глава 9. Как довести темного мага до белого каления

«Долог день до вечера, коли делать нечего», — бурчала себе под нос Воскобойникова, перебирая по сотому разу флакончики, пакетики, пузырьки с белой и синей глиной, бомбочки из соли для ванн, растворы для удаления волосков и прочие косметические изделия местного изготовления.

Часть из них она нашла у себя в ванной, часть — извлекла из коробок, доставленных к дверям ее покоев молчаливыми лакеями. «Подарки от его высочества Максона для гостьи из Барбуерри!» — провозгласил один из плечистых мужчин с военной выправкой, постучав в дверь пленницы, только что выбравшейся из ванной комнаты.

Воскобойникова, рассекавшая по своей гостиной в одном полотенце, надежно скрывающем все стратегически значимые места, выглянула в коридор и повелительно махнула ручкой: «Оставьте тут, потом разберусь».

Мужчины, завидев округлые женские плечики и коленки с непросохшими капельками воды, едва не уронили каждый свою ношу. Задышали взволнованно, раскраснелись и дружно уткнулись взглядами в пол, не смея поднять склоненные головы. Злата хмыкнула то ли насмешливо, то ли смущенно, и поспешила запереться ненадолго — ровно настолько, чтобы надеть обратно свой охотничий костюмчик. Другой одежды у нее все равно пока не было.

В коробках обнаружилось много интересного: наряды, обувь, чайный сервиз и набор стаканов с графином, косметика и даже ракетки и шарики для пинг-понга. Принимать все эти подарки, в особенности одежду и драгоценности, Воскобойникова не стала: Максон ей не муж, чтобы делать такие презенты. Забрала и унесла к себе только то, что посчитала допустимым и подходящим для ведения военных действий против одного безмерно наглого принца. Вызвав колокольчиком слугу, велела унести и выбросить все остальное, чем повергла явившегося на зов лакея в немой ужас. Он опасался выполнить приказ высокопоставленной гостьи — и опасался не выполнить…

Всего за каких-то пару часов девушка успела загонять, запугать и вогнать в ступор весь штат прислуги. Злате нечасто приходилось «включать стерву», но если уж она это делала — то с душой, с исконно русским размахом, в общем, «на всю катушку».

Впрочем, всерьез издеваться над слугами она не собиралась: понимала, что они — люди подневольные. А вот принцу Максону, который прислал ей штук пять коробок с подарками и сообщение, что надеется поужинать нынче в ее компании, Воскобойникова готовила достойную встречу.

***

…И вот наступил вечер. По округе разлилась густая синева. За окнами, забранными частой решеткой, на этот раз — простой, без магической подпитки, послышался шорох колес по гравию, порыкивание зеброящеров и командные крики возницы. Злата приблизилась к окошку и принялась поглядывать вниз, стараясь оставаться незаметной.

Она подоспела как раз вовремя, чтобы увидеть, как с подножки кареты спрыгнул организатор ее похищения. «Ну, Воскобойникова, соберись! — скомандовала себе девушка. — Надо устроить его козлейшеству Максону теплую встречу!»

Стук в двери своих покоев Злата услышала где-то через час. Видимо, Максон решил сначала привести себя в порядок после длинного пути, а уж потом спешить с визитом к своей гостье.

— Сисса Злата? Доброго вечера! Это принц Максон, — послышалось из-за двери.

Воскобойникова встала, отошла в дальний угол и молча воззрилась на запертую изнутри дверь. Там, за деревянной преградой, кто-то явно занервничал:

— Сисса Злата?! С вами все хорошо? Откройте! Отзовитесь!

Девушка продолжала молчать — из вредности и в знак протеста: с чего это принц называет ее сиссой?

Не дождавшись ответа, Максон перешел к решительным действиям: вокруг магического запора заклубилась тьма, дверной крючок скрежетнул, поднимаясь и выскальзывая из петли, со звоном упал и повис, безвольно покачиваясь. Дверь отворилась и его высочество замер на пороге. Обвел взглядом гостиную и обнаружил свою пленницу сидящей в кресле с высокой спинкой. Девушка смотрела на него сурово и неодобрительно.

— Сисса Злата! Могу я войти? — обратился к ней принц.

— Что-то я никак не пойму, ваше высочество, с кем вы разговариваете, — с приторно-любезной улыбкой заговорила, наконец, Воскобойникова. — Ни одной сиссы в этой гостиной я не вижу.

— Но ведь это — обычное обращение к любой девушке и женщине благородного происхождения! — делая вид, что не понимает, в чем дело, отозвался Максон.

