Глава 10. Золото дракона

Мимо протекали абсолютно одинаковые камни и деревья. Позади осталась уже вторая деревенька, и лишь две бабульки с большими пустыми корзинами проводили наездников любопытными взглядами. Интересно, как она выглядят со стороны? Как маленький паж господина? Тогда удивление селянок понятно, раз они едут на одной лошади. Или их можно принять за братьев? Только вот прижимал её Клод к себе совсем не по-родственному. Алиса вновь закусила нижнюю губу, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Глупое сердце, не слушаясь разума, стучало, как сумасшедшее, стоило лишь подумать о том, что произошло не так давно. Сжала кулаки: угораздило же! Нет, надо валить из этого странного мирка. А уж дома она найдёт, чем себя отвлечь. Дома есть игры, её рок-группа… и успокоительные! Дома есть даже…

— Хоум?

Алиса вздрогнула, ощущая на щеке горячее дыхание господина. Он произнёс «Хоум» так нежно-растянуто, словно мяукнул огромный кот. Огромный сытый хищник из семейства кошачьих, который знает, что добыча никуда не денется.

— Тебе понравилась одежда? — Клод провёл ладонью по её плечам, словно разглаживая несуществующие складки на ткани: — Я угадал с размером?

Алиса скрипуче ответила:

— Да, спасибо. Всё хорошо. Классный костюм!

Он коснулся губами её уха и прошептал:

— А я бы хотел увидеть тебя в платье.

— Правда? — с деланной холодностью, сражаясь с чувствами, хмыкнула Алиса.

— Ложь, — в тон ей ответил Клод и, прижав к себе ещё теснее, прошептал: — Я бы хотел увидеть тебя без платья.

— Божечки! — раздражённо проговорила Алиса, отпихивая его руку. — Продолжишь в том же духе, и я пешком пойду. Нет! Я вообще никуда не пойду. Сам копошись по шахтам в поисках ответов…

— Куда ты меня посылаешь? — удивился Клод.

Алиса, сжав губы, хитро покосилась на него, но всё же сдержалась, чтобы реально не послать иномирного принца лесом. Она приподняла брови и притворно вздохнула:

— Проблемы со слухом? В шахту, подземная такая пещера, где добывают чёрный корунд. Это же в Корнишинских копях, куда ты меня везёшь?

Алиса ощутила спиной, как тело Светлого господина напряглось.

— Что за шутки? — звенящим голосом спросил он. Остановил Твэла и, развернув Алису лицом к себе, схватил за плечи. — Так где ты прочитала ту легенду? В копях или в пещерах?

Алиса посмотрела в его голубые глаза, покосилась на жёсткую складку меж бровей и, заморгав, отвернулась:

— Не помню.

Клод тряхнул её так, что клацнули зубы:

— Играешь со мной? В Корнишинских копях нет пещер! И тем более каких-то шахт. Ты хоть раз бывала там? Вряд ли… Зачем обманула меня?

Алиса, разозлившись, в упор посмотрела на него:

— А с чего ты решил, что это в Корнишинских копях? Я этого не говорила.

— Но и не отрицала, — воскликнул Светлый господин. Медленно выдохнул, сдерживая гнев или нетерпение, и, строго посмотрев на неё, процедил: — Где ты прочла эту легенду? — Глаза его сузились, взгляд стал острым, а голос хриплым: — В Чёрном замке? Я прав?

Алиса посмотрела на его подрагивающие губы, бледные щёки и вздохнула. Если она продолжит отмалчиваться, то он чего доброго и по копям её протащит, и Чёрный замок обшарит сверху донизу. А тем временем дело не сдвинется с мёртвой точки. Если Алиса хочет хоть немного продвинуться в своей миссии, то придётся изменить тактику ведения боя: прекратить притворяться жертвой и попытаться договориться. Может, в ответ на правду, Клод поделится информацией.

— Отпусти меня, — потребовала она и в ответ на нетерпеливое рычание улыбнулась: — Если хочешь чтобы я рассказала обо всём.

Клод выразительно огляделся и иронично спросил:

— Ты же понимаешь, что сбежать тебе не удастся?

— Я и не собиралась, — буркнула Алиса и невольно поморщилась: — Сам бы попробовал проехаться в таком неудобном положении хоть полчаса! У меня после вчерашнего всё тело болит, а теперь ещё и ноги немеют…

— Почему же раньше не сказала? — удивился господин.

Уловив беспокойство в голосе, Алиса недоверчиво покосилась на него и процедила:

— Мне повторить, что до вчерашнего дня я не садилась на лощадь? А со вчерашнего практически с неё не слезаю… Зато теперь я знаю, как появились кентавры: у наездника отсохли ноги! Пусти, говорю…

Клод, осторожно придерживая её за талию, позволил соскользнуть с лошади. Алиса, ощутив под ногами твёрдость земли, счастливо вздохнула и со стоном опустилась на траву. Ноги дрожали, сидеть было больно, и она перевернулась на живот. Уставилась на ровные, словно искусственно созданные, холмы и выдохнула:

— Красота! Что это?

