Глава 14. Хоум
Быстрыми галками летели секунды, минуты, часы… День сменился сумраком, который поглотил свет, тут же погрузившийся во тьму… Свет. Тень. Они сменяли друг друга всё быстрее и быстрее. Серость окутала Алису душным одеялом бесчувствия. Она распахнула глаза и, судорожно вдохнув, завопила так отчаянно, словно от этого зависела её жизнь. Понимала, что дракона не остановить, но всё равно кричала. Ощутив колющую боль, попыталась отпихнуть драконью морду и вырвать руку из зубов Сиза.
— Держите пациентку! Сестра, ещё пять кубиков… Быстрее!
Алиса замерла и, ощущая, как сердце забилось в горле, осторожно приоткрыла глаза. Увидев белоснежные стены больничной палаты, вдохнув запах спирта и лекарств, громко всхлипнула.
— Алиса? — голос незнакомый, но приятный. Она повернула голову и тут же сощурилась от яркого света. Болезненно поморщилась, доктор отключил фонарик и улыбнулся: — Ты меня видишь?
Кивнула и хрипло спросила:
— А где дракон?
Доктор приподнял густые брови и, переглянувшись с юной медицинской сестрой, мягко улыбнулся:
— Дракон улетел, солнышко! Зато скоро придёт твоя мама, ей уже сообщили, что ты очнулась…
— Мама? — голос предательски дрогнул, на глаза навернулись слёзы: — Так я что, жива? Я дома?!
Доктор, отметив что-то в планшете, решительно поднялся, его место заняла миловидная девушка в белоснежном халате. Она погладила по руке и успокаивающе шепнула:
— Скоро тебя выпишут, и ты отправишься домой.
— Алиса!
В палату ворвалась мама, отпихнув недовольную сестру, склонилась над кроватью. Ощупала лицо дочери и, зажмурившись, разрыдалась.
— Мама, — глотая слёзы, шептала Алиса. — Мамочка…
Когда мама немного успокоилась, то Алиса спросила:
— Мам, что случилось?
— Детка, — мама погладила Алису по щеке, — ты так меня напугала! Едва не утонула… Хорошо, что тебя заметил мужчина, который выгуливал собаку. Он вытащил тебя из воды… На кой ты туда вообще полезла?! Ты же плавать не умеешь! Ох, прости, прости… Ты три дня была без сознания, я чуть с ума не сошла! — Она порывисто обняла дочь: — Спасибо, что очнулась. — Поцеловала в макушку и добавила: — Знаешь, я столько передумала за это время… Хочешь петь в группе? Играть сутками в игры? Делай что хочешь, моя девочка. Только не пугай меня так больше. Хорошо?
Алиса решительно отстранилась и, глядя в глаза матери, серьёзно ответила:
— Спасибо. Но я больше никогда не позволю себе быть безвольной пешкой, мама. Я собираюсь стать хозяйкой своей жизни.
Мама притянула дочь и, обняв, молча погладила её по волосам.
* * *
Алиса решительно постучала в дверь, тут же открыла её и вошла в светлое просторное помещение. Вдохнула невероятно притягательный аромат пластика, проводов и растворимого кофе, да представилась:
— Я из «Хоум»! Мне позвонили насчёт…
— Да-да, — перебил невысокий мужичок. Он подбежал и, схватив её за руку, потащил в звукоизолированную комнату, суетливо подтолкнул к микрофону и махнул рукой: — Покажи, на что способна!
Дверь захлопнулась, и за стеклом Алиса заметила ещё пару человек. Один из них сидел за широким мелькающим миллионом лампочек столом и лениво передвигал один из сотни движков, а второй, скрестив руки, стоял рядом. С первого взгляда было понятно, что это очень важный и занятой человек: вся его внешность, начиная от идеальной причёски, заканчивая фирменными часами, излучала ауру власти и больших денег. Судя по тому, как подобострастно вёл себя перед ним встретивший Алису мужичок и как нетерпеливо посматривал в сторону девушки, времени выделено очень мало.
Алиса глубоко вдохнула и, прикрыв глаза, начала петь. Как всегда, собственный текст унёс её в воображаемую страну Дальгонию, где жил прекрасный принц с ледяным взглядом и ироничной улыбкой, где голубое небо рассекал золотистый дракон, а на зелёной равнине сиял абсолютно целыми стенами Белый замок, вдали от которого мрачно темнел Чёрный. Где в Корнишинских копях спали каменные драконы, а могущественные волшебники переставляли по доске судеб фигуры королей и простолюдинов…
Слёзы холодили щёки, сердце сжималось от тоски, снова и снова накрывая мучительными волнами невозможно-призрачного счастья. Алиса замолчала и, тихо всхлипнув, подняла глаза. Хмурый мужчина сухо кивнул и быстрыми шагами покинул комнату, а улыбающийся толстячок распахнул дверь и поманил её. Алиса пожала плечами и, лишь вздохнув, вышла из звукоизолированной комнаты. Подумаешь, ещё одна неудача. Не первая, не последняя. Ребята, конечно, снова расстроятся, но вечером группу ждут в одном известном баре. Если их музыка понравится владельцу, можно будет неплохо подзаработать и начать копить на создание собственного альбома. Менеджер заюлил:
— У нас проблемка…
— Я понимаю, — улыбнулась Алиса, глядя, как мужичок разминает свои пальцы. — Наша музыка необычна. У группы нет стремления понравиться всем. Не переживайте…
— Э, — виновато улыбнулся тот. — У нас очень неприятная проблемка. Исполнитель, с которым уже подписан контракт, внезапно схватил пневмонию. Уже проплачена реклама на телевидении, участие в шоу и прочее… А боссу очень трудно угодить. Сотня прослушиваний, и всё мимо.
