Глава 59. Вне сюжета

Из оригинальной новеллы Шен знал, что где-то в ордене РР есть темница для наказаний очень сильно провинившихся учеников или еще непонятно зачем, но только сейчас ему довелось узнать, что находится она на пике Росного ладана. Как-то не было оказии до этого момента посетить вотчину старейшины Рэна, но теперь Шен готов был сделать это без зазрения совести. С этого момента он все собирался делать без зазрения совести.

Пик Росного ладана отличался от того же пика Синих звезд или Сиреневого рассвета большим количеством ладанных деревьев, покрывающих всю его вершину. Между этими толстенькими, не слишком высокими деревьями стоял деревянный дворец традиционного стиля, в котором и обитал хозяин пика. Ученики же его жили в большом вытянутом в длину доме, походящим на общежитие. Темница должна была находиться в скале на противоположном склоне. Шен не собирался без крайнего повода встречаться со старейшиной Рэном (а то того еще приступ хватит), поэтому предпочел потратить время на поиски.

Не так уж долго ему пришлось плутать по тропинкам, прежде чем обнаружить врубленный в скалу вход. На страже стояло двое старших заклинателей, а на самом входе висело некое заклятье, не пропускающее внутрь никого рангом ниже старейшины. Кивнув заклинателям, Шен беспрепятственно прошел внутрь.

На стенах тускло горели талисманы, узкий коридор клонился вниз, теряясь во мраке. Внутри было в разы холоднее, сырой воздух завывал в ответвлениях коридора.

Поначалу Шену думалось, что темница будет пуста, не считая Летис Лис, но вскоре он понял, что ошибся. Почти за каждой дверью или решеткой некто томился и, чуть приглядевшись к их аурам, Шен понял, что это не ученики ордена.

«Остатки сектантов Хладного пламени?»

В данный момент ему не слишком хотелось проверять. Пройдя по коридору, он безошибочно определил место заключения Летис Лис. Признаться, Шен не ожидал, что Шиан окажется настолько суров, чтобы запереть старейшину из ордена РР в темной сырой камере. Сначала думал, это будет что-то вроде помещения под домашний арест, узнав о темнице, — что это будет вполне комфортабельная камера, не слишком отличающаяся от номера на среднего достатка постоялом дворе. Но реальность была такова, что красавица томилась в остроге без доступа свежего воздуха и возможности использовать духовные силы. Не хотелось бы ему самому оказаться по ту сторону решетки.

— Старейшина Шен? — не сразу узнала его Летис Лис. — Пожаловали справиться о моем здравии?

— Пожаловал узнать у тебя один недостающий фрагмент этой истории, — произнес Шен, подходя ближе к решетке. — Как ты узнала, что цитра хранится у меня?

— Кто-то подсказал мне, — пожала плечами женщина.

— Кто-то?

— Да. Я не знаю, кто это был. Я получила записку, в которой говорилось о цитре. Описана она была довольно точно, так что я была уверена, что написавший видел цитру своими глазами. Я решила, что позже мне поступит еще одна записка, в которой этот человек объяснит, что желает взамен за свою помощь, но ничего так и не пришло.

— Записка у тебя?

— Нет, я сожгла ее.

— Значит, ты получила ее, когда я отбыл из замка по поручению совета старейшин? И сразу же стала действовать, пока была такая возможность?

— Да, именно так. Видимо, пославший ее также знал, что тебя не будет на Проклятом пике.

— И у тебя есть предположения, кто это мог быть?

Летис Лис пожала плечами.

— Никаких предположений. Хотя… Разве что, я уверена, что это кто-то из старейшин. Разве у кого-то еще была бы возможность так все продумать? Может, даже то, что я попалась, входило в его планы. Может, этот человек и наложил на цитру проклятье?

— Дело не в проклятье. Струны цитры были отравлены. Девушки играли на цитре, яд через кожу проникал в их кровь, и они умирали.

— Что же это за яд такой? Этот человек отравил струны?!

— Не думаю, что это было сделано недавно. Больше похоже, что струны отравил еще твой предок, Кэрни Лис.