Господин спрыгнул с коня и, отпустив Твэла пощипать травку, удобно расположился рядом с Алисой. Мазнув по тёмным взгорьям равнодушным взглядом, настороженно уставился на Алису.

— Корнишинские копи. — Приподнял бровь. — Мы почти доехали до первого барьера. Будь честной — ты же никогда не была здесь?

— Никогда, — согласилась Алиса и тут же поинтересовалась: — А что за первый барьер?

Светлый господин подхватил травинку и, покусывая её, откинулся на локти.

— Охранные заклинания, — глядя в небо, проговорил он. — Похожие наложены и на Белый замок. Копи могут посетить лишь те, кому выдано разрешение… Увы, я так и не смог разузнать, что это за разрешение, — Тёмная госпожа умеет хранить свои тайны.

— Не то слово, — не сдержавшись, хмыкнула Алиса, чем заслужила ещё один изучающий взгляд господина. Поспешно добавила: — Вы же благородные! Тайн хватает у всех, уверена, что и у тебя их немало. А что это может быть? Разрешение.

Клод пожал плечами:

— Возможно, украшение с чёрным корундом, — с видимым безразличием протянул он, — а возможно, избранным выдают специальное зелье с порошком из камня. Ясно одно: если ты там не была, то не сможешь ни меня провести, ни пройти сама.

Алиса внимательно посмотрела на господина:

— Так ты с моей помощью хотел проникнуть на охраняемую территорию? — иронично хмыкнула она. — Я-то думала, что тебя финал сказки интересует, а ты решил пару камушков скоммуниздить?

— Что? — нахмурился Клод. Поморщился: — Прекрати использовать древнедальгонийский, я порой не понимаю и половины того, что ты говоришь!

Алиса хитро сощурилась:

— В смысле, решил прихватить с копей пару красивых корундов?

Клод отбросил травинку и холодно посмотрел на неё.

— Вот ещё! Всё это и так скоро станет моим. — Откинул голову и мечтательно улыбнулся: — И с этого дня в Дальгонии воцарится мир и процветание!

— В смысле? — опешила Алиса. — В Дальгонии и так всё хорошо…

Клод резко сел и напряжённо сжал кулаки.

— Что хорошо? — прошипел он. — Тёмная госпожа, словно собака на сене, сидит на горе, — Нет, горах! — сокровищ. — Он кивнул на тёмные холмы: — Все это из чёрного корунда. Всё! Но Алиса крайне скупа, она не даёт доступа к богатствам, и сама ими не пользуется. Не понимаю, почему отец разрешил ей владеть всем этим до свадьбы. — Он обернулся и яростно свернул глазами: — Как ты думаешь, почему чёрный корунд стоит дороже золота, зелий, дороже всего на свете? Да потому, что в обращении его крайне мало. А ведь с помощью таких богатств можно перевернуть мир!

— Может, потому Тёмная госпожа и держит их здесь? — тихо проговорила Алиса. Мрачно усмехнулась: — Ни один мир ещё не выиграл от того, что его перевернули…

— Говори громче, — потребовал Клод.

Алиса невинно улыбнулась:

— Так, чисто теоретически… Если все эти богатства, — она кивнула на горы, — сразу выбросить на рынок, как ты думаешь, что станет со стоимостью чёрного корунда? — Клод раздражённо замолчал, и Алиса понимающе усмехнулась: — Хорошо, объясню проще. Если драгоценного камня в мире станет много, он тут же перестанет быть драгоценным!

Светлый господин растерянно рассмеялся и снисходительно посмотрел на неё:

— Дело не в стоимости, Хоум. Чёрный корунд — чистая магия! Алиса даже дракона могла выпускать дракона днём, обсыпав его пудрой из корунда, чтобы солнце не спалило нежную чешую…

Алиса удивилась:

— А драконы настолько чувствительны? Или у них аллергия на солнце? — Поняв, что ответа не дождётся, отмахнулась и проговорила: — Не важно! Это лишь говорит о том, что Тёмная госпожа использует корунд, а ты говоришь: ни себе, ни людям…

— Использует, — кивнул Клод. — Но только для себя самой и иногда для дракона. Порой, очень редко, продаёт волшебникам. Точнее, покупает на камни их самые мощные услуги.

— Правда? — Алиса вновь обернулась на холмы и задумчиво спросила: — Если так, то почему ты до сих пор жив? — Клод вздрогнул и посмотрел на Алису так, что у неё возникло желание провалиться сквозь землю, но под землёй ответов на загадки нет, и она, рискуя нарваться на гнев господина, упрямо продолжила: — Неужели ты не думал об этом? Если Тёмная госпожа действительно хотела твоей смерти, то ты давно был бы мёртв!

