Глава 111. Лабиринт Пади Саллан

— Я люблю тебя, — произнес Муан.

Сказав это, он вытаращился на Шена, будто сам от себя подобного не ожидал.

Брови старейшины пика Черного лотоса поползли на лоб. Но тут его дернули за другую руку, а стоящий рядом главный герой отчаянно выдохнул:

— Я люблю вас, учитель!

«О, нет-нет-нет! Неужели оно все еще действует?!» — мысленно взвыл Шен.

Когда он проходил арку сказок, все в Пади Саллан отчего-то принялись влюбляться в него. Перенесясь в реальный мир, он, благо, не забрал с собой эту способность, и давно позабыл о ней, рассчитывая, что и в Пади Саллан она исчезла. Однако бледный Муан сейчас смотрел на него затравленным взглядом, а любые слова, которые он пытался сказать, превращались в «я люблю тебя».

— Не переживай, я так на всех влияю, — попытался успокоить его Шен.

Муан вытаращился на него пуще прежнего, и Шен понял, что не слишком прояснил ситуацию. Ал повис на его руке и смотрел восхищенными глазами, повторяя слова любви. Увидев, что внимание учителя отвлечено на старейшину пика Славы, Ал возмущенно воскликнул:

— Это я его люблю!

Шен испугался, что Муан сейчас стукнет его ученика по голове, но вместо этого тот экспрессивно воскликнул:

— Это я его люблю, а ты — заткнись!

На какое-то время Шен был забыт, а Ал и Муан набычились друг на друга. Шен задумчиво смотрел на них, размышляя, что можно сделать. Неожиданно его дернули назад, а рядом с ухом раздался голос:

— Я люблю вас, старейшина!

Шен резко обернулся и увидел перед собой ученика старейшины Муана, влюбленными глазами глядящего на него. Ал и Муан тут же перестали ругаться и уперли в парня угрожающие взгляды. Шен потер лоб.

— Так… ладно… Вы же хотите порадовать «свою любовь»?

Все трое с готовностью закивали.

— Меня больше всего порадует, если мы как можно быстрее пройдем этот лабиринт и закончим испытание пика Таящегося ветра.

— Скорее вперед! — воскликнул Муан, но остался стоять на месте, потому что Шен остался.

— Вот, верный настрой! — похвалит тот, и Муан радостно заулыбался. Не хватало только хвоста за его спиной, виляющего из стороны в сторону.

Шен осмотрелся по сторонам и, не найдя ничего более подходящего, развязал ленту, которой скреплял волосы, и обвязал один ее конец вокруг руки Ала, а другой — вокруг своей. Впереди их ждет лабиринт — самое первое дело случайно в нем потеряться, а испытание будет считаться пройденным, только если и Ал, и Шен его закончат.

Главный герой чуть не запищал от восторга, видя, что теперь их с учителем руки соединены лентой. Муан и его ученик очень кисло взирали на эту картину.

— А теперь пойдемте, — скомандовал Шен.

Старейшина пика Славы обнажил меч и первым вошел в лабиринт. Следом за ним вошли Ал и Шен, а замыкал шествие ученик Муана. «Надо бы потом узнать его имя».

Войдя, они почти сразу уткнулись в стену, а путь продолжился направо, затем коридор свернул налево и еще раз налево, а развилок так ни одной не показалось. Шен присмотрелся к кустам, которые являлись стенами лабиринта. На первый взгляд они казались обычной плотной растительностью, которую при большом желании можно было бы вырубить и пройти насквозь, но, когда он попытался ткнуть в «живую изгородь» мечом, тот почти сразу уткнулся в нечто твердое, словно за кустами была каменная стена. Тогда Шен раздвинул ветки руками, никакой стены не увидел, подался вперед, глубже и глубже, пока его не выдернули назад две пары рук.

— Ты чуть было целиком там не скрылся, — неодобрительно заметил Муан.

— Учитель, мне нужно было идти за вами? — спросил Ал.

Похоже, любовь застилала им глаза, и интеллектуальные способности несколько снизились.

— Нет, — вздохнул Шен, — идемте дальше.

