18

Я едва успевала осознавать происходящее. Все вокруг слилось в какой-то безумный калейдоскоп звуков и образов. Не успела я опомниться, как Эридан вскочил со своего места, подхватил меня на руки и крепко прижал к себе.

— Так просто тебе эта выходка с рук не сойдет, — прошипел он мне на ухо, и от его голоса по спине пробежал холодок.

Он нес меня по бесконечным коридорам, словно невесту. Я слышала гул толпы, сопровождавшей нас, но боялась даже пискнуть. В голове билась только одна мысль: "А вдруг он снова сделает меня немой за этот поступок?"

Я потеряла счет этажам и поворотам. Когда Эридан наконец распахнул какую-то дверь, я на мгновение зажмурилась от яркого света. А когда открыла глаза, то не смогла сдержать изумленного вздоха.

Мы оказались в огромных белых покоях. Вместо потолка над нами раскинулся прозрачный купол, сквозь который виднелось звездное небо. В центре комнаты стояла просто гигантская кровать, застеленная белоснежным бельем. У стены я заметила большую ванну, но… черт возьми, здесь не было ни одной перегородки, ни единой ширмы!

Эридан опустил меня на ноги, и я, пошатнувшись, схватилась за его плечо. Мой взгляд метался по комнате, пытаясь осознать происходящее. Наконец, я посмотрела на мужа и выдавила:

— Что… что все это значит?

Эридан молчал, глядя на меня так, что у меня перехватило дыхание. В его глазах плескалось что-то… голодное. Яростное. Он просто стоял рядом, но мне казалось, что он нависает надо мной, подавляя своей мощной энергетикой.

— Это, — наконец произнес он очень тихо, — будет твоя первая брачная ночь.

Я почувствовала, как к щекам прилила кровь. Первая брачная ночь? Но мы же… мы ведь уже…

— Ты… — начала я, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие спокойствия, — Ты в своем уме? Мы ведь уже женаты. Зачем все это?

Он усмехнулся, и от этой усмешки у меня по коже побежали мурашки.

— Ты права, мы женаты. Но сегодня, — он сделал шаг ко мне, — ты станешь моей женой по-настоящему. Потому что должна отвечать за свои поступки.

Мое несчастное сердце так сильно заколотилось в грдуи, что должно было разорваться.

— Да что я такого сделала-то? Ну призналась в своих…

Муж сжал зубы так сильно, что я увидела желваки на его щеках.

— Ты, дорогая моя, сделала это в самый неподходящий день и получила одобрение императора. Не знаешь, что это значит? — Эридан поднял руку и положил ее на мое плечо, крепко сжав, чтобы я не отстранилась.

— Я не знаю, — прошептала, глядя во все глаза.