— Возможно, — неохотно проговорил Клод. Передёрнул плечами: — Я не понимаю, почему ты расспрашиваешь меня, если сама обещала рассказать правду.

Алиса, морщась от боли в отбитой пятой точке, перевернулась на бок и, подперев голову рукой, смело посмотрела на Светлого господина.

— Моя правда напрямую зависит от твоих ответов, — дерзко проговорила она и, хитро сощурившись, добавила: — Готов заключить со мной сделку, благородный господин?

— У меня есть много способов получить ответы без сделок, — хищно улыбнулся Клод.

Алиса невольно передёрнула плечами и поспешно проговорила:

— Не сомневаюсь. Но… насколько ты уверен, что они будут правдивыми?

Господин помрачнел и, бросив на неё настороженный взгляд, скривил губы.

— Да уж… С тобой никогда в правде не уверен. Говори. Что тебе нужно?

Алиса едва сдержала победный вскрик. Туше! Клиент готов, надо дожимать.

— Правда, что есть некий свиток, на котором записано соглашение между твоим отцом и отцом Тёмной госпожи о вашей свадьбе?

Клод весь будто подобрался, взгляд стал колючим, поза напряжённой.

— Такое соглашение действительно существует, — бесцветным голосом ответил он и подался вперёд, — Моя очередь! Почему ты спрашиваешь о свитке?

Алиса поборола желание зажмуриться и выпалила:

— Я пришла в Белый замок, чтобы его уничтожить!

Он пару раз моргнул, а потом вдруг повалился на траву и, катаясь с боку на бок, словно ребёнок, захохотал. Алиса смотрела на господина со смесью удивления и тревоги: он что, сошёл с ума? Клод, отсмеявшись, уселся и, утирая выступившие слёзы, посмотрел на неё и, заметив на лице Алисы обиженное недоумение, снова тихо рассмеялся. Схватил её за руку и, притянув к себе, поцеловал в губы.

— Глупышка, — прошептал он так нежно, что у Алисы волоски на руках встали дыбом.

Она оттолкнула Клода и пробурчала:

— Прекрати так делать!

— Почему? — белозубо улыбнулся господин: — Тебе же нравится принимать мою благосклонность.

Алиса сжала челюсти до скрипа зубов: с одной стороны, она сама призналась в любви, чтобы избежать подозрений, а с другой — умудрилась реально влюбиться в Клода. И как же теперь себя вести? Если она будет «принимать его благосклонность», то рискует окончательно потерять голову, а если не будет, то может снова навлечь на себя подозрения. Вскинула подбородок:

— Мне мало… — Запнулась и, скривившись, недовольно пробормотала: — Принимать благосклонность! Хочу большего.

Увы, последняя фраза в голове казалась величественной, а на деле прозвучала банально и жалко.

— Это я понял, — покачал головой Клод. И снова рассмеялся: — Вот же отчаянная! Решила избавить меня от обязанности жениться на Тёмной госпоже? — Посмотрел на Алису с такой теплотой, что её сердце сладко дрогнуло: — Это так мило! — Улыбка на его губах растаяла, взгляд помрачнел: — Но бесполезно. Я всё равно не смогу жениться ни на ком, кроме Тёмной госпожи, об этом позаботился самый сильный волшебник, в присутствии которого было заключено соглашение. Да и свитка никакого нет… — Он криво усмехнулся и печально посмотрел в глаза Алисы: — Нет, не так. Белый замок — и есть свиток.

Алиса на несколько мгновений забыла, как дышать. В ушах зазвенело, руки задрожали. Чтобы вернуться домой, ей нужно уничтожить… целый замок?! Но это же невозможно! Клод, вновь посмотрев на неё, лишь вдохнул и, прижав к себе, погладил по лохматой голове.

— Сожалею, — прошептал он, и Алиса ощутила, его горячие губы на лбу. — Я и сам рад бы изменить свою судьбу… да не судьба. — Отстранил её и с улыбкой посмотрел в глаза: — А я уже решил, что ты помогаешь Тёмной госпоже. Думал, ты призвала дракона, чтобы он уничтожил меня, но, не ожидая, что я выйду из замка, провалилась…

— Да я же сама пикник предложила! — обиженно воскликнула Алиса и недовольно нахохлилась.

Клод примирительно похлопал её по плечу:

— В любом случае, дракон ошибся. Вместо дворца спалил Проклятую башню…

Алиса покосилась на Светлого господина: похоже, он действительно искренне верил, что дракон напал на Белый замок. И оказался настолько тупым, что перепутал мишень… Встрепенулась:

— Кстати, о башне, — виновато проговорила она. — Именно там я и прочла ту легенду.

Клод помрачнел:

— Почему раньше не сказала?