Спустя около получаса они, наконец, добрались до первой развилки. Все трое (Ал, Муан и его ученик) уставились на Шена как на будду, который сейчас укажет им правильный путь.

— Ну… — Шен посмотрел налево, посмотрел направо. — Пойдем налево.

После того как свернули, они долго шли прямо. Шен несколько раз оборачивался на остальных и заметил, что за это время их компания расширилась: теперь на головах троих сидели яркие синие бабочки.

«Боги, главное, чтобы в меня не влюбилась змея!»

Новый поворот столкнул их с марионеткой. Кукла была выше человеческого роста, деревянная, с суставами, и двигалась рваными движениями, как будто кто-то неумело дергал за ниточки. Сперва она их не заметила, отчего-то роясь в кустах изгороди, и Шен с компанией замерли. Шен хотел было попытаться обойти ее, не потревожив, но тут вперед выскочил главный герой и с криком «Я ее победю!!» стал прыгать и тянуть Шена за собой, размахивая мечом. Старейшине пика Черного лотоса не оставалось ничего кроме как поддаться и потащиться за рьяно настроенным главным героем. Шен не успел стукнуть ладонью по лбу, а Ал уже перерубил куклу надвое. Парень обернулся с гордым видом и уставился на хозяина Проклятого пика в ожидании похвалы.

Однако не успел Шен сказать, что он хорошо справился, как обе половины куклы задергались и отрастили отсутствующие конечности. Одна из кукол слегка наклонилась и достала из изгороди топор, вторая точно так же выудила оттуда вилы. Шен переглянулся с Муаном и одновременно с ним обнажил меч, но первее старейшин в бой вступил ученик пика Славы.

Ал продолжал сражаться с куклами, нещадно дергая ленту, которой был связан с Шеном. Тот понял, что это была крайне непродуманная идея, так себя привязать. Пока Ал отбивался от куклы с топором, Шен пытался развязать узел, в который превратился его бантик. Ал справился первее и, когда он обернулся к учителю, тот сказал:

— Ал, постой спокойно минутку.

Главный герой заметил, что учитель пытается развязать ленту, которой ученик так гордится.

— Учитель, не надо! Не уничтожайте нашу любовь!!

— В сражениях это довольно неудобно, — пояснил свои действия Шен, уже несколько привыкший пропускать мимо ушей все слова с корнем «люб».

Пока они спорили, ученик Муана расправился со второй марионеткой. Но стоило ему перевести дыхание, как куклы вновь задергались, и вновь каждая отрубленная часть отрастила себе недостающие конечности. Теперь перед ними стояли четыре куклы, двое из них наклонились к изгороди и вооружились, а двое — подняли с земли топор и вилы.

— Я быстро с ними расправлюсь! — уверенно произнес Ал.

— Вот только так может продолжаться бесконечно, пока весь тоннель ими не заполнится, — рассудил Шен. — Лучше просто переберемся на ту сторону и попробуем пойти дальше, может, они за нами не погонятся.

Вскоре его идея была исполнена. Они обогнули кукол, ученикам старейшин приходилось сдерживать их удары, постепенно отдаляясь. Когда все ушли достаточно далеко от места первоначальной встречи, куклы потеряли интерес и не погнались за ними.

Как только бой закончился, бабочки вернулись на головы Ала, Муана и его ученика. Шен никак это не прокомментировал, развернулся и пошел вперед, дернув за ленту Ала.

Как-то внезапно через дюжину поворотов тоннель зеленой изгороди кончился полем сухой травы.

— Лабиринт закончился? — недоверчиво произнес Шен. — Но где же кресла?

Все осмотрелись. На другой стороне поля возвышалась высокая каменная стена.

— Что-то мне подсказывает, что там впереди всего лишь продолжение лабиринта, — констатировал Шен, указывая рукой на виднеющуюся на горизонте стену. — Ладно, пойдемте.

Стоило Алу сделать шаг в траву, как он ойкнул от боли и неуверенно отпрянул назад. Шен перевел на него взгляд и увидел, что щеку главного героя прочертила тонкая кровавая полоса. Шен удивленно приподнял брови, а затем сделал шаг в траву, выставив вперед руку.

