Глава 26

То ли от усталости, то ли от нервов, то ли от того, что воспоминание о его губах до сих пор жжёт кожу, не могу никак собраться и продолжить работу.

Прислушиваюсь к шагам за дверью, вздрагиваю от дуновения ветра за окном, предвкушая возвращение Райвена.

Но он не возвращается. Напротив, с улицы доносится шум и разговоры - похоже, его подельники куда-то собираются, экипажи готовят, оси смазывают.

Вздыхаю и опускаю руку в ведро. Выжимаю тряпку и начинаю методично вытирать пыль с комода. Ну как - пытаюсь. Первая же ваза, стоявшая на нём, с хрустом и звоном падает на пол, разлетаясь на десятки керамических осколков.

— Великолепно, — шиплю я, прикусывая нижнюю губу.

Опускаюсь на колени и начинаю собирать осколки. Не думай о нём. Не думай о его руках, губах, дыхании, голосе... Дафна, ну же, ты молодец, не думай!

Разумеется, я думаю. Ничего не могу с собой поделать! В животе порхают бабочки, щекочут крылышками изнутри. А ещё… глупая улыбка так и застывает на губах, сколько бы я их не кусала.

Проклятье! Кажется, я счастлива! И, кто бы мог подумать, благодаря Райвену Тенаргосу!

Через пару часов всё-таки кое-как привожу чердак в относительный порядок. И возвращаюсь на кухню на обед.

Доркас отправляет меня собрать куриные яйца в сопровождении Хью и покормить птиц. На мою удачу, по пути не попадается ни сам Райвен, ни его пособники. Остатки дня проходят без происшествий, чему я несказанно рада.

Вечером после плотного ужина и горячей ванны забираюсь на кровать и кутаюсь в одеяло. А когда закрываю глаза, то думаю только о… его губах. Да что ж такое! Ворочаюсь, пинаю одеяло, ворчу в подушку, прокручиваю всё в мельчайших деталях.

Когда сон, наконец, приходит, он уносит меня…. в его крепкие объятия. И я засыпаю с блаженной улыбкой.

— Библиотека, — гудит Доркас на утро, сжав губы в тонкую линию. — Там столько пыли, что тебе на пару дней работы хватит.

— Замечательно… — бормочу я, хватаю ведро, тряпку и отправляюсь на задание.

Крадусь по лестнице вверх, воровато оглядываясь. Никого. Фух! Открываю дверь в библиотеку и замираю.

Помещение просторное, мрачное, пропитанное тяжёлым запахом старых книг, затхлой древесины и... чего-то ещё. Серы? Интерьер выглядит так, будто мебель стояла здесь веками и никто к ней не прикасался.

Плотные бордовые шторы закрывают окна, поглощая свет. Воздух тяжёлый и неподвижный.

— Ну нет, миленькие, так не пойдёт, — решительно фыркаю я и иду к окну.

Сначала дёргаю за штору. Она… не двигается. Только облако пыли летит мне в лицо, оседает на волосах и плечах. Начинаю кашлять, чихать и в полумраке открываю вторую - с тем же эффектом.

— Ну конечно. Всё должно быть сложно. Иначе бы мне не поручили эту работу. Все лучшее для Дафны!

Раньше я думала, что библиотека - это место, где старушки пьют чай в окружении красочных фолиантов о садоводстве. Наивная.

Вот у Райвена это - самое настоящее логово. Святилище знаний, пропитанное мраком и властью.

Полки - от пола до потолка. Тёмное дерево, слегка выгнутое под тяжестью книг. Они стоят плотными рядами, некоторые даже на полу собраны стопками.

Одна из них, когда я неосторожно провожу тряпкой по корешку, вибрирует и тихо шипит.

— Ну, прелестно. Может, вы ещё и кусаетесь? — бормочу я и отдёргиваю руку.

Пыль клубится в воздухе, заставляя меня чихать так сильно, что пара книг сама собой падает с полки. Ну, или мне так хочется думать.

На одной из полок нахожу книги с названиями вроде: «Алхимия крови: границы допустимого», «Физика порталов. Прорывы, нестабильности и как не потерять половину себя», «Проклятые реликвии: каталог запрещённых артефактов Третьей эпохи», «Тактика контроля над массами. Лекции. Том I–III».

— О, замечательно, Райвен. Прямо-таки вечернее чтение для душевного равновесия, — посмеиваюсь я, стряхивая пыль с переплётов.

