Глава 24

Айден покосился на меня с выражением «мачеха, ты что, белены объелась?», но я незаметно, прикрываясь широким рукавом, показала ему кулак. Парень намек понял, тут же захлопнул рот и благоразумно притворился частью интерьера.

Когда Лилиан, оставив на растерзание науки медный тазик и три бутыли с мутной жижей, удалилась в свои покои «смыть пыль дорог и поправить макияж перед ужином», пасынок тут же накинулся на меня с расспросами.

— Ты это серьезно сейчас?! — зашептал он, округлив глаза. — Реально поедешь с ней к этому проходимцу? Зачем? Денег не жалко? Она же спустит там целое состояние!

— Да бог с ними, с деньгами. — Я вздохнула, аккуратно отодвигая воронку на край стола, чтобы случайно не снести ее локтем. — Репутация сейчас дороже золота. Если твоя бабушка вляпается в историю с этим «гением», а потом, окрыленная его комплиментами, начнет рекламировать этот цирк всем приличным знакомым из высшего света, пострадает вся семья. Миладу и так тяжело, ему только сплетен о том, что дом Грейвисов спонсирует привокзальных фокусников, для полного счастья не хватает.

— И что ты планируешь делать? — В глазах мальчишки загорелся нездоровый азарт.

— Разоблачу, — просто ответила я, хищно прищурившись. — Как вчера того школьного гаденыша с приворотным флаконом. Опыт имеется.

— А если… — Айден замялся, смешно сморщив нос, — ну, чисто гипотетически… если он окажется настоящим гением?

— Тогда я лично извинюсь, сниму шляпу и куплю Миладу это говорящее кресло. — Я усмехнулась. — Но поверь моему опыту, Айден, истинные гении не продают свои эпохальные изобретения доверчивым богатым дамочкам по закрытой записи за наличные. Тут пахнет банальным разводом на доверии.

Мальчишка задумчиво покрутил в руках свое новое духовое ружье, взвешивая его на ладони, и решительно кивнул:

— Я еду с тобой. Буду прикрывать тылы.

— Исключено. — Я отрезала этот порыв на корню, качнув головой. — У тебя школа, уроки и хвосты по баллам. Помнишь наше пари? Хочешь освоить доску на колесах — марш за учебники.

— Помню. — Он уныло скривился, но спорить больше не решился. Слишком уж весомый стимул в виде новенького скейта и страшного секрета его освоения.

Пока Айден ворчал, я принялась лихорадочно соображать. Шарлатаны такого пошиба в одиночку не гастролируют. У них всегда под рукой парочка крепких громил на входе, подставные «исцеленные» в зале для создания массовки и, не дай бог, подкупленные чиновники из мелкого магического надзора. Идти туда одной, имея в арсенале только упрямую свекровь, — верх безрассудства.

В своем мире я бы просто обвешалась скрытыми камерами и вывела мерзавца на чистую воду. В этом мире с видеоаппаратурой было туго, зато существовали портативные мнемонические кристаллы — редкие магомеханические штучки, способные записывать и звук, и картинку. Штука дорогая, но у Грейвисов в закромах точно должна быть. Осталось понять, кого взять в качестве силовой и ментальной поддержки.

Корвина? Нет, верный секретарь слишком узнаваем в деловых кругах столицы, Фламме мигом почует неладное. Дейтона? Этот циничный деверь, конечно, за словом в карман не лезет и за себя постоять сумеет, но тащить с собой этого типа — сомнительное удовольствие. Ладно, решу по ходу пьесы.

— Юэль, — раздался из коридора тихий, чуть усталый голос Милада, и в библиотеку медленно въехало его кресло. — Что у вас за шум? Я готов поклясться, что слышал голос мамы. Она снова привезла какую-то… панацею?

— Тазик, — лаконично отозвалась я, разворачиваясь к мужу и мгновенно переключаясь на самую теплую из своих улыбок. — Медный. С припаянными шестеренками.

Милад замер, переводя взгляд с моего невинного лица на Айдена, который уже деловито тащил огромную воронку в самый дальний угол библиотеки, явно прикидывая, выдержит ли медь попадание мягких липучих пуль от дартса.

* * *

Офис Этьена Фламме располагался в модном районе, в доме с лепниной и медной табличкой «Лаборатория магических инноваций. Прием по записи». Внутри пахло дорогими восточными благовониями типа сандала или еще чего-то такого же мерзко-сладкого. На стенах висели в рамочках дипломы от каких-то академий, магические ордена, благодарности от королевских особ. Красиво, дорого, и всё фальшивка.

Секретарша провела нас в зал, где уже сидела толпа самых разных, но почти одинаково экзальтированных дам, две из которых сжимали в руках чековые книжки.