Нечто метнулось к его руке с невероятной скоростью, однако затем замедлилось и остановилось. Перед ним зависло маленькое человекоподобное существо со стрекозиными крыльями, вооруженное мечами в четырех руках.

— О, я так вас люблю! — пропищало создание. — Меня охватывает ужас, когда я думаю о том, что мог вас поранить!

— Кхм… Что ж… Можно пройти по вашему полю?

— Ох, я так надеялся, что вы спросите, могу ли я остаться с вами навеки! Конечно, могу! Любовь моя выше гор, шире морей, длиннее рек, жарче солнца!..

— Достаточно! — прервал этот поток излияний Шен. — Я всего лишь надеюсь, что вы не навредите нам, когда мы пойдем через поле.

С этими словами он двинулся вперед. Из травы то и дело вылетали маленькие существа, но стоило им подлететь поближе, завидев Шена, они опускали оружие и принимались пищать о своих возвышенных чувствах. Ал шел рядом, отмахиваясь от назойливых существ, и уже несколько раз получил маленькими мечами по руке. Это было похоже на уколы булавки и дико раздражало!

Муан со своим учеником шли за Шеном и Алом, и какое-то время продвигались вполне сносно, пока мечнику не взбрело в голову сообщить одному из мелких существ, что, вообще-то, Шен — его любовь, и чтобы тот губу-то свою мелкую не раскатывал и дружкам своим то же передал. Это было его фатальной оплошностью. Группа мелких существ, образовавшаяся вокруг них, больше походила на рой. Они налетели на Муана, не щадя живота своего. Мечник отмахивался от назойливой «мошкары», но к моменту, как они преодолели поле и добрались до стены, весь оказался исцарапан, а одежда во многих местах прохудилась и свисала лохмотьями. Шен, увидевший эту картину, с прискорбием покачал головой и заявил, что если они будут драться между собой, то очень сильно его обидят. Слова возымели моментальное действие: рой мелких существ перестал нападать на Муана и зажужжал у него за спиной.

— Скорее бы этот лабиринт закончился… — глядя на все это, тоскливо пробормотал Шен.

Каменная стена перед ними лентой тянулась вдаль, нигде ни намека на вход внутрь. Они попытались перелететь через нее, но все полеты на мече блокировались (что в принципе было логично, но все равно досадно). Перепрыгнуть через нее с разбегу также было невозможно. Тогда они пошли вдоль стены и прошли так больше часа. В какой-то момент стало понятно, что так может продолжаться до бесконечности, и, возможно, на самом деле они не сдвинулись с места.

— Есть идеи? — поинтересовался Шен.

Он повернулся к своим спутникам и практически воочию увидел сердечки, застывшие в их глазах. Шен в ужасе отвернулся.

«Ну что ж, — через минуту подумал он, — если все идет абсурдным образом — нужно довести этот абсурд до максимума!»

Затем он повернулся к стене и положил на нее руку, чуть поглаживая пальцами.

— Стеночка, милая, если ты меня любишь, то порадуй — откройся, — предложил он, не слишком надеясь на результат.

Однако результат последовал: в стене перед ним в тот же миг образовался проход! Шен пошел вперед, не оглядываться на своих спутников, и дернул Ала за ленту.

Раз уж у него выдалась такая читерская способность, нужно было максимально эффективно использовать все ее положительные стороны! Шен не стал раздумывать, куда свернуть, а подошел к следующей стене и повторил те же манипуляции. В стене вновь образовался проход.

«Что ж, продолжая в том же духе, мы быстро достигнем выхода!» — воодушевился Шен.

Он долго шел, проделывая эти манипуляции и не оглядываясь, пока не подумал, что давненько не слышит доносящихся монотонным гулом слов любви. Шен тут же оглянулся. За его спиной никого не было. Лента, что была привязана к его руке, уходила в сплошную стену.

— Надеюсь, их не замуровало заживо!

Шен подбежал к стене и ощупал ее, затем попросил исчезнуть. Стена исполнила просьбу, но за ней никого не оказалось, а лента уходила в следующую стену. Шен задумчиво застыл на месте.

