Глава 132. Кошки-мышки-мальчишки

Шен заметил, что крошка-Муан держится из последних сил: его веки то и дело непроизвольно закрываются, Муан вздрагивает, широко открывает глаза и пристальнее смотрит вперед, но спустя несколько секунд все повторяется. Шен с интересом прикидывал, сколько так может продолжаться. Главное, чтобы заснувший Муан не угодил головой в камин.

— Я жду ответ, — по-детски серьезно выговорил микро-старейшина пика Славы, уставившись на Шена. — Сколько тебе лет?

Синий огонь в его глазах прикрыли смежившиеся веки, Шен с трудом подавил смех, чтобы не разбудить задремавшего мини-мечника. Голова Муана мотнулась в сторону, и Шен подставил руку, чтобы тот не угодил в огонь. Была такая прекрасная возможность потаскать его на руках, дабы осуществить свою месть, и вот досада: Муан заснул и не оценит, да и зрителей нет, чтобы усилить эффект. И все же Шен, отчего-то вместо злорадства ощущая некий отцовский инстинкт, донес мальца до кровати и уложил под одеяло. Видимо, схватка с Алом далась ему труднее, чем он хотел показать: Шен впервые видел Муана таким измотанным.

Только поправив одеяло и отойдя от кровати, Шен осознал, что находится, вообще-то, в своей комнате, и уложил Муана в свою кровать.

Прославленному мечнику Муан Гаю снился сон. В этом сне Шен протянул ему руку, а Муан вложил в его руку свою. Ладонь Шена казалась меньше ее привычного размера, и сам он выглядел как другой человек, и даже имя носил иное. Но Муан знал, кто перед ним, осознал еще раньше, чем задумался. Этот человек вел его вперед, держа за руку, и Муан знал, что впереди ждет нечто, чего он никогда в жизни не видел, о существовании чего даже не помышлял. Еще чуть-чуть, еще несколько шагов, и белый свет сменится калейдоскопом красок.

Рука в его руке была теплой и узкой. Муан слышал тихий смех Шена. Его глаза завораживающе смотрели на него. Муан не знал их цвета, но тонул в их глубине. Он не знал об этом человеке ничего, совершенно ничего, ни единая деталь не была определена, но ему не нужно было держать глаза открытыми, чтобы знать, кто перед ним. И эта мысль отчего-то приводила его в восторг.

Когда Муан, наконец, разлепил веки, Шен уже давно бодрствовал. За это утро он умудрился заставить фей почистить свою одежду, и сейчас чувствовал себя свежим и элегантным, разве что неровно отстриженные волосы торчали в разные стороны и не желали укладываться в подобие прически, даже то, что он частично скрепил их заколкой с бубенчиками не помогло.

— Детишки такие сони, — ехидно посетовал хозяин Проклятого пика, заметив, что мечник проснулся.

Муан сел на кровати и чуть не застонал от боли: казалось, ныла каждая мышца в теле. Перекривившись, словно съел недозрелую локву, мечник поднял к глазам руки и понял, что все еще в образе подростка и Шен не зря шутит.

— Ты вовремя проснулся, я уже собирался тебя будить.

— Правда? И как именно?.. — насмешливо уточнил Муан, но тут заметил статуэтку в виде руки, держащей отражающий шар, стоящую по центру низенького столика. — Ты смотрел?

Шену не нужно было оборачиваться, чтобы понять, за что зацепился взгляд мечника.

— Нет еще, сначала нужно разобраться с судом.

Немного успокоившись, Муан возмутился:

— Я ее носил в потайном кармане! Ты меня обыскал, пока я спал?!

Злорадно улыбаясь, Шен поднял руки, согнув пальцы, словно собираясь тискать что-то милое, и заявил:

— А то как же! Всего ощупал! — и подвигал пальцами.

Муан, к огромному удовольствию хозяина Проклятого пика, слегка порозовел. И Шен ни за что не признается, что статуэтка просто выпала из вороха ставшей большеватой для мини-Муана одежды, пока тот его нес.

Стараясь не выдать своего смущения или досады, Муан отвернулся и, поднявшись с кровати, попытался привести свою одежду в надлежащий вид.

— Тебе там фейри подобрали комплект поменьше, — заметил Шен, указав на аккуратно сложенную стопочкой одежду.

Муан кинул на нее такой взгляд, словно это была не одежда, а злейший враг.

— И как я буду выглядеть, если неожиданно вернусь в норму, когда буду в этой маленькой одежде? Нет уж, я лучше в своей останусь! Лучше бы эти фейри вернули мой вид!