— Я вас не понимаю, — сухо перебила его Алиса. И, глянув на сотовый, нахмурилась: — Извините, у меня мало времени. Можно ближе к делу?
Менеджер схватил её за руку и бухнулся на колени. Алиса нервно хихикнула:
— До самой смерти?
Не обратив на её слова внимания, мужчина возопил:
— Спаси меня! Если ты не согласишься начать запись альбома прямо сегодня, я труп!
Алиса вздрогнула и опустилась на корточки. Вцепившись в тёплые потные пальцы менеджера, выдохнула:
— Так ему что, понравилось?! И вы выпустите наш альбом?
— Только вам придётся практически жить в студии, и не меньше недели! — взвыл менеджер. — Умоляю, не отказывайся!
— Да ни за что, — улыбнулась Алиса. — Сообщу ребятам, и после вечернего концерта сразу едем к вам. С вещами!
— Только, — протянул менеджер и хитро посмотрел на неё: — Название надо обсудить… Как-то не звучит. Вашей мощной рок-музыке и фэнтезийным текстам больше подойдёт что-то вроде «Проклятие колдуна» или «Замок дракона» или…
— Не обсуждается, — Алиса коротко хлопнула менеджера по плечу и поднялась. — Или вы принимаете группу с названием «Хоум» или я ухожу.
Решительно направилась к двери, но менеджер схватил её за кисть и, широко улыбаясь, потряс руку:
— Какая твёрдость! Ценю, ценю… Думаю, мы с вами сработаемся!
— До вечера, — вежливо попрощалась Алиса.
Она выскочила из высокого здания и снова посмотрела на сотовый: если автобус подойдёт быстро, то она успеет заехать домой за рюкзаком, если нет, придётся позвонить маме и попросить привезти вещи. Раздался резкий сигнал клаксона, Алиса обернулась и с улыбкой посмотрела на золотисто-зелёный седан. Боковое стекло опустилось, синеглазый вихрастый Колька высунулся почти по пояс и отчаянно замахал ей:
— Алиса! Миелофон!
— Зачем тебе? — привычно огрызнулась она на давным-давно надоевшую шутку: — Сначала раздобудь себе мозги, чтобы было что изучать!
Каждый раз, при встрече с другом она не могла отделаться от чувства, что заглядывает в Дальгонию через щёлочку: Коля был так похож на шустрого синеглазого пацана по имени Пол! Сердце защемило от боли, глаза наполнились слезами.
— Почему опять глаза на мокром месте? — тут же насторожился Николай. Понимающе кивнул на многоэтажку: — Снова отказ? Брось, а то уронишь! У нас их за год уже миллион был: одним меньше, одним больше…
Алиса приблизилась и, схватив Кольку за шиворот, ехидно прошипела:
— А нас взяли!
— Чего?! — лицо его потешно вытянулось, глаза округлились.
— Нам запишут альбом! — закричала Алиса так громко, что прохожие начали оборачиваться. — Уже проплачена реклама на телевидении. Вечером всем быть на студии!
— Йо-хо-хо! — заверещал Колька, выпадая из окна. Упёрся ладонями в асфальт, вылез и, закружив Алису, закричал: — Да ты же просто волшебница!
Улыбка её мгновенно погасла, взгляд стал злым, поза напряжённой. Коля хлопнул себя по губам:
— Ох, прости-прости! Я и забыл, что лучше тебя злодейкой обзывать, чем… этой. — Потянул к машине: — Если подвезу, простишь смерда, госпожа? — Затолкал её внутрь и уселся на водительское сидение и подмигнул: — Прокачу с ветерком! Знаешь, как я назвал своего красавца? — Вытаращился и выпалил: — Сиз!
Алиса иронично покачала головой:
— Ох, Пол, ты в своём репертуаре!
— Не знаю, почему ты порой называешь меня Полом, — опуская ручник, ухмыльнулся Николай. — Но мне даже нравится. — Хитро покосился на неё: — Клянусь, даже в паспорте поменяю… если согласишься встречаться!
Алиса опустила голову и посмотрела на сплетённые пальцы сложенных на коленях рук, едва слышно шепнула:
— Прости.