Без Ала проходить испытание не имело смысла, пик Черного лотоса проиграет, если он не выберется. Хотя есть вероятность, что без Шена рядом мозг главного героя включится, а удача поможет выбрать правильные повороты и быстро выбраться из лабиринта, все же Шен не знал наверняка и не хотел так рисковать. Костеря эту ситуацию на чем свет стоит, он пошел назад, надеясь, что отошел от спутников не слишком далеко.

Вскоре он дошел до самого поля, откуда начинался путь через стены, но так никого и не встретил. Возле поля лишь кружил рой мелких существ.

— О, любовь наша! — наперебой запищали они, узрев Шена. — Ты вернулся! Мы чуть не умерли от тоски! Мы не можем покинуть этого поля! Останься с нами, наша любовь!

Шен молча отступил назад, скрывшись за стеной. Он остался стоять посреди пустого коридора. Лента вконец запуталась между стенами, поэтому он отвязал ее от своей руки.

Постояв немного в нерешительности, Шен вновь пошел вперед, внимательно смотря по сторонам. Он шагнул в проход, образовавшийся в стене, оглянулся направо, налево, никого не заметил, прошел через следующую стену, опять оглянулся, и снова никого. Таким образом он преодолел пять стен, а затем заметил что-то вдалеке. Он свернул и направился туда.

К сожалению, подойдя ближе, он не нашел ни намека на присутствие Ала. На ветке дерева, растущего посреди коридора, висело шесть птичьих клеток, внутри которых оказались заперты маленькие феи. Завидев приближающегося заклинателя, те сначала принялись просить освободить их, а затем, когда он подошел поближе, стали признаваться в беззаветной любви.

— Эй, вы не видели здесь парня со светлыми волосами в серебристой одежде?

— Любимый, для тебя мы достанем все, что угодно! Хоть луну с небосклона, хоть парня со светлыми волосами! — заверила феечка, напоминающая бутон розы.

— Вы можете его найти?

— Выпусти нас — и мы найдем его для тебя!

Шен в любом случае собирался помочь им спастись, и, когда они пообещали ему помощь, принялся открывать клетки. Стоило ему открыть последнюю, как по коридору разнесся озлобленный вой. Земля задрожала под ногами, а через мгновение из-за поворота выскочил огромный монстр со звериной пушистой мордой и хвостом скорпиона.

Старейшина пика Черного лотоса выхватил меч, приготовившись к битве, но стоило зверю приблизиться, как он заскулил и заигрывающе махнул скорпионьим хвостом. Шен вздохнул и спрятал меч. Монстр перед ним переступал с лапы на лапу, словно большущая собака, желающая, чтобы с ней поиграли. Шен осмотрелся по сторонам, поднял с земли палку и кинул за спину монстра. Тот подпрыгнул на месте, развернулся и побежал за палкой.

— Представляю, в каком шоке будет старейшина Тельг, если увидит, как я прохожу лабиринт…

Вскоре монстр вернулся и бросил палку ему под ноги. Туша этого существа загораживала собой проход.

Разлетевшиеся феи вернулись спустя несколько минут, когда Шен уже вдоволь наигрался с монстром.

— Мы нашли! Мы нашли для тебя светловолосого парня, любовь наша! — наперебой восклицали они, принявшись летать вокруг его головы. — Следуй за нами!

Казалось, Ал закрыл глаза лишь на мгновение, но внезапно все вокруг переменилось: не было ни учителя, ни мастера Муана с его учеником, и даже бабочки исчезли. При этом лента, которой он был связан с Шеном, все еще была обвязана вокруг руки, вот только уходила в сплошную стену.

Стоило Шену исчезнуть, как наваждение «любви» спало и Ал потрясенно вспомнил, как признавался ему, спорил с мастером Муаном и отбивался от других надоевших влюбленных существ. Самое странное, Шен воспринимал все происходящее без должного потрясения, словно это не выходило за рамки его понимания. А вот за рамки понимания Ала это явно выходило!! Как так вышло вообще?! У него аж сердце разболелось от переживаний.