Муан встряхнул свою одежду, будто это действие как-то могло помочь ей сесть лучше, и прошел к столику. Шен, чувствуя себя умудренным взрослым, заправил кровать, отодвинул гардины и открыл окна, а затем задумчиво остановился посреди комнаты. Он собирался что-то сказать, но в дверь постучали.

— Он пришел раньше назначенного времени, — заметил Шен и пошел открывать.

— Ты кого-то пригласил сюда? — удивился Муан.

Шен открыл дверь и впустил внутрь Ала.

Расставшись вчерашним вечером, с учеником он еще не виделся, а сегодня передал послание через фей и несколько опешил, увидев яркий кровоподтек на его щеке.

— Ал… — начал Шен, но вовремя оборвал себя, сообразив, что это, должно быть, последствие той битвы с Муаном, и вряд ли ученика порадует, если Шен сосредоточит на этом внимание в присутствии того самого человека, который нанес ему ранение, — проходи, садись.

— Учитель! — Ал оторопело замер на пороге. — Что произошло с вашими волосами?

Ал вперился в него немигающим взглядом, золотой огонь в глазах ученика отчего-то разгорался.

Шен машинально дотронулся до прядки. Ему стало неуютно под этим странным пристальным взглядом, и он быстро пояснил:

— Я их обрезал.

— Сами… обрезали? — процедил парень.

— Конечно, сам, разве кто-то еще мог сделать вот так?

Ал одарил его еще одним долгим взглядом и только сейчас заметил присутствие старейшины пика Славы в комнате.

«Зачем ты позвал его?» — недовольно спросил Муан.

— Надеюсь, вы понимаете, что страна фейри все же не самое благожелательное к заклинателям место и нам нужно согласовать действия, чтобы поскорее со всем разобраться и вернуться в орден, — произнес Шен для обоих.

Муан хотел придать своему лицу непроницаемое выражение, но вместо этого удалось только немного надуть щеки — в шестнадцать лет его мимика была очень яркой. Ал присел за столик напротив него, глядя на подростка-прославленного мечника с неприкрытой враждебностью.

— Ты у меня еще получишь, малец, — с вызовом произнес Муан. — Вот только выберемся от фейри — простым наказанием не отделаешься.

Ал нагло фыркнул, словно с ним разговаривал не старейшина, а простой ученик пика Таящегося ветра. Воспринимать Муана таким образом оказалось неожиданно приятно — хоть какая-то польза от этой «равной» битвы.

Шен заметил это противостояние и ощутил себя воспитателем ясельной группы. Два подростка играли в гляделки, с вызовом уставившись в глаза друг другу. Внешне Муан казался поменьше Ала, более щуплым, но вот в надменном выражении лица давал ученику старейшины пика Черного лотоса сто очков форы. Ал, может, и хотел бы смотреть с тем же высокомерием, но получалось более зло, чем вызывающе.

«Хватит! — не выдержал Шен. — Муан, у тебя мозг тоже помолодел?»

Мечник нехотя отвел взгляд и досадливо фыркнул.

— Итак, что мы имеем. — Шен занял место во главе стола, словно арбитр. — Ал сегодня закончит разбираться с зимним садом, из-за которого ему не дают покинуть страну фейри. А старейшин Муана и Тельга ждет повторное судебное разбирательство.

— Судебное разбирательство? — удивленно переспросил Ал.

— Да, каждый развлекается в меру своей распущенности…

«Ты уже придумал план?» — снова мысленно спросил Муан.

— У меня есть план, однако, я не уверен, что все пройдет гладко. На всякий случай, к этому времени ты, Ал, должен закончить с садом и ждать у дверей судебного зала, если вдруг нам все-таки придется бежать.

— А это возможно? Зимний король на своей территории непобедим, — с сомнением заметил Ал.

— Я помню. Но есть вероятность, что зимний король не станет нас преследовать, а вот другие фейри — могут. И чтобы не обострять конфликт, лучше вовремя удалиться. Так что, управишься до полудня, или тебе понадобится помощь?

— Я легко управлюсь к этому времени, учитель.

— Отлично, тогда не медли. Старейшина Муан…

— Для меня у тебя тоже есть задание? — заинтересовался тот.

«Ага, вырасти».

Муан поджал губы.

— Как связаться с той фейри, которая помогла тебе устроить «равное сражение»? — последние слова Муана просто сочились ядом, когда он обратился к Алу.

Ал с трудом сохранил спокойствие.

— Не знаю, она сама появилась, — буркнул он.