Летис Лис удивленно смотрела на него, а Шен продолжил:

— С самого начала не было никакого проклятья. Может, и встречи с богиней никогда не было. Просто эксцентричный музыкант, пожелавший создать вокруг себя легенду. Он придумал сюиту, сказал, что несколько нот ошибочны, наложил яд на струны цитры и предупредил, что каждый, кто возжелает получить могущество — умрет. И спустя сто лет после его смерти все по-прежнему ломают голову над его загадкой. Идеальный план. Извращенный, простой, но очень эффективный.

Летис Лис сидела, пораженно открыв рот.

— Нет, — наконец произнесла она. — Я не верю. Не верю. Столько лет работы нашей семьи… Он не мог просто так пошутить!

— Что ж, может быть, когда-нибудь мы узнаем всю правду. Но проклятье цитры оказалось всего лишь ядом. Разве это не идеальное подтверждение отсутствию мистичности?

— Но я слушала композиции! Они действительно дарили силы!

— Ты уверена, что это не самообман? Эффект плацебо? Кэрни Лис и в самом деле был гениальным композитором. Его мелодии великолепны, и в этом их сила.

— Ты не прав! — воскликнула женщина. — Ты не прав!! Ты не прав!! ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Может, я и не прав», — мысленно согласился Шен, наблюдая за ее истерикой.

[+50 к силе главного злодея!] — сообщила Система. — [Завершена арка «Убийства девушек в ордене РР»! +20 к харизматичности главного злодея! Разблокировано достижение «Неземная дедукция»!]

«Кхм… — смутился Шен. — Это было предположение 50 на 50…»

[Не надо отрицать ваши аналитические способности!]

«Ты меня похвалила, что ли? Реально похвалила?? Мой ум??»

[Вам послышалось!] — тут же пошла на попятные Система. — [Ваш интеллект все еще оценивается как «ниже среднего»!]

Шен кинул последний взгляд на стенающую в стороне Летис Лис и понял, что большего он от нее пока не добьется.

Выходя из темницы, он радостно улыбался, все еще довольный похвалой Системы, которая теперь отнекивалась, называя его «homo non sapiens». Заклинатели, охраняющие вход, завидев эту улыбку побледнели и испуганно переглянулись. Шен не обратил на них внимания, у него словно груз с плеч упал: он вроде как сделал все, не терпящее отлагательств, закончил арку и теперь мог со спокойной душой запереться на своем пике и никого не видеть. Винный погреб старины Лева был все еще при нем, и Шен знал, чем он займется в ближайшие пару дней.

Проходя по мосту к своему пику, Шен словил себя на мысли, что слегка беспокоится о том, что Муан может все еще ждать его возле входа. Однако того нигде не оказалось, и Шен вздохнул с облегчением.

Еще одна мысль пришла ему на ум: а что, если запечатать проход на мост к его пику? Чтобы никакая наглая морда сюда не совалась. Он даже предположительно представлял, как это сделать. Но здесь было одно маленькое «но»: тогда и главный герой не сможет с ним увидеться, а это может сказаться на нем самом не самым лучшим образом. Пришлось пока оставить мысль о добровольном отшельничестве.

Когда он шел по серым коридорам, Система сообщила, что пользователь номер один желает его видеть.

На что Шен сообщил, что желает видеть Ера в расщелине, не рыпающимся в стороны.

В общем, диалог был отложен.

Шен спустился в винный погреб, нашел плетеную корзинку и доверху наполнил ее керамическими кувшинами и бочонками с вином.

Погода сегодня стояла по-осеннему теплая и солнечная, и Шен решил порадовать себя созерцанием заката. Устроившись на каменной лавочке неподалеку от входа в черный замок, он походя отметил, что мыло появилось вновь. На сей раз оно было желтенькое, чуть больше предыдущего, но тоже в форме цветка. Шену вовсе не было интересно разбираться с подобными мелочами. Мыло лежало на лавочке, поэтому он просто сел с другого края.

«Ванная — это тоже хорошая идея, — разве что подумал он. — Снимает усталость и успокаивает».

