Глава 13.2

Заведение оказалось небольшим, но очень приятным. Аромат свежей выпечки, ванили и корицы чувствовался еще с улицы. Мягкий свет свечей придавал помещению почти домашний уют. Я устроилась у окна, а Итан тем временем уже распоряжался о заказе, будто знал, чего мне хочется.

Когда нам принесли чай, я с удивлением отметила, что из чашки доносился аромат моего любимого сорта.

— Вы… знаете, какой чай я предпочитаю? — не сразу нашлась я.

Он ответил с лёгкой полуулыбкой, в тени его янтарные глаза чуть блеснули:

— Считаю, что капитан королевской гвардии должен знать всё о тех, кого защищает. Даже их вкусы в чае.

— А вы, смотрю, работу выполняете на славу, — пробормотала я, округлив глаза.

Эта осведомленность выглядела близкой к маниакальной. Он, как настоящий волк (ха-ха), знал каждую особенность своей жертвы, чтобы в нужный момент захлопнуть ловушку. В книге Итан был тем, кто видел во Розалии угрозу для счастья короля и его истинной пары. Тогда его антипатия была понятна. Но сейчас…

Сейчас он выглядел почти мило. И это было странно. Ведь не с каждым приближенным к короне он ходит по магазинам и чаевничает?

Я сделала глоток, стараясь скрыть за чашкой нарастающее смущение. Напротив меня, с такой же фарфоровой чашкой в руках, Стэнфорд смотрелся удивительно уютно. Даже чересчур.

Сейчас он напоминал не бравого капитана, а большого неуклюжего медведя, случайно заглянувшего в городское кафе. Губы сами собой изогнулись в улыбке.

— Что вас так развеселило, Ваше Величество? Неужели чай настолько хорош? — поинтересовался он с лукавым прищуром.

— Просто... вы отлично вписываетесь в интерьер. Изысканный фарфор вам к лицу, капитан.

Он задумчиво почесал щетинистый подбородок.

— Не всё же мне по казармам да кабинетам слоняться. Иногда смена обстановки полезна.

Луч солнца скользнул по щеке. Я прикрыла глаза и сделала неторопливый глоток, наслаждаясь минутой покоя. Мягкий вкус чая разливался теплом внутри, делая эту паузу на редкость уютной — даже несмотря на присутствие Стэнфорда. Хотя, может, это и к лучшему. Он не мешал, а такое чувство хотелось с кем-то разделить.

— У вас были ещё какие-то планы, леди Розалия? — прервал молчание Итан.

— Нет, думаю, можно возвращаться, — покачала я головой.

Он с облегчением выдохнул.

— Уже жалеете о компании? — с притворным удивлением спросила я.

— Ни в коем случае, — деланно возразил он. — Но даже у капитана королевской гвардии есть предел терпения. Особенно в лавках с обувью.

— Тогда не будем испытывать судьбу, — хихикнула я.

***

Толпа на улицах заметно сгущалась. Люди торговались, смеялись, обсуждали последние сплетни, перегораживали дорогу. Казалось, весь город высыпал на прогулку.

Я старалась не отставать от моего сопровождающего, но плотный людской поток буквально подхватил меня, увлекая в сторону. На мгновение я пошатнулась, и тут же сильная рука обхватила мою ладонь.

— Осторожнее, леди Розалия, — раздался низкий голос.

Итан крепко удерживал мою руку, не давая толпе утащить меня дальше. От его прикосновения по коже пробежали мурашки. И, что удивительно, совсем не хотелось чтобы он отпустил меня.

— Здесь слишком людно, — бросил он, чуть сжимая мои пальцы, будто прочитав мысли..

— Я… я в порядке, — сглотнув, в растерянности пробормотала я.

— Всё равно держитесь ближе, — коротко ответил он.

Щёки предательски вспыхнули. Проклятье! Мы не можем вот так идти, держась за руки, посреди улицы!

Но Итан, кажется, даже не задумывался о двусмысленности происходящего. Он просто продолжал вести меня за собой сквозь людской хаос, создавая ощущение защищенности.

А ведь, по всем правилам, именно его мне следовало бы бояться…

Поток мыслей оборвался сам собой, когда я заметила витрину, обрамленную мягкими атласными портьерами. За стеклом стояли манекены в роскошных халатах и полупрозрачных сорочках, украшенных вышивкой тоньше паутины. Ткань словно дышала, обвивая силуэты, а серебряные нити играли в свете, будто отражая чужие желания. Всё балансировало где-то между искусством, тайной и грехом.

Я поняла: если не зайду в этот двухэтажный магазинчик с интригующей вывеской «Жемчужина ночи», покоя мне на ближайшие дни не будет.

Но была одна проблема.

— Капитан Стэнфорд, — обратилась я, стараясь придать голосу лёгкость. — Я бы хотела заглянуть в ещё один магазин. Вы… подождёте снаружи?

Он перевёл взгляд на витрину. Моргнул. Потом посмотрел на меня. Уголок губ нервно дёрнулся — кажется, до него дошло, что самый кошмар еще впереди.

— Леди Розалия,— произнёс он медленно, хмурясь. — Я не могу оставить вас без присмотра. Моя обязанность — сопровождать вас везде.

Я прищурилась, услышав в тоне вызов:

— Даже в магазин дамского белья? Вы уверены, что готовы к такому испытанию?

Он едва заметно сжал челюсть, но лицо сохранило спокойствие:

— Я в ответе за вас, леди Розалия. Даже если это требует… особой выдержки.

— Ну что ж. Тогда прошу за мной, капитан, — усмехнулась я и направилась к двери.

Всё-таки Стэнфорд действительно железный.

