Глава 11 · Собрание старейшин

– Мастер Чэнь, не поймите неправильно этого старейшину, однако… не много ли вы на себя берёте?

Что ж, Чэнь Син ожидала куда более бурной реакции. Она собрала старейшин для обсуждения реформации учебной программы адептов, хотя предпочла не говорить заранее о цели собрания. Глядя на негодующие лица далеко не молодых людей, среди которых находилась и женщина почётного возраста, Чэнь Син видела лишь смятение и недовольство в их глазах.

«Ну, в первый раз, что ли, отчитываться перед начальством?» – подумала Чэнь Син, продолжив беседу:

– Возможно, Первый старейшина упустил это из моей речи, однако обратить внимание на проблему подхода к обучению и дисциплине наших адептов попросил лично глава Тэ.

– И кто же, интересно, виноват в том, что за последние два года дисциплина в усадьбе Чёрной черепахи скатилась? – осуждающе уточнил Первый старейшина.

Отметив, что другие старейшины солидарно молчали, поглядывая на Первого, Чэнь Син поняла, что они, вероятно, будут поддерживать его в любом мнении. С первого взгляда он действительно напоминал самого карикатурного из всевозможных старцев: седая длинная борода, орлиный взгляд, гордый вид и оттенок презрения при виде всего и всех, кто моложе его хотя бы на миг. Против таких личностей пробивной подход практически не действовал – они погрязли в своих убеждениях и не желали ничего менять даже под страхом смерти.

Чэнь Син спасало только одно – титул мастера.

– Полагаю, в ухудшении дисциплины виноваты сердобольность и наивный взгляд на жизнь этого мастера. Любовь к детям и желание окружить их заботой ослепляли, но, к счастью, даже солнце не светит круглые сутки.

Во взгляде Первого старейшины промелькнуло недоверие, другие старейшины испытали лёгкое негодование. Чэнь Син полагала, дело в признании своей ошибки – нет, не своей… предшественницы! Однако предчувствие подсказывало не торопиться с выводами.

Решив воспользоваться повисшим молчанием, Чэнь Син указала на стол, на котором напротив каждого старейшины лежало несколько расписанных листов. У неё чуть руки не отвалились всё переписывать «под копирку», сразу ощущалась нехватка компьютера и принтера. Но по правилам делового этикета хорошим тоном являлось предоставить участникам встречи – особенно управляющему составу, будь он неладен, – материалы с информацией, о которой пойдёт речь. Даже если старейшины этого не оценят, Система уже наградила Чэнь Син несколькими баллами за проведённую подготовительную работу.

Поднявшись с места и встав во главе стола, Чэнь Син с уважением поклонилась присутствующим и произнесла:

– Как мастер эта достопочтенная подвела не только вас, но и всю усадьбу Чёрной черепахи. Однако эта достопочтенная надеется исправить положение и не посрамить своего наставника, мастера Гуан, поэтому приложит все усилия для восстановления своего доброго имени.

Выпрямившись и отметив ещё большее негодование на лицах старейшин, Чэнь Син едва ли удивилась реакции. Несмотря на то что её предшественница отличалась «добрым сердцем», она постоянно ссорилась со старейшинами, защищая адептов и учеников от их радикальных учений. В чём-то Чэнь Син её поддерживала, например в желании избавить учеников от наказаний за провинность в виде ударов плетью или стояния коленями на рассыпанном зерне целую ночь. Однако предшественница выбрала нерабочую тактику.

Увы, но самая рабочая тактика всех времён и народов – быть подхалимом.

– Господа, позвольте мне рассказать об учебном плане и тактике поведения с учениками, над которыми эта достопочтенная работала последние восемь дней. Хочу сразу отметить, что никакие кардинальные изменения вводиться не будут. Лучше всего начать с небольших изменений, чтобы дать ученикам адаптироваться… Вы позволите мне озвучить подготовленный план учебной программы и подхода к обучению?

Все как один посмотрели на Первого старейшину. С видом гордеца он долго молчал, после чего с таким снисхождением махнул рукой, позволяя продолжить, отчего Чэнь Син захотелось выкинуть старика в окно. Однако, кивнув в знак благодарности, она заняла своё место и продолжила:

– Первое, на что мне бы хотелось обратить внимание, это распорядок дня учеников. Да, они обучаются для того, чтобы стать бессмертными заклинателями, но не стоит забывать, что они в первую очередь дети. Они поднимаются с рассветом, между часом тигра и зайца, и уже через полчаса идут на занятия, а первый приём пищи у них происходит лишь с наступлением часа змеи[44]. Без пищи они…

– Подождите, – сварливо прервал её Третий старейшина, – разве мы не собирались обсуждать учебный план? При чём здесь питание учеников?