На секунду Коля сжал челюсти так, что по бледным щекам затанцевали желваки, его обманчиво-юное мальчишеское лицо стало непривычно серьёзным, взгляд колючим. Но тут же старый друг снова расплылся в улыбке:
— Вот дурак я! Надо было соглашаться, когда ты меня тогда звала на свидание. А теперь поздно… — Вновь испытующе покосился на неё: — Похоже, твоё сердце надёжно занято. Но я ни разу не видел, чтобы ты общалась со своим парнем. Не встречаетесь, не созваниваетесь… интересно, почему? А? — Он нарочито весело расхохотался и проговорил: — Только не говори, что он умер!
— Нет, он не умер, — стараясь, чтобы голос не дрожал, ответила Алиса. Она повернулась к Николаю и спокойно добавила: — Я умерла.
Коля молча нажал на педаль газа, и оставшееся время они провели в напряжённой тишине. Затормозил около автобусной остановки, — Алиса не разрешала подвозить себя до дома, чтобы не нервировать маму, — и буркнул:
— Я понял. Но… если оживёшь в этой жизни, сообщи мне. Хорошо?
Алиса механически улыбнулась и кивнула. Когда седан Коли растаял вдали, повернула к дому. Деревья шелестели, солнце золотило яркую зелень, мерцало серебром на поверхности реки, из ближайшей булочной доносились ароматы ванили и свежей выпечки. Алиса невольно замедлила шаг, любуясь танцем водорослей в глубине реки. Прошёл год, а всё ещё больно. Она уже привыкла тихо плакать по ночам, а утром осторожно, чтобы не видела мама, выкладывать мокрую подушку на окно для просушки. Работала до изнеможения, чтобы видеть меньше снов… Но стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором снова вставало его лицо, и даже мельчайшие подробности не стирались из памяти. По щеке скользнула слеза, но стереть её Алиса не успела — кто-то толкнул в спину с такой силой, что едва удалось устоять на ногах и не упасть в воду.
— Рей! — раздался суровый мужской окрик.
Алиса вздрогнула и резко развернулась, тут же оказавшись во власти невероятно дружелюбной собаки. Пушистое чудо бросалось на неё, облизывало всё, до чего могла дотянуться, игриво прикусывало за одежду… Подбежал невысокий стройный мужчина средних лет и, с трудом оттащив собаку за ошейник, виновато проговорил:
— Девушка, простите! Рей едва не столкнул вас в воду…
— Ничего страшного, — мягко улыбнулась она, вытирая с лица последствия любвеобильности чужого пса. — Я умею плавать. Один раз едва не утонула, так что пришлось научиться. Оказалось, не так уж это и сложно.
Он подал руку. Алиса, с благодарностью приняв её, поднялась и посмотрела на мужчину, да так замерла. По спине прокатилась жаркая волна, в ушах зашумело, с языка сорвалось:
— Алон?!
— Ален, — просиял тот. Алиса едва сдержалась, чтобы не отступить, а тот продолжал: — Так вы меня помните? — Он потрепал по загривку активно машущего хвостом пса: — Год назад Рей вас учуял, а я вытащил из воды.
Алиса, ощущая себя так, словно на неё только что наехала поезд, пробормотала:
— С-спасибо…
— Не за что, — белозубо улыбнулся Ален. И подмигнул: — Вы сильно изменились за это время. Из гадкого утёнка превратились в шикарного лебедя! Слышал, ваша рок-группа популярна.
Алиса, не в силах вымолвить ни слова, едва заставила себя кивнуть, а Ален не унимался:
— Это замечательно! Я всегда верил, что музыка приносит в мир настоящее волшебство! В ваших руках, Алиса, магия рока. — Хитро покосился на реку и как бы невзначай произнёс: — Если захотите пообщаться с… Реем, приходите к этому месту. Я выгуливаю его каждый день.
И, потянув за собой упирающуюся и поскуливающую собаку, не торопясь направился вдоль реки. Алиса долго смотрела им вслед, затем похлопала себя по онемевшим щекам и пробормотала:
— Бывают же совпадения! Спокойно, Алиса, это не южный волшебник. Просто прохожий…
Глянув на телефон, чертыхнулась и практически бегом направилась домой. Во дворе, на скамейке, как обычно сидели местные старушки.
— Алиса! — подскочила первая. Шустро подбежала и цепко ухватила за локоть. — Я тебя тут жду и жду! Помоги, милая! Васька совсем от рук отбился… Сутками в компьютере, окаянный! Я уже и диски в микроволновке жарила, и интернет отключала, ничего его не берёт… — Она заискивающе посмотрела в глаза: — Может, возьмёшь его в группу? Пусть хоть полы моет! Ты так изменилась, повзрослела… прямо на глазах! Хочу, чтобы внук тоже за ум взялся.
Алиса поджала губы и отцепила пальцы старушки от многострадального локтя: этот спектакль продолжался изо дня в день.
