Глава 55

Велтон

Мне казалось, что после задержания Рагнара Кейна и раскрытия заговора в империи работы было меньше, чем сейчас.

— Чтоб тебя демоны отлюбили по самые помидорки, Адам Блэквуд! — Зарычал я, припомнив одну из коронных фраз императрицы.

Теодор Хартманн и его отряд сбились с ног, раскапывая все новые и новые тайники этого человека.

И сводя все нити воедино, я понимал, что Блэквуд интриговать не вчера начал. У него под колпаком половина страны была. Убитый лично мной король на поводке ходил.

А еще я никак не мог понять, сколько ему лет. По виду около тридцати или тридцати пяти. Но записи о нем есть еще во времена, когда предыдущий король сам чуть ли не подростком был.

Даты рождения нет, личной информации минимум. Не человек, а призрак.

Конечно, он мог поддерживать здоровье и внешность с помощью магических процедур, но всему есть предел.

Мои мысли прервал стук в дверь. За ней обнаружился Теодор Хартманн. Один и с присущей ему легкой полуулыбкой, которая создавала впечатление, словно он над всем вокруг насмехается.

— Блэквуда нашли?

— Нет, — ответил Теодор.

— Демоны! Вы ведь маги! Нельзя, что ли, по ауре отследить?

— О! Точно! — Он хлопнул себя по лбу, будто только сейчас вспомнил. — Как я сам до этого не додумался? Это ведь существенно облегчит поиски. Что бы я без вас делал, лорд Киндаун? Спасибо, что сказали про ауру, а то я сам бы в жизни не догадался.

Очевидная ирония в голосе подсказывала, что мне нужно прекращать говорить такие очевидные вещи.

— Хватит паясничать, — закатил я глаза. — Новости есть?

— Есть, — кивнул Тео, прекратив ломать комедию. — Мои ребята смогли вскрыть спрятанный кабинет Блэквуда в его поместье.

— Хорошо. Что там?

— Говорят, что документы отправить не могут. Если вынести из тайника — моментально сгорят. Придется вам ехать. Я уже подготовил портал.

— Где это находится?

— В провинции Сторхейм.

Я прикинул, где это находится.

— Не нужно портала, я поеду своим ходом.

— Больше суток ехать придется, — предупредил меня Теодор. — И ночевать где-нибудь в лесу.

— Знаю. У меня есть дела по пути.

Он посмотрел на меня как-то странно, но спорить не стал. Кивнул и вышел, оставив меня одного.

Может и правильно. Потому что, если бы он начал задавать вопросы, я бы не нашелся, что сказать ему о своих срочных делах.

***

Графство Корбетт не сильно, но выделялось на фоне других провинций. Я проехал уже две, и к вечеру выехал как раз к Каэвину — городу, где расположилась резиденция хозяев этих краев.

— Добрый вечер, граф, — приветствовала меня леди Оливия.

Как хозяйка дома она лично вышла встретить меня, хотя могла бы и послать куда подальше — визит был неофициальным и неожиданным.

— Какими судьбами? — Поинтересовалась она.

— Я проездом, — ответил я коротко. — Дела.

А сам смотрел на нее и не мог отвести глаз. Кажется, за то время, что мы не виделись, она стала еще красивее.

Как всегда спокойная, отстраненная, похожая больше на божество, чем на человека. Лишь живой взгляд ее грустных глаз выдавал в ней принадлежность к простым смертным.

— Понимаю, — кивнула Оливия.

— К тому же, у меня есть новости и для вас.

— В таком случае, будьте моим гостем.

Этого я и добивался. Знал, что она не откажет путнику на исходе дня. Тем более графу. Тем более, если у него есть приватный разговор.

Слухи не пойдут. Остановиться по пути у знакомых аристократов — вполне привычная практика. И единственное, о чем я жалел, так это о том, что Оливия передала меня управляющему и не показывалась на глаза до самого ужина.

Трапеза, впрочем, тоже прошла чинно и даже слишком чопорно. Только после этого она проводила меня в библиотеку.

— Итак, граф, что вы хотели со мной обсудить?

— Ваш супруг арестован, — не стал я ходить вокруг да около. — И вряд ли сможет вернуться сюда в ближайшее время.

— Я знаю, — спокойно ответила она. — В графство Корбетт пока не перестала ходить почта.

Я улыбнулся. Все такая же колкая. И все такая же очаровательная.

— Это намек на то, что мне стоило отправить письмо, а не приезжать лично с новостями?

— Вы невероятно догадливы. Не думали о карьере в сыске?

Улыбка стала шире. Эта очевидная издевка показывала, что она как минимум интересовалась мной. Узнала кто я, откуда, чем занимался раньше, до того как получил титул.