— К девушке, — кивнула ему Злата, как нерадивому ученику, забывшему пройденный накануне материал. — Но не к замужней женщине, чей муж — эльф.

— Эти мужчины, которых вы называете мужьями, не стоят даже вашего мизинца! — продолжая мяться у порога, заявил Максон. — Два неудачника, не принятых ни одной женщиной, кроме вас, и… звереныш? Помилуйте, сисса Злата! Если вы согласитесь принять в мужья меня, то станете не альдой, а принцессой! И обращаться к вам будут не иначе, как «ваше высочество»!

Злата оторопела. За этот день она успела прокрутить в голове десятки предположений о причинах похищения. Но та единственная, которую озвучил сейчас принц, ей даже не приходила в голову! И теперь она разрывалась между двумя желаниями: отстоять честь своих мужей — или выяснить, с чего вдруг третий ненаследный принц Зерафири возжелал ее в качестве своей супруги…

— Женой? С чего вы взяли, что я соглашусь стать вашей женой?! Да зачем вам это? — все же не выдержала Воскобойникова. — И вообще: пока я замужем — будьте добры, ваше высочество, обращаться ко мне соответственно моему положению! И велите вашим слугам делать то же самое!

— Хорошо, альда Злата, — сдался Максон. — Так я могу войти?

Злата пару мгновений недоумевающе смотрела на принца, соображая, к чему вообще этот вопрос. Потом припомнила правила местного этикета, которых в доме Дагрона с ее разрешения не придерживались. Злорадно хмыкнула про себя, и ответила мужчине с сияющей улыбкой:

— Нет!

— Нет?.. — переспросил, будто не поверив своим ушам, его высочество.

— Нет. — Все так же широко улыбаясь, заверила его Воскобойникова.

Максон налился краской гнева, запыхтел возмущенно, в глазах его забурлила хорошо знакомая девушке Тьма. «О! А принц-то — темный маг, как и мой старший муж!» — сообразила Злата, но ничуть не испугалась: знала откуда-то, что эта странная сила не причинит ей вреда.

Кое-как справившись со своим недовольством, принц просипел сдавленно:

— Надеюсь, альда Злата, приглашение разделить со мной вечернюю трапезу вы не отвергнете?

Воскобойникова изобразила сомнения, раздумья и душевные метания, втайне радуясь: все идет по плану, и можно надеяться, что она сумеет провернуть несколько запланированных пакостей!

— Не отвергну, — произнесла она, наконец, делая вид, что не уверена в правильности своего решения.

— Тогда позвольте проводить вас в обеденный зал, — протягивая девушке руку и предлагая опереться на нее, предложил Максон.

Злата встала, повесила на плечо приготовленную заранее сумку и направилась к двери. Его высочество окинул девушку взглядом — и вновь потемнел лицом.

— Вам не понравились мои подарки, альда Злата? — мрачно поинтересовался он, ведя девушку по коридору и указывая рукой на составленные вдоль стен ящики.

— Полагаю, ваше высочество, вы и сами понимаете, что, прими я ваши подарки — это выглядело бы как обещание благосклонности к вам.

— А вы не желаете пообещать мне хоть толику вашей благосклонности? — внезапно Максон перешел на низкий, с хрипотцой тембр, явно призванный пленять и соблазнять женские сердца. — Вы покорили меня, разбудили во мне небывалую страсть, и я не знаю, как жить дальше, если вы отвергнете мои чувства!

Принц разливался соловьем, и Злата даже засомневалась: вдруг она не права, и Максон в самом деле немножечко влюблен в нее? «Не торопись делать выводы, Воскобойникова! — велела она себе. — Бабушка говорила, что слова без поступков ничего не значат, а его высочество пока ведет себя не так, как влюбленный мужчина!»

К счастью, они уже входили в обеденный зал, и девушка воспользовалась моментом, чтобы не отвечать на признания Максона:

— Как здесь красиво! — воскликнула она, разглядывая интерьер. — И какой богатый стол! Ах, я так проголодалась…

— Все ради вас, моя прекрасная гостья, — галантно отозвался Максон, помог Злате устроиться на стуле и замер рядом с соседним, дожидаясь, когда девушка даст ему разрешение присесть.

Вот только в планы Воскобойниковой не вписывалась ответная любезность. Вместо этого она, делая вид, что не замечает замершего рядом принца, сняла колпак с ближайшего к ней блюда и принялась самостоятельно наполнять свою тарелку.

Его высочество Максон, которого второй раз за вечер «забыли» почтить вниманием, почувствовал, что закипает. Он уже услышал «нет», когда хотел войти в гостиную Златы, и подозревал, что, если спросит сейчас, может ли он присесть, то снова услышит «нет», сопровождаемое самой доброжелательной улыбкой.