— Я уже говорила, Таисия Никинишна, что у Василия абсолютно нет слуха, — терпеливо проговорила она. И тут же добавила: — Но он прекрасно ладит с животными. Я могу взять его с собой на ипподром. С невысоким ростом и стройным телосложением он может попытаться стать жокеем…
— Тьфу, срамота какая! — упрямо сплюнула Никинишна. И снова заискивающе посмотрела снизу вверх: — Может, послушаешь Ваську ещё разок, а? Теперь он поёт гораздо лучше!
— В душе? — саркастично хмыкнула Алиса и снова покачала головой: — Мой ответ нет.
— Но ты же ищешь в группу бэк-вокал! — не сдавалась та.
— Простите, я спешу, — отрезала Алиса.
Она пошла дальше, а настойчивая старушка всё доказывала, что её внук самый замечательный в мире, стоит только отковырять его от компьютера, перепоёт даже Клауса Майне. Алиса невольно улыбнулась и покачала головой — музыкальный вкус у Никинишны всё лучше и лучше! — и поторопилась к подъезду. Щёлкнул замок двери, под ногами закрутился обрадованный Тишка. Алиса присела и сграбастала пса. Уткнувшись в мягкую шерсть, шепнула:
— Прости, приятель, я опять исчезаю.
— Алиса? — мама выглянула с кухни. — Есть будешь?
— Некогда, мам, — улыбнулась та и, поцеловав её в щёку, виновато добавила: — Меня не будет неделю, если не больше. Нам повезло — одна студия звукозаписи согласилась работать с «Хоум». Я за вещами…
Мама отложила половник и взяла дочь за руку.
— Алиса, — едва сдерживая слёзы, проговорила она, — я так за тебя рада! Ты много работала и заслужила самого лучшего… Но, детка, ты себя совершенно не жалеешь. — Помолчала и, отвернувшись, глухо проговорила: — Думаешь, я не замечаю мокрую подушку? Мне больно за тебя. Сердце разрывается… Может, расскажешь, что тебя так гложет? Я не знаю, что и думать.
Алиса порывисто обняла мать:
— Прости.
Что она могла рассказать? О том, что после того, как едва не утонула, у неё случились галлюцинации? О том, что умудрилась влюбиться в того, кого не существует и никогда не существовало? Да так сильно, что с каждым днём становится лишь тяжелее. Время совсем не лечит, любимое дело не приносит облегчения, все её песни пронизаны чувством тоски по волшебной удивительной… и абсолютно нереальной Дальгонии. Шутки подсознания, где смешались реальные лица знакомых и болезненная фантазия. Пол превратился в Николая, Ален в волшебника Алона… жизнерадостный пёс Рей… остался самим собой. Наверняка, если поищет, она узнает и других. Кроме него. Таких идеальных, как Клод, просто не существует! Она придумала этот образ и полюбила его. Жестокие шутки подсознания.
Зазвонил сотовый, Алиса вздрогнула и осторожно высвободилась из объятий матери: обрадованная, что не придётся отвечать, схватила трубку.
— Да! — И тут же взвилась: — Вовка, я же просила не трогать мою гитару! Ну и что? Скоро буду и сама всё упакую.
Отключила и, подхватив заранее приготовленный на случай, если возникнет срочное выступление в другом городе, рюкзак, клюнула мать в щёку.
— Мам, пока!
— Звони! — подскочив, мама проводила до выхода и ещё долго, пока дочь спускалась по лестнице, не закрывала дверь.
Алиса выскочила во двор и, весело помахав вновь оживившейся Никитишне, побежала к автобусной остановке. Едва успела на рейсовый и, усевшись на свободное место, с выдохом водрузила пузатый рюкзак на соседнее. Посмотрела на старушек и грустно улыбнулась: надо будет подарить упрямой старушке альбом… когда выйдет. С автографом! А за это взять Ваську на урок верховой езды. Из парня точно выйдет толк! Стоит перестать на него давить…
Алиса по себе знала, как тяготит необходимость делать то, к чему не лежит душа, но что взрослые очень активно навязывают, оправдываясь тем, что хотят для детей лучшего. Хочется спрятаться, скрыться, убежать. Но ни игры, ни просторы интернета, не дадут той полноты жизни, захватывающего счастья, когда занимаешься тем, чему действительно готов посвятить свою жизнь! Три дня могут изменить человека, перевернуть его жизнь, дать стимул взять судьбу в собственные руки. Даже если эти дни прошли в бреду…
Мимо проплывали дома и деревья, Алиса, сощурившись от лучей вечернего солнца, размышляла о порядке песен на вечернем выступлении. Бар называется «Король и шут», и композиции нужно подобрать соответствующие, желательно ограничить исполнение известных песен, поставить больше своих… Но одну популярную она исполняла всегда. Глядя в окно, запела вполголоса: «I love rock n’roll! So put another dime in the jukebox, baby». Стремясь сдержать слёзы, смолкла и прикусила губу.
— Девушка, не грустите.
Алиса обернулась и удивлённо посмотрела на улыбающегося мужчину. Его некрасивое лицо показалось ей смутно знакомым, но она не смогла вспомнить, где его видела. Кивнула:
— Не буду.
