Глава 179. Встречи ведут к расставаниям, за нежностью крыла бабочки скрывается буря потерь (5)

Благодаря Смертельному лакомству, место перед воротами, открывающими путь на пятый уровень, более не казалось таким уж опасным, хотя нельзя сказать, что стало более приветливым. Лишившись кровавой воды, дно обнажило многочисленные останки, что Шен сперва окрестил как кости и черепа, но при внимательном изучении заметил и куда более свежие разлагающиеся тела. Впрочем, большинству заклинательского отряда этот факт не помешал подкрепиться. Они сидели на бывшем берегу и поглядывали на застывшую истуканом Кровавую деву. Как только кровь исчезла из озера — она тут же вернулась на свое место и замерла.

— Нам… нужно возвращаться, — переведя сбившееся дыхание, произнес Лунг.

Он был бледен, а в уголке рта все еще скапливалась кровь, которую он смахивал грязным рукавом. Не нужно было спрашивать, как он себя чувствует, чтобы понять, что тот удар девы нанес ему серьезные повреждения.

Шен и Муан выглядели куда лучше, пусть тоже с ног до головы искупались в кровавых водах. Лев даже толком не запачкался, а лисица неким сверхъестественным способом умудрилась очиститься, будто впитала в себя кровь не хуже Смертельного лакомства.

Шен дотронулся до рукояти меча, лежащего подле него. От переизбытка силы даже в ножны его было страшно засовывать, а когда он дотрагивался — по пальцам бежала приятная волна, похожая на мелкие разряды тока.

— Что будем делать с барышней Сун Тян? — произнес Лев, посмотрев на скромно сидящую рядом с Шеном девушку.

Шен переглянулся с Муаном. Они пришли к молчаливому согласию не то, что без слов, даже без мысленной речи.

— Мы пойдем дальше. Мы обещали найти ее сестру.

Это было удобное решение. Если не задумываться, мотивы казались исключительно благородными. Шен не сомневался, что в конечном итоге они все равно бы пошли — зайдя так далеко, Муан вряд ли бы смирился с тем, что так ничего и не выяснил о смерти родителей. Однако сомневался бы он куда дольше, так что задание Системы пришлось как нельзя кстати.

«Ер, очевидно, тоже пойдет с нами, — мысленно добавил он. — К сожалению».

Муана эта новость не удивила.

— Вы не можете знать, что ее сестра преодолела четвертый уровень, — поморщившись, произнес Лунг. — Куда логичнее продолжать поиски на этом этаже или подняться выше.

— Нет, она ниже, — упрямо произнесла Сун Тян.

У Лунга не было сил с ней спорить.

— Госпожа Яо, — обратился Шен к лисице, — проводишь старейшину Лунга в орден?

Та посмотрела на Шена поверх светящихся лотосов, которые все еще сжимала на манер букета. В ее глазах отразились лучики света.

— Конечно, — легко согласилась она.

Так легко, что Шену пришлось уточнить:

— Живым.

— Я поняла, — согласилась лисица.

— Старейшина Лев, что насчет вас? Надеюсь, в вас достанет благоразумия вернуться с нами? — уточнил Лунг.

Лев покосился на Шена, а затем ответил:

— Не думаю, что наша экспедиция подошла к концу. Не могу позволить себе пропустить подобное зрелище. К тому же, существует вероятность, что легендарное вино тоже находится ниже.

Лунг Рит поджал губы. Сейчас этот отряд был именно тем, у которого, казалось, действительно есть шансы пробраться ниже и вернуться. В другой ситуации он ни за что бы не упустил возможность отправиться дальше. Но сейчас их цель была достигнута, а Лунг был ранен — он не мог позволить себе сомневаться.

— Непременно сохрани лотосы и отдай их старейшине Загу, — напутствовал Шен лисицу. — Ты ведь знаешь, как выглядит старейшина Заг?

— Разберусь, — кивнула та.

— Что насчет вас? — Лунг повернулся к Рэну. — Уж вы-то вернетесь с нами?

