7 глава

Эрик

— Шамаааан!

Эрик рыскал по пещерам вот уже несколько часов, пытаясь отыскать Дидила. В груди все еще клокотала злость после того, как ледяная завеса рухнула, и он вспомнил все, что Дидил заставил его забыть. Он вспомнил Аню — свою истинную, которую встретил много лет назад на южных землях. Волк, наконец, смог ответить себе на вопрос, что же там за озером так притягивало его, и почему его магнитом тянуло в это место.

Как посмел Шаман поступить с ним так?! Почему в тот день, когда Даял отдал ему Айси, Дидил и словом не обмолвился о том, что до падения завесы, он не будет помнить свою пару, ничего о ней?! И ведь не только сам Эрик не помнил! Отец, другие волки, что ходили тогда с ними за озеро. Никто!

Зверь выл, пытаясь справиться с болью и негативными эмоциями, охватившими тело. Четырнадцать лет! Неужели такое возможно?! Возможно забыть свою истинную на четырнадцать лет! Эрику хотелось рычать на Луну за то, что та наделила Шаманов такой властью. Для чего, черт возьми?!

И что ему делать теперь? Нет, Эрик знал, что, как только найдет Дидила, сразу отправится за парой. Но воспоминания о ней не просто возвращались, они яростно вкручивались в его голову, рождая чувство тоски, словно все эти годы зверь помнил ее и страдал, словно он мучился, не имея возможности прикоснуться к ней, защищать ее. Это просто сжирало его, разъедало ядом. Он без конца мысленно звал Аню, хоть и не представлял, какая она сейчас, помнит ли его?

— Шаман! — вновь закричал оборотень, врываясь в очередную пещеру. Его усилия по поискам были вознаграждены. На этот раз Дидил оказался внутри. Старик спокойно поднял глаза на разъяренного волка и улыбнулся. Он даже не стал подниматься из-за стола, за которым смешивал какие-то жидкости в склянках.

— Пришел, альфа? Я ждал тебя! — Шаман все же почтительно склонил голову, признавая силу, которая отныне стала частью Эрика.

— Ждал?! — рыкнул оборотень. — Ты солгал мне!

— Нет, не так, — отрицательно качнул головой старик. — Всего лишь не сказал всей правды.

— Я чувствовал в тот день, что ты что-то не договариваешь, но я и представить себе не мог, что у тебя есть такая огромная сила, и что ты сумеешь заставить меня забыть пару! — Эрик приблизился к столу и оперся об него ладонями, прожигая Дидила взглядом черных глаз.

— Я сделал то, что должен был, Волк. Ты не знаешь всего, что известно мне.

— Так расскажи мне!

— Не могу. Не имею права. Если бы ты должен был знать, то Луна дала бы мне такое наставление, но раз ваша Повелительница не сделала этого, значит, знать ты ни о чем не должен… — по лицу невозмутимого Шамана скользнула печаль. — Я лишь пытался защитить тебя, Эрик.

— От кого?!

Это просто нелепо. От кого старик мог защищать его? Он могущественный волк стаи Амарос. Нет никого равного ему по силе. Особенно сейчас, когда после ухода родителей Эрик стал альфой.

— Не от кого, а от чего, — Дидил медленно вылил жидкость синего цвета в пузырек с сиреневой. — От лишней боли… Я ведь знал, сколько тебе придется пережить. Война с медведями, воспитание Айси, уход родителей… Помня пару, ты бы не смог долго держаться вдали от нее, ведь ты слышал ее запах. Зов бы толкал тебя к девушке. Зверь бы рано или поздно не выдержал. Но… всему свое время.

— Хватит говорить загадками! — не сдержался Эрик. — Я пришел за ответами. И с просьбой.

Оборотень заходил по пещере, сжимая зубы.

— Есть ли еще что-то, что я должен знать, прежде чем идти за ней? — Эрик бросил на Дидила внимательный взгляд и незаметно втянул воздух, пытаясь разгадать игру Шамана. Если старик снова решит что-то утаить, он не даст ему этого сделать. Но тот и бровью не повел, и запаха лжи от него не исходило.

— Я же тебе сказал, что если бы ты о чем-то должен был знать, то я бы тебе об этом уже рассказал. Но Луна таких указаний не давала.

Эрик остановился и недовольно уставился на Шамана. Ему не нравились все эти тайны вокруг них с Аней. Почему все так сложно? Почему он чувствовал, что что-то снова пойдет не так?

— А вот просьбу твою я исполню, — продолжил старик.

— Я еще ничего не просил.

— Я знаю, — губы Дидила снова растянулись в печальной улыбке. — Но мне известно, о чем ты хочешь попросить меня, Волк.

— И о чем же?

— Чтобы я защитил Айси, пока ты будешь на южных землях. Мне не удастся остановить тебя. Не удастся удержать здесь, поэтому я сразу соглашусь выполнить твою просьбу, Эрик. Ты можешь быть спокоен за девочку и за стаю. Я помогу тебе. Иди со светом Луны.

Оборотень хотел спросить Шамана, почему тот хочет остановить его, почему не желает, что бы он отправлялся за парой, но по лицу старика видел, что Дидил не ответит ему. По какой-то причине Луна не хотела, чтобы Эрик знал. Но он был рад, что хотя бы за дочь может быть спокоен. Ему было бы сложнее оставить стаю, если бы Шаман отказался помогать ему.

— Я отправляюсь сейчас, — прорычал он. — Защищай ее, Дидил. Защищай Солнце.

Аня

— Почему же так холодно?

Аня стояла посреди цветочной поляны, обхватив голые плечи руками. Платье девушка успела снять и отложить в сторону вместе с нижним бельем. Она вновь пыталась обернуться, но ничего не вышло. Много раз девушка вот так выходила по ночам, бродила по