непринуждённее.

– Вы не правы, принцесса, на оникс отчего-то вообще не кладутся такого рода заклятия. Из белого агата у нас получились бутоны цветов, но они со временем осыпались все до единого! А вы делали такое?

– Из агата? Да, у нас есть методика для создания белых левкоев из агата. Она одна из самых старых, к ней и амулеты несколько раз обновляли. У меня, вообще, нет достаточной магической силы, но направлять силу амулетов я могу. И больше всего люблю оникс. Послушайте, в музее Сантаров в Руате есть целые соцветия в виде орхидей из оникса.

– Неужели вы не знаете, что многие секреты Сантаров были быстро утеряны? Уже следующим поколением.

– Да, я читала. Но они придумали и много нового.

– Верно, но методик работы с ониксом их авторства в свободном доступе нет.

– Ну нет так нет, – легко согласилась Илайна. – Белый агат тоже очень красив. Мой отец когда-то создал эдельвейс, для мамы. В подарок. Он прекрасен и стоит у неё на каминной полке. Эдельвейс – цветок любви, цветок невест. Вам известно про такой наш обычай?

– Нет, – покачал головой принц, с удивлением отметив, что больше не считает тембр голоса невесты неприятным, хотя тот ничуть не изменился с начала их беседы. – Что за обычай?

– Если вручить девушке эдельвейс, сорванный на горной вершине, она отдаст в обмен свой брачный медальон, признавая мужчину мужем, и это будет нерушимо. У нас до сих пор есть семьи, которые только так и могут заключать браки. У нас – не обязательно в Синбаре, в других княжествах тоже. Как вы нас называете – Дикие Княжества?

– Только не Синбар, – простодушно запротестовал принц. – Вы с нами граничите, вы то же Побережье. То есть я хотел сказать, что развитие Синбара практически не уступает нам, благодаря стараниям ваших правителей за последние поколения, принцесса.

– Да-да, я поняла, – сразу согласилась Илайна. – Но у нас соблюдают немало старых обычаев, не говоря об этом громко. Во многих семьях есть секреты, завязанные на магии Древних, с которой трудно соперничать. Магические источники, скрытые в самых непроходимых местах. У нас дольше всего жили и хозяйничали Древние. Моё проклятье самое заметное в Синбаре, потому что я княжна. Но оно не единственное, – она провела пальцем по своей щеке. – Я не могу носить магическую маску, чтобы скрыть под ней свою внешность. Многие колдуны пытались изготовить, но не смогли.

– Уверен, что можно решить этот вопрос! – преувеличенно-воодушевлённо заявил принц Риган.

Ещё недавно он уверен не был, но теперь вдруг на самом деле захотел решить.

– А этот удивительный эдельвейс с горных вершин тоже как-то связан с магией Древних? – вдруг пришло ему в голову.

– Нет, – покачала головой Илайна. – Точнее, я не знаю. Я думаю, что это лишь обычай, от которого по большей части отказались. И жениху моей сестры не придется добывать для неё эдельвейс. А вот жених моей бабушки, княжич Йоллы, погиб, разыскивая цветок.

– Но почему их нельзя выращивать внизу? Странно, это же проще, – продолжал удивляться принц.

– Эдельвейс, выращенный внизу, совсем другой. Он блёклый, лишён той особенной красоты. А облагораживать его с помощью колдовства запрещено. И вообще, мы не стремимся к тому, что проще, мой принц.

– Понятно, я так и думал, – кивнул Риган.

– Так что лучше не просите моей руки, ваше высочество, – сказала Илайна вдруг, и он даже не сразу её понял. – Передумайте. Мы ведь можем стать друзьями, писать друг другу письма, обмениваться книгами и даже навещать друг друга. Мы можем продавать вам «живые» камни или дарить. Мы ведь оба хотим именно этого, да? Но мы оба не хотим друг друга, правда?

– А вы тоже… совсем не хотите? – принц даже немного растерялся. – Простите. Мне кажется, вы не должны говорить о таких вещах…

– Да, я скромная девушка, – Илайна слегка оскалилась. – Но ведь мы уже начали, почему бы и не договорить? Представьте, вам придётся отвести меня в Храм, обвенчаться перед Пламенем.

Принц вздрогнул и малодушно отвёл взгляд.

– Мы можем стать друзьями, вы сами предложили! И это прекрасно! – тем не менее радостно воскликнул он. – Это всё упрощает, поверьте!