Мужчина положил на её плечо свою непропорционально длинную крупную руку и добавил:
— Всё наладится.
Поднялся и, удерживая под мышкой объёмный саквояж с красным крестом, двинулся к выходу. Алиса проследила за ним и тихонько вздохнула:
— Уже не верится. Что-то сломалось во мне и никак не хочет налаживаться.
Подхватила рюкзак и приготовилась выходить на следующей. Под полупрозрачным навесом остановки её поджидал Коля, неподалёку, на стоянке, золотисто блестел его седан. Друг подскочил и направился к Алисе. Выхватив рюкзак, неровно улыбнулся:
— Ты прости за то, что наплёл. Не бери в голову! Кажется, я перенервничал по поводу предстоящей записи…
— Я не сержусь, — спокойно кивнула Алиса и, положив руку на предложенный локоть, спросила: — Всем сказал?
— Ага, — с удовольствием ответил друг, нетерпеливо приплясывая рядом: — Парни кипятком писали! Кое-кто до сих пор в обмороке! Вовке по шее дал и отобрал твою гитару…
— Спасибо, — выслушав отчёт, рассмеялась Алиса. — Не знаю, почему он постоянно руки к ней тянет!
— Как почему? — взволнованно подпрыгнул Коля. — Это же раритет! Выглядит круто, звучит потрясно! Как тебе удалось её раздобыть?
Алиса задумчиво поджала губы: это бы она и сама хотела бы узнать. Старинная гитара вдруг появилась, когда она после выписки из больницы пришла в их старенький гараж, где иногда проводились встречи тогда ещё безымянной группы. Стоило взять в руки округлый деревянный инструмент, как возникли слова, полилась музыка, родились необычные песни. Коля и Вовка решились пойти за подругой и, когда Алиса решительно арендовала удобное помещение для группы, нашли ещё и барабанщика. Никто не противился странному названию «Хоум». Пели в переходах метро, размещали ролики в инете, соглашались на любые платные и бесплатные выступления… И вот, наконец, удача!
Коля жестом фокусника распахнул перед ней дверь, и Алиса зажала уши от раздавшегося крика. Парни орали, топали, свистели, хлопали в ладоши. Алиса весело рассмеялась и подняла руку, призывая к тишине.
— Не расслабляемся, — строго проговорила она. — Нам ещё предстоит выступление. Необходимо очаровать и хозяина «Короля и шута», и слушателей, чтобы получить работу!
— Так у нас же запись, — растерянно отозвался Павел. Поигрывая барабанными палочками, спросил: — Разве у нас будет время?
— Не рассчитывайте, что выпустив альбом, мы мгновенно станем богатыми и счастливыми. Это лишь ещё одна ступенька наверх. Наша медаль, которую мы повесим на стену и будем гордиться да вдохновляться на новые достижения! Но награду на хлеб не намажешь. Так что работаем красиво, ребята. Каждый раз…
— Как последний, — дружно отозвалась команда.
— До самой смерти, — иронично улыбнулась Алиса.
Укладывая вещи в машину Николая, думала об этих словах. В фантастическом сне они раздражали и злили, но в обычной жизни помогали прийти в себя, собраться с силами и идти дальше. Жизнь — тот же сон, который в любой момент может оборваться. Где мы проснемся, никто не знает. Может, это будет следующий уровень божественной игры, а может наступит полный «game over»… Но пока игра продолжается, не стой на месте.
Музыка стала тем самым настоящим, что пронизывает жизнь Алисы красной нитью. Связующим звеном с пусть и нереальным, но фантастически-прекрасным миром, где она оставила своё сердце. Была ли она за порогом, когда едва не утонула? Никто не может сказать наверняка. Но если это и так, то она с радостью завершит этот уровень жизни и перейдёт на следующий. Не торопясь, сделает всё, что может в этом мире, и не будет страшиться оказаться за порогом.
— Проснись! — Вова хлопнул её по плечу, и Алиса вздрогнула, а парень с кривой ухмылкой добавил: — Когда у тебя такое лицо, у меня мурашки по всему телу.
— Какое лицо? — уточнила Алиса.
— Словно ты готовишься к смерти. — Он передёрнул плечами и тут же оживился: — Кстати, не вздумай помирать сегодня! Я пригласил на наш концерт одного прикольного пацанчика… Если мы ему понравимся, он станет твоим бэк-вокалом!
Алиса хихикнула и приподняла брови:
— Ты ничего не перепутал? Может, если он нам понравится?
— Не перепутал, — отмахнулся Вовка. — Он всем нравится. Кстати, голос у него… пронизывающий! Внутри аж всё вибрирует… Так что бойся — он может тебя затмить!
— Тогда я его точно не одобрю, — саркастично хмыкнула Алиса. — Зачем мне конкуренция? Пусть свою группу создаёт, раз такой супер-талантливый…
Парни подхватили эту тему, начали спорить, а Алиса задумчиво смотрела в окно и постукивала кончиками пальцев по старинной гитаре, прямо как из её сна. Она не отважилась положить раритет в багажник с остальными инструментами.