Алиса пожала плечами:

— А смысл? Башня всё равно уничтожена, как и свитки, что хранились в ней.

— Так там были свитки? — деловито уточнил Клод.

— Полно! — покивала она и, помявшись, неохотно проговорила: — А легенду я дочитала. Просто испугалась Тео, он так неожиданно возник у костра. Хочешь, расскажу тебе?

Светлый господин посмотрел на темнеющее небо и мягко улыбнулся:

— Конечно! Но сначала разложим огонь… — Он встал и, подав руку Алисе, помог ей подняться: — Мне понравились твои сказки у костра! Хочу ещё. И это будет второй самый приятный вечер в моей жизни.

Алиса прикусила губу, едва не ответив, что у неё тоже. Зачем об этом говорить? Господин и так знает о её чувствах, а ей только сердце своё терзать… Послушно потопала за Клодом, который присмотрел небольшую полянку на берегу узкой речки. Окружённая невысокими деревьями, она словно была предназначена для посиделок с друзьями у костра. Собирая ветки, Алиса покосилась на широкую спину Клода, который снимал с Твэла седло. Божечки, ну почему природа создала такое совершенство? Идеальные линии спины, попа как орешек… Вздрогнула и опустила глаза. Стоп! Нельзя. Думай о доме! О доме? Как можно уничтожить замок?! Вздохнула: глупо даже пытаться.

Затрещали сухие ветки, светлые огоньки закружились в весёлом танце, поднимая в воздух тающие искры. Клод развалился на мягкой траве и с удовольствием протянул:

— Как же хорошо! Я думал, что до самой свадьбы не смогу расслабиться ни на минуту, но Тёмная госпожа неожиданно подчинилась и подарила мне несколько самых чудесных дней… Нет! — Он вскочил и, схватив растерянную Алису за руку, притянул к себе. Обнял и тихо проговорил: — Ты! Ты подарила мне кусочек беспечности. Я словно на некоторое время окунулся в другой мир. В чью-то счастливую беззаботную жизнь, испытал иллюзию, что судьба в моих руках, что я могу сделать выбор. Спасибо тебе за это.

Алиса задрожала в его объятиях. Неожиданная перемена в поведении Светлого господина пугала её и одновременно сжимала сердце щемящим счастьем. Клод приподнял её голову за подбородок и, глядя в глаза, прошептал:

— Спасибо тебе за любовь.

После этих слов горечь накрыла её отрезвляющей волной. Благородный господин смотрит на неё, как на развлечение, глоток свободы перед свадьбой! Примерно так же в родном мире тысячи тысяч парней проводят мальчишники.

— Раздевайся! — весело приказал Клод, Алиса вздрогнула и набычилась: ранее он предлагал быть пажом, проигрывателем, а теперь она удостоилась чести стать стриптизёршей?! А господин подмигнул: — Искупаемся.

Алиса оттолкнула его:

— Мечтай!

Господин, ничуть не расстроившись, принялся расстёгивать пуговицы на камзоле:

— Ты как хочешь, а я искупаюсь! Когда ещё удастся выбраться из Белого замка без сопровождающих и стражи?

— Где-то я уже это слышала, — покраснев, буркнула Алиса.

Она хотела отвернуться, но тело не слушалось, а взгляд, казалось, приклеился к обнажённой груди господина. Тот уже снял рубашку и, поигрывая мощной мускулатурой рук, расстёгивал ремень брюк. Словно пригвождённая к месту, Алиса смотрела, как он наклоняется, стягивая высокие сапоги, как перекатываются под кожей бугры мышц, как скользят по обнажённым плечам шелковистые волосы. Сглотнув образовавшийся комок в горле, заметила, что Клод понимается, и резко отвернулась, делая вид, что ей гораздо интереснее, как скачет вокруг седельной сумки серая пичуга.

— В сумке есть немного еды, — проговорил Клод и, хитро ухмыляясь, добавил: — А ещё южное вино, которое тебе так понравилось…

Алиса, не отрывая от птицы взгляда, молча кивнула, а Клод, оставшись в одних подштанниках, вскочил на Твэла и повёл его к реке. Искоса наблюдая за тем, как изящно господин покачивается на жеребце, как прохладные волны лижут его упругие бёдра, как брызги оседают сверкающими в лучах уходящего солнца каплями на белоснежной коже, Алиса невольно задрожала. Он прекрасен! Прижав руки к груди, прошептала:

— Может, утопить его? — И хищно улыбнулась: — Пусть же не достаётся никому!

Стало чуточку легче: всё-таки злодейкой жить проще. Алиса всё больше проникалась сочувствием к Тёмной госпоже. Смотреть на этого совершенного мужчину и видеть в его взгляде лишь ненависть — так ещё пытка! А если ещё и ждать «совершеннолетия» по-драконьи и готовиться стать жертвой, то картинка вырисовывается совсем уж мрачная, сплошной стресс! Как правило, боль другим причиняют те, кому больно настолько, что становится нестерпимо… затмевает разум. Страдания других дают иллюзию справедливости и силы смириться с собственной участью.