— Я… я покину вас ненадолго, — проговорил он сквозь зубы, резко развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Девушка только того и ждала. Как только за принцем закрылась дверь, она нырнула в свою сумку, достала пару шариков и пакетиков и принялась колдовать. Белой глиной посыпала какое-то мясное блюдо в белом соусе. Солью для ванн приправила отбивные и пару салатов. В кувшинчики с вином подлила местного шампуня, в тазик с водой для ополаскивания рук — бесцветную жидкость, которая, высыхая, меняла цвет и использовалась для окрашивания волос. Обнаружила на столе баночку с очень острой местной приправой и потратила ее всю, посыпая гуляши, паштеты и даже десерты.

К тому времени, когда принц вернулся — вновь спокойный и собранный — Злата сидела за столом и с самым невинным видом попивала воду из стакана.

— Вы вернулись, ваше высочество? — приветливо улыбнулась Максону. — Присаживайтесь, мне не терпится начать трапезу!

— То есть, вы, альда Злата, не заставите меня, как лакея, стоять весь вечер у стола?

— Разве я бы посмела, ваше высочество? — с деланным недоумением воззрилась на него Воскобойникова.

Принц неопределенно передернул плечами и уселся на противоположном от Златы конце стола. Благо, для ужина был сервирован самый маленький из имеющихся в зале столов, так что с собеседником можно было общаться, не повышая голоса.

— Приятной трапезы, альда Злата, — произнес Максон и положил себе на тарелку аппетитную отбивную и пару ложек салата.

— Благодарю, ваше высочество. Взаимно, — Злата с любопытством ученого, наблюдающего за ходом эксперимента, проследила, как молодой мужчина отрезал кусок мяса и отправил его в рот.

Сделав пару жевательных движений, принц замер. Из его распахнувшихся во всю ширь глаз хлынули слезы. Лицо скривилось, как от сильнейшей боли. Дыхание сбилось.

— Что с вами? Вам плохо?! — с искренним сочувствием бросилась к Максону Злата.

Она ожидала, что принц сразу же выплюнет пересоленный и переперченный кусок, однако, похоже, воспитание не позволяло его высочеству плеваться наполовину пережеванной едой, особенно в присутствии женщины. Так что, обливаясь слезами, он продолжал жевать и давиться. Наконец, через силу проглотив комок, принц потянулся к кувшинчику с вином, надеясь загасить разгоревшийся внутри пожар, и даже не заметил протянутый Златой стакан чистой воды — единственного напитка, который девушка не стала портить. Сделав несколько глотков вина и даже не заметив его необычного вкуса, Максон прохрипел:

— Я встану, с вашего позволения, — и, отодвинув стул, шагнул к фаянсовому тазику, наполненному водой для омовения рук. Умыл лицо, ополоснул руки, вытерся белым полотенцем и увидел оставшиеся на нем быстро темнеющие разводы. — Это что еще за…

Злата, вернувшись на свое место, с трудом сдерживала веселье, наблюдая за тем, как темнеет кожа его высочества, превращая привлекательного мужчину в неузнаваемое страшилище.

Максон, поймав насмешливо-любопытный взгляд девушки, понял, что с его внешностью происходит что-то необычное, бросился к зеркалу и, уже не сдерживаясь, взвыл:

— Тьма! Какого вуглускра? Кто посмел испортить ужин и подлить краски в воду?! Найду — казню!

— Еще четверть часа назад вы, ваше высочество, хотели стать моим мужем, а теперь намереваетесь меня казнить? — Злата захлопала ресничками и поджала губки, изображая обиду. — Разве так поступают с женщиной, которую любят? Я ведь хотела лишь немного пошутить…

— Вы? — взревел Максон. — Это сделали вы?!

Воскобойникова сделала виноватое личико и аккуратно кивнула.

— Вы-ы-ы… — выдохнул принц длинно, и в его голосе послышался вой голодной стаи, а в зрачках снова заклубилась Тьма. — У меня нет сил сейчас разговаривать с вами, альда Злата. Доброго вам вечера!

Принц, сжимая кулаки и играя желваками на лице, стремительно вылетел из обеденного зала и громко, не пытаясь сдерживаться, хлопнул дверью. От силы удара косяк раскололся и дверь заклинило.

Воскобойникова, пожав плечами, отложила в сторону верхние, подпорченные отбивные, и, подцепив на вилку солидный кусок мяса, продолжила ужинать в гордом одиночестве. Через полчаса дверь сумели открыть, и бледный от страха лакей проводил девушку в ее покои. До утра принца Максона Злата больше не видела.