– Притом что наши ученики ещё дети. Немногие могут обходиться без еды за счёт духовных практик, к тому же эти практики не способствуют развитию организма ребёнка и могут остановить метаболические процессы. А умственная деятельность требует немалого количества энергии, которая берётся из пищи, и…

– Вы что, целитель, говорить о подобных вещах? – не унимался Третий старейшина, сверкая колючим взглядом. – Ученики следовали таким правилам многие десятки лет, и усадьба Чёрной черепахи выпускала достаточно хороших воинов. Если вы вздумаете будить детей позже, то как они будут успевать делать свою работу?

– Быть может, если достопочтенный Третий старейшина дал бы мне договорить, он бы услышал, что речь идёт об увеличении времени на сон только на один час, а также о первом приёме пищи до занятий.

– А кто будет им готовить? Вы?

– Во-первых, старейшина, попрошу не повышать тон, мы с вами разговариваем об общем деле, а не переходим на личности. Во-вторых…

– Да как вы смеете! – вдруг взвился Третий старейшина, отчего в гневе стал напоминать перепуганную сову. – Этот старейшина пришёл сюда не для того, чтобы…

– Прекратите, – жёстко прервал его тираду Первый старейшина, блеснув грозным взглядом. – Даже если речь мастера Чэнь звучит абсурдно, она остаётся мастером. Давайте выслушаем её, а затем укажем на недочёты.

Третий старейшина оказался, пожалуй, самым карикатурным из стариков, которых когда-либо встречала Чэнь Син за обе жизни. Он часто посылал камень вслед человеку, упавшему в колодец[45]. Сделал ли автор намеренно из Третьего старейшины столь вычурного персонажа, чтобы оттенить более благородную натуру главной героини и других старейшин, или нет – трудный вопрос.

Против авторитета Первого старейшины тот не пошёл. Поэтому с претенциозным видом умолк, вызвав у Четвёртого старейшины, вернее, Четвёртой госпожи слабую ухмылку.

Чэнь Син тянуло засмеяться. Несмотря на то что ей позволили продолжить говорить, ей… позволили продолжить. В школе и усадьбе существовала строгая иерархия. Всей школой управлял глава, пятью усадьбами руководили десять мастеров – десять достойнейших заклинателей, сочетающих в себе силу и ум. Чэнь Син всё ещё не понимала, как оказалась среди них, но наверняка у судьбы имелись свои планы. В руководстве усадьбой помогали старейшины, чьё мнение мастер обязан учитывать при принятии решений. Далее уже шли рядовые заклинатели: старшие и младшие, – а после них следовали личные ученики мастеров, и на дне пищевой цепи находились обычное ученики.

Клуб подхалимов клубом подхалимов, однако придётся потрудиться и проявить характер, чтобы её научились слушать и слышать.

– В усадьбах роль заведующих хозяйством исполняют уже взрослые адепты, но в основном всю работу выполняют ученики под их контролем. В текущей ситуации еду для учеников готовят адепты, но предложенный мною вариант позволит освобождать старших адептов от подобного и даст ученикам возможность готовить для своих соучеников под надзором всего одного адепта. Так у нас освободятся ресурсы… эм, люди для других задач.

– То есть вы предлагаете переложить обеспечение учеников на плечи самих учеников в бытовых вопросах? Хм, – задумался Второй старейшина, явно заинтригованный предложением.

«Странно, что подобная идея вам не приходила раньше».

– На данный момент ученики помогают старшим адептам присматривать за усадьбой Чёрной черепахи – речь идёт об уборке и дозоре. Однако я вижу необходимость показать ученикам, что от них самих зависит их комфортное существование.

– Не кажется ли вам, что это приведёт, скорее, к проблемам, чем к пользе? – уточнил Пятый старейшина.

– Поначалу – да. Они будут путаться, раздражаться и не хотеть ничего выполнять. Однако человек ко всему привыкает. Над ними будут стоять старшие адепты, руководя и направляя. Здесь стоит вопрос организационного характера – на какие группы их разбивать. Наиболее эффективно – собрать группы из разных возрастных категорий, чтобы не снижать продуктивность сразу всего класса на день.