Конечно, он не забыл, что фея говорила ему об условиях — любой может вызвать арену равного сражения. Однако Алу казалось, знать об этом Муану вовсе не обязательно. Ученик и так сгорал от злости и стыда, что не справился даже с уменьшенной версией прославленного мечника. В сражениях на мечах тот все еще оставался одним из лучших, вот если бы он выбрал что-нибудь, где нужна была сила духовной энергии — Ал победил бы играючи! Но «честная» битва позволила выбирать оружие тому, кто был вызван на бой. Единственной компенсацией за свое унижение для Ала стало лицезрение мелкого подростка-мечника и осознание того факта, что сам он в свои шестнадцать выглядит куда мощнее. То, что всего полгода назад Ал походил на заморыша, но смог так кардинально перемениться, наполняло его заслуженной гордостью. В какой-то мере вид Муана даже мотивировал: если уж человек, выглядящий ВОТ ТАК в своем подростковом возрасте, смог трансформироваться в сильнейшего воина, то и у Ала, определенно, все получится.

— Хватит мне голову морочить! — вспыхнул Муан.

Ал захлопал ресницами, наигранно округлив «невинные» глаза.

«Малявка бессовестная! Он точно врет!» — зло подумал Муан.

«Зачем ему это?» — удивился Шен.

«А ты не догадываешься?! Он хочет победить меня любым способом! Думаешь, это случайность, как он вчера подловил меня? Если бы не он — я бы не исчез!»

Шен немного помолчал, а затем спокойно заметил:

«Не он заставил тебя уйти из комнаты».

Муан дернул щекой, словно ему нанесли бодрящую оплеуху.

На какое-то время в комнате воцарилось молчание, а затем Шен хлопнул ладонями по коленям и поднялся.

— Ладно, за дело. Ал, я рассчитываю на тебя. А теперь иди.

Сам он при этом также направился к выходу.

— А ты куда? — не выдержал Муан.

— Хочу поговорить с Эласом, а то у меня так и не выдалось должной возможности.

— Я с тобой! — тут же подскочил Муан и скривился от пронесшейся по телу мышечной боли.

Обернувшийся Ал чутко уловил проскользнувшее болезненное выражение лица мечника и возликовал. Похоже, ему удалось стать Муану гораздо более проблемным противником, чем тот хотел показать! Настроение Ала скакнуло чуть ли не до небес.

В своей мелкой версии подскочивший и уставившийся на Шена с решительным выражением Муан походил на капризного подростка, который хочет пойти на охоту с батей. Шен с трудом удержался от того, чтобы не предложить ему заняться уроками.

— А старейшине Муану лучше подготовиться к слушанью.

«Как ты предлагаешь к нему готовиться?» — недоуменно уточнил тот.

«Не знаю, отдохни. Я хочу поговорить с Эласом наедине. Он все же мой друг, а не твой».

«Он не твой друг, а того другого…»

«Знаю! — прервал его Шен. — Это не важно».

«Я не хочу оставлять тебя с ним наедине».

Пусть Шен и понял, что имеет в виду мечник, ему не понравилось, как это прозвучало.

«Придется тебе как-то ужиться с этим своим нежеланием», — заметил он и вышел вслед за Алом.

Местоположение зимнего короля Шену услужливо подсказали фейри. Элас оказался в том самом кабинете, где хранил статуэтку. Когда Шен возник в дверях, зимний король, казалось, был совершенно не удивлен. Возможно, о приближении заклинателя доложили верные фейри.

Будь это нормальная человеческая встреча, Шен бы не начал разговор без чая, однако небезосновательно опасался, что этикет страны фейри вряд ли придется ему по вкусу и решил с порога перейти к делу.

— Как я уже говорил, я потерял память и не помню тот момент, когда приносил тебе статуэтку с воспоминаниями, — начал Шен после того, как пожелал Эласу доброго утра. — Ты можешь рассказать мне о той нашей встрече?

— Могу, у меня с памятью все в порядке, — легко согласился фейри. — Присаживайся, — он указал рукой на кресло.

Шен немедленно уселся, приготовившись слушать занимательную историю.

— Ты явился ко мне на заре лета, прорвался через толпу фейри, которые пытались намекнуть тебе, что ко мне нельзя так просто врываться. Они ведь не знали, с кем связались, бедняжки. Мы, фейри, не плодимся так же, как люди, поэтому каждый мой подданный бесценен… Ну ладно, я спустил тебе эту вольность, в конце концов фейри первыми проявили агрессию…

— Между прочим, сейчас похожая ситуация! Фейри первыми проявили агрессию! Ну, после того, как Тельг проткнул мечом главу рода Снов… Но остальные агрессию проявили первыми. И Муан и Тельг в итоге никого не убили! Зачем этот суд?

— Этого требуют мои подданные, я не могу просто закрыть глаза. В том числе и после того раза.