И все же Ал смог взять себя в руки и вспомнить, что, с Шеном или без, он все еще должен пройти испытание и выбраться из лабиринта. Парень осмотрелся по сторонам. Стены окружали его с трех сторон и оставалось лишь одно очевидное направление. Либо Ал куда-то переместился, либо стены надвинулись на него, потому что он не помнил, как сюда пришел.

Трава сменилась песком, идти стало тяжелее. Хотя коридор оставался пустынен и молчалив, Ал чувствовал нарастающую тревогу и обнажил меч, чуть замедлившись.

Сделав следующий шаг, он вышел на развилку и наткнулся на Шена. Учитель стоял в нескольких шагах перед ним и с превосходством смотрел на Ала. Тот вздрогнул, почувствовав на себе столь непривычный взгляд.

— Ах, ну ничего не можешь, — посетовал Шен. — Даже до выхода из лабиринта добраться, хотя тебе всего лишь нужно выбрать правильное направление.

— Я… Учитель, эм… — замешкался Ал.

— Ну да, как рассказывать, как ты меня любишь — так ты мастер, а как продемонстрировать своему учителю хоть какие-то достойные способности — так это не про тебя, да?

Ала задели эти слова. Он чувствовал, что в стоящем перед ним Шене что-то не так, но не мог понять что.

— Я, должно быть, где-то прогневал небеса, раз они послали мне такого ученика! Сколько ран и боли ты мне нанес, и все из-за того, что я вызвался помогать тебе!

Меч дрогнул в руке Ала. Учитель все правильно говорил. Раньше Ал хотя бы мог оправдывать себя тем, что мстил за старые обиды, что не сразу разобрался, как изменилось отношение учителя. Но теперь… теперь он знал, что мстил не тому человеку. Что человек, который открыл ему свои объятия, который сделал его своим учеником, он никогда не делал Алу ничего плохого, не унижал и не бил его. Он познакомился с ним на Тропе тигра. На самом деле впервые встретился с ним там, и сразу получил от него ментальный удар, который чуть не отправил его на тот свет. А дальше? Вымещая накопленный гнев, Ал ведь снова его ударил, как раз в Пади Саллан, когда…

Тут до Ала кое-что дошло. Странность учителя перед ним, которую он никак не мог уловить. Это не учитель, это доппельгангер.

Ал выставил перед собой меч.

— А ну отстань от меня, тварь!

— Так ты разговариваешь со своим учителем? — посетовал тот. — Какой агрессивный!

— Ал, может быть, опустишь свой меч? — услышал Ал голос сзади.

Он развернулся и увидел еще одного учителя. Этот улыбался, чуть склонив голову на бок. Рука Ала дрогнула в нерешительности, он замешкался и опустил меч.

— Правильно, ты ведь не хочешь снова навредить мне? — улыбнулся этот Шен. — Боюсь, еще одного удара я не выдержу.

Он все еще тепло улыбался ему, и тут Ал со страхом заметил, что из приподнятых уголков его рта текут по подбородку струйки крови. «Шен» закашлялся, кровь потоком полилась из его рта.

— Нет, учитель!

Несмотря на то, что Ал убеждал себя, что это ненастоящий Шен, он не мог на это спокойно смотреть.

— Ты ни в чем не виноват, Ал, — с той же улыбкой на устах произнес истекающий кровью «Шен». — Это ведь нормально, что учитель расплачивается за ошибки своего ученика.

На глазах Ала выступили слезы.

— Хватит!! — закричал он. — Хватит меня мучить!! Вы, убирайтесь!

— Я хочу обнять тебя, — внезапно перед парнем появился третий учитель, широко раскрывающий для него объятия. — Просто обними меня.

— ААА! — закричал Ал и упал на колени, хватаясь за голову руками.

Это невыносимо! Они видели все его слабости! Они знали, чего он боится больше всего, чего больше всего желает и что больше всего ненавидит!!

— Прекратите!! — закричал Ал.

Вокруг него взметнулся поток яростной духовной энергии. Она закружилась вихрем, взметнулась столбом вверх и стала расширяться кольцом, поглотив всех доппельгангеров. Уши Ала наполнил крик учителя. Пусть даже это были всего лишь дубликаты, этот голос был слишком реалистичным, чтобы спокойно это воспринимать.

