Глава 31

Тяжёлая дверь открывается с едва слышным скрипом, и я задерживаю дыхание. Кто-то спускается - медленно, осторожно. Шаги мягкие, почти неслышные… но не такие, как у Тенаргоса. У него шаг - хищный и уверенный, будто он не идёт, а охотится. Этот… другой.

— Ш-ш-ш, барышня, — знакомый шёпот. Хью.

Поднимаю голову. В щель между прутьями проникает свет фонаря, и вскоре в поле зрения появляется его лицо - взъерошенные волосы, сдержанная тревога в глазах.

— Драконьи боги, вы целы, — бормочет он и, шумно выдохнув, вытаскивает из-за пояса связку ключей. — Ну и заварушка вышла… Сейчас, погодите…

— Хью… — шепчу я дрожащим голосом. — Вы… вы пришли за мной?

Он, не поднимая взгляда, возится с замком.

— Я пришёл за тобой, да. Только не радуйся раньше времени. Я по приказу.

Щёлк, и замок поддаётся. Дверь приоткрывается, защитные чары отключаются. Я физически чувствую, как магическое напряжение уходит. И хватаюсь за неё, почти боясь выйти. Пальцы дрожат.

— Вы… Райвен приказал меня освободить?

— Он прислал, да, — Хью хмурится, разглядывая меня. — Я-то думал, ты уже звереешь в этой клетке. А ты… Ты как мышка - тихая, но с глазами, будто готова сжечь мир.

— Он… — я запинаюсь, сжимая в руках подол платья, — он велел привести меня к нему?

Хью кивает.

— Прямо сейчас. Ему не терпится тебя увидеть. Будь моя воля, я бы сначала тебя накормил. Или хотя бы вывел на свежий воздух. Но знаешь, наш милорд не из тех, кто терпит.

— А как же Мартин?

— А парнишка пока посидит, — машет небрежно в его сторону. — Тем более, он задремал. Не беспокойся, барышня.

Я переступаю порог, пошатываясь, и хватаюсь за стену, чтобы не упасть. Всё тело ломит, в голове гул. Хью осторожно берёт меня под руку, крепко, но не грубо.

— Осторожно. Потерпи немного, и всё закончится, — ворчит он.

— Я не хочу его видеть, — вырывается у меня. — Не сейчас. Он… он даже не выслушал меня. Не защитил. Он… он запер меня!

— Это не он, барышня, — устало говорит Хью. — Но я понимаю. На его месте я бы сам вцепился Ишивари в глотку. Только не дело обсуждать решения милорда, барышня.

Стискиваю зубы, стараясь сдержать слёзы и обиду, которые рвутся наружу. Всё тело пульсирует - от усталости, от боли, от… предательства. А ещё от страха.

Потому что я не знаю, зачем Райвен меня зовёт.

Что он скажет. Что решит. Что ему на этот раз в голову взбредёт!

Но иду за Хью, ступая словно по хрупкому льду. Колени дрожат, щёки горят - то ли от злости, то ли от предвкушения, которое я боюсь признать. Мы поднимаемся по ступеням, проходим мимо знакомых дверей. Кабинет Райвена впереди. И чем ближе подходим, тем сильнее меня трясёт.

Хью останавливается, бросает на меня взгляд - короткий, но сочувственный.

— Дальше ты сама, барышня. — Он стучит в дверь, не дожидаясь ответа, и открывает её. — Милорд?

Делаю шаг внутрь и замираю.

Райвен стоит у окна спиной ко мне. Его фигура, как всегда, безупречна: прямая осанка, ладони за спиной, тёмная рубашка обтягивает плечи и спину, белая повязка виднеется под распахнутым воротом. На боку - ещё одна, чуть заметная сквозь рубашку. Крови нет, всё уже обработано. Но я всё равно невольно вздрагиваю.

Он едва поворачивает голову, чтобы бросить через плечо:

— Оставь нас.

— Как скажете, милорд, — бормочет Хью и, тяжело вздохнув, тихо закрывает за собой дверь.

В кабинете воцаряется тишина. Тягучая, вязкая. Я не двигаюсь. И он тоже.

— Подойди, — наконец говорит Райвен.

Поджимаю губы, делаю шаг. Ещё один. Теперь я стою посреди кабинета, и сердце уходит в пятки. Он не оборачивается.

— Ближе, — почти требует, и в этих двух слогах звучит гораздо больше, чем просто приказ.

Подхожу и замираю в паре шагов. Дальше не могу. Не хочу. Боюсь.

Райвен разворачивается.

На лице - ничего не отражается. Только ледяная отрешённость. Его золотые глаза сверкают и сверлят меня, изучают, взвешивают.