Ер поглядел на него и тоскливо вздохнул. Конечно, ноги бы его здесь не было, если бы не Система со своими гребаными заданиями!

— Я тоже отправлюсь дальше.

Раздражение в груди Лунга заклокотало вместе с кровью.

— Хорошо, — нервно произнес он, — вы спуститесь и найдете сестру Сун Тян. Что дальше? Как вы намерены вернуться?

— Как-нибудь, — буркнул Ер.

— У меня есть кое-какие соображения на этот счет, но пока рано об этом говорить, — отозвался Шен.

На берегу воцарилось молчание. Лунг долго смотрел на огромные ворота, находящиеся за спиной Кровавой девы. Наконец, решившись, он покопался в своей сумке и достал из нее потертую тетрадь. Старые листы вразнобой выбивались из нее, а обложка была засаленной и затертой. Лунг протянул ее Шену. Тот недоуменно посмотрел на тетрадь, а затем аккуратно взял в руки.

— Это дал мне глава ордена.

— Шиан?

— Это дневник вашего дяди.

Шен вскинул на Лунга потрясенный взгляд, а затем раскрыл тетрадь.

— Должно быть, вы знаете, что глава ордена Шеин, ваш дядя, был одним из тех, кто открыл гробницу тридцать лет назад. Но не уверен, что вам известно, что он также участвовал в той самой экспедиции, которая первой спускалась в гробницу. Он был единственным, кто вернулся. К сожалению, после этого он не прожил долго, но оставил дневник. Не так давно, когда я отправился за лотосом, глава Шиан рассказал мне об этом и дал дневник. Тогда я еще не был уверен в точном расположении этого озера лотосов и искал любую дополнительную информацию о гробнице. Глава Шиан сказал, что ваш дядя только ему об этом рассказал. Теперь, раз уж вы решились идти дальше, мой долг передать этот дневник вам.

Шен перелистнул несколько старых страниц.

— Но почему вы сами не воспользовались им, чтобы пройти дальше?

Лунг невесело хмыкнул.

— Если бы все было так просто. Описания вашего дяди неконкретны и полны загадок. Не думаю, что, записывая все это, он преследовал цель составить точные указания маршрута.

— Вы изучили весь дневник? — взволнованно спросил Муан. — Там что-нибудь говорится о других членах той экспедиции?

Лунг покачал головой.

Шен переглянулся с Муаном. Подумать только, оказывается, и семья Шена тесно связана с гробницей. Слушая рассказ Муана, Шен совсем не подумал о такой вероятности. Хотя стоило ожидать нечто подобное, учитывая принцип построения сюжета. Значит ли это, что дядя Шеин ушел из жизни из-за проклятья гробницы? После чего новым главой ордена стал Шиан.

Какое-то время сидели в тишине. Лунг задумчиво взирал на высушенное дно озера, а Шен прочитал несколько первых страниц. Мысли на них были непоследовательными и, в основном, заумными не в самом хорошем смысле этого слова. Дядя размышлял о жизни и смерти (в основном, о смерти) и лишь поверхностно упомянул гробницу. Затем сразу шло описание некого помещения с пятью гробами, их зарисовка и выдержки из более древних трактатов с пометками дяди. Он предполагал, что в гробах захоронены генералы царства Юйду, тем самым призванные оберегать покой принца.

— Что ж, пора идти, — произнес Лунг, поднимаясь на ноги.

Шен прервал чтение и отрешенно посмотрел на него. Затем вздохнул, возвращаясь в реальность.

— Пока что я не знаю, как сможет помочь вам этот дневник, — сказал Лунг, кивком указав на старую тетрадь. — Но, возможно, вы сумеете найти точку отсчета или разгадаете, что значат те заковыристые сравнения. Надеюсь, вы благополучно вернетесь и расскажете о том, что вам довелось увидеть.

С этими словами Лунг поклонился и направился к коридору.

— Вам тоже счастливого пути, старейшина! — крикнул ему вслед Шен и перевел взгляд на лисицу.

Та невинно нюхала лотосы.