– Но это же столько работы, – наконец взяв документы, лежащие на столе, вздохнул Пятый старейшина. – Понадобится проговорить все нюансы с адептами, отвечающими за бытовое хозяйство. Организовать учеников. Следить за дисциплиной.

– Верно. Всё это требует больших усилий и временных затрат, – согласилась Чэнь Син. – Чтобы показать остальным усадьбам свою значимость, мы должны проделать много работы. И это касается не только учебного плана. В материалах, которые лежат перед вами, я расписала те сферы деятельности, которые требуют, на мой субъективный взгляд, изменений. Если не вдаваться в подробности – это расписание занятий и преподаваемые дисциплины, распорядок дня учеников, распределение ресурсов для хозяйственной деятельности, распределение расходов, а также дополнительные экзамены для уже работающих адептов.

– Дополнительные экзамены? – при всей своей сдержанности Первый старейшина едва ли сумел спрятать удивление.

– Все заклинатели получают некоторое жалованье за работу, однако они выполняют задания разного типа. Например, кто-то занимается уничтожением обычной мелкой нечисти, в то время как их собратья по оружию, получая те же деньги от своих усадеб, берут куда более серьёзные заказы. Я бы не поднимала этот вопрос, не будь финансовое положение усадьбы Чёрной черепахи столь… неприятным, – тяжко вздохнула Чэнь Син. – Предвидя вопросы и обвинения со стороны старейшин, я соглашусь, что во многом вина лежит на моих плечах. То, сколько денег глава Тэ распределяет на каждую усадьбу, зависит от успехов этих усадеб. Как в плане обучения юного поколения, так и при выполнении миссий. Поэтому эта достопочтенная смиренно просит поддержки мудрых старейшин.

– Вы хоть представляете, какая это работа? – не то с сомнением, не то с долей недовольства подметил Второй старейшина. – Придётся пересматривать весь подход к управлению!

– Представляю. Именно поэтому я и собрала вас сегодня. Потому что эта работа займёт не месяц и не два, а гораздо больше времени. За все неудачи я буду лично нести ответственность перед главой Тэ. Однако мне потребуется ваша помощь в контроле и распределении обязанностей между нашими адептами.

– И что вы предлагаете? – поинтересовалась Четвёртая госпожа.

– Все предложения по улучшениям, а также планы по изменению подхода к управлению я изложила в представленных вам документах. Прошу достопочтенных старейшин ознакомиться с ними до следующей встречи, которую мы проведём завтра в это же время. Эта достопочтенная предлагает встречаться раз в день по утрам для обсуждения плана действий и хода проделанных работ. Ближайшие дни мы можем потратить на разбор каждого пункта. Либо, что наиболее уместно, начать по порядку, например, с учебного расписания и распорядка дня учеников.

– Где же нам взять столько времени для этих ваших встреч, мастер Чэнь? – возмутился Третий старейшина. – Будем сидеть и говорить, вместо того чтобы заниматься делами?

– Поддержу Третьего старейшину, – согласился Второй старейшина, – мы не можем тратить столько времени для встреч и сомнительных… действий. Где гарантия, что ваши методы приведут к должному результату?

«Да потому что это моя работа!» – рыкнула в душе Чэнь Син, но постаралась не вестись на провокацию и спокойно ответила:

– В этом и заключается одна деталь – мы будем действовать не по моему плану, а по нашему. Только совместными усилиями мы отыщем лучший подход к решению проблемы. Здесь потребуется вклад каждого. Эта достопочтенная лишь возьмёт на себя роль направляющего, того, кто будет связывать всё воедино. Каждый из присутствующих предложит наиболее выгодный подход для улучшения продуктивности и эффективности работы. Мы обсудим идеи каждого. Подчеркнём достоинства и недостатки, выявим риски, выберем стратегию, а затем начнём…

– Вы предлагаете поступиться многовековыми традициями?! Извините, мастер Чэнь, но это неслыханная дерзость и неуважение! – Возмущённо отшвырнув расписанные листы бумаги, которые тут же разлетелись по столу, Третий старейшина подскочил с места. – Вы сами ещё только вышедшая из-под чужого крыла ученица! Женщина, которая смеет указывать мужчине, вы!..