— Вижу, ты не растеряла упрямства, — говорит Райвен, и я не могу понять, разочарован он или доволен.

Прикусываю изнутри щеку, не в силах сказать ни слова.

— Не боишься? — продолжает он, склонив голову набок. — После всего, что ты слышала? После того, как я тебя не защитил?

Молчу, и в комнате повисает тишина. Только что-то капает с подоконника за окном - может, начался дождь. Или капли с веток клёна, раскинувшегося за окном.

— Или, может быть… — он медленно приближается ко мне. — Тебя греет мысль, что теперь ты знаешь о моей семье чуть больше, чем остальные?

Я вскидываю голову. Сердце в горле.

— Я ничего не искала, — отвечаю я, стараясь говорить твёрдо, но голос предательски дрожит. — Просто… убиралась.

— И заглянула в каждый ящик? — ледяная усмешка. — Какая ты любопытная, Дафна.

Тенаргос снова подходит ближе, теперь всего в полушаге от меня. Его взгляд цепляется за моё лицо, скользит ниже, на шею, на вырез платья.

— Любопытство может дорого стоить.

Я хочу возразить, сказать, что не обязана оправдываться… но снова молчу. Велика честь!

Он смотрит пристально, загоняя меня в краску.

И я вдруг чувствую, что находиться под его взглядом опаснее, чем сидеть в клетке. Потому что он видит меня насквозь.

— Ты наверняка хочешь объяснений, — роняет он еле слышно. — Что ж, ты получишь их.

Отступает на шаг, словно давая мне передышку, но это иллюзия - его взгляд по-прежнему обжигает, и в нём уже не только холод. Что-то другое тлеет под поверхностью, едва различимое, но такое опасное, что по коже бегут мурашки.

Райвен складывает руки за спиной, поворачивается к окну и молчит.

— Ну же, — горячим шёпотом выпаливаю. — Скажи уже, зачем ты меня позвал. Почему не оставил в темнице, а? Я же такая опасная! Накажешь? Отправишь обратно в подвал? Что тебе надо, Райвен?

Тенаргос не отвечает сразу. И только когда я уже решаюсь сделать шаг назад - подальше от этого ледяного изваяния - он разворачивается. Подходит. Медленно, почти крадучись.

В следующее мгновение его пальцы, горячие и сильные, касаются моего подбородка, требовательно сдавливают его, фиксируя.

Он наклоняется ближе. Дыхание перехватывает, но я не отступаю. Только крепче сжимаю подол платья, чтобы руки не дрожали.

— Не дёргайся, — почти шепчет Райвен, изучая мои глаза, как хищник изучает движения жертвы перед прыжком. — Думаешь, я наслаждался этим? Считаешь, я поверил Ишивари?

Я не отвечаю. Сама не знаю, думает ли он, что я глупа, или просто испытывает мою выдержку. Ему явно нравится это... почти мучительное смирение.

— Я поступил так, как нужно было. Ради твоей же безопасности, — продолжает он, всё ещё не убирая руки. — Потому что, как бы ты ни притворялась сильной… ты не представляешь, в какую игру тебя втянули.

— А ты представляешь? — вырывается у меня чуть хрипло.

В уголках его губ появляется тень усмешки. Не доброй.

— Лучше, чем ты думаешь. — Его пальцы чуть сильнее сжимают мой подбородок. — Думаешь, я от доброты душевной позволил тебе поехать в мой дом, м? Считаешь, я настолько мягкосердечен, чтобы не вышвырнуть из экипажа девчонку, которая мешает давно запланированной операции? Я использовал тебя, Дафна. Вернее…. намеревался использовать. Но ты спутала карты.

В горле застревает вдох. Что? О чём он вообще?

Смотрю на дракона, вытаращив глаза. А он отпускает мой подбородок и проводит костяшками пальцев по щеке. Всматривается в лицо, будто ресницы пересчитывает.

— И как же… я спутала?

Он иронично возводит глаза к потолку. А когда снова смотрит на меня - они уже пылают золотым огнём, зрачки в них вытягиваются.

— Ты мне… приглянулась. Мне и дракону. Ты, Дафна, привнесла в мои мрачные однообразные будни солнечный свет и беззаботность. Это дорогого стоит. Давно я не испытывал ничего даже отдалённо похожего. И эта нездоровая тяга к тебе… — он обрывает речь и хмыкает. Его пальцы уже играются с прядью моих волос. — Я почти сразу передумал возвращать тебя. Уверен, ты не в курсе, но твой отец помогает моему братцу, снабжает его запрещёнными артефактами. Губернатор Дамонтер - один из тех, кто был заинтересован в гибели моих родителей. У них тщательно отработанная схема, которую я сумел раскусить. И ты стала бы разменной монетой в той фальшивой свадьбе. Она же прикрытием была….