Алиса, с трудом оторвавшись от любования прекрасным телом Клода, присела рядом с седельной сумкой, пичуга испуганно отскочила в сторону, но не улетала, буравя человека настороженным взглядом. Чёрная бусина круглого глаза влажно поблёскивала. Алиса вытащила из сумки кусок хлеба и, оторвав кусочек, бросила птице. Та встрепенулась, недоверчиво покрутила острой головой, клюнула угощение и, подхватив кусок, стремительно исчезла в небе.

Алиса печально улыбнулась: может, так же стоит поступить и ей? Вместо того чтобы мечтать о долгой и счастливой жизни с прекрасным мужчиной, принять «благосклонность», да исчезнуть из этого мира? И пусть она будет в жизни Клода лишь мимолётным увлечением… Помотала головой: нет! Пока есть иллюзия самоконтроля, нужно держаться за неё, чтобы удержать себя на грани. Ещё неизвестно, как поведёт себя глупое сердце, если позволить себе упасть в объятия Светлого господина.

Выпрямилась и, оглядев небольшой натюрморт, созданный на разложенной попоне, подбросила в костёр несколько веток. Вдруг со спины её обнял подкравшийся Клод. Ощутив его мокрое после купания тело, Алиса задрожала и, порывисто отпихнув его руки, крикнула:

— Напугал!

Он с удовольствием рассмеялся, явно понимая, что дрожь вывал отнюдь не испуг. Алиса, густо покраснев, недовольно отряхнула с рук капли и, избегая смотреть на полуобнажённое поблёскивающее от влаги тело Светлого господина, пробурчала:

— Вся мокрая теперь!

Клод склонился к ней так, что слипшиеся после купания пряди его волос коснулись её лица и хрипло прошептал:

— Правда? — Алиса вскинула голову и тут же утонула в омуте голубых глаз. Господин промурлыкал: — Я тоже возбуждён!

— Божечки! — раздражённо воскликнула Алиса и, отступив, повернулась к костру: — Пора тебе жениться, благородный господин, а то уже на простолюдинок бросаешься!

Улыбка его растаяла, щёки побелели. Конечно, Алиса понимала, что любое упоминание о Тёмной госпоже и предстоящей свадьбы мгновенно портит Клоду настроение, но лишь это могло помочь ей самой не допустить сладкой ошибки. «Долго и счастливо» ей не светит. Не в этом мире, и не с этим человеком. Так зачем всё усложнять? Пока Светлый господин отжимал волосы, Алиса привязала Твэла, нежно провела ладонью по гладкой морде, улыбнулась: кажется, неприязнь к крупным животным растворяется… Или Алиса начинает любить всё, что как-то связано с Клодом? Вздрогнула и, опустив голову, обречённо потопала к костру. Хватит оттягивать неприятный момент, пора уже всё прояснить.

Уселась у импровизированного стола и, подхватив ломоть хлеба, положила сверху кусок мяса, да откусила. Жуя, искоса посматривала на задумчивого Клода. Тот уселся напротив и, положив локти на колени, устремил на неё испытующий взгляд.

— Думаешь, не понимаю, что ты чувствуешь? — тихо спросил он, и Алиса, подавившись, закашлялась. Аккуратно похлопал её по спине и, так и не убрав руку, мягко улыбнулся: — Всё чаще напоминаешь о Тёмной госпоже, чтобы отрезвить меня. — Улыбка превратилась в горькую усмешку: — А вот мне при мысли о ней хочется напиться, как говорят в Чёрном замке, до самой смерти!

Интимность, которую создало это полуобъятие, вызвала тёплую волну в сердце, Алиса, едва дыша, замерла, не в силах отстраниться. От всё ещё влажной кожи господина пахло свежестью, печальный взор его завораживал, хотелось прикоснуться к высокому лбу и стереть складочку меж бровей. Взгляд Алисы невольно скользил по восхитительным линиям его тела: пересчитав зачем-то кубики пресса, она прикусила губу почти до крови. Да приди же в себя! Оттолкни, отстранись… Но истеричные выкрики остатков разума таяли в разгорающемся пламени.

— До самой смерти, — завороженно глядя на его полуоткрытые, губы повторила она последние слова господина.

Клод вздрогнул и опасливо посмотрел в сторону Чёрного замка. Алиса горько усмехнулась: да, хорошо злодейка выдрессировала своего жениха! Мрачнеет от звука имени, содрогается от упоминания, настораживается при приближении…

— За что? — спросила Алиса. Светлый господин непонимающе нахмурился, и она пояснила: — За что Тёмная госпожа так ненавидит тебя?

