Глава 16

— Не знаю, что с ним делать, — признался Милад, устало опуская голову на скрещенные руки. — Ну не пороть же!

Муж сидел в кабинете за столом и работал. Доработался до кругов под глазами — полпути к панде, считай, пройдено.

А тут мы со школьными проблемами. Ладно, сегодняшнюю я решила и бодро отрапортовала. Но дело-то в том, что, помимо подстав и клоунады, Айден сам не дурак то подраться, то прогулять, то еще какую круговерть затеять.

Не, нормальный пацан. Но! Поскольку порка не наш метод ни разу, лишать ребенка всяких там обедов — ужинов — свежего воздуха мы с Миладом дружно и категорически против, отобрать смартфон нельзя за неимением оного, что с ним делать-то, действительно?

— Математика и магомеханика — неудовлетворительно, — между тем продолжал горько перечислять муж. — Родной язык и литература просто незачет, потому что прогуливает. Ботаника, магозоология, география, фларитийский язык, каллиграфия… лучше даже не спрашивать.

— М-да. — Я подошла вплотную, поставила перед мужем чашку чая с мелиссой, отобрала бумаги, сложив их в папку и отодвинув подальше, выложила с подноса очередные булочки, на этот раз с лимоном и имбирем. — Не беспокойся, дорогой. Наш сын не останется на второй год. Я решу эту проблему.

— Как?! — поразился Милад, шокированно глядя в чай. — Учти, наказывать ребенка физически я запреща…

— За кого ты меня принимаешь, солнце мое. — Я наклонилась и поцеловала мужа в шею. — Торжественно обещаю: ни один ребенок не пострадает в результате моих действий. Ну, почти.

— Почти? — Милад дернулся, и в его взгляде мелькнул застарелый ужас. — Юэль, «почти» — это очень растяжимое понятие. Если ты собираешься запереть его в подвале с учебниками или нанять в качестве репетитора того сумасшедшего некроманта из филиала…

— Обижаешь! — Я картинно прижала ладонь к груди. — У меня методы куда более изысканные. Психология, дорогой муж, и немного… рыночных отношений. Допивай чай и не вздумай возвращаться к отчетам. А я пойду ковать из нашего хулигана светило науки. Или хотя бы человека, способного отличить Фларитию от кастрюли.

Выйдя из кабинета, я направилась прямиком в комнату Айдена. Сын сидел на подоконнике, угрюмо глядя в окно. Мешочек с выигрышем от тотализатора лежал на столе нетронутый.

— Ужинать не буду, — буркнул он не оборачиваясь. — Можешь начинать орать.

— А зачем мне тратить связки? — Я по-хозяйски уселась в его кресло и закинула ногу на ногу. — Я пришла обсудить бизнес.

Айден медленно повернул голову.

— Какой еще бизнес?

— Твой. Тотализатор в школе показал, что у тебя отличные задатки организатора и аналитика. Ты просчитал вероятности, подготовил базу, собрал ставки. Это талант, Айден. Жаль только, что ты тратишь его на усы профессора. На этом много не заработаешь — риски выше прибыли.

Мальчишка нахмурился, явно не ожидая такого захода.

— К чему ты клонишь?

— К тому, что с завтрашнего дня мы вводим в этом доме систему баллов. — Я вытащила из кармана заранее приготовленный блокнот. — Сдал тест по магомеханике на хорошо — получаешь баллы. Выучил десять новых слов на фларитийском — еще баллы. За прогул штраф.

— И зачем мне эти баллы? — скептически фыркнул он. — В лавке на них сладости не купишь.

— О, на них ты купишь кое-что получше. — Я коварно улыбнулась. — Свободу. Накопишь определенную сумму — и в выходные мы с тобой едем не в нудную оперу, а на полигон боевых магов. Или на ярмарку артефактов, где ты сам выберешь себе любую штуковину в пределах бюджета. А если закроешь месяц без хвостов… — я сделала паузу для эффекта, — я уговорю отца разрешить тебе присутствовать на закрытых испытаниях в академии.

Глаза Айдена расширились. Попала! Для сына великого ректора академия была запретным плодом, святилищем, куда его не пускали до совершеннолетия.

— Ты врешь, — выдохнул он. — Папа никогда не разрешит.

— Не разрешит, пока ты не докажешь, что заслуживаешь этого. Так что? По рукам?

— Обманешь же? — в последний раз засомневался мелкий.