— Ладно, — Шен на самом деле не рассчитывал как-то повлиять на Эласа по поводу суда. — Что было потом?

— Ты отдал мне ту статуэтку с воспоминаниями и попросил хранить. Я счел, что это нечто вроде завещания, но ты не сказал, что кому-то можно отдать ее.

— Думаешь, почему я отдал ее именно тебе? Почему не попросил кого-то из заклинателей?

— Думаю затем, чтобы твои воспоминания пребывали в сохранности. Человеческий мир нас слабо интересует, мы никак не связаны с вашими разборками, и мне нет никакого резона смотреть твои воспоминания.

Шен задумался. «Получается, этот тип устройства для хранения воспоминаний не защищен от просмотра? Значит, Шен не адресовывал эти воспоминания кому-то конкретному, однако захотел сохранить их после своей смерти. Зачем? Их мог вообще никто не найти и за сотни лет. Они бы так и хранились у Эласа, не представляющие для него интереса. Может, Шен оставил для кого-то послание, чтобы он пришел и забрал? Но ведь он не сказал Эласу, что тот может отдать воспоминания, если за ними придет заклинатель. Ничего не понимаю».

[Может, он просто не хотел, чтобы они исчезли?] — неожиданно предположила Система.

«Что ты имеешь в виду?» — уточнил Шен, недоумевая по поводу того, какой она в последнее время стала развитой, а он и не замечал. Программа делает предположения по поводу мотивов человека? Немыслимо.

[Он знал, что полностью сотрет свое существование. Возможно, он хотел, чтобы хоть какая-то память осталась? Я имею в виду, его память, его виденье событий, а не только то, каким его остальные будут помнить.]

Шену пришлось признать, что это звучит разумно. Нужно просмотреть эти воспоминания, чтобы сказать точнее. Но сначала — суд. Шен опасался, что воспоминания могут выбить его из колеи, а перед выступлением нужна трезвая голова.

— Спасибо, Элас. Было что-нибудь еще запоминающееся в той встрече?

Зимний король развел руками.

Шен вошел в судебный зал, только когда убедился, что Ал к назначенному времени закончил свою отработку. Тельг, увидев помолодевшего Муана, застыл с приоткрытым ртом, а затем не сдержался и воскликнул:

— Как?!

— Должен вас разочаровать, эффект временный и абсолютно случайный, — буркнул Муан. — Использовать как молодильное средство не получится.

— Старейшина Заг за такое средство съел бы собственную лекарскую мантию!

— Уверяю, это излишне.

Кроме Тельга, казалось, никто и не заметил изменений в Муане — ни один фейри не выразил удивления на этот счет, словно мечник выглядит совершенно так же, как вчера. Старейшины вновь заняли места на постаментах, а Шен прошел в центр зала. Трибуны были полностью забиты фейри, сегодня не столь ярко различаясь по секторам. Казалось, на суд пришло раза в три больше жителей волшебной страны, чем вчера.

Элас призвал всех к молчанию и объявил:

— Сегодня нас ждет увлекательное зрелище! Напоминаю всем присутствующим, что заклинатель Шен на прошлом слушанье выразил уверенность в том, что отыщет для нас сферу зимней стужи!

Трибуны вновь загудели, как рой. Шен почувствовал, что его охватывает волнение. А когда на нем сошлись десятки плотоядных взглядов, он и вовсе непроизвольно передернул плечами.

«Не подходи близко к рядам», — словно читая его мысли, строго напутствовал Муан.

Шен предпочел промолчать и окинул трибуны внимательным взглядом. Казалось, вчерашние фигуранты дела сегодня тоже оживленнее обычного. Ти Ши Ни выглядел взбудораженным и то и дело поглядывал на Шена, а маленькая длинноволосая феечка летала вокруг него, как электрон вокруг ядра атома. Старейшину пика Черного лотоса порадовала такая оживленность.

Он ставил три к одному, что у него получится совершить сегодня задуманное, но подобная уверенность строилась на интуиции и опыте, и никак не на фактах или доказательствах. «Внеземная дедукция», присвоенная ему Системой, на то и «внеземная», чтобы не спотыкаться на подобные мелочи.

И все же шанс, что он просто выставит себя дураком, тоже был. На этот случай он попросил Ала ждать у входа, потому что, если не получится сегодня, пробовать повторно завтра не имеет смысла. Предположение Шена, на которое тот ставил, было до банальности простым: сфера должна быть у кого-то в этом зале, этого просто требует сюжет. Иначе стало бы невозможным выполнить задание Системы: либо сфера здесь — либо побег. Если он не прав, и Ланнан не заперта в сфере, он сможет разобраться с ее ситуацией и позже. Если же она на самом деле в сфере, значит — та поблизости.