— Леди Лилиан! — Из-за ширмы вышел молодой мужчина. Идеальный пробор, сияющая улыбка, жилет с золотыми пуговицами. — Как я рад, что вы пришли!

Агась, вот это и есть Этьен Фламме. Вживую он выглядел даже более фальшиво, чем на визитке. Его взгляд бегал, улыбка не доходила до уголков глаз, а пальцы нервно теребили цепочку от часов. Фу, ну сразу же видно, что продувная морда!

— Позвольте показать вам нашу новейшую разработку! — Он махнул рукой, и из-за ширмы выкатили… кресло. Обычное такое кресло на колесиках, с приделанными к нему зеркалами и светящимися лампочками. — «Феникс-2»! Уникальная модель, которая не только восстанавливает магические каналы, но и омолаживает кожу!

Дамы восхищенно ахнули. Лилиан подалась вперед, разглядывая зеркала. Я же присмотрелась внимательнее. Обычные колеса из дешевого металла и бытовые лампочки с завода Фингеров. А зеркала… Боги, да это же обычные дешевые зеркальца из скобяной лавки в чуть более замудренных рамах!

— Невероятно! — выдохнула Лилиан, и ее рука с тонким кружевным платочком уже потянулась к сумочке, где покоилась чековая книжка. — Этьен, это же… революция! Посмотри, Юэль, какие линии, какой благородный отблеск кристаллов!

— Извините, господин Фламме. — Я сделала шаг вперед, мягко оттесняя свекровь плечом и лучезарно улыбаясь шарлатану. — А можно поподробнее о технических характеристиках? Я, знаете ли, просто сгораю от любопытства. Как именно бытовые лампы накаливания завода Фингеров умудряются омолаживать кожу? Они как-то по-особому подмигивают?

В зале мгновенно воцарилась гробовая тишина. Дамы, только что пребывавшие в экстазе, дружно повернули ко мне головы. Секретарша у дверей испуганно икнула.

Этьен Фламме на секунду потерял свою дежурную улыбку. Его левый глаз едва заметно дернулся, но он тут же взял себя в руки, расправил плечи и выдал самый чарующий из своих взглядов:

— О, прекрасная леди! Я вижу перед собой истинную ценительницу, обладающую острым умом! Вы правы, внешняя оболочка может показаться обманчиво простой. Но это лишь маскировка, призванная защитить гениальную магомеханику от промышленных шпионов! Лампы — это всего лишь проводники. Внутри кресла скрыт уникальный резонирующий сердечник из… э-э… очищенного метеоритного железа! Он преобразует банальный свет в направленный спектр регенерации!

— Метеоритного железа? Надо же, как интересно. — Я покачала головой и подошла к креслу вплотную. Обойдя его кругом, я бесцеремонно пнула ногой нижнюю панель. Раздался отчетливый пустой жестяной стук. — А по звуку — обычное кровельное железо. Причем не первой свежести, судя по наспех закрашенному пятну ржавчины вот здесь, у правого колеса.

— Юэль! — в ужасе прошипела Лилиан, дергая меня за рукав. — Прекрати позорить меня перед приличными людьми! Господин Этьен — ученый!

— Ученый? — Я обернулась к свекрови и обвела взглядом притихший зал. — Дамы, а ведь нас здесь держат за полных дур. Господин Фламме, будьте любезны, покажите лицензию Министерства магии на использование метеоритных сплавов в медицинских целях. Согласно указу короля от прошлого года любое устройство, воздействующее на магические каналы человека, обязано иметь штамп Королевской экспертной комиссии. Где он?

— Мои изобретения выше королевской бюрократии! — пафосно провозгласил шарлатан, хотя по его лбу уже покатилась крупная капля пота. Он попытался незаметно сделать знак двум крепким амбалам, маскирующимся под лакеев у входа. — Леди, если вы пришли сюда лишь для того, чтобы сорвать презентацию и оскорбить моих уважаемых клиенток своим плебейским недоверием…

— Мое недоверие подкреплено фактами. — Я лениво запустила руку в сумочку и коснулась пальцами спрятанного там активированного мнемонического кристалла, который Корвин все-таки достал для меня по старым каналам Департамента. Он сейчас исправно записывал каждое слово и каждое испуганное движение «гения». — Например, тем фактом, что ваши «уникальные зеркала омоложения» закреплены на обычный канцелярский клей. Смотрите.

Я с силой потянула за верхнее круглое зеркальце. С противным хрустом оно отвалилось от спинки кресла, обнажая кусок подсохшего желтоватого клея и самую обычную фанеру.

В зале кто-то из дам со свистом втянул воздух. Лилиан замерла, переводя взгляд с оторванного зеркала на багровеющего Фламме.

— Охрана! Выведите эту сумасшедшую! — сорвался на визг «молодой гений», окончательно теряя столичный лоск.