– Упрощает – что? – уточнила Илайна. – Вы согласны, что мы ничего не потеряем, если не поженимся? Если сделаем так, как договорились, конечно?

Принц задумчиво сказал, приподняв бровь:

– Вы ничего не потеряете, принцесса. А вот я – неизвестно. Дружба – это прекрасно, но не дает мне никаких прав. Ваш отец, как я понял, в любом случае намерен выдать вас замуж. Это может помешать дружбе, – он бодро улыбнулся, – так что лучше нам пожениться, а потом дружить хоть всю жизнь.

– Я вам не нравлюсь, – напомнила Илайна. – Совсем не нравлюсь, правда?

– Я Крансарт! – строго заявил Риган. – Чувство долга для меня превыше всего!

– Конечно, я понимаю, – закивала Илайна и снова улыбнулась так, что мелькнули её зубы.

Надо сказать, зубы княжны немного выступали вперед и были чуть заострены, и совсем не добавляли ей очарования.

– Но я знаю и то, что хоть супружеский долг тоже называют долгом, чувство долга в широком смысле мало помогает в его исполнении.

– Вот как? Вы говорите мне это?.. – Риган вдруг покраснел. – Вы всё-таки девушка…

– Точно, – совсем не смутилась Илайна. – Девушки не говорят такое своим женихам. Но ведь по сути вам нечего возразить? И вы уже поняли, что я плохо воспитана. Никто не делал из меня «шёлковую принцессу». И так понятно, что я не должна буду никого очаровывать, так что мне позволяли вдоволь заниматься любимыми делами. Каменными цветами в том числе. Но я сказала то что сказала, принц. Отложить осуществление брака на неопределенный срок будет невозможно, – она хотела уже снова «показать зубки», но принц заранее благоразумно отвёл взгляд.

– Я понял вас, принцесса. Давайте лучше прекратим пока этот разговор, я позову слуг, они принесут нам угощение и напитки, прямо сюда, хотите? – он показал на столики в углу сада, – или вернёмся в гостиную?

– Нет-нет, в гостиную не надо, – быстро отказалась Илайна. – Здесь мне гораздо больше нравится.

– Тогда подождите немного, прошу вас, – и принц рванул по аллее вместо того, чтобы пройти несколько шагов в другую сторону и дернуть за сонетку звонка.

Ему требовалось отдышаться.

Илайна, оставшись одна, огляделась и заметила дверь, совсем близко. Поддавшись порыву, она сбросила туфли, подняла их за задники и подошла к двери, толкнула – та легко открылась. Дверь выходила в холл, сравнительно небольшой и пустой. Принца не было, принцессы Савадины и брата – тоже.

Она тихо вышла в холл. Напротив была ещё одна дверь, высокая, стрельчатая, застекленная, и она уже явно вела наружу. Илайна подошла, выглянула.

Это был один из дальних подъездов замка. За дверью – крыльцо в несколько ступеней, недалеко от которого стоял зимний открытый экипаж на полозьях, запряженный парой. А в двух шагах от двери, на скамье, лежал меховой мужской плащ и боты из валяной шерсти, тоже на мужскую ногу, конечно, на толстой кожаной рифлёной подошве.

Она стояла, кусая губы. Сомневалась. Но это было так заманчиво!

Возвращаться к семье и терпеть ещё немалую порцию всей этой бессмыслицы? Она вдруг почувствовала, что устала, очень. Её даже знобило чуть-чуть. Нет, если очень надо, она готова, но – разве надо?..

Она успешно притворялась перед принцем Риганом. Может, и не совсем притворялась, потому что на самом деле была воспитана именно так – не очень. Не «шёлковая» она принцесса. Но обычно, конечно, она вела себя иначе. Но теперь так было нужно! Напугать принца Ригана. И вот, она устала. Больше не хочет.

– Эй, ты кто? – окликнули её, и она быстро обернулась.

И растерянно замерла. К счастью, ненадолго.

Мужчина в полувоенном шерстяном костюме, тёмном и очень простом. Но она его знала. И он её, как оказалось, тоже.

– Синбарская принцесса Илайна, это ведь вы? – спросил он. – Э… ваше высочество?..

– А вы – слуга старшего принца, да, эсс? – спросила Илайна.

И ей показалось, что отчего-то в его глазах мелькнула растерянность.