Элас сделал приглашающий жест, предлагая Шену начинать.

Волнение, путающее мысли, внезапно отступило. Шен широко улыбнулся и вышел вперед.

— Вчера в этом зале мы узнали занятную историю об исчезновении фейри из рода Снов по имени Ланнан…

— Исчезновении?! — тут же возмутился Тельг. — Ее убили!

Зимний король взмахнул рукой, и несдержанный заклинатель лишился возможности подать голос.

— Вчера мы выслушали две версии событий, — спокойно продолжил Шен, — версию старейшины Тельга Веана и версию главы рода Снов Ти Ши Ни. Эти двое не сходились в вопросе, кто виновен в исчезновении Ланнан, однако во всем остальном их версии были на диво схожими. Ланнан опрокидывает сферу и растворяется, исчезает, а сфера падает с постамента и теряется в бальном зале. Однако это невозможно. Сфера не могла потеряться среди танцующих. Постамент находился в самом центре, фейри вокруг было много, куда бы ни укатилась сфера, вероятность, что никто не дотронется до нее, практически равна нулю.

— Что это значит? — потребовал разъяснений зимний король.

— Это значит, что имел место злой умысел.

— Это мы и так знаем! — раздались выкрики из зала. — Скажи что-то новое, человек! Сфера была похищена заклинателем!

— Вот только заклинателем ли? — усомнился Шен. — Главных действующих лиц в этой сцене было трое: пропавшая Ланнан, Тельг Веан и Ти Ши Ни. Фейри полюбила человека и вместе с возлюбленным пришла к главе своего рода, чтобы просить разрешения отправиться в мир людей. Так ситуация виделась Тельгу. Есть ли другие трактовки? Действительно ли Ланнан намеревалась жить с человеком, как смертная? Может, ее желание было не столь очевидным? Было бы здорово узнать у нее самой, не так ли? — Шен усмехнулся.

Взгляды всех присутствующих были направлены на него. Кто-то смотрел недоуменно, кто-то — увлеченно, но больше, конечно, было тех, кто пожирал его глазами, с трудом сдерживая слюну. Шен отрешенно отметил, что почти уже привык к проявлениям подобного рода «заинтересованности».

— Сфера не могла укатиться в зал, мы выяснили это, иначе пострадавших стало бы гораздо больше одной фейри.

Тельг Веан силился что-то сказать, но магия зимнего короля не позволяла. Шен заметил его судорожные попытки и произнес, обратившись к старейшине:

— Не волнуйтесь, я не сомневаюсь в ваших словах, вы на самом деле видели, как сфера укатилась. Я лишь пытаюсь обратить внимание присутствующих на тот факт, что со сферой было что-то не то еще до описанных событий.

— Что ты имеешь в виду? — уточнил зимний король.

— Ты сказал, что сферу невозможно украсть, потому что она всех испепеляет стужей, и поэтому ни у одного фейри и мысли такой не возникнет. А что, если найдется такой фейри? Насколько бы это поколебало королевскую власть?

Элас поджал свои королевские губы. Тогда из-за пропажи сферы зимней стужи ему было очень непросто. Он даже пустился на поиски старшей сестры, чтобы она помогла ему разобраться с исключительной ситуацией! Если бы он вовремя не встретил Шена, который помог ему взять себя в руки, а затем не нашел тот способ с помещением зимней стужи в заклинателей, его власти настал бы сокрушительный конец, а зимние фейри передрались бы между собой. Если, конечно, вовремя не появился бы сильный лидер, способный взять на себя бразды правления… А ведь было несколько тех, кто, казалось, помогал зимнему королю справиться с ситуацией, держал зимний двор под контролем во время его отсутствия… И одним из таких был Ти Ши Ни.

Шен не ждал ответов на свои вопросы, удовлетворившись задумчивостью зимнего короля. Он продолжил:

— Предположим, некто заинтересованный на протяжении всего зимнего бала… который длится, без малого, всю зиму… находился рядом со сферой, пытаясь заставить ее поверхность изменить свои губительные свойства. И все, вероятно, шло достаточно хорошо, пока в процесс случайно не вмешалась Ланнан с заклинателем. В результате спора она дотронулась до сферы. Все видели, как она исчезла, и конечно, все тут же решили, что ее сожгла стужа, другого варианта просто не могло быть. А может, — чувствуя охвативший его творческий порыв, продолжил предполагать Шен, — Ланнан специально толкнули, для отвлечения внимания? По расчетам нашего вора, она должна была задеть и опрокинуть постамент, тогда бы сфера укатилась, и ее можно было бы спокойно подобрать, пока все остальные разбирались, что произошло. Но все пошло не совсем по плану, поэтому господин Ти Ши Ни не смог использовать сферу в своей дальнейшей политической игре, не так ли? Сфера отчего-то стала бесполезной. Ты сломал ее? Она больше не испепеляет фейри, как бы ты ни бился?