— Вот же! — пробурчал Клод и раздражённо отстранился. — Ты меня точно любишь, Хоум? — Алиса быстро-быстро закивала, господин приказал: — Тогда прекрати говорить об этом!

Когда рука его соскользнула с её плеча, Алиса облегчённо выдохнула. Господин порывисто потянулся к бутылке и, выбив пробку, сделал несколько глотков. Протянул ей:

— Давай лучше выпьем за этот прекрасный вечер… возможно, последний в моей жизни.

— Почему последний? — осторожно принимая вино, уточнила Алиса. Пить совершенно не хотелось, особенно наедине с Клодом, но отказываться она не спешила. Возможно, алкоголь сделает господина более разговорчивым? Сделала вид, что отпила и, вернув бутыль, усмехнулась: — Это же не тебя принесут в жертву дракону…

Клод снова приложился к горлышку и, отставив бутыль, с интересом посмотрел на Алису:

— Обещанная сказка у костра? — Он разлёгся на траве и, подперев голову руками, с готовностью посмотрел на неё: — Слушаю!

— Сначала ответь, почему вечер последний! — упрямо проговорила Алиса.

Клод невесело усмехнулся и, озорно сверкнув глазами, порывисто перевернулся и, положив голову ей на колени, с удовольствием вздохнул. Алиса испуганно уставилась на Клода: да что он делает? Она только-только совладала с чувствами, а он вытворяет такое! Приятная тяжесть его тела заставила её сердце биться быстрее, захотелось прикоснуться к щеке господина, провести по шелковистым волосам, веером рассыпавшимся по её ногам. Поза Светлого господина казалась такой беззащитно-доверчивой. Клод снизу посмотрел в глаза Алисе и без тени улыбки ответил:

— Будут и другие вечера, Хоум. Но ни один из них не станет таким же приятным, как этот. — Он прикрыл веки и тяжело вздохнул. Алиса, сглотнув, старалась не смотреть на то, как напрягаются мышцы на обнажённом торсе. Светлый господин открыл глаза, но взгляд его голубых глаз словно смотрел сквозь неё, мысли Клода блуждали где-то далеко. — Завтра прибудет приглашённый на ритуал южный волшебник со своими помощниками, и я вплотную займусь приготовлениями к свадьбе. Два сказочных дня останутся в моей памяти. — Он вдруг посмотрел в глаза Алисы так проникновенно, что у неё перехватило дыхание, и тихо добавил: — И в моём сердце.

В животе её словно запорхали бабочки: это признание? Что же ответить? Так, спокойно, Алиса! Ты же изображаешь влюблённую селяночку, а значит, нужно отвечать взаимностью.

— Я тоже тебя люблю, — деревянным голосом промолвила она.

Клод хитро покосился на неё и изогнул бровь:

— Я не признавался в любви, Хоум. Лишь сказал, что время, поведённое с тобой, было незабываемым. — Он широко улыбнулся: — Начиная с момента, когда ты огорошил меня, предложив самому прочесть ответ госпожи… Свалилась же мне на голову!

Алиса прикусила язычок, сдерживаясь: она едва не ляпнула, что свалилась на него гораздо раньше, но тогда его взгляд был полон льда и ненависти. Содрогнулась от воспоминания и прошептала:

— Почему же ты так её ненавидишь? — Клод нахмурился, кубики его пресса напряглись так, словно он собирался подняться, и Алиса поспешно добавила: — Пожалуйста, не злись. Пойми… — Он судорожно соображала, как же так спросить господина, чтобы он снова не ушёл от ответа: — Я же люблю тебя и желаю счастья… Пусть даже не со мной. Ты женишься на Тёмной госпоже! Тебе с ней делить жизнь, замок… — Он сглотнула и, покраснев, выдавила: — Постель!

Клод всё же поднялся и зло посмотрел на Алису:

— Зачем ты так? Почему портишь такой прекрасный вечер? Хочешь знать? — Резко поднялся, схватил её за плечи и прошипел: — Да я при одной мысли о ней содрогаюсь от омерзения!

— Да почему? — со слезами на глазах выкрикнула Алиса. — Тёмная госпожа красива! Разве ты не видишь?

— Не вижу, — отрезал Клод. Отвернулся и холодно проговорил: — И не хочу видеть. После одного случая я ни разу не посмотрел ей в глаза. — Криво усмехнулся: — Тёмная госпожа не хотела, чтобы я её видел и слышал… — Расхохотался: — Да это же моя мечта! Красива, говоришь? Верю… Но это красота хищницы, один раз я поддался и в ответ получил боль настолько острую, что с того самого дня вместо лица Алисы вижу лишь размытое пятно.

— Что же произошло? — выдохнула Алиса.