— Обязательно и как можно скорее доставь лотосы в целости и сохранности, хорошо?

— А что мне за это будет? — заигрывающе улыбнулась она.

— Поиграем в прятки, когда вернусь? — предложил Шен.

Лиса усмехнулась. Шен был уверен — будь видны ее хвосты, сейчас бы они задорно виляли из стороны в сторону.

— Не попади в неприятности.

— Ты так мило беспокоишься, — произнесла лиса, нежно проведя по его щеке кончиками пальцев.

Шен, вообще-то, больше беспокоился за сохранность лотосов и ее способность доставить их в орден, но решил не уточнять. Напоследок лиса чмокнула его в щеку и побежала догонять Лунга.

Когда эти двое скрылись в коридоре, Лев произнес:

— Сразу как-то неуютно стало.

— Дружище, может, все-таки вернешься с ними? Я не хочу брать ответственность в случае твоей безвременной кончины. У тебя еще есть время догнать Лунга.

— Не надо делать вид, что умнее всех, — предложил Лев.

Шен промолчал.

— Барышня Сун, ступайте аккуратно, — галантно подав руку, произнес Лев.

Однако «барышня», взглянув на его ладонь, схватилась за локоть Шена. Они шли по дну высохшего озера, старательно пытаясь не наступать на останки и контролируя каждый шаг. Ноги скользили на костях и черепах, редкие участки земли между ними были покрыты вязким илом, идти по которому было не менее тяжко, чем по костям.

Лев чуть повел бровью, но больше никак не выказал того, что уязвлен. Шен с сочувствием покосился на приятеля. «На то, что она липнет именно ко мне, есть существенная причина, о которой тебе лучше пока не знать, дружище», — подумал он.

Наконец, они преодолели озеро и с опаской обошли недвижимую Кровавую деву, каждое мгновение ожидая, что она вновь попытается напасть. Этого не произошло, и заклинатели потеряли к ней интерес, остановившись перед огромными, высотой с Кровавую деву, воротами.

— Думаете, здесь есть специальный механизм, чтобы их открыть? — спросил Лев.

По обе стороны от ворот на постаментах стояли подсвечники, ножки которых обвивали тоненькие дракончики. Они напоминали змеек, и Шен против воли передернул плечами и чуть отодвинулся.

— Возможно, эти подсвечники здесь не только в качестве украшений, — предположил он.

— Предлагаешь их зажечь? — уточнил Муан. — Но свечей в них нет.

— Может, попытаться зажечь их с помощью духовной силы? — предложил Лев и дотронулся до одного из подсвечников.

Остальные с интересом следили за его успехами. Лев сосредоточенно уставился на подсвечник (на деле воздействуя на него духовной энергией) и — вуаля — спустя несколько секунд сверху вспыхнул огонек.

Лев и сам удивился своему успеху.

— Значит ли это, что человек без духовной силы не смог бы войти? — произнес он, проделывая те же манипуляции с другим подсвечником.

Шен хотел уточнить, что ворота пока еще не открылись, но именно в этот момент тяжелые створки дрогнули.

— Интересно… — задумчиво произнес он, оглядываясь на Кровавую деву и бывшее озеро. — Само помещение и кровавое озеро рассеивают духовные силы, а чтобы открыть ворота, наоборот, необходимо применить их. Определенно, те, кто составляли ловушки на пути к усыпальнице, не желали, чтобы сюда добрались обычные разбойники. Но что насчет бессмертных заклинателей? Им дозволено попасть на пятый уровень. Интересно, почему?

— Не хочу накликивать, — продолжил его мысль Лев, — но, возможно, где-то дальше обитает нечто, этими самыми заклинателями питающееся. Ты подумал об этом?

— Да, — согласился Шен и первым пошел вперед.

Он вновь зажег пламя на ладони, дабы лучше видеть помещение, разгоняя окружающий мрак по дальним углам. Ноги погрузились в желтый сухой песок. Песчинки налипали на остатки не до конца высохшего ила и, некогда изящные, сапоги заклинателей быстро превращались в нечто бесформенно-тяжелое.