— Это просто немыслимое оскорбление! — воскликнул Ти Ши Ни, подскочив с трибуны. — Пустые домыслы! Бредни!

— У тебя есть доказательства? — посмотрел на Шена зимний король.

— Если сфера окажется у него, это будет достаточным доказательством?

Элас чуть склонил голову.

— Прошу главу рода Снов Ти Ши Ни выйти в зал и встать вот сюда. Сейчас вы ее не видите, но я заранее подготовил печать.

— Что?! — возмущенно заорал тот. — Ты думаешь, я соглашусь, чтобы меня околдовали заклинательскими хитростями?! Думаешь, я не в своем уме?! Кто даст мне гарантии, что эта печать безопасна?!

Шен улыбнулся, его вовсе не удивило нежелание Ти Ши Ни сотрудничать.

— Что ж, в принципе не важно, где именно вы находитесь.

Глава рода Снов истолковал его слова по-своему и, с криком: «Спасите!», бросился к выходу. Однако, не успел он сделать и половины десятка шагов, как импульс ужасающей по своей мощи силы едва не сбил его с ног. Пол, стены и потолок судебного зала запестрели зловещими мерцающими зеленым символами, а в следующее мгновение некая узконаправленная энергия буквально сорвала с его шеи кулон и унесла в центр зала, к основанию печати. Кулон упал на пол, и Шен внимательно осмотрел его, склонив голову, а затем безжалостно наступил.

Хрупкая огранка треснула, и белый шарик, являющийся раньше сердцевиной кулона, покатился по полу, быстро увеличиваясь в размерах.

Все фейри наблюдали за происходящим, затаив дыхание. Мерцание зелени и тьмы исчезло, помещение судебного зала вновь приобрело свои естественные цвета, а Шен наклонился и поднял с пола круглую сферу, с трудом помещающуюся в одной его руке.

Стоило ему это сделать, руку от подушечек пальцев до плеча пронзила боль. От неожиданности Шен чуть не выронил сферу, но в итоге лишь крепче сжал на ней пальцы.

— Кажется, это не ваше? — ехидно уточнил он, глядя на обомлевшего Ти Ши Ни.

[+10 баллов к харизматичности главного героя!] — обрадовала Система.

«Что он там делает такой харизматичный?» — поразился Шен.

[Я о вас!]

«Ах, точно. Непривычно. Может, тебе стоит как-то уточнять?»

— Думаю, ни одно объяснение не способно тебя оправдать, — сурово глядя на главу рода Снов, произнес зимний король. — Метил на мое место? Ты? — он презрительно усмехнулся. — Должно быть, твои сны свели тебя с ума, ведь только там ты мог вообразить себе подобное!

Ти Ши Ни, до этого момента трясущийся и нелепый, вдруг, осознав, что оправданий не существует и больше ничего не придумать, успокоился и даже усмехнулся.

— Что ж, — начиная путь к центру зала, произнес он, — позвольте мне дополнить эту увлекательную историю. У этого человека, без сомнения, живое воображение. Какие нелепые домыслы.

— Домыслы? — перепросил Шен. — В чем мой прокол?

— Ты посмел рассуждать о моих планах и мотивах, словно твоего мелкого людского умишки довольно для такого! Да, ты угадал — я собирался забрать сферу, но не для того, чтобы свергнуть королевскую власть. Тогда мне казалось, что это единственный способ удержать свою собственную! Я собирался совершить с помощью сферы убийство. Да, к чему сейчас таить? Фейри моего клана живут практически бесконечно долго, нас не убить с помощью обычного оружия, поэтому требовалось найти что-то, что бы подействовало наверняка. Но все изменилось, когда в мой замысле вторглась Ланнан с этим ничтожным человеком! Я ради нее собирался пойти на такое преступление, украсть сферу зимней стужи, а она собралась решить проблему, просто сбежав и укрывшись в мире смертных! Подобного оскорбления я не мог стерпеть! И новый план созрел мгновенно: раз уж она так испугалась рискнуть и остаться со мной, я нашел для нее место, где ее точно никто не побеспокоит!

Последние слова он выкрикнул в тишину, обрушившуюся на судебный зал. Фейри пребывали в полном молчании.

— Дайте догадаюсь, мешавший вам фейри — это отступник Сеелье? — спросил Элас.

