Глава 17

17

Дверь открылась совершенно бесшумно. Бесшумными были и мои шаги. Джеймс все еще стоял ко мне спиной, наклонив голову. Я подошла ближе и нерешительно коснулась ворота его рубахи. В тот же самый миг, когда я это сделала, мой мир покачнулся: и я внезапно обнаружила, что стою, прижатая к стене, моя спина ноет от удара, мое горло вновь в тисках рук Джеймса, а он сам нависает сверху, не позволяя вырваться.

Он узнал меня в ту же секунду. Узнал – и в его глазах зажегся уже знакомый мне мрачный огонек.

– Подкрадываешься? – спросил он опасно. – Что ты затеяла, Амелия?

– Я просто хотела помочь, – честно ответила я.

– Ты – помочь?

Он не поверил мне. Конечно же, нет. Решил, что я что-то против него замышляю. Нужно его разубедить.

– Я увидела рану, – тихо сказала я, – и… поняла, почему ты отпустил Арлу. Ты ведь не хотел, чтобы она из-за этого беспокоилась, верно?

Джеймс стоял, молча буравя меня взглядом. Его глаза бегали по моему лицу, словно он изо всех сил пытался понять, о чем я на самом деле думаю.

– Я помогу, – повторила я, – раздеться. Можно?

Я устремила на него умоляющий взгляд. Мне нужно, чтобы он мне поверил. Мне нужно наладить с ним отношения. Мне нужно, чтобы он меня простил – ведь если он меня простит, то я, скорее всего, сумею вернуться домой. И этот кошмар закончится.

– Гира был прав, – вдруг сказал Джеймс, – ты не могла измениться так сильно, сестренка. Ты всегда меня ненавидела: с самой первой нашей встречи. И я не верю, что сейчас ты действуешь из добрых побуждений.

– Но это так! – воскликнула я. – Просто… дай мне еще один шанс! И я докажу тебе, что я изменилась!

Я говорила горячо и страстно – потому что сама верила тому, что говорю. Но Джеймс… не поверил.

– Ты упустила свой шанс, Амелия, – сказал он, и припечатал, – другого я тебе не дам. Уйди к себе, если не хочешь проблем.

Я опустила глаза, изо всех сил борясь с разочарованием. Если бы я только не закатила истерику… Если бы только не вывела его из себя… Если бы сразу помогла, вместо того, чтобы бросаться извинениями… Тогда все было бы иначе?

Той ночью я так и не смогла уснуть. Лежала в своей узкой постели и прислушивалась к шуму снаружи. В голове крутились разные мысли, и к утру я окончательно утвердилась в следующем: если у меня и есть возможность выбраться из этого мира, то сделать это я смогу только тогда, когда попрошу у всех прощения. А значит, этим мне и нужно заняться. Найти всех тех, кому я причинила зло и заставить их поверить в то, что мне искренне жаль. Не самый оригинальный план, но единственный, который у меня есть.

Утром я, несмотря на недостаток сна, чувствовала себя возбужденной. Мне не терпелось приступить к прощению, поэтому, стоило Тессе появиться, как я закидала ее вопросами:

– Тесса, скажи, я действительно… пыталась убить собственную мать? Герцогиню Шар’Ле?

Мысль об этом не давала мне покоя. Ладно, Джеймс и Вивиан, но чтобы местная Амелия покушалась на жизнь собственной мачехи? Немыслимо! Однако, я сомневалась, что Джеймс лгал, а значит, местная злодейка и в самом деле оказалась куда хуже, чем я представляла.

Тесса округлила глаза:

– Ты пыталась убить герцогиню Шар’Ле?

Я растерялась:

– Разве нет?

– Мне об этом ничего не известно…

Несколько секунд мы растерянно смотрели друг другу в глаза, затем я со вновь вспыхнувшей надеждой спросила:

– А что насчет остальных?

– Остальных?

– Тех, кого я тоже обидела. Ты знаешь их? Знаешь их имена?

– Зачем тебе?

– Хочу извиниться перед ними.

Тесса моргнула – а затем вдруг улыбнулась. Да так ярко и солнечно, что могла затмить собою вставшее светило.

– Вот теперь нет никаких сомнений в том, что ты абсолютно другой человек! Прежняя Амелия Шар’Ле скорее откусила бы себе язык, но не сказала бы «извини», особенно слугам.

Я смешалась и неловко отвела взгляд, но быстро взяла себя в руки:

– Так что, ты знаешь их имена?

– Нет. Но я могу узнать. Слуги постоянно болтают, так что не сегодня-завтра мы узнаем, что нужно.

Я обрадовалась. Мне определенно повезло, что Тесса теперь на моей стороне – без нее было бы невозможно получить эти сведения. В приподнятом настроении мы принялись за уборку, живо обсуждая, как быстрее получить список и как мне сподручнее просить прощения. Теперь, когда Тесса ко мне присоединилась, происходящее перестало казаться мне таким мрачным и безнадеждным, и я настолько воспряла, что даже рассмеялась над какой-то ее шуткой по дороге на завтрак.

А потом мне стало не до смеха.

Потому что когда дорогу нам заступили, я вдруг поняла одну простую вещь.

Когда мы с Тессой обсуждали, у кого я должна попросить прощения, мы обе как-то забыли про одного персонажа, которому досталось наравне с Джеймсом. Вернее, я забыла. И это было непростительной ошибкой с моей стороны, потому что персонаж был главным.

Да. Речь шла о Вивиан Лотус. Главной героине моего романа, нежном стойком ангеле – и невесте Джеймса Рока.

Которая теперь собственной персоной стояла напротив меня в окружении подобострастных служанок и смотрела на меня своими нежными, прекрасными глазами.