В помещении с круглыми стенами находились пять каменных гробов. Четыре из них были с покатыми крышками и располагались по сторонам света, пятый же стоял в центре, был значительно массивнее, а по его плоской надгробной плите и бокам змеились письмена.

— Пять гробов… — произнес Шен, медленно приближаясь к ближайшему. — Неужели те самые, о которых я только что прочитал?

— Что ты прочитал? — тут же уточнил Муан. Он подошел к соседнему гробу, настороженно оглядывался по сторонам.

— Дядя писал, что, предположительно, это могилы генералов Юйду, что охраняют покой принца.

— Если так — один генерал тут явно круче других! — воскликнул Ер, хлопнув ладонью по крышке центрального гроба.

Шен и не заметил, когда он там очутился. Мало того, что центральный гроб был намного больше остальных, настоящий саркофаг, на нем к тому же был рисунок. Там были изображены люди, расположенные один за другим, они стояли, низко склонив голову перед центральной фигурой — человеком, над головой которого располагался символ благоденствия.

— Постарайся ничего не трогать, — попросил Шен, издалека окинув рисунок взглядом. — Не забывай, Лунг предупреждал нас об опасности.

Ер махнул на него рукой.

— Лунг скрипел, как старая бабка. По его словам, так и сюда было почти невозможно добраться. Однако мы легко это сделали.

Шен скептически приподнял бровь. «Посмотрел бы я, как ты «легко» сделал бы это в одиночку».

— И все же ничего не трогай, тут могут быть ловушки, — произнес он и отвернулся, обводя взглядом стены.

Заклинатели разбрелись по помещению, внимательно изучая стены и простукивая скрытый под песком пол. Выхода нигде не было видно.

Сун Тян скромно остановилась между гробами и уставилась в потолок, Лев осматривал дальнюю часть комнаты, Муан и Шен изучали гробы, а Ер увлекся крышкой центрального гроба и аккуратно смахивал с нее пыль и песок с видом ценителя древней письменности.

— Приплыли… — спустя несколько минут разочарованно протянул Лев. — Неужели это тупик?

— Уже жалеешь, что не пошел с Лунгом?

Лев фыркнул и продолжил изучать стены.

— Твой дядя не писал, как пройти это место? — спросил Муан.

Шен положил дневник на крышку гроба и стал перелистывать страницы.

— Может, я что-то пропустил?

Много листов были не подшиты в дневник, а просто всунуты между страницами в беспорядке. Вскоре Шен заметил, что и страницы некоторые отсутствуют, а текст обрывается на полуслове. Было похоже, что когда-то этот дневник рассыпался по полу, а кто-то впопыхах собрал листы и небрежно засунул их под обложку. Пока он пытался составить из увиденного текст с началом и концом, Ер привлек внимание своим предположением:

— Может, проход в гробу? Неспроста этот гроб такой большой. Может, стоит их все открыть и проверить? Вдруг внутри сокровища?

— Не тревожь покой мертвых, — зловещим тоном отозвался Шен, не поднимая головы от дневника.

«Смерть в этом месте не являлась концом, как жизнь не бывает началом. Гробница Юйду словно воплощала в себе истинную суть вещей, в которой жизнь и смерть — две линии параллельного цикличного потока. Возможно, если бы я понял это раньше, никто не умер бы здесь, но каждый остался бы памятью этого места».

— Да ну тебя. — Ер передернул плечами и отвернулся, продолжив отчищать крышку.

Под рукой блеснуло. Ер уперся животом в гроб и потянулся за поблескивающей штуковиной в центре крышки. На вид блестело оно как золото, да и формы было вычурно-изящной, завитки складывались в цветок, в центре которого круглый белый нефрит перемежался золотыми линиями, уложенными в знак долголетия.

— Смотрите, что здесь!