— Да, ваше величество, — криво улыбнулся, чуть склонив голову, Ти Ши Ни. — Ланнан была обещана ему, и даже когда я лично попросил его отступиться, он не согласился ни в какую. По законам рода даже я не мог влиять на решение предков, закон был на стороне Сеелье. Кто бы мог подумать, что спустя каких-то десять зим он сам выроет себе могилу, влюбившись в летнюю фейри! И к чему было все то упорство с Ланнан?..

— Позвольте, я уточню, — предложил Шен, — просто для протокола: вы с Ланнан любили друг друга?

— Во всяком случае, я ее любил, и искренне считал, что эта любовь взаимна, пока она не решила скрыться в мире смертных с заклинателем.

— И поэтому ты запер ее в этой сфере? Во льдах и снегах? И носил все эти годы на цепочке? Какая, однако, изощренная форма любви, — оценил Шен.

Ти Ши Ни презрительно хмыкнул. По выражению его лица становилось понятно, что он искренне считает, что имел на это полное право после того, как Ланнан «предала его».

Суд закончился. Сфера была найдена, Ти Ши Ни увели, Тельга и Муана освободили. Задание «Спасти старейшин от гнева фейри» было выполнено, и Система начислила 100 заслуженных баллов.

Осталось только найти способ вызволить из ледяного плена Ланнан. Отчего-то Шен думал, что получится как-то само собой, когда он отыщет сферу, однако этого не произошло. Он уже с трудом ощущал пальцы правой руки, сжимающие холодную, словно лед, сферу.

Тельг был несвойственно молчалив, не выказал никакой радости по поводу своего освобождения и смерил сферу в руке Шена долгим взглядом, а затем пошел прочь.

— Отцепись от этой сферы, — попросил Муан, подойдя к нему.

Вопреки просьбе, Шен дотронулся до сферы и второй рукой (чтобы Муан наверняка не смог ее отобрать). Прикрыв глаза, Шен оказался в ледяной темнице Ланнан.

Девушка бодро скользила по ледяной глади, изредка взлетая с помощью своих полупрозрачных крылышек. Завидев заклинателя, она поспешно подлетела и опустилась перед ним.

— Давно я не ощущала себя такой живой!

— Что ж, я рад, что хоть кто-то из нас наслаждается происходящим. Я сейчас держу в руках твою темницу. Идем со мной, — Шен протянул ей руку. — Нам нужно к границе.

— Но до нее не добраться и за десять дней! Этот зимний простор слишком велик! — в отчаянии воскликнула девушка. — Я пыталась долететь до границы — это бесполезно! Мои силы заканчиваются куда раньше.

— Это не граница далеко, — возразил Шен, ухватив ее за руку, — это ты — слишком маленькая!

Когда он договорил, Ланнан почувствовала, что по воле заклинателя начинает увеличиваться. Это было очень странное ощущение: вроде бы внешне она не менялась, просто росла и росла, словно бы наполняясь энергией, однако при этом избытка силы внутри нее не было.

Заклинатель, держащий ее за руку, рос вместе с ней. Вскоре они стали в десять, в двадцать раз больше, потом в тридцать и сорок раз. И, наконец, достигли головами толстого стекла. Стоило макушке фейри коснуться границы, ее с невероятной силой потянуло наружу. В глазах на мгновение запестрело, пол ушел из-под ног, она ощутила состояние свободного падения, а затем колени больно ударились о жесткую поверхность. Ланнан заморгала, приходя в себя.

Шен открыл глаза, с трудом сохраняя равновесие, и удовлетворенно увидел перед собой сидящую на полу и потрясенно моргающую девушку.

Словно почувствовав что-то, уходящий из зала Тельг обернулся и ошеломленно уставился на Ланнан. Ее рассеянный взгляд блуждал по залу, пока не зацепился за заклинателя.

— Веан! — воскликнула она.

— Ты… помнишь мое имя? — пораженно произнес тот.

— Спасибо за тот танец! — лучезарно улыбаясь, сказала Ланнан.

Тельг на мгновение окаменел, а затем несмело улыбнулся в ответ.

Шен чувствовал, что его руки занемели от холода уже почти до локтей.

— Скорее! Забери свою сферу! — воскликнул он зимнему королю.

— Нет, ты что! Она ведь может приобрести былые свойства! — с опаской воскликнул тот.

Шен раздраженно зарычал.

— Где тот ваш постамент?! Почему я должен обо всем сам думать?! Скорее тащите его!

— Отдай сферу, давай я ее подержу, — предложил с тревогой наблюдающий за ним Муан.

— Нет, это опасно. Нужно немедленно положить ее на постамент, только и всего.