Ал закрыл уши руками, пригибаясь к песку, энергия рвала и метала все вокруг, круша стены. Крик доппельгангеров давно исчез, но Ал продолжал сидеть на месте, не в силах прийти в себя. Энергия продолжала бушевать вокруг него.

Шен все еще шел за феями, когда услышал в стороне подозрительный лязг. Он обернулся, на всякий случай беря наизготовку меч, и увидел старейшину Рэна с его учеником, отбивающихся от группы вооруженных призрачных воинов. Хоть мечи в руках призраков казались такими же нематериальными, как они сами, лязг и сопротивление они создавали вполне физическое. Шен замер на месте, раздумывая, стоит ли как-то в этом поучаствовать или пройти мимо. Наконец, он решил, что правильнее будет не обращать внимания, и уже сделал несколько шагов прочь, когда Рэн заметил его и разразился криком:

— Подлый демон, любовь всей моей жизни!!

Такую сцену Шен проигнорировать не мог. Он обернулся, расплываясь в широкой улыбке.

Рэн выглядел потрясенным, его лицо буквально перекосило, и он крикнул:

— Что за дьявольские чары ты используешь… даря мне свою великую милость?! О, прекраснейший из заклинателей, дай мне пасть к твоим ногам, только не лишай своего взора, изыди!!

Шен окинул его оценивающим взглядом, словно и в самом деле решал, не включить ли его в своей гарем. К этому моменту кроме кружащих вокруг феечек и огромного монстра, виляющего скорпионьим хвостом, к процессии, возглавляемой Шеном, присоединилась также пара черных мерзковатого вида демонических существ, чей скорбный лик излучал несвойственную любовную энергетику.

Брови Рэна трагично изогнулись, словно он страдает от ужасной муки, но уста молвили:

— Я буду вечно лобызать твои сапоги! Позволь мне отдать жизнь за тебя, это будет величайшей мне отрадой, чертов демон, любимый!

Шен с трудом сдерживал смех, поэтому просто отвернулся. Сражающиеся с Рэном и учеником пика Росного ладана призраки обратили на старейшину пика Черного лотоса свое внимание и спустя мгновение покидали мечи на землю и подлетели к нему, клянясь в вечной любви и преданности.

Это было бы смешно, если бы не было так печально. Шен собирался было продолжить путь, но внезапно ближайшие стены исчезли, растворившись в золотом огне.

Вихрь бушевал, уничтожая все в радиусе действия, а в центре пригнувшись к земле сидел на коленях Ал. Мгновение Шен потрясенно взирал на это, а затем, окружив себя темной подавляющей аурой, бросился к ученику. Энергия, бушевавшая вокруг, ударялась об ауру, словно волны. Шен с трудом добрался к ученику под гнетом этой силы.

— Ал! — Шен приподнял его за плечи и заглянул в лицо.

По лицу главного героя стекали слезы, смешанные с песком, а взгляд, направленный сквозь Шена, остекленел.

— Я ненавижу себя! Ненавижу! — твердил тот.

Шен вздрогнул. Услышанные слова зародили в его груди смятение. Главный герой уничижает себя? Что пошло не так? Разве у него не хорошая жизнь? Разве Шен не сделал все возможное, чтобы этот ребенок хорошо жил?

Почувствовав его сомнения, вокруг тут же взметнулись тени, голоса стали нашептывать гадости, а серая энергия смерти, которую он все это время подавлял, закружилась, словно прах на ветру. Из-за мельтешащих серых пятен Шену было сложно сделать вдох, казалось, легкие тут же заполнятся пеплом.

Ситуация совершенно вышла из-под контроля.

«Нет-нет-нет-нет!!» — мысленно закричал Шен.

Черная подавляющая аура сплошным полотном взметнулась вокруг него. Никогда еще он не использовал такую мощь в одно мгновение. Голоса и серая пелена перед глазами тут же исчезли. Шен перевел дыхание и откинул голову назад, делая глубокий вдох. Затем он убрал ауру и осмотрелся. И только тогда до него дошло, что сила, которую он использовал, не только заставила заткнуться голоса и удалила серую дымку, она ударила по всему вокруг. А в непосредственной близости был главный герой.