Шен оторвался от чтения, обернулся, но остановить Ера не успел. Горе-писака сжимал в руках круглую золотую штуку, очевидно, ранее покоящуюся в крышке большого гроба. В следующий момент нечто щелкнуло, и песок, доселе смирно обволакивающий гробы и ноги заклинателей, принялся подниматься, закручиваться в маленькие смерчи, а затем вихрем пронесся по помещению.

Шен выставил барьер, но песок прошел сквозь него, почти не встречая сопротивления.

— Черт! Все на выход!

Заклинатели кинулись к воротам ровно в тот момент, когда тяжелые створки с грохотом захлопнулись. Лев ударился о них, пытаясь толкнуть плечом, но его попытки были словно капля в море.

— Положи эту штуку назад!! — заорал на Ера Шен.

Песок все набирал обороты. Сейчас он больно бил по лицу, трепал и рвал одежду, но ни у кого не оставалось сомнений, что через минуту они не смогут удержаться на ногах и станут полностью бессильны перед разбушевавшейся в помещении стихии.

Ер бестолково попытался приладить золотой цветок обратно на нужное место.

— Не выходит!

Шен с трудом приблизился к нему, прорываясь сквозь ветер и песок, и вырвал золотой предмет из рук. Посмотрев на цветок и место в центре гроба, откуда умудрился выковырять его Ер, Шен вскоре понял, что пытаться вернуть все как было бесполезно. Муан пробрался сквозь смерч с противоположной стороны и навалился на гроб, пытаясь отдышаться.

— Лев! Лев! Барышня Сун Тян! — попытался перекричать вихрь Шен. — Идите сюда!

Ер закрылся рукавами и присел на корточки возле гроба. Так ветер бил чуть слабее, но выжить все равно не получится: с каждым оборотом песчаный вихрь становился плотнее, словно песок брался из воздуха. Вздрогнув от посетившей его догадки, Шен поднял голову и посмотрел вверх. Глаза тут же резануло от ударивших в них песчинок, и он быстро заморгал, но смог увидеть ручьи и потоки песка, текущие прямо с потолка.

Шен тряхнул головой. Песок был в глазах, на губах и даже в легких. Надо было срочно что-то сделать, иначе они погибнут.

Муан потянул его вниз, и они вместе присели за гробом, немного укрывшись от ветра. Говорить вслух было почти невозможно, но они переговаривались мысленно:

«Возможно, если мы укроемся тканью и переждем — то сможем выжить», — предположил Муан.

«Кто знает, не заполнится ли эта комната песком целиком, — возразил Шен. — Где барышня Сун и Лев?»

Муан чуть опустил рукав, но все равно ничего не увидел из-за завесы песка.

«Должен быть способ выбраться из ловушки! Он всегда есть!..» — Шен закусил губу и почувствовал во рту песок. Он принялся отплевываться, уткнувшись макушкой в гроб. — «Гробы!» — дошло до него, и он закричал:

— Лезьте в гробы!!

Они с Муаном вскочили одновременно и, не сговариваясь, налегли на тяжелую крышку. Та поддалась, и вскоре они отодвинули ее достаточно далеко, чтобы можно было протиснуться внутрь.

— Лев! Ты слышишь?! — закричал Шен.

— ВСЕ В ГРОБЫ! — еще раз прокричал Муан. — «Давай, лезь», — это, мысленно, Шену.

«Ты лезь».

«Я за тобой».

— Что вы стоите, придурки?! — завопил Ер и первым, отпихнув Муана, забрался внутрь.

Песок с потолка стал обрушиваться уже не ручьями, а настоящими потоками. Шен и Муан протиснулись в гроб друг за другом. Шен попытался было еще раз позвать Лева, но Муан толкнул его вниз и быстро вернул крышку на место.

«Он поможет барышне Сун и спрячется в другом гробу!» — уверил он Шена.

Оставалось только надеяться, что так оно и будет. В конце концов, центральный саркофаг в любом случае был недостаточно большим, чтобы вместить весь их отряд.