При виде перекошенного лица Клода, сердце её болезненно сжалось: что же причинило ему муку, что даже воспоминания кажутся пыткой? На лбу господина она заметила капельки пота и, не выдержав напряжённо молчания, порывисто обняла Клода. Тот замер и, немного расслабившись, покровительственно положил на макушку Алисы свою тёплую ладонь.

— Переживаешь за меня? — тепло спросил он и, поглаживая её волосы, успокаивающе прошептал: — Всё давно в прошлом.

Алиса отстранилась и буркнула:

— Ага. То-то тебя так передёргивает до сих пор. Что же Тёмная госпожа тебе сделала? Попыталась отравить? Или воткнула нож в спину?

— Всё это, — неожиданно расхохотался Клод, Алиса растерянно моргнула, что ещё больше развеселило господина: — О, Тёмная госпожа пыталась убить меня столькими изощрёнными способами, что уже все и не упомнишь…

— Весело ему, — проворчала Алиса.

Она задумчиво смотрела на улыбающегося Клода и думала о том, что же нужно сделать мужчине, что по сравнению с этим даже многочисленные покушения на жизнь лишь смешат? Видимо, это что-то настолько серьёзное, что причинило очень серьёзную психологическую травму. Настолько болезненную, что Клод не видит лица Тёмной госпожи. Зато стало понятно, почему он не узнал Алису. Сердце дрогнуло: но сейчас, не зная, что перед ним госпожа, он может видеть её лицо?

— А я? — спросила она.

— Что?

— Я красивая? — с замиранием сердца спросила Алиса.

Светлый господин царапнул её таким взглядом, что по коже побежали мурашки.

— Не уверен, — хитро протянул он и подмигнул: — Нужно освободить тебя от мужской одежды, чтобы сказать наверняка!

— Божечки, — покраснев, буркнула Алиса. — Жаль, что у меня была только одна гитара! Ты же знаешь мои чувства, господин. Обязательно вгонять меня в краску?!

— Ничего не могу с собой поделать, — примирительно отозвался он. — Ты так мило смущаешься… Да красивая, красивая! Даже слишком… для мальчика!

Алиса воодушевлённо встрепенулась:

— А что нравится больше? — допытывалась она, пытаясь понять, действительно ли Клод отчётливо видит её лицо: — Глаза? Нос?

Светлый господин снова с удовольствием расхохотался, затем подался к Алисе и, приподняв его голову за подбородок, с преувеличенной сосредоточенностью рассмотрел её лицо. Она замерла в ожидании ответа, а Клод прошептал:

— Мне нравится твой высокий чистый лоб. — Он вдруг прикоснулся к нему тёплыми губами, Алиса вздрогнула, попыталась отстраниться, но господин цепко держал её за подбородок. — Твои часто алеющие щёки. — Он оставил дорожку лёгких поцелуев по линии скулы, выдохнул в губы: — Мне всё в тебе нравится!

И накрыл её рот властным поцелуем, от которого закружилась голова и разлетелись все мысли. Клод сжал её в своих объятиях, повалил на траву, подминая под себя. Алиса затрепетала, ощущая разливающуюся сладость во всём теле. Надо бы оттолкнуть господина, вновь отрезвить его напоминанием о близкой свадьбе, сбить настроение словами о Тёмной госпоже, но так сладко утонуть в нежности его прикосновений… Млея от близости, прикасаясь к прохладной гладкости его кожи, вдыхая аромат мускуса, Алиса решилась погрузиться в омут чувств и принять «благосклонность» господина. Что будет дальше? Всё равно! Но так она хотя бы избавит Тёмную госпожу от роли жертвы дракона, лишив её девственности, а себя от изматывающего желания.

Вдруг Клод замер, глаза закатились, тело обмякло и тяжело навалилось на Алису, затем тяжесть исчезла. На фоне потемневшего неба она увидела нависшего над ней конюха, глаза его словно отражали пламя костра, а рот искривлён в жестоком оскале. В напряжённых руках подрагивала толстая палка. Алиса подскочила и бросилась к бесчувственному Клоду:

— Ты убил его?

— К сожалению, нет, — хрипло ответил Тео. — Но я так давно хочу это сделать, что в мыслях лишил его жизни уже тысячу раз!

Алиса прикоснулась к неподвижному телу господина, провела по волосам, посмотрела на свою окровавленную ладонь и рявкнула:

— Ты ранил его!

Тео схватил её за руку и потянул, заставляя подняться, посмотрел в упор и прорычал:

— Ты говорила, что он ничего не значит для тебя! Ты… обманула меня?

Глядя в пылающие алым огнём глаза с чёрным вертикальным зрачком, Алиса ощутила, как по спине прокатилась ледяная волна. Тео — человеческая часть Сиза, дракона, которому предназначалась жертва. Скорее всего, конюх следил за ними от самого белого замка. Не для того ли, чтобы оградить её девственность от посягательств Светлого господина? Увидев Алису в объятиях полуголого Клода, Тео не смог сдержаться, но она поняла, что дракон подчиняется Тёмной госпоже и боится потерять её.