Хозяин встретил их радужно, потряс руки пацанам, галантно прикоснулся пухлыми губами к тыльной стороне её ладони и, указав на небольшую сцену, растворился в полутьме зала. Вовка, напоминая гигантскую улитку, потащил инструменты, Николай придирчиво осматривал розетки и удлинители, а Алиса помогала Павлу с барабанной установкой. Постепенно в зале становилось всё более шумно, посетители всё прибывали, пустовали лишь аккуратные круглые столики с табличками «Резерв». Сердце Алисы билось всё быстрее, во рту пересохло от приступа привычного страха.
Она подхватила приготовленную бутылочку воды и подошла к микрофону. Кровь быстрее побежала по жилам, сердце застучало, казалось, в ушах. Всё это было знакомо. Уже в который раз на ней сосредоточено внимание множества людей, но эмоции оставались всё такими же сильными, легче не становилось. Да Алиса и не желала этого. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, глотнула воды и с немым вопросом посмотрела на парней. Коля кивнул, Павел, поднял барабанные палочки. Раз, два, три…
Музыка подхватила её, вознесла над толпой, над городом, над миром. Ощутив себя в нереальном сне, Алиса вскинула подбородок и в который раз поведала свою историю, в которой она, держась за золотистые чешуйки дракона, парила над облаками. Стихи изливались полноводной рекой, слова осыпались песчинками волшебного порошка, разрушая недоверие в глазах слушателей, погружая всех посетителей бара в зачарованный туман фантазии. Последние аккорды, и после секундной тишины взрыв аплодисментов.
Вернувшись в полутёмный зал из волшебных грёз, Алиса смущённо улыбнулась и отступила от микрофона. Каждый раз после исполнения собственных песен она ощущала себя так, словно оголилась перед толпой. Обнажила больше, чем тело, — раскрыла сердце и душу. Поворачиваясь, мазнула взглядом по зрителям и, заметив знакомый взгляд, замерла на месте. Сердце пропустило удар: он? Ребята уже начали проигрыш следующей композиции, а Алиса так и стояла, выискивая голубые глаза, выражение которых сжало грудь ледяными тисками.
Парни переглянулись, вступление пошло по второму кругу, к Алисе приблизился Николай и прошипел:
— Что с тобой?
Алиса моргнула, растерянно оглянулась и с виноватой улыбкой кивнула. Взгляд уже не искала: наверняка, просто показалось. Следующей песней поведала слушателям о битве жестоких волшебников, о злой магии и каменных сердцах тех, кто привык к собственной силе и не обращает внимания ни на слабость обычных людей, ни на хрупкость их жизней. После припева обернулась к Павлу, подошла к барабанной установке и, двигаясь под музыку, передала эстафету зрительского внимания: этот парень божественно владеет инструментом! Пока звучало соло барабанщика, поставила бас-гитару и, подхватив старинный инструмент, присела на край сцены. Коля, который уже исчез со сцены, тихо переговаривался с хозяином бара.
Стихла музыка, и поток света окружил Алису. Стараясь не глядеть в сторону, откуда в неё бил мощный луч прожектора, перебирала струны. Эту старую песню мало кто знал, но она всегда её пела, на каждом концерте и только под раритетную гитару.
Голос её задрожал, и Алиса, глотая слёзы, прижала ладонь к струнам. Луч погас и, когда темнота навалилась на неё, прошептала одними губами:
— Отпустите меня домой.
Алиса вздохнула и, отложив гитару, начала подниматься, как к локтю её вдруг кто-то прикоснулся, и раздался шёпот:
— Не грусти, Хоум…
По спине прокатилась ледяная волна, Алиса замотала головой, пытаясь рассмотреть, кто это сказал. Тут же раздалось вступление другой, уже очень популярной песни. При первых же аккордах в зале раздались восторженные выкрики и одобрительные хлопки. Вовка помог ей подняться, подал бас-гитару и Алиса, выбросив из головы загадочный голос, запела:
— I love rock n’roll! So put another dime in the jukebox, baby!
Мысли разлетелись, музыка несла вперёд, слушатели повскакивали с мест и, танцуя, подпевали. Эмоции захватили её, щёки высохли, парни подхватили ритм, выдавая всё, что только могут. Алиса, ощущая в этот миг поток счастья, подумала, что даже воспоминание о любви лучше, чем никогда не испытывать это чувство. И плевать, что влюбилась она во сне, чувства всё равно настоящие! И никто никогда не докажет ей обратного!
После концерта, получив деньги и предложение выступать в «Короле и шуте» каждую неделю, смеясь, дружной стайкой они высыпали на улицу. Вовка привычно потащил инструменты к машине, как вдруг, увидев кого-то, замер и крикнул:
— Алиса, вот он — твой новый бэк-вокал! — положил ношу на землю и добавил: — Судя по всему, парню понравилась наша группа и он готов, чтобы «Хоум» стала и его домом.
Алиса иронично посмотрела на Вову:
— Может, это буду решать я?