Когда крышка была задвинута, в гробу установилась кромешная темнота, а из-за того, что песок врезался в стенки снаружи, стоял тихий гул. Муан облегченно выдохнул и замер, осознав, что буквально лежит на Шене. Попытавшись устранить эту неловкость, он приподнялся и стукнулся затылком о каменную крышку. Тихо охнув, он навалился на него еще сильнее.

«Я… не слишком тяжелый?»

Этот виноватый тон так позабавил хозяина Проклятого пика, что он расплылся в широкой улыбке, абсолютно невидимой в темноте. Этот мечник иногда ведет себя так стеснительно-мило.

Муан в тот момент, совершенно не представляя, о чем думает Шен, радовался темноте, которая скрывала цвет его лица и горящих ушей.

— И что теперь? — донеслось сбоку.

Муан вздрогнул от неожиданности, успев совершенно позабыть о существовании Ера. Теперь он обратил внимание, что его локоть упирается в нечто мягкое. Они, конечно, смогли уместиться в гробу втроем, но Еру пришлось потесниться, устроившись на боку, вжимаясь спиной в стенку.

Шен чуть поерзал, вытянул из-под поясницы истлевшую кисть и откинул в сторону.

— Подождем. Может, песок скоро закончится, — произнес он.

— А может, и не закончится! — пессимистично заявил Ер.

— Это все из-за тебя! — не выдержал Шен. — Просил же ничего не трогать!

Ер тихо фыркнул. Шен остался в полной уверенности что, будь у того больше простора для маневров, он бы еще гордо отвернулся.

— Мы, конечно, укрылись от песка, — произнес Муан, — но спаслись ли? Воздуха в гробу надолго не хватит.

Все замолчали, напряженно прислушиваясь. Ветер по-прежнему завывал, а песок с силой горного потока бил по стенкам гроба.

«Если хочешь, можем поменяться местами», — предложил Муан.

Шену пришлось задуматься, о чем прославленный мечник все же беспокоится сильнее: о том, что воздух в гробу скоро закончится, или о том, что прижимает его всем своим весом к древним костям. К сожалению, все ехидные ответы сами собой разбежались, потому что такая близость с братцем Гаем путала мысли.

Муан принял его молчание за знак согласия и постарался сдвинуться вбок, при этом навалившись на Ера.

— Эй! — возмутился тот.

Одной рукой он пихнул Муана в плечо, а другая скользнула по дну, нащупав нечто круглое. Ер принялся ощупывать находку, пытаясь понять, что же попало ему под руку.

Муан вновь навалился на Шена и на сей раз тот не удержался и чмокнул его в первое попавшееся под губы место. Получилось в глаз, но прославленный мечник и от этого опешил так, словно на него было совершено вероломное нападение.

Через секунду промедления Муан накрыл его губы поцелуем. Мгновение растянулось, а гроб и вероятность скорой смерти отодвинулись на задний план. Его поцелуй стал жадным. Словно страждущий посреди пустыни, он пытался напиться впрок из благодатного источника.

В этот момент до Ера, наконец, дошло, что ощупывают его пальцы. Закричав больше от неожиданности и отвращения, чем от страха, он откинул круглую штуку в сторону, разбив ее о голову старейшины пика Славы, и принялся неистово дергаться и ворочаться, пытаясь оказаться от истлевшего трупа подальше. Почти минуту они толкались и пихались, и в результате в гробу возникли значительные перестановки.

— Хватит орать! — крикнул Шен и пихнул в то, во что дотянулся.

За время внутригробовой рокировки каждый умудрился получить не менее трех ударов. Правый глаз Муана так вообще щипал от попавшей в него крови из-за разбитого стараниями Ера лба. Впрочем, Муан пребывал в смутных догадках, что остановили его весьма вовремя, пусть и грубоватым образом.

Шен спиной прилег на что-то приемлемо-мягкое, а вот его левую руку болезненно резануло нечто острое. Он отдернул руку и еще сильнее навалился на приемлемо-мягкое.

— Удобно тебе? — пропыхтел придавленный Ер.

— Сейчас не до удобства, знаешь ли, — отозвался Шен, словно тот предложил ему устроиться получше.

— Слезь с меня, кабанина!