Тёплый, уютный полумрак внутри магазина обволакивал. Воздух наполнял аромат ванили и жасмина, а у окна тихо покачивались стеклянные подвески, издавая нежный звон. За прилавком стояла элегантная женщина средних лет, которая поприветствовала нас с любезной улыбкой.

— Добро пожаловать в «Жемчужину ночи»! Чем могу помочь?

— Пока просто осмотрюсь, спасибо.

Итан держался чуть поодаль, будто его сюда занесло случайно. Он стоял, скрестив руки за спиной, и изо всех сил делал вид, что витрина с кружевными сорочками его совершенно не интересует. Но взгляд то и дело всё же цеплялся за шелк — быстро, украдкой. Я медленно провела пальцами по прохладной, приятной ткани. Где-то за спиной сдержанно кашлянули.

Доброжелательная мадам передала мне один из комплектов:

— Посмотрите на этот цвет! Подчеркнёт вашу красоту, миледи.

Я склонила голову, будто высыпая из неё остатки здравого разума, и развернулась к капитану с притворной невинностью и кружевами в руках:

— Что скажете, капитан? Подойдёт?

Он поднял взгляд — настороженный, будто у зверя, загнанного в угол. Кадык едва заметно дрогнул, а челюсть напряглась настолько, что по скуле прошла резкая тень.

— Я… — голос дрогнул. — Уверен, что всё, что вы выберете, будет выглядеть на вас великолепно.

Расправив плечи, я позволила себе самую невинную из победных улыбок:

— Тогда беру.

***

Я настолько увлеклась выбором, что на мгновение забыла обо всём. Кружевные корсеты, шёлковые комбинации, лёгкие ночные сорочки с атласными бантиками — всё это словно тянуло меня в какой-то прекрасный, иной мир.

Я уже набрала пару комплектов в нежных пастельных оттенках, добавила несколько более смелых вариантов и изящное бельё, почти невесомое на ощупь. Казалось, меня было не остановить. Пребывание в этом восхитительном магазинчике всерьёз грозило крахом королевскому бюджету. Если так пойдёт и дальше, Винсенту придётся продавать картины из дворцовой галереи.

В прошлой жизни я обожала красивые домашние комплекты. Даже если жила одна, мне было приятно носить изысканное бельё просто для себя.

А здесь, в этом маленьком раю среди «приличных» устоявшихся ночнушек и панталон, меня охватило забытое ощущение — возможность, наконец, выбрать что-то самой, побаловать себя, ощутить приятную ткань на кончиках пальцев… Позволить себе просто порадоваться жизни, а не переживать каждый день, что панталоны из плотного хлопка натрут мне зад.

Видимо, Розалию с детства растили как правильную, приличную девочку. И это объясняло, почему её нижнее бельё выглядело так, будто его одобряла настоятельница монастыря.

Хозяйка магазинчика вежливо предложила подняться в примерочную. Я кивнула и, не удержавшись, глянула на Итана. Он стоял, будто врос в пол, а по напряжённой осанке было видно: капитан героически переживает фиаско внутренней стойкости.

Признаюсь, мне просто хотелось увидеть, как его идеальная выправка даст сбой — хотя бы на пару секунд. Он-то, по сути, ещё ничего плохого мне не сделал… Кроме того, что был слишком спокойный, слишком собранный, слишком незыблемый.

Хотелось задеть, поддеть, чуть-чуть расколоть ледяную гладь — просто из женского упрямства.

Но теперь… теперь я уже не была уверена, стоит ли продолжать эту игру. Казалось, чем дальше, тем глубже в неё проваливалась я сама.

— Я ненадолго, — пробормотала я.

Он ничего не сказал, но взгляд у него был такой, что я всерьёз задумалась — а не пересечь ли границу и сбежать в соседнее королевство.

***

Наверху меня ждала небольшая комната, будто украденная из модного салона аристократок: софа, зеркало с витиеватыми узорами и небольшой подиум, где можно было крутиться до головокружения, наслаждаясь своим внешним видом.

Чуть в стороне виднелась тонкая дверь, ведущая в маленькую примерочную.

На подиуме передо мной разложили всё, что я выбрала — и теперь, глядя на это роскошное изобилие, я не знала, с чего начать.

Губы сами собой сложились в довольную улыбку. Похоже, бедному капитану нужно было хоть газетку по дороге купить – я быстро не управлюсь.

— Проходите, миледи. А я сейчас принесу вам освежающие напитки, — пропела женщина, оставляя меня одну.

Пальцы скользнули по ткани невесомой ночной сорочки насыщенного алого цвета. Слишком откровенная, слишком смелая… Возможно, именно поэтому и манила сильнее остальных.

Решено.

Подхватив вещицу, я направилась в примерочную. Пространство оказалось крошечным, но уютным: пудровые стены, мягкий свет, и ковёр под ногами, в который приятно проваливались босые ступни.

Я стянула платье, затем тонкую рубашку и своё унылое хлопковое бельё — мерить то, что я выбрала, поверх этого было бы почти оскорблением для красоты. Прохладный шёлк лёг на кожу с едва ощутимым прикосновением, обволакивая тело, лаская изгибы. Сорочка почти ничего не скрывала, оставляя полёт воображению… и, почему-то, даря внутреннюю свободу.

Выходя к зеркалу, я собиралась просто оценить, как смотрится сорочка на фигуре. Но в отражении увидела то, чего точно не ожидала.

А точнее — кого.

На пороге стоял Стэнфорд. Его взгляд, тёмный, горящий, прожигал меня. Он не двигался, только сжал челюсть, будто что-то в нём прямо сейчас трещало.

— Т-т-ты! Выметайся! — выкрикнула я, прикрываясь руками и чувствуя, как щеки заливает жар, точно в тон сорочке.