— Только если вам нравятся следователи.

— Наглец, — покачала Оливия головой.

— И вы снова правы, леди.

— Так зачем вы приехали сюда на самом деле?

Я вздохнул. Посмотрел в окно, прикидывая, как лучше подать эту информацию.

— Учитывая, что ваш супруг в тюрьме, вы можете развестись, и никто не осудит. Сейчас инициатором развода может стать женщина, закон уже подписан.

— Да что вы? — Протянула Оливия с кривой ухмылкой. — Я и раньше могла. Неужели вы думаете, что мне сложно было спровоцировать супруга на то, чтобы он подал на развод? Но что будет с этими землями, если я уйду?

— Вы меня не поняли, леди. Я предлагаю вам развестись не потому что вы можете, а потому что вам это нужно. Пока вашему супругу еще не предъявлены обвинения.

— Вот как. И какие?

— После того как начали вскрываться его связи с Адамом Блэквудом… я очень сомневаюсь, что ему удастся избежать обвинений в государственной измене.

Оливия молча кивнула, принимая к сведению. Ничего не изменилось в ее лице, но я понимал — она осознает, к каким последствиям это может привести.

— Я могу оттянуть оглашение приговора, но рано или поздно…

— Не нужно оттягивать, — перебила она меня. — Я не буду разводиться с супругом.

Она стояла рядом с окном, из которого было видно город. Даже сейчас, после захода солнца, было видно, что он ухоженный. Освещение даже в столице не на всех улицах было, а здесь город светился как магические фонарики.

— Это графство — все, что у меня есть. Как я могу от него отказаться? Дочь нищего, окончательно разорившегося герцога, проданная замуж. Куда вы предлагаете мне вернуться после развода? Если я уйду, кто позаботиться о них? — Кивнула она в сторону города.

— А кто позаботится о вас? — Спросил я.

Она вообще не понимает, что на кону? Как можно так спокойно относиться к этой ситуации?

Я развернул ее, заглядывая в глаза. Всегда печальные, словно она уже ничего хорошего не ждет от этой жизни.

— Позвольте это сделать мне.

— Какое вам до меня дело? Не хотите терять своего шпиона подле королевы? Так я даже уже не являюсь ее фрейлиной. Или собираетесь навесить на меня новые обязанности?

— Я вовсе не…

Хотел объяснить, что не собираюсь этого делать, но запнулся, увидев, что она отвела взгляд, словно не хотела, чтобы я что-то говорил.

— К демонам, — прошептал я, а потом притянул ее к себе и поцеловал.

Да, неправильно. Некрасиво, неэтично и еще много этих «не». Но я все равно впился в ее губы, готовясь в любой момент получить пощечину.

Секунда, другая… Мне казалось, что я обнимаю ледяную глыбу, и я уже собирался отстраниться, но затем она дрогнула. Разомкнула губы, позволяя мне чуть больше.

Казалось, мне ничего больше не нужно в жизни. Просто прикасаться к ней. Чувствовать шелк ее волос под пальцами, ощущать, как подрагивают ее губы.

Это безумие длилось до обидного мало. А потом маленькие ладошки уперлись мне в грудь, отталкивая.

— Уйдите, граф.

— Леди Оливия, я не хотел вас оскорбить.

— Правда? — Усмехнулась она. — А чего же вы тогда добивались?

— Хотел дать понять, что вы небезразличны мне. Я буду защищать вас столько, сколько смогу. Мне неважно, разведетесь вы или нет. Ответите взаимностью, или мои чувства останутся только моими. Даже если я смогу смотреть на вас только издалека, я все равно буду заботиться о вас. Я никогда не допущу, чтобы вы пострадали.

Что-то мелькнуло в ее глазах. Словно… надежда на то, что она не так одинока, как кажется. Но эта искра быстро пропала, а взгляд ожесточился.

— Я замужем, и вам неплохо было бы помнить об этом, прежде чем произносить такие напыщенные речи. Я сказала вам уйти. Не испытывайте мое терпение, граф. Иначе я пренебрегу всеми правилами гостеприимства и выставлю вас за порог немедленно.

Знал ведь, к чему все идет. Готовился получить отказ. Но почему тогда так больно?

Это проклятие такое, вечно быть третьим лишним? Тем, кого не выбирают.

— Как прикажете, леди, — кивнул я. — Прошу меня простить, я перешел черту.

Раскланявшись, я удалился. Но планов своих не поменял.

Я ведь не лукавил, когда говорил, что мне не важна взаимность. Я все равно сделаю так, чтобы Оливия была счастлива, а то животное, которое она называет мужем, не доставляло ей проблем.