— Тихо! — шикнул Шен. — Прислушайтесь!

Заклинатели внутри гроба замерли и напрягли слух.

— Что? — спустя полуминуту тишины, уточнил Ер.

— Тишина.

— Да что?! — разозлился он.

— Я тебе отвечаю: тишина.

Тут до Ера дошло, что уже какое-то время и в самом деле не слышно того равномерного гула разбушевавшейся стихии.

— Попробуем посмотреть, что снаружи? — предложил Шен.

Опираясь спиной на Ера, он сдвинул крышку, цепляясь пальцами за шероховатый камень. Муан смог помочь ему в этом одной рукой.

Как только между крышкой и стенкой возникла щель, внутрь хлынул песок. Он сильным потоком стекал в гроб, а конца и видно не было.

— Закрывай! — спустя какое-то время завопил Ер, правое плечо и рука которого оказались полностью погребены под песком. — Закрывай, если не хочешь, чтобы мы сдохли в песке!

Шен поспешно задвинул крышку назад. В гробу воцарилось молчание.

— Хорошо. Нас все же завалило, — спустя минуту произнес Шен.

— Хорошо?! — завопил Ер.

Шен поморщился, потому что это оказалось слишком громко.

— Я просто констатирую факт, — продолжил он, когда вопль Ера иссяк. — Не известно, как много сейчас в комнате песка. Какие варианты? Можем попытаться все же открыть гроб и прокопаться наружу.

— Это если есть, куда прокапываться! Что, если комната наполнилась песком до потолка?!

— Тогда мы умрем.

Ер больно ткнул его в бок. Шен откинулся затылком назад и случайно стукнулся о его челюсть. На этом активные действия были прекращены, все вновь погрузились в напряженное молчание.

Выбор казался невелик: либо все же пытаться открыть гроб и выбраться наружу, либо искать выход внутри этого гроба. Звучало абсурдно. Шен, с трудом извернувшись, достал из рукава талисман и, наконец, осветил пространство, которое они облюбовали.

Ер в тот же миг выяснил, что в его щеку все это время упиралась не рукоять чьего-то меча, а край устрашающей маски с распахнутым в рыке ртом. Шен изучил потолок, и, насилу развернув плечи, перевернулся, умудрившись зависнуть между Ером и Муаном, облокотившись об обоих.

— Ты в порядке? — взглянув на мечника, уточнил Шен и аккуратно провел по его лбу кончиком рукава, стирая кровь.

— Все в порядке, — отозвался тот.

Они перевели взгляд на останки, на которые бесцеремонно взгромоздились. Бедному генералу пришлось переворачиваться в гробу вместе со вторгнувшимися заклинателями, поэтому теперь от цельного скелета мало что лежало в правильном месте. Разбитый череп притулился в углу гроба. На месте, где должна была покоиться голова, валялась кисть, а Ер пытался носом оттолкнуть подальше от себя похоронную маску. Наконец изловчившись и осуществив желаемое, он окинул взглядом гроб и заметил множество блестящих белых бусин, красиво облегающих древние кости.

— Что это? — воскликнул Ер.

Его недовольный голос мгновенно приобрел заинтересованные интонации.

Шен и сам не знал из чего сделаны украшения, ответил Муан:

— Похоже, это белый фарфор.

— Он ценный? — тут же уточнил Ер.

— Если эти изделия высокого качества — то довольно ценный.

— Подвинься, — пихнул Шена Ер, — я соберу несколько бусин.

— Ты забыл, что мы все еще не нашли выход? — уточнил тот.

— Ты найдешь решение, я в тебя верю, — заявил Ер, вновь заерзав.

Шен на мгновение растерялся, не поняв, это он так шутит или всерьез на него полагается.

— К тому же, — словно оправдывая свою меркантильность, вставил Ер, — это ты тут находишься только из-за сестры той девки, мне же Система кроме того выдала задание на расхищение гробницы. Вдруг оно не будет засчитано, если я не вынесу сокровища?