Он хитро улыбнулся и подмигнул:
— Я готов поспорить, что ответ твой будет положительным. Коля от ревности локти сгрызёт… Парень само совершенство!
Алиса фыркнула:
— Не тяни, показывай своё совершенство, а то нам уже на студию пора.
Вова за плечи развернул её и представил:
— Кстати, его зовут так же, как господина из твоей песни…
— Клод?!
При виде высокого парня с голубыми глазами и тёмными волосами, у Алисы сердце пропустило несколько ударов. Слегка высокомерный льдистый взгляд Клода, который как две капли воды был похож на Светлого господина из её сна, словно отрезвил её.
— Спокойно, — пробормотала она. — Видимо, я его где-то уже видела, да так впечатлилась, что создала идеальный образ… в который и влюбилась.
— Что? — переспросил Клод. Идеальные губы его изломились в ироничной усмешке, ровные брови слегка приподнялись. — Действительно влюбилась?
Алиса, прикусив нижнюю губу, слегка покраснела. Показав смеющимся пацанам кулак, внимательно осмотрела новенького. Светлая футболка выгодно очерчивала широкие плечи, а джинсы визуально удлиняли и без того не короткие ноги, но, несомненно, камзол и брюки ему пошли бы больше. Длинные волосы стянуты в хвост, и Алиса едва сдержалась, чтобы не сдёрнуть резинку, чтобы распустить их. Улыбнулась:
— Ещё не влюбилась, но потенциал есть. Если ты поёшь хотя бы вполовину так хорошо, как выглядишь, то, — так и быть! — приму тебя в «Хоум»!
Парень пристально посмотрел ей в глаза и запел низким вибрирующим голосом, от которого внутри всё сжалось, а по коже поползли мурашки:
Голова закружилась, и Алиса, покачнувшись, едва не упала, но кто-то поддержал её. Перед глазами потемнело, в ушах зашумело. Что это? Этот голос. Она не может ошибиться! Да, игры подсознания могут быть извращёнными, но пение Светлого господина она узнает всегда и везде. И пусть слышала его лишь однажды, да и то во сне, но всё равно не забудет никогда. Музыка не лжёт. Это он! Ощущая объятия, отчаянно боялась открыть глаза и не пережить разочарования.
— Хоум, — услышала жаркий шёпот и сжалась ещё сильнее. — Наконец-то я нашёл тебя.
Руки затряслись: так это действительно Клод?! И Дальгония не сон?
— Ты? — прошептала она и стукнула его в грудь. — Ты настоящий? Поверить не могу… Ты живой?
— Это ненадолго, если будешь так меня дубасить, — тихо рассмеялся он.
— Скажи спасибо, что не гитарой! — хихикнул Вовка. — Алиса это обожает!
— Я в курсе, — тихо рассмеялся Клод, прикасаясь к своей макушке. — И да, спасибо, что не гитарой!
— Тебе не кажется, что падать в его объятия было необязательно? — раздражённо спросил Коля, дёргая Алиса за руку.
— Захлопнись, Отелло! — захохотал Павел. — Понятно же, что они не первый день знакомы… скорее всего, даже не просто знакомы, а встречались. Вот как глазами друг друга пожирают. А ну признавайтесь!
Клод приобнял Алису за плечи и, решительно отстранив злого Николая, спокойно ответил:
— Ещё нет. Но будем встречаться. Я планирую жениться на Хоум.
— Ого, — протянул Вовка. — Хочешь жениться на группе?! А что, если кто-то будет против? Я, например, замуж выходить как-то не планировал… И вообще, ты конечно хорош, но лично я по девочкам!
Алиса вцепилась в телефон и решительно высвободилась из объятий Клода.
— Кстати о «Хоум», — строго произнесла она. — Ничего что нас ждут в студии? Поехали!
Она взяла Клода за руку и повела к машине, но Коля преградил дорогу.
— Мест нет, — мрачно сверкая глазами, проговорил он.
— Хорошо, — холодно улыбнулась Алиса. — Мы с Клодом поедем на такси, а вы подъезжайте к студии на Сизе.
Коля, не ожидая такого поворота, насупился, а Павел нетерпеливо потащил его к седану. Клод удивлённо посмотрел на Алису и приподнял брови:
— На Сизе?
Она легонько улыбнулась и, обхватив его руку прохладными ладошками, ответила:
— Так Коля назвал свою машину. Ещё хочет на капоте дракона нарисовать.
Опустила голову и, боясь даже думать о том, кто рядом, повела его к бару, около которого желтели свободные такси. Год, как Алиса уживалась с мыслью, что Дальгония была лишь сном! Но в один миг вернулись все воспоминания… все чувства. Тот мир не был сном, и то, что она сейчас держит тёплую руку Клода, тому подтверждение. Или она всё же сошла с ума? Резко остановившись, помялась и спросила:
— Ты действительно… он?