Муан видел, что он быстро теряет силы от разливающейся по телу боли.

— Ничего страшного, — пробормотал Шен. — Совсем не так страшно, как зимняя стужа…

Элас подтолкнул его к двери и вскоре они оказались в бальном зале. Луна все еще низко нависала над танцующими парами, играла музыка и гости и не думали расходиться. Однако зимний король потревожил их танец резким хлопком. С этой магией в центре бального зала возник постамент.

— Друзья мои! Сегодня на нашем балу знаменательное событие! К нам возвращается потерянная Сфера Зимней Стужи!

Шен, не слушая его речей, быстро прошел до постамента и сгрузил сферу на подушечку. Пальцы ему помог разжать Муан, те совершенно не слушались. Оторвав ледяные руки Шена от сферы, он продолжил держать их в своих ладонях, пытаясь согреть.

Ал, наблюдающий за происходящим со стороны, с досадой понял, что пропустил нечто важное.

Бальный зал рукоплескал. Присоединились фейри, пришедшие на судебное разбирательство, и теперь вокруг было не протолкнуться. Оглядываясь по сторонам, Шен замечал, что восторженные лица сменяет плотоядное выражение, когда фейри глядят в его сторону. Он поискал глазами Тельга, при этом мысленно обратившись к Муану:

«Как думаешь, теперь, когда все разрешилось и с него сняли обвинения, старейшина Тельг захочет вернуться с нами?»

«Он не маленький, сам разберется. Нам нужно уходить», — Муан дернул его за руку.

«Да, конечно, но…»

Вокруг них сменялся калейдоскоп лиц и рож. То красивые, то безобразные, они наступали таким скопом, что голова шла кругом.

«Нужно хотя бы предупредить, что мы уходим…»

«Хватит всех спасать! — Муан потянул его прочь. — Оставь Тельга самого разбираться, что ему делать дальше».

Муан заставил его подняться на ступени, ведущие к выходу из бального зала, словно вытащил из бурного моря. Шен, наконец, смог спокойно осмотреться по сторонам и найти глазами своего ученика. Выяснилось, что Ал находился совсем рядом с ними.

— Думаю, зимний король не обидится, если мы уйдем без должных прощаний, — заметил Муан.

— Я тоже так думаю, — согласился Шен, нашарив, наконец, взглядом Тельга.

Старейшина скромно стоял возле колонны, не пытаясь ни уйти, ни приблизиться к Ланнан, он даже не смотрел на нее. Однако фейри, отбившись от своих пораженных собратьев, сквозь толпу сама направилась к нему. Шен отвел взгляд: Муан был прав, ни к чему сейчас это праздное любопытство, Тельг сам разберется, как ему поступать дальше.

— Идемте скорее, пока не случилось ничего неожиданного! — воскликнул Шен и первым направился к выходу.

Подростки поспешили за ним.

Привратник все еще стоял на входе в зал, но выпустил заклинателей, не проронив ни слова. Они оказались в темном холле, в который когда-то переместились из ледяных пещер с помощью столпа света. Казалось, это было так давно…

Шен решительно шел вперед, однако вскоре ему пришлось замедлить шаг. Столпа света, к которому он стремился, в холле больше не было.

— Куда он делся? — Шен покрутился по сторонам.

— Должно быть, «наш» переход закрылся… — осматриваясь, рассудительно заметил Муан.

— Мы можем попробовать переместиться с помощью этой каменной арки. Когда я попал сюда, то видел, как через нее прошел человек, — предложил Ал.

Предложение показалось всем разумным. Даже если они переместятся в отдалении от ордена, то лучше потратят несколько дней на дорогу, чем затянут свое пребывание здесь.

— Что ж, вперед, — скомандовал Шен. — Кто первый?

Ал с вызовом посмотрел на Муана, тот одарил его не менее хлестким взглядом. Чуть ли не толкаясь плечами, они одновременно рванули к арке.

— Аккуратнее! — потребовал Шен, но оба подростка уже растворились в воздухе.

Шен поспешил за ними, опасаясь, что может оказаться на той стороне прямо в центре сражения. По глазам ударил яркий свет, Шен заморгал, и через мгновение очутился в зеленом мире.

Они стояли на утопающей в зелени поляне, блеск солнца пробивался сквозь сочную листву, пели птицы, а под ногами раскинулся цветочный ковер.

Муан возмущенно всплеснул руками и уставился на свои маленькие ладошки.

— О, нет! Я надеялся, эффект исчезнет, как только я покину страну фейри!!

— Тебя это сейчас больше всего волнует?! — потрясенно воскликнул Шен. — Когда мы уходили из ордена, был разгар зимы!! А сейчас что?!