Ещё бы. Уродливая синбарская принцесса стояла перед ним в чулках на каменном мозаичном полу, и держала в руке туфли. И вообще, выглядела она… очень для него непривычно.

– Я видела вас вчера ночью в нашем доме, – пояснила она. – Заглянула в кухню и поспешила уйти, чтобы не мешать. Не беспокойтесь, я никому ничего не скажу, обещаю. Можете приходить, сколько угодно, эсс.

– Спасибо, – отозвался Трой, потому что это был он. – Но вы не могли подслушать, что я слуга принца. Вам это сказала Линн? – и почему-то у него горло перехватило от волнения.

– Да, она. Должна же она была объяснить. Мы перебросились парой слов. Не беспокойтесь. Она тоже нередко мне помогает. Я никому не скажу.

– Спасибо, принцесса, – повторил Трой, немного сбитый с толку. – А давайте-ка я предложу вам надеть вот это? Нехорошо будет, если вы простудитесь, – подошёл и подвинул ей войлочные боты.

– Благодарю, вы очень добры, – она бросила свои туфли и сунула ноги в тёплый войлок, – это одежда возницы, верно? У нас дома тоже делают такую обувь. Очень удобно.

Ситуация, конечно же, складывалась самая дурацкая. И мало что могло сделать её ещё абсурдней.

– Могу я попросить об одолжении, эсс? – спросила Илайна.

– Разумеется. О каком же?

– Сейчас…

Из маленькой сумочки-кошелька на поясе она извлекла крошечный блокнот и отделанный серебром карандаш и быстро набросала записку, сложила и протянула:

– Передайте это моему брату лорду Виргену. Вы ведь знаете моего брата? Или моей сестре леди Сурии. В крайнем случае князю Юргену. Княгине не передавайте. Вы поняли?

– Да, хорошо, миледи, – Трой взял записку. – А теперь позвольте…

– А теперь забудьте, что видели меня, – она взяла со скамьи плащ и надела, набросила капюшон, ловко перестегнула застёжки на рукавах.

Боты, конечно, были велики, их не затянешь. Ну да ладно.

– Что, принцесса? Что вы делаете?! – воскликнул Трой.

– Помогите. Я в долгу не останусь. Просто не мешайте, понимаете? Не мешайте!

Она толкнула дверь, которая сразу распахнулась, и выбежала на крыльцо, потом вниз по ступенькам и – к экипажу.

Трой, слегка обалдевший, бросился за ней несколько позже, чем следовало, и подбежал, когда она уже взяла хлыст и разбирала вожжи, причем делала всё вполне уверенно.

– Вы с ума сошли, принцесса? – заорал он, – вылезайте немедленно! Вам подадут нормальную карету с кучером!

– Не беспокойтесь, экипаж вернут и всё будет в порядке. Пожалуйста, передайте его хозяину мои извинения.

– Это мои сани! И мой плащ, разумеется!

– Правда? – она замерла, но ненадолго. – Тогда примите мои извинения, эсс. И мою благодарность. Пожалуйста, отойдите с дороги.

– Вы человеческую речь понимаете, принцесса?! – взвился Трой. – Что я непонятного сказал? Давайте, что ли, я вас отвезу? Я сам! Пустите меня! – он хотел заскочить в сани…

Но изумлённо отшатнулся, когда перед ним щелкнула плеть. Его собственная плеть, но в руках этой кукольной карлицы она вела себя так, словно была чужой и не склонной прислушиваться к его мнению вообще.

– Пожалуйста, эсс, – почти жалобно попросила некрасивая принцесса, – не беспокойтесь и идите по своим делам. Пожалуйста.

Она потянула из-за ворота свой модный шёлковый шарф и обмотала вокруг лица, оставив только глаза, и переколола шпильку, закрепляя шарф – всё одной рукой.

И щелкнула плетью, но уже не для Троя.

Лошади рванули с места по накатанной дороге, по которой он недавно приехал. Эта несуразная кукла не присела, она правила стоя, вцепившись в вожжи, и очень ловко, стояла в санях, как влитая.

Не разобьется, это ясно. Ну и…

Надо было хватать её в охапку и дергать с саней, нахалку бессовестную, а он редкий олух, оказывается – что прискорбно, причём не только ему и родителям…

Но он оторопел, настолько не ожидал ничего подобного от этого заколдованного чудовища из Синбара!

Он расхохотался. Громко, в голос. Ну ничего ж себе!

Ничего себе синбарская принцесса!