— Очень удобная позиция, — признал Шен. — Ты всегда найдешь, как оправдать свою совесть, да, Ерри?

Ер предпочел сделать вид, что не услышал последнего вопроса.

Шен перестал обращать на него внимание и вновь занялся изучением гроба.

— Если все же нам повезет, тут должен быть некий скрытый механизм, — произнес он.

— Посмотри сюда, — привлек его внимание Муан.

Он указывал на стенку над головой генерала. Там в камне было выдолблено углубление странной формы, так сразу и не скажешь, что она может символизировать.

Шен оперся плечом о Муана и вытащил из-за пазухи золотой цветок, из-за которого ловушка и сработала. Протянув руку, он аккуратно вставил цветок в углубление — подошло идеально. Нечто щелкнуло.

Шен и Муан напряженно прислушались, только Ер продолжил самозабвенно собирать бусины. Прошло несколько томительно-долгих минут, но перемен в ситуации не наблюдалось. Шен посмотрел на Муана.

— Попробуем еще раз открыть гроб, — предложил тот.

Других идей все равно не было. Они вдвоем отодвинули крышку — песок вновь хлынул внутрь. Ер возмущенно пискнул, но быстро заткнулся, потому что на сей раз поток песка вскоре иссяк.

Заклинатели полностью отодвинули крышку, и та с грохотом упала на каменный пол. Шен зажег пламя на ладони и осмотрелся. Песок исчез. Точнее, он провалился.

Гробы теперь стояли на круглых платформах, в то время как остальной части пола просто не было, и песок исчез в бездне, что разверзалась под ними. Шен мог рассмотреть выдолбленные в сплошной горной породе крутые стены, идущие так глубоко вниз, что дна не разглядеть.

— Лев? — настороженно позвал он.

Крышки двух соседних гробов отодвинулись почти одновременно и наружу высунулись старейшина Лев и барышня Сун Тян. Шен вздохнул с облегчением.

Лев посмотрел на него, а затем заржал как ненормальный. Перед его взором в саркофаге рядком сидели старейшины Рэн, Шен и Муан. У Рэна был подбит глаз, у Шена — прокушена губа, а у Муана весь лоб был в крови.

— Вы… — начал было Лев, но вновь прервался на приступ хохота, — вы что там, подрались?

Ер, Шен и Муан переглянулись. Муан, только сейчас заметив запекшуюся кровь на губе Шена, отчего-то залился краской и резко заинтересовался сапогами генерала.

Лев смахнул слезы и, пошарив в гробу, поднял кувшин вина и отсалютовал им заклинателям в саркофаге.

— Ты что, его в гробу нашел? — с подозрением приподнял бровь Шен.

— Нет, конечно, принес с собой!

«Кажется, пока мы тут теснились в тесноте, да не в обиде, у Лева оказались просто райские условия. Только вот… мы, конечно, спаслись, но куда дальше?»

Ворота все еще были заперты, а проемы в стенах отсутствовали. Шен внимательно осмотрелся и произнес:

— Не верю, что отсюда не предусмотрено выхода.

Он вновь внимательнее осмотрел изнутри саркофаг и, решив проверить посетившее его предположение, попробовал сдвинуть золотой цветок по часовой стрелке. С тихим щелчком цветок поддался, а в следующее мгновение платформы, на которых стояли гробы, дрогнули и накренились.

— Что ты наделал?! — завопил Лев.

— Держитесь крепче!

Фраза была брошена Шеном очень своевременно, потому что платформы продолжили свое движение, и гробы сорвались вниз. На несколько секунд зависнув в свободном падении, они филигранно вошли в скрытый боковой тоннель и заскользили по песчаной поверхности. Это походило на аттракцион, и Шен, вместо того чтобы разволноваться, с восторженной улыбкой обернулся к Муану. Мечник вцепился в стенку саркофага до побелевших костяшек пальцев и со сведенными у переносицы бровями напряженно следил за неумолимой круговертью их полета.

На всякий случай схватив его локоть, Шен перевел взгляд вперед, наслаждаясь неожиданным развлечением.