Глава 39

39

‒ Нервничаешь? ‒ спросил Джеймс.

‒ Заметно? ‒ слабо улыбнулась я.

Я стояла перед зеркалом и глядела на собственное отражение, одновременно узнавая ‒ и не узнавая себя. Я привыкла к внешности Амелии, привыкла к шерстяным черно-белым платьям, привыкла к чепчику и сапожкам служанок, привыкла даже к зеленому платью, которое мне подарил Джеймс ‒ но женщина, что сейчас смотрела на меня из зеркала, была абсолютно другой. Ее тяжелые блестящие волосы были собраны в изысканную прическу (труд совместных усилий Тессы, Бьянки и Мэри), кожа после скрабов и ванной с маслами мягко сияла, на шее переливалось на свету ожерелье из драгоценных камней ‒ очередной подарок Джеймса, ‒ а изысканное, тяжелое темно-бордовое платье подчеркивало достоинства фигуры. Женщина в зеркале была красивой ‒ и я с трудом укладывала в голове мысль, что этой женщиной была…

Я.

‒ Ты выглядишь изумительно, ‒ сказал Джеймс.

Он собственнически обнял меня сзади за талию и устроил подбородок на моем плече. Я благодарно улыбнулась:

‒ Спасибо. Чувствую себя так странно… Эти послы из Гётема… Ты уверен, что мне стоит присутствовать на ужине с ними? Вдруг я скажу что-нибудь не то?

‒ Уверен, ‒ Джеймс улыбнулся, ‒ что даже скажи ты, что небо красное, а в пруду плавают драконы, они с тобой согласятся ‒ будут слишком сражены твоей красотой.

‒ Я буду молчать, ‒ решила я, пропустив комплимент Джеймса мимо ушей, ‒ в тряпочку. Просто буду улыбаться, кивать и жевать, чтобы не пришлось разговаривать. Да. Так и сделаю.

Джеймс рассмеялся ‒ и, развернув меня к себе, запечатлел на моих губах поцелуй. Я сначала подалась навстречу, а потом спохватилась:

‒ Губы! Опухнут!

‒ Плевать.

Мы вышли спустя несколько минут. Идя по коридору, я встревоженно спросила Джеймса:

‒ Эти послы… Что мне нужно о них знать?

‒ Король Гётема стар, ‒ скучающе бросил Джеймс, ‒ слаб и уныл. Поэтому из года в год отправляет своих людей, чтобы заверить меня в своей дружбе и расположении.

‒ И мы ее принимаем? Эту дружбу?

‒ Пока мне это выгодно.

Я удивленно склонила голову набок:

‒ А это может стать для тебя невыгодным?

‒ Ганн, тот старик, легко поддается чужому влиянию. Его советник Клиод, к счастью, достаточно мудр, чтобы нашептывать ему мысли о дружбе со мной. Но Клиод тоже стар, не менее стар, чем Ганн, и вскоре либо отправится на тот свет, либо начнет сдавать позиции. И тогда его место займет другой ‒ тот, кто будет нашептывать королю в ухо. Если это снова будут слова о взаимном мире и обоюдном процветании, я буду продолжать привечать его послов в своем дворце. Но если новый советник возжелает исключительной для них выгоды, неудобных для нас отношений или торговых сделок, то я не буду идти навстречу.

Я нахмурилась:

‒ Я не совсем понимаю…

‒ Тебе и не надо, ‒ улыбнулся Джеймс, останавливаясь перед дверями в приемный зал, ‒ просто наслаждайся вечером.

‒ Его Величество, ‒ объявил распорядитель, ‒ король Джеймс Рока! Леди Амелия Шар’Ле!

Джеймс подал мне руку, я ее приняла, и вдвоем мы вошли в приемный зал.

Послов было трое. Я так нервничала, что забыла их имена сразу, как они представились. А вот меня они вспомнили сразу.

‒ Господа, ‒ сказал Джеймс, ‒ позвольте представить вам свою невесту.

‒ Я вас прекрасно помню, ‒ тут же отозвался один, ‒ еще во время своего последнего визита был сражен вашей красотой. Его Величество настоящий везунчик, раз сумел покорить женщину, подобную вам.

К счастью, на этом было все. Послы были достаточно умны для того, чтобы не задавать неудобных вопросов, и ужин протек плавно и без происшествий. Я старательно следовала своему плану и подавала голос лишь изредка, предпочитая больше прислушиваться к их разговору. Мужчины же обсуждали, казалось, все, что угодно ‒ кроме того, ради чего послы приехали на самом деле: засуху на севере континента, какую-то породу скакунов, похвастались своими гончими и охотничьими соколами. Ни слова о торговых отношениях, сделках или чего-то в этом роде. Я недоумевала, но продолжала удерживать на лице вежливую улыбку ‒ и когда ужин закончился, от всего сердца порадовалась тому, что сумела не оплошать, не перевернуть бокал или не пролить на себя вино.

‒ Ты была великолепна, ‒ сказал Джеймс.

‒ Просто следовала своему плану, ‒ отозвалась я.

Утром следующего дня Джеймс официально объявил о нашей помолвке. А уже пять минут спустя в покоях появилась леди Фер.

‒ Поскольку, ‒ произнесла она, поджав губы, ‒ вы теперь невеста короля, то вам более недопустимо жить в прилегающих покоях и занимать должность горничной. С этого момента вы переезжаете в другое крыло и будете проходить обучение, приличествующее королеве.

‒ В другое крыло? ‒ переспросила я. А потом меня озарило. ‒ Там, где сейчас живет леди Лотус?

‒ Совершенно верно, ‒ сухо отозвалась леди Фер.

Откровенно говоря, не самое лучшее соседство ‒ но перечить я не стала.

‒ У меня будет одна просьба. Я бы хотела забрать Тессу с собой. Хочу, чтобы она стала моей личной служанкой.

‒ Как пожелает леди.

Если бы голосом можно было засушить местность, то леди Фер превратила бы дворец в пустыню. Я ей не нравилась, это было очевидно. Думаю, она от всей души надеялась, что женой Джеймса станет Вивиан. И я продолжила:

‒ Леди Фер, я понимаю ваше беспокойство. Вы искренне переживаете за Джеймса, я это знаю. Но можете мне поверить, я действительно больше не желаю зла ни ему, ни кому бы то ни было еще ‒ и я сделаю все, чтобы стать достойной королевой и примерной женой.

‒ Позвольте мне, ‒ внезапно понизила голос леди Фер и, наконец, взглянула мне прямо в глаза, ‒ дать вам всего один совет. Если вы действительно желаете стать достойной королевой, то не надо лебезить и добиваться расположения абсолютно всех и каждого. Если не хотите, чтобы вас съели с потрохами, вам придется найти у себя твердый стержень и стать крепкой духом. Сейчас же… в вас нет ни того, ни другого.

И прежде, чем я успела как-то отреагировать, она вернулась к своему обычному сухому тону:

‒ Я провожу вас в ваши новые покои, миледи. Прошу следовать за мной.