— Зуб даю! — поклялась я, с внутренним смехом припоминая, что в веб-романе это полублатное выражение автор использовала как самую святую детскую клятву. — А вот насчет тебя, кстати, имею сомнение. Ты же, наверное, не сумеешь… даже одного балла заработать. Слабо тебе.

— Что?! — совершенно предсказуемо и очень бурно возмутился Айден. — Да кто бы говорил! Да я! Да ты!

Зато из его глаз совершенно исчезли подозрительные искорки. Потому что вот такая моя неверящая вредность гораздо охотнее укладывалась в его картину мира. Слишком резко подобревшая мачеха — это вообще что? Это крайне подозрительно и предвещает несчастья! Даже если вот сей секунд и защитила от неприятностей.

Баллы какие-то обещает, обмануть хочет? Да наверняка!

Но это если всю дорогу сладко улыбается и сюсюкает. А если вот так нагло дразнит… и смотрит с усмешкой…

— Да я! На что спорим, я за неделю столько баллов наберу, что ты мне все будешь должна?!

— Ха! Только спорим без дураков! Если я выиграю, то ты должен получить отлично по всем предметам уже в этом году, а если не сможешь, значит, всем расскажешь на празднике весны, что ты слабак и врун! — Я залихватски плюнула на ладошку и протянула мальчишке. — Спорим?!

— Корвин! — завопил в ответ пацан не своим голосом, а когда испуганный отцовский помощник заглянул в комнату, заорал еще громче: — Спорим! Корвин, разбей! Если я выиграю, ты… ты…

— Три желания, — голосом профессионального провокатора предложила я.

— Ха! Годится! Корвин, разбивай!

Бедный верный Корвин выглядел так, словно его заставили засвидетельствовать договор с высшим демоном. Переводя взгляд с азартно блестящих глаз Айдена на мою ехидную физиономию, он дрожащей рукой «разбил» наши ладони.

— Свершилось! — Я торжественно хлопнула в ладоши и поднялась. — Итак, господин будущий отличник, твой блокнот на столе. Завтра утром жду извинение директору. И помни: если я увижу хоть одну помарку или кляксу, я сочту это за попытку диверсии и вычту баллы за неуважение к бумажной промышленности.

Я вышла из комнаты под аккомпанемент яростного сопения Айдена — он уже схватил перьевую ручку и, кажется, готов был проткнуть пером тетрадку, лишь бы доказать мне, что он не слабак.

Вернувшись в кабинет Милада, я застала его в той же позе, в которой оставила. Чай допил, но вид у него оставался крайне озадаченным.

— Все живы? — спросил он, поднимая на меня глаза. — Я слышал крики. Мне показалось, Айден звал Корвина на помощь.

— О, он звал его в качестве секунданта. — Я грациозно опустилась к мужу на колени, совершенно игнорируя нормы приличия и его попытку сохранить рабочую атмосферу. — Твой сын официально ввязался в пари. Теперь он будет грызть гранит науки, чтобы заставить меня исполнить его три желания.

— Три желания? — Милад невольно обнял меня за талию, притягивая ближе. — Юэль, ты хоть понимаешь, что он может загадать? В прошлый раз, когда я в шутку пообещал ему исполнить желание за хорошее поведение, он потребовал выкрасить лошадей в гвардейской конюшне в розовый цвет.

— Пусть красит. — Я фыркнула, перебирая пальцами пряди его волос на затылке. — Купим смывающуюся краску. Это малая цена за то, что он перестанет прогуливать литературу. К тому же я поставила на кон его репутацию. Для подростка признать себя слабаком на празднике весны — страшнее, чем выпить яд.

Милад тихо рассмеялся, и этот звук, низкий и вибрирующий, отозвался у меня где-то в районе солнечного сплетения.

— Ты невероятная женщина. Иногда мне кажется, что тебя подменили... или что я наконец-то начал сходить с ума от переутомления.

— Считай, что это побочный эффект твоего чая. — Я коснулась губами его подбородка, медленно поднимаясь к губам. — И раз уж мы заговорили о желаниях... У меня есть свое.

— Да? — выдохнул он, и его рука на моей спине сжалась чуть крепче. — И чего же хочет леди Грейвис?

— Чтобы ты закрыл этот чертов кабинет на ключ. Прямо сейчас. И пусть хоть весь министерский совет сгорит в синем пламени вместе с академией — ближайшие два часа ректор официально вне зоны доступа.