А в его ванной можно было плавать, так что идея ему приглянулась. Но пока — винный закат!

Солнце заползло за горный пик, погружая орден РР в сумерки, а Муан Гай, бродящий в одиночестве между парковыми деревьями, ощутил легкое головокружение. Он остановился и прислушался с своим ощущениям. К собственной физической ноющей боли примешивалось неприятное чувство в районе груди. Хотелось выцарапать его оттуда когтями, если бы только было возможно. Тоска по чему-то несбыточному охватила прославленного воина. К этому ощущению примешалось другое: оно расслабляло плечи и делало реальность чуть размытой. Можно было легко абстрагироваться от этого чувства, но Муан не хотел.

Он чувствовал, как из глубины его сердца поднимается безудержная ярость.

«Шен, я тебя просто… ненавижу. Ненавижу! Ненавижу!! Ненавижу!!»

— Ненавижу!! — закричал он в пустоту что было сил.

Ветер украл эти слова и разнес по безлюдному склону.

Ненавидит. Но самое смешное в том, что, что бы он ни делал… сей раздражающий человек!.. что бы он ни делал, беспокойство о нем сводит с ума куда сильнее ненависти.

«А он. Он даже не в состоянии признать, как его чувства мешают мне жить!»

«Ты не можешь ничего не чувствовать. Ты просто смеешься надо мной, как и всегда!»

На черный песок вновь ступили человеческие ноги. Больше десятка пар ног потревожили покой хрупких песчинок, а тьму этого места разогнал по углам свет фонарей в человеческих руках. Предводительница небольшого отряда медленно прошлась по пещере, по-хозяйски окинув ее взглядом. Подойдя к высушенному омуту, он присела на корточки и обернулась к ожидающей группе.

— Мастер Мун, подойди сюда, — позвала она.

От группы отделился средних лет господин с длинными свисающими вниз усами. Он чуть суетливо сложил руки на груди и, настороженно озираясь по сторонам, быстро приблизился к девушке и присел рядом с ней.

— Проверь здесь, — скомандовала та.

Мужчина вытянул руку над землей и принялся водить над ней ладонями. В одном месте он задержался, положил ладони на черный песок и прикрыл глаза, напряженно к чему-то прислушиваясь.

— Сквозь остаточную ауру темной энергии сложно пробиться… Но я уверен… Более чем уверен, что это та же самая кровь. Демоническая кровь заклинателя.

— Потрясающе! — зло фыркнула девушка. — Такой человек практически был в наших руках! Если бы информация о нем достигла меня раньше — я бы не позволила ему уйти!

— Прошу извинить меня, госпожа Мори, — склонился мужчина.

Девушка снова фыркнула. Она поднялась и отвернулась от былого черного омута. Еще раз осмотревшись по сторонам, произнесла:

— Сосуд для нашего божества сломан. Из-за этого заклинателя труд двадцати лет пропал впустую! Я определенно не оставлю это безнаказанным. Давайте спустимся в деревню, я заберу кое-какие свои вещи, и больше нас здесь ничего не держит.

Однако в доме старосты И девушку ждал сюрприз: служанка встретила ее, радостно всплеснув руками, и спросила, навестит ли она молодого господина И.

— Молодой господин еще жив? — поразилась Мори. Она была убеждена, что после прекращения подпитки темной энергией омута, сосуд для Демнамеласа тут же зачахнет и погибнет.

— Да, — кивнула служанка, — он жив и даже открыл глаза. Вот только все равно не двигается и ни на что не реагирует, так что даже не знаю, слышит ли он нас и осознает ли, где находится. Может, оно так и к лучшему…

Мори кивнула мастеру Муну, и они вместе прошли в покои молодого господина И. Тот лежал на кровати, как всегда безучастно уставившись в одну точку на потолке. Служанка, дежурившая подле него, поклонилась и покинула комнату.

Мун склонился над лежащим в постели мужчиной.

— В этом теле еще достанет темной энергии! — через минуту пораженно воскликнул он.