Но больше всего меня пугает книга без названия. Она обернута кожей - странной, чуть розоватой, будто человеческой. Без опознавательных знаков. Только тиснение в виде глаза, который кажется... слегка выпуклым.

Сую её на полку двумя пальцами, словно она может вцепиться мне в руку. Нет уж, спасибо. У меня и без неё ночных кошмаров хватает.

На другом конце комнаты нахожу шкаф, набитый старыми пергаментами, с пометками от руки, которую я уже узнаю - чёткий, сдержанный почерк. Райвен. Протоколы. Списки имён. Даты. Названия деревень, порталов, отметки об утечках магии. Всё это словно часть большой игры, в которую он играет в одиночку.

Не доверяет никому? Тогда почему здесь прячет? Видимо, в кабинете часто бывают его подельники, а он жутко осторожен. После того, что узнала о его прошлом, думаю, он никого не подпускает слишком близко. И уж точно имеет множество секретов.

— Ну и чем же ты, Тенаргос, тут занимаешься? — бормочу, присаживаясь на подлокотник кресла, стряхивая пыль с подола.

И случайно нахожу на полу выпавшую из одной из книг заметку: «Поставщик артефактов отказался. Проверить связь с В.»

В? Вельторн?

Прикусываю губу и осторожно складываю записку обратно в жуткую книгу, как будто случайно увидела чей-то кошелёк с золотом - вроде и не брала, а неловко.

В какой-то момент ловлю себя на том, что уже не убираюсь. Я вчитываюсь. Перебираю. Погружаюсь. В этот мрак, в этот порядок, в эти лабиринты мыслей Райвена.

Пока одна из книг не щёлкает цепочкой и не двигается на полсантиметра.

— Всё, хватит. Я и так тут единственная нормальная, не хватало ещё, чтобы меня сожрала энциклопедия по чёрной магии.

Собираю свои тряпки, складываю бумаги и пытаюсь сделать вид, что ничего интересного не заметила.

Напоследок осматриваю помещение. Стало заметно светлее, пыль танцует в лучах, мебель кажется менее мрачной. Даже статуя у камина теперь выглядит не такой враждебной.

— Так, здесь срочно нужны цветы, — принимаю решение и бегу в сад.

Там - клумбы, яркие, свежие, ароматные. Я не знаю, какие цветы с чем сочетаются, поэтому срываю всё, что нравится. Возвращаюсь и ставлю цветы в старинные вазы, которые с трудом отмываю, и расставляю их по комнате.

Если Райвен придёт и скажет, что ему не нравится, я... я... ну, в крайнем случае, снова его поцелую. Пусть молчит, вот!

Перед влажной уборкой аккуратно расставляю книги по алфавиту. Или, скорее, пытаюсь. Учитывая, что половина этих фолиантов написана на древнем языке, вторая половина вообще без названий, а некоторые - с такими названиями, что у меня нервно дёргается глаз.

Что, например, «Психоэнергетическая модификация тел в условиях магического голода» вообще делает в одной библиотеке с «Проклятиями семейной линии: способы выявления и нейтрализации»?

— Да ну вас к ехиднам, — бурчу я, вытирая лоб рукавом.

Возвращаю книги на место, отхожу назад, чтобы полюбоваться порядком… и задеваю ведро с водой, оставленное у стены. Оно переворачивается со звуком «бульк» и щедро поливает пол и мои туфли. Я поднимаю глаза к потолку. Ну вот, опять!

И так некстати под окнами что-то шелестит.

Сначала я думаю, что это сквозняк. Всё-таки окна распахнуты, шторы колышутся… Но потом до меня доносится голос, от которого по коже бегут мурашки.

— Дафна!..

Замираю. Этого не может быть. Просто не может быть!

Моргаю, выпрямляюсь и на негнущихся ногах подхожу к окну.

Шелест листьев, хруст мелких веток. Пение птичек. И... снова:

— Дафна, слышишь? Это я.

Мартин. Твою же!

Мир словно резко теряет краски и рушится. Я хватаюсь за подоконник. Руки дрожат. Осторожно выглядываю наружу, и сердце ухает в пятки.

Правда, он! Стоит внизу, под балконом, у живой изгороди. В запылённой одежде, с растрёпанными волосами, но с той самой улыбкой, с которой под окна отцовского дома серенады пел!

— Мартин?! — выдыхаю я. И тут же отступаю от окна, зажмурившись. Обхватываю себя руками.

Будто это заставит его исчезнуть.

Что он тут делает? Как он меня нашёл?