– Третий старейшина, – перебила его Чэнь Син, стараясь сохранять спокойствие. Но её голос опустился на пару тонов. – О каких многовековых традициях вы говорите, если в столь неуважительной манере обращаетесь к мастеру усадьбы Чёрной черепахи?

– Мастеру! Вы не мастер, а подмастерье. Непонятно, чем руководствовались мастер Гуан и глава, но за два года вы!..

– Старейшина, прошу, давайте разговаривать спокойно, а не…

– Не смейте мне затыкать рот, вы!..

Не выдержав, Чэнь Син громко ударила кулаком по столу, заставив Третьего старейшину моментально умолкнуть и вздрогнуть от неожиданности. Раздражение терзало её изнутри, словно крыса, запертая в ящике, но Чэнь Син старалась не поддаваться эмоциям. Однако её вид прекрасно говорил о них: крепко сжатый кулак, мрачный взгляд, напряжённая поза.

– Убирайтесь.

От одного слова, объявленного приказным тоном, обомлел не только Третий старейшина. Удивились абсолютно все.

Внимание, обнаружено ООС. Главная героиня никогда не позволяла себе невежественного обращения к старшим. Штраф: 10 баллов.

Общий счёт: 289 баллов. Общий счёт влияния: 15 очков.

– В-в-вы… да как вы?.. – От натуги Третий старейшина аж побагровел. Задыхаясь возмущениями, он предоставил Чэнь Син идеальную возможность продолжить мысль:

– Как мастер я собрала здесь достопочтенных старейшин, чтобы выслушать их мнение и получить советы, чтобы мы вместе нашли способ улучшить положение усадьбы Чёрной черепахи. Если же Третий старейшина не желает помогать этому мастеру, а также выказывает безосновательное неуважение – вы знаете, где выход. Пусть я и молодой, ещё неопытный мастер, однако я – мастер, а вы – нет. У вас нет права так общаться со мной. Будь на моём месте мастер Гуан, вы бы позволили себе подобное?

– Вы – не мастер Гуан. Вы не заслуживаете того же почтения. Как мужчина может подчиняться молодой барышне? Да где такое слыхано?

– Вас беспокоит моё тело?

– Что?

– Вас беспокоит моё тело? – хоть и с трудом сдерживая раздражительные нотки в голосе, переспросила Чэнь Син. Откинувшись на спинку стула, постукивая пальцами о стол, она уточнила: – Будь оно таким же, как ваше, с такими же половыми признаками, вы бы относились ко мне лучше?

Учитывая, что Система мелькала тремя точками ожидания, словно пыталась подобрать подходящие слова, она восприняла всерьёз вопрос Чэнь Син. Обомлевшие от дерзких, грубых слов старейшины смотрели на неё, словно на одержимую злым духом, и только тихий смешок со стороны Четвёртой госпожи, который та поспешила замаскировать кашлем, разбавил тишину.

– В мире обычных смертных мой пол играл бы значение, но здесь присутствующие отринули мирские нужды и потребности. Говоря, что женщина недостойна быть мастером, вы также оскорбляете и Четвёртую госпожу, считая, что ей здесь не место.

– Не коверкайте мои слова! Женщина или мужчина – это не избавляет вас от глупости, из-за которой вы довели усадьбу Чёрной черепахи до такого состояния. Сколько бы эти старейшины вам ни напутствовали, у вас постоянно три сердца и две мысли[46].

– Старейшина, вы помните, как я начала эту встречу?

– Желанием выделиться?

– Как и вы, судя по всему.

– Довольно, – вмешался в их перепалку Первый старейшина, грозно глянув на Третьего старейшину, чтобы осадить, но затем его внимание переключилось на Чэнь Син. – Мастер Чэнь, каждый старейшина – это опора любого мастера, и своим поведением вы рушите эти опоры.

– Рушу? – риторически переспросила Чэнь Син. – А что же делать, если опора за много лет совсем прохудилась и теперь разваливается?

– …

Удручающее молчание повисло в кабинете мёртвым грузом.

Пользователь явно не способствует разрешению конфликта…

Обнаружено ООС: грубое общение со старейшинами. Штраф: 10 баллов, 5 очков влияния.

Скосив взгляд на оранжевое окно оповещения и с убийственным намерением испепеляя Систему, как бы предупреждая, что попытка занизить баллы будет грозить ещё более худшим развитием событий, Чэнь Син поймала себя на мысли, что её тактика с «клубом подхалимов» обзавелась сотней дыр и покрылась тысячью болячек[47].