— Как такое возможно? — закусила губу Мори. — Мы не могли так ошибиться. Энергии омута не хватило бы на поддержание в нем жизни в течении стольких дней.

— Я чувствую в нем другую энергию… Она похожа на ту самую демоническую кровь.

Мун и Мори переглянулись.

— Ты не представляешь, как я хочу заполучить того человека, — затем произнесла девушка.

Мастер Мун согласно кивнул.

— Забираем это тело и уходим, — скомандовала Мори. — Сосуд для великого божества готов.

Прошло два долгих тихих дня. Кувшины из-под вина были художественно расставлены вокруг каменной лавочки на манер концентрических кругов. Шену уже давно прискучило это занятие, и в данный момент он читал книгу, найденную в закромах черного замка. Ему бы что-то вроде «самоучителя основам заклинательства для чайников», но нашлось как обычно нечто куда сложнее, так что он сидел, читал философский трактат и время от времени заливался смехом, зачитывая самые уморительные выдержки вслух Системе.

— Нет, ты только послушай, что пишет этот… Черт, опять забыл его имя. — Шен вновь перевернул титульную страницу и вчитался в сложный шрифт. — Акрауд Рам, — затем объявил он Системе. — Мне вот интересно, старый маразматик-Ер как-то придумал, что за литература будет наводнять черный замок, или оно по какой-то другой причине так вышло? И что это за псевдоним у этого человека такой странный? Хотя… чему я удивляюсь? Ер понамешал в новелле чего только можно, наверное, что за жизнь где-то услышал, сюда и засунул… Так вот, послушай, что он пишет!

[Я не хочу слушать], - возразила Система. — [Вы зачитываете мне этот трактат уже на протяжении двух часов.]

— Разве не забавно?

[Я не понимаю, что вас так веселит. В последний раз вы пятнадцать минут смеялись с поучительного высказывания о том, что дом необходимо сносить в связи с ветхостью и не держаться за старое.]

Услышав эту фразу, Шен не сдержался и вновь хохотнул.

— У тебя просто нет чувства юмора! — заявил он.

Он сидел на лавочке, одну ногу поставив на нее и оперев о колено философский трактат. «Уронив» трактат на землю, он проследил за его приземлением между двумя кувшинами, откинулся назад и лениво потянулся, выгнув спину.

[До следующей сюжетной арки около двух недель], - тоскливо вздохнула Система.

— И у меня невероятно много дел по черному замку, которые я могу пока сделать!

[Например?]

— Например? Например, еще не все закрома пересмотрены. Я могу обставить еще несколько комнат. Возможно, стоит смахнуть кое-где пыль (думаю, на это уйдет не один день). Еще я хотел подыскать для розового цветка вазон побольше или, может быть, пересадить его на улицу…

[Зима близко], - напомнила Система.

— Думаешь, подохнет?

Система промолчала. Может, она пожимала невидимыми плечами.

— Ладно, это еще не все. Я крайне мало изучил окрестности своего замка, а также подвалы не все обшарил. А еще, может, стоит как-то его украсить…

[Следующая сюжетная арка начнется как раз на празднике Яркой Луны], - напомнила Система.

— Точно-точно! Надо украсить замок лунными фонариками!

[…]

— Видишь, сколько дел!

[Спасите сюжет, кто-нибудь!!] — взмолилась Система. — [Пользователь номер два! Вам необходимо почаще видеться с главным героем!]

— Не хочу! — фыркнул тот. — Вообще не хочу никого видеть! И ты меня не проведешь! Я помню, что в прошлый раз прошло три месяца, прежде чем ты подняла панику, что у Ала мало экранного времени. Так что никуда я отсюда не выйду, пока снег не ляжет!

[Да вы свихнетесь быстрее!] — забеспокоилась Система.

— Никчемный из меня человек, если я не смогу месяц побыть наедине сам с собой, — заметил Шен, глядя на далекие горные пики.

— Учитель! — от моста по площади к нему бежал главный герой.

«А-а-а!! — мысленно завопил Шен. — Это все из-за тебя! Из-за того, что мы его помянули! Только помянули — и вот он!!»