Дыхание перехватывает от неожиданности. Хотя - какой неожиданности? Я же видела комнату, набитую артефактами! Потайную! И в голову сразу вкрались сомнения.

Райвен что-то замечает по моему лицу и выпрямляется. Но его рука продолжает блуждать по нему подушечками пальцев, массировать шею. Но я не могу расслабиться. Меня трясёт так, будто замерзаю насмерть.

Дракон чувствует и второй рукой охватывает мою талию. Силюсь отступить, но он как в танце следует за мной, пока я в стену спиной не упираюсь. Вот и всё, тупик!

Его ладонь скользит по моей пояснице. Инстинктивно сжимаюсь, но…. Меня захлестывает волной необъяснимого трепета. Пульс пойманной птичкой в горле дрожит, и ладони чешутся от желания прикоснуться к Райвену. Но я упрямо сжимаю их в кулачки.

— И я подумал, — продолжает он с придыханием, — что не настолько злодей и монстр, чтобы так с тобой поступить - вернуть коварному, бессердечному отцу. Он скорее родную дочь отдал бы на съедение волкам, чем лишился бы сундука золота. И мой шантаж ничего бы не дал, только тебе навредил.

— Кем является мой отец я уже давно сообразила, — дрожащим, но дерзким голоском выдаю я и приподнимаю подбородок. Смотрю в его золотые глаза, чудом не проваливаясь в них. Держусь из последних сил. — Но от тебя такого отношения не ожидала!

Он чуть отстраняется и изгибает иронично бровь.

— Так вышло, что мне приходится принимать непростые решения. Ишивари в одном прав: ты стала моей слабостью. Ещё до того, как истинность проявилась. Но он не догадывается, что в то же время ты являешься моей силой, Дафна. В целом мире кроме тебя я никому не доверяю. Но он не должен знать об этом.

Последние слова он выдыхает мне в губы, слегка склоняя голову набок. Я дрожу, и уже не от злости и потрясения. Мои ладони прижимаются к его груди, пальчики слегка сминают ткань рубашки.

И я готова простить странное поведение дракона, тая в его руках.

— Он невзлюбил меня с первого дня….

— Поэтому ты будешь ещё ближе ко мне, всегда перед глазами, — шепчет он, скользя губами по моей щеке, обжигая кожу влажным дыханием, дразня, словно невзначай. — Я знаю, кто мой враг. Знаю, на что он способен. И как легко раздавить тех, кто слаб. Я не могу позволить ему добраться до тебя. Тем более, он уже под крышей моего дома.

Я напряжена, как струна, натянутая до предела. В горле пересыхает, а сердце стучит так громко, что я уверена - Райвен его слышит.

Внизу живота всё сжимается и одновременно теплеет. Лёгкие, трепетные волны пробегают вниз по позвоночнику.

— Ишивари? Он заодно с твоим братом?! — почти беззвучно роняю и встаю на цыпочки. Сама тянусь губами к его губам. В прошлый раз это было…. очень приятно.

От одной мысли о поцелуе в груди стесняется, и вершинки твердеют, проступая через ткань платья. И, кажется, Райвен их тоже чувствует…. И ещё теснее прижимается ко мне.

— Точно не знаю, но обязательно это выясню, — Тенаргос чуть отстраняется и смотрит на мои губы мутным от страсти взглядом.

Новая вспышка тепла внизу живота, мучительная и сладостная одновременно.

— Но ты больше не покинешь моего поля зрения, — его голос падает до рычащего шёпота. — Я не отпущу тебя. Поняла? Ты моя, целиком и полностью. Вернее, сейчас станешь.

Сердце срывается в какой-то новый, безумный ритм. Он хочет удержать меня. Не как пленницу - как… свою собственность.

У меня пылают щеки. И всё же я не отвожу глаз.

— Прекрати… — выдыхаю я, не зная, чего именно хочу - чтобы он замолчал или продолжил.

— Что именно? — шепчет он, и его голос как эликсир, сладкий и тёплый, от которого кружится голова. — Заставлять дрожать в моих руках, м?

От Райвена пахнет древесным дымом, кожей и дорогим парфюмом с терпкими нотками лаванды и мускуса. А ещё - собой. Он пахнет собой. Слишком уютно.

— Издеваться, — выдыхаю я за миг до того, как его губы накрывают мои в жарком и властном поцелуе.

Тело становится невесомым, как пёрышко. И мысли уносятся прочь. Только когда чувствую, как он подхватывает меня на руки, прихожу в себя и разрываю поцелуй.

— Эээй, что…. Куда… Я же ещё…

Но он не даёт сформулировать мысль и договорить её - закрывает мне рот поцелуем и куда-то несёт.