Шен в ужасе воззрился на парня, лежащего в нескольких метрах от него. Темная энергия, используемая Шеном, откинула его прочь. Лицо Ала было бледным, и он выглядел бездыханным.

[+100 к злодейской деятельности! Продолжайте стараться! — 100 к взаимоотношениям с главным героем!]

«А-а-а!» — мысленно взвыл Шен. Черт побери, он ударил главного героя! Ударил главного героя! Что теперь будет с этим глупым злодеем?!

Беспокойство за жизнь ученика охватило Шена только в первое мгновение. Затем он, все еще сидя на месте и тупо глядя на тело перед собой, припомнил, что главный герой в любом случае не мог получить серьезных повреждений — аура главного героя не позволит. К тому же, какие бы раны ни были получены в Пади Саллан — на теле в реальном мире это не отразится. По всему ситуация не могла быть названа критичной. Но вот для злодея, посмевшего поднять на него руку… все могло закончиться куда трагичней.

Эти мысли мгновенно пронеслись в голове Шена, а затем он подошел к своему ученику и склонился над ним, изучая повреждения. Серьезных внешних травм выявлено не было, тогда Шен дотронулся до его плеча и позвал. Реакции не последовало. Подумав, что, может быть, так даже лучше, Шен перекинул руку Ала через свое плечо и потянул на себя. Перехватив поудобнее, он взгромоздил главного героя себе на спину.

Старейшина Рэн, в момент опасности огородивший щитом себя и ученика, подбежал к Шену, сладострастно лебезя:

— Демонова любовь моя, ты не пострадал?

Его ученик подошел вслед за ним и преданным взглядом с сердечками в глазах не мигая воззрился на Шена.

— Просто оставьте меня, — попросил Шен этих двоих.

В конце концов в его планы не входило выводить к выходу Рэна.

— Нет, не гони меня прочь, чертов демон, любовь моя! — выдохнул старейшина пика Росного ладана. — Я не выживу, если потеряю тебя навеки!

Шен вздохнул.

— Мы расстанемся временно, уверяю вас. Стоит вам выбраться из лабиринта — как мы тут же вновь встретимся.

— Нет!! — категорично завопил старейшина Рэн, а ученик за его спиной истово закивал. — Я не выдержу ни минутного расставания с тобой, демонова любовь моя, чертов прекрасный выродок!

Шен оценил яркость эпитетов и вздохнул. Что ж, остается надеяться, что Рэн со своим учеником куда-нибудь провалятся по дороге.

С этими мыслями Шен направился по очередному коридору.

Получив молчаливое согласие своей демоновой любви, старейшина Рэн и его ученик засеменили следом. За ними пристроилось призрачное войско, с которым не так давно они вели бой, а вслед за теми шел большой пушистый монстр со скорпионовым хвостом и ползли демонические создания. Над их головами летали феечки.

Пройдя ведущий в нужном ему направлении коридор и уткнувшись в тупик, Шен вновь стал просить стены расступиться перед ним, и конечно же не получал отказа.

Спустя немалое количество времени, стены перед ним неожиданно кончились, и Шен увидел стоящие в стороне кресла, боясь поверить своим глазам.

— Мы добрались! — радостно воскликнул он, но кроме него никто не оценил этой вести.

Ал по-прежнему не пришел в себя, и Шену оставалось только надеяться, что ученик очнется, когда сознание его переместится в реальное тело, а старейшина Рэн с учеником продолжали с любовью смотреть на Шена и никакие кресла их вовсе не интересовали.

— Так, — подойдя к оным, начал Шен, — вы двое — присаживайтесь на эти кресла.

— Как пожелаешь, демонова любовь моя! — тут же воскликнул Рэн и выполнил его распоряжение.

Ученик Рэна последовал его примеру, и Шен увидел, как их тела тут же растворяются, стоило им сесть в кресла. Затем он опустил в другое кресло Ала и подождал, пока он исчезнет, а затем сел сам.

В следующий миг он открыл глаза в реальном мире, а на его барабанные перепонки обрушились неистовые крики старейшины пика Росного ладана.