— Хоум, — проникновенно произнёс Клод и, приподняв её голову за подбородок, с улыбкой посмотрел в глаза: — Ты же не думала, что сможешь сбежать от меня? Да, мне понадобилось время и помощь самого могущественного волшебника, но в итоге я нашёл тебя. Знай, что тебе не скрыться ни в одном из миров…
— А их много? — ахнула Алиса.
— Даже слишком, — жёстко ответил Клод. Сжал губы и посмотрел на неё так, что в животе запорхали бабочки: — Почему ты бросила меня после того, как призналась в своих чувствах?
Алиса потёрла шею и усмехнулась:
— Кое-кто собирался мне голову оторвать.
— Я хотел оторвать её Тёмной госпоже, а не Хоум…
Алиса приподняла брови:
— Хочешь сказать, что поверил мне? Почему вдруг такая перемена?
Он обхватил её лицо ладонями и заглянул в глаза:
— Всё просто. Злодейка бы никогда не пожертвовала собой ради кого-то другого! Но я понял, что ты другая слишком поздно, прости меня…
Он прикрыл веки и, склонившись, легонько прикоснулся губами ко лбу Алисы. Она затаила дыхание, принимая ласку, впитывая сердцем его безмолвное признание.
— Эй, голубки!
Вздрогнула и посмотрела на мрачную физиономию Николая. Он царапнул Алису ревнивым взглядом и кивнул на машину:
— Садитесь. Все поместимся…
— Почему передумал? — сурово спросил Клод.
— Если вас оставить, — скривился тот, — то так и будете миловаться до утра… А у нас запись!
Они двинулись к седану, и Алиса, слегка отстав, легонько пожала руку друга:
— Спасибо.40393c
— Не за что, — вырвал он ладонь. Покосился на широкую спину Клода и горько добавил: — Я так понимаю, это он и есть.
— Ты о чём? — удивилась Алиса.
— Тот, для кого ты умерла, — буркнул Вова, усаживаясь на водительское сидение.
Хлопнул дверью, словно показывая, что теперь она для него если не умерла, то перестала быть девушкой. Алису это полностью устраивало, так что она забралась на заднее сидение и, несмело прижавшись к Клоду, с замиранием сердца положила голову ему на плечо.
— А как же мир и процветание Дальгонии? — тихо спросила она.
— С этим прекрасно справляются Лора, — шёпотом ответил Клод, — и Тео…
Алиса встрепенулась:
— Тео?!
Клод кивнул и, иронично покосившись на удивлённую Алису, не выдержал и рассмеялся:
— Не веришь, что Тео так быстро забыл тебя? Что поделать… Чувство вины перед Лорой быстро переросло совсем в другое чувство! Они поженились, и теперь вдвоём правят Дальгонией.
— Вот это да! — потрясённо ахнула Алиса. Схватила его ладонь и с бьющимся сердцем спросила: — Слушай, а пёсик? Рей… Я так переживала за него! Могу поклясться, что видела его мёртвым, но потом снова живым, он сбил меня с ног в пещере…
— Так что ты хочешь знать? — улыбнулся Клод. — Нашёл ли Рей себе пару? Не знаю, извини…
— Нет же! — отмахнулась Алиса. — Он действительно жив? Я видела, как Алон его убил!
— Южный волшебник лишь на время успокоил собаку, — покачал головой Клод. — Пёс пытался защитить человеческую суть дракона, но в итоге лишь мешался под ногами.
— Божечки! — облегчённо выдохнула Алиса. — Рей выжил! Я проклинала жестокого волшебника каждый день…
— Да? — хмыкнул Клод. — А в это время он, икая, помогал мне обшаривать миры в поисках того самого, куда тебя затянуло. — Прижал её к груди и прошептал: — Знаешь, то мгновение, когда ты предложила себя в жертву дракона, было самым ужасным в моей жизни. Благо, ты послала к воротам стражника перед тем, как спуститься к Сизу. Если бы Алон не успел, ящер действительно добрался бы до тебя.
— А что он успел? — с любопытством спросила Алиса. — Остановил дракона?
— Остановишь его, — скривился Клод и колко посмотрел на Алису: — Он отправил тебя домой, вернув при этом настоящую злодейку. Последнее, что видела настоящая Алиса — была пасть Сиза.
Алиса передёрнула плечами и сильнее прижалась к Клоду:
— Это ужасно.
— Она получила по заслугам, — сурово отрезал он. — Подвергнуть Светлого господина и истинную Тёмную госпожу воздействию второго барьера и столько лет выдавать себя за наследницу Дальгонии — страшные преступления.
Алиса провела пальчиком по бицепсу Клода и тихо спросила:
— Значит, Сиза больше нет?
— Последний дракон присоединился к предкам, — кивнул Клод.
Павел, с интересом прислушиваясь к их разговору, не выдержал:
— Сразу видно двух вокалистов! Представляете, они уже обсуждают новые песни! — Он хитро покосился на парочку и елейным голоском добавил: — Чую, в репертуаре «Хоума» скоро появится много баллад о любви!
Коля вполголоса выругался и сильнее сжал руль.