[+10 баллов за активное продвижение сюжета!]

«Да иди ты!»

Ал подбежал поближе и склонился в поклоне.

— Приветствую учителя!

— И тебе привет, — вздохнул Шен, махнув ему рукой. — Соскучился что ли?

— Ну… — Ал слегка покраснел, застигнутый врасплох этим вопросом.

Посмотрев из стороны в сторону, он собирался сесть на лавочку рядом с учителем, но заметил лежащее там мыло.

— Что это? — спросил он, поднимая его.

Шен пожал плечами и хотел было ответить, что понятия не имеет и ему как-то все равно, но не успел, так как вспышка озарила площадь, перекрыв дневной свет. Вокруг Ала, держащего мыло, заплясали черные ленты, а сам он закричал.

Шен подскочил к нему и схватился за мыло, пытаясь вырвать его из сведенных судорогой пальцев. Это оказалось не так-то просто, а черные ленты, пляшущие вокруг, жалили, словно пламя.

— Отдай это чертово мыло, Ал! — кричал он. — Да отдай же его!!

Наконец, ему удалось рвануть его на себя и вырвать из рук главного героя. Еще одна вспышка озарила пространство, а энергетическая отдача откинула Шена на несколько метров прочь. Он сделал сальто через голову и приземлился, ударившись спиной о перила площади.

Сфокусировав взгляд, Шен увидел, что Ал оторвался от земли и парит в воздухе, опутываемый черными лентами, которые превращаются в терновую лозу.

— Да какого хрена?!

И тут в его голове завыли сирены, словно предупреждающие об авиаударе. Их громкость была настолько невыносима, что Шен схватился за голову. Боль пронзила тело, но на сей раз эта боль отчетливо отличалась — она словно пронзала заодно и душу. Система в его голове завопила:

[ОШИБКА! ОШИБКА! ЗАФИКСИРОВАНО ВНЕСЮЖЕТНОЕ ПРОКЛЯТЬЕ! ОШИБКА! — 500 БАЛЛОВ ЗА ОШИБКУ! — 500 БАЛЛОВ ЗА НЕПРАВИЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ СЮЖЕТА! — 500 БАЛЛОВ ЗА…]

— Система! Прекрати! Прекрати!! Ты сейчас спишешь все баллы!!

[СИСТЕМНАЯ ОШИБКА. ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ ПОДВЕРГСЯ СМЕРТЕЛЬНОМУ ПРОКЛЯТЬЮ. ОШИБКА!]

— Он не может умереть!! У него есть аура неуязвимости главного героя!

[ПОДОБНОГО РАЗВИТИЯ СОБЫТИЙ НЕ БЫЛО В ОРИГИНАЛЬНОЙ НОВЕЛЛЕ! ЕСЛИ ОН НЕ УМРЕТ, НО НЕ СМОЖЕТ ФУНКЦИОНИРОВАТЬ ДОЛЖНЫМ ОБРАЗОМ, СЮЖЕТ ЗАСТРЯНЕТ НА МЕСТЕ. ЕСЛИ ВЫ НЕ СНИМЕТЕ С НЕГО ПРОКЛЯТЬЕ — ВЫ УМРЕТЕ.]

— Да что за ерунда?! Да почему с ним вечно случается какая-то дичь??

Шен вновь перевел взгляд на парящего опутанного терновой лозой Ала.

— Ах да, это ж, мать его, главный герой! Свет клином сошелся на его белобрысой макушке!!

В голове все еще звучали сирены, что дико выводило из себя. Система тоже все еще была в неадеквате, поэтому действовать нужно быстро. Шен выхватил меч, собираясь разрубить терновые лозы, опутавшие главного героя. Но стоило ему рубануть по веткам, как через секунду место отрубленных заняли новые, удвоившись в количестве.

Шен закричал и рубанул по лозам еще раз. Еще раз и еще раз. В голове звучали сирены. Система вопила над ухом, что дает ему сорок восемь часов. Терновник царапался и, кажется, уже начинал нападать сам.