— Нет, — твёрдо ответила она. — Он ничего для меня не значит, Тео.

— Не верю, — тяжело дыша, возразил тот. — Ты… целовала его! Глаза закрывала… так больно.

— Я лишь, — торопливо проговорила Алиса, — хотела усыпить его бдительность, чтобы…

Она прикусила нижнюю губу, пытаясь сообразить, какая ложь успокоит Тео, погасит этот жуткий огонь в его глазах, но ничего не приходило в голову.

— Знаю, — устало отозвался Тео, и Алиса удивлённо воззрилась на конюха. Тот кивнул: — Извини, что не сдержался. Ты хотела заманить его в Чёрный замок. Раз я помешал тебе, то помогу закончить начатое.

Он отбросил палку и подошёл к одежде Клода, подхватив рубашку, вернулся, по пути разрывая её на полосы. Присел на корточки рядом с бесчувственным Клодом и, перевернув его на живот, принялся скручивать запястья импровизированной верёвкой.

— Я догадался о твоём плане, как только увидел, — пробурчал он и, покачав головой, восхищённо добавил: — Не ожидал от тебя подобной бесшабашности! Кто мог подумать, что Тёмная госпожа добровольно отрежет свои шикарные волосы? — Связав и ноги Клода, конюх поднялся и посмотрел на Алису уже обычными человеческими глазами, цвета грозового моря. Шрам на лице слегка побелел, когда Тео хищно улыбнулся: — Даже Клод не ожидал, что ты поступишь так подло!

Слова эти болезненно царапнули её, Алиса скривилась, голос её дрогнул:

— Подло?

Тео горячо пожал её ладонь и проникновенно произнёс:

— Гениальный план! Влюбить в себя Светлого господина и сделать так, чтобы он, потеряв осторожность, добровольно направился в Чёрный замок. Когда Клод узнает, что целовал Тёмную госпожу, он отрежет свои губы. Ты права, это хуже, чем смерть. Лучшей мести и не придумаешь!

Он расхохотался с таким удовольствием, что Алиса невольно отступила. Мести? Что же Клод такого сделал, что Алиса пыталась отомстить? И не просто убить, — это легко бы исполнил и Сиз, — а именно унизить! Что же действительно было на уме Тёмной госпожи? Алиса вспомнила слова Лоры: злодейка хотела заполучить корону! А это означало, что нужно было избавиться не только от необходимости выходить замуж, но и от участи жертвы дракона. А значит, отношения с Сизом не так уж просты. С усилием улыбнувшись, посмотрела на Тео и проговорила:

— Да, я получила удовольствие от сладкой мести. — Притворно нахмурилась, изображая гнев: — Но не полностью. Ты помешал мне…

Лицо Тео побелело, и конюх рухнул на колени.

— Прости! Я не смог на это смотреть. Дракон победил во мне…

Обняв её, уткнулся лицом в живот. Заметив, что плечи Тео крупно затряслись, Алиса осторожно прикоснулась к жёстким волосам, провела по ним.

— Готов принять любое наказание, — опустив голову, глухо проговорил Тео. — В любом обличии. Можешь избить меня плетью, оставить без еды, я на всё согласен… — Алиса вздрогнула, по шее поползли мурашки. Тео сел на пятки и торжественно добавил: — До самой смерти!

Услышав стон Клода, Алиса сжалась: что же теперь делать? Светлый господин очнулся, пошевелился, а она так и не придумала, как спровадить Тео, чтобы освободить его. Точно! Порывисто опустилась рядом с конюхом и схватила его за руку:

— Ты должен доставить сообщение в Чёрный замок…

Тео нахмурился:

— Ты же знаешь, что я не могу приблизиться к замку.

Алиса вздрогнула и торопливо поправилась:

— То есть Лоре! Ты должен передать моей советнице, что…

— Она скоро прибудет сама, — перебил её Тео, — и лично выслушает твой приказ, госпожа.

Алиса испуганно замерла:

— Ты о чём?

Конюх вновь опустил голову и, сжав руку Алисы, пояснил:

— Я сомневался, стоит ли позволять Светлому господину оставаться с тобой наедине, госпожа… Прости! Я боялся, что он обидит тебя, поэтому нашёл способ поговорить с Лорой и спросил совета. Она восхитилась находчивостью Тёмной госпожи и тут же направилась в Чёрный замок за подмогой. Кажется, я уже вижу отряд стражников.

Алиса проследила за его взглядом и при виде наездников в чёрных доспехах, похолодела. Быстро обернулась к лежащему Клоду и, наткнувшись на ледяной взгляд голубых глаз, едва удержалась на ногах. Светлый господин понял, кто она на самом деле.