Всё же не всегда ей удавалось запихать глубоко и надолго свой характер.

– Господа, мы явно отдалились от темы изначальной дискуссии, – взял на себя смелость продолжить разговор Первый старейшина. – Даже если мастер Чэнь привела усадьбу к текущему состоянию, нашу вину также не стоит отрицать, потому что мы как старейшины допустили подобное. Мастер Чэнь, раз вы созвали нас для помощи, этот старейшина попросит вас впредь воздерживаться от столь неподобающего тона по отношению к тем, кто может вам помочь.

– Разумеется, Первый старейшина, – как ни в чём не бывало отозвалась Чэнь Син, чуть склонив голову и обернувшись к недавнему оппоненту, который продолжал стоять подле стола. – Эта достопочтенная просит простить её за столь грубый тон, она никак не хотела уязвить мужское достоинство и оскорбить его своей женской натурой. Разумеется, женщина не могла стать мастером без мудрости других мастеров и старейшин, видимо, эта недостойная действительно заняла место по ошибке… Разве мог учёный муж принять такое решение?

В опустившейся тишине вновь раздался тихий смешок Четвёртой госпожи, а вместе с ним и обременительные усталые вздохи других старейшин. Лишь Третий старейшина смотрел на Чэнь Син наливающимися кровью глазами.

– Довольно споров, – вновь вмешался Первый старейшина, обернувшись к стоящему мужчине. – Добрый друг, прошу, займи своё место. Как учит писание школы Небесного дао, мы должны действовать сообща для решения общей проблемы. Запрос о реформации поступил от главы Тэ. Если решение мастера Чэнь мы могли оспорить, то решение главы – для нас закон.

Выждав ещё мгновение, дабы не выглядеть уж слишком подавленным, Третий старейшина занял своё место, но не переставал буравить Чэнь Син обвиняющим, надменным взглядом. Она же не осталась в долгу и мысленно пожелала ему заработать огромный геморрой.

– Благодарю вас, Первый старейшина, – подытожила Чэнь Син, возвращаясь к обсуждению.

Хоть Чэнь Син и понимала, что другие старейшины куда лояльнее относились к своему старшему сотоварищу, она не собиралась отдавать ему в руки бразды правления. Конечно, намного проще, если за неё всё урегулирует другой человек – Чэнь Син множество раз прибегала к такой тактике, когда не хотела делать лишнюю работу. Однако этот случай, увы, не из тех.

– Я предлагаю следующий формат проведения наших собраний: мы будем встречаться по утрам, в час коня. Первые полчаса мы будем обговаривать, что уже сделали, а другую половину часа – что планируем сделать. Два раза в лунный цикл мы будем собираться, чтобы более подробно обсудить и спланировать наши действия для решения поставленных задач. Для большего удобства и продуктивности мы будем брать небольшой скоуп… кхе-кхе, то есть набор задач, который возможно реализовать за половину лунного цикла. Я буду вести журнал наших действий, возможно, прикреплять на стену заметки, чтобы мы визуально отслеживали наш прогресс. Также я попрошу каждого из старейшин выделить для выполнения поручений и передачи информации одного или двух учеников. К завтрашней встрече я подготовлю всё необходимое для обсуждения первых этапов работы.

Никто её не перебивал, однако старейшины выглядели так, словно Чэнь Син разговаривала на каком-то птичьем языке. Она отчаянно старалась подбирать подходящие слова, избегая специфичных терминов.

– Старейшины?

– А вы… подготовились, – с неожиданным для себя удивлением отметил Пятый старейшина. – Видимо, не только язвить горазды. Уже обнадёживает.

– Ваше предложение звучит разумно, однако по такой методике никто из нас не работал, – подметил Первый старейшина, в задумчивости нахмурив брови. – Вы сами додумались до подобного?

Конечно, Чэнь Син хотелось похвастаться, однако она видела во взглядах присутствующих сомнение и насторожённость. Её мнение для старейшин далеко не авторитетное, поэтому как ни в чём не бывало она отозвалась:

– Мастер Гуан давал мне читать редчайшее пособие, сборник лучших практик, базирующихся на особых даосских методиках по управлению государственными делами. Называется «Основополагающие принципы Даоджайл-манифеста»[48].

– Хм… – задумался Первый старейшина, погладив бороду. – Видимо, действительно редкая вещь, раз этот старейшина её не видел.

«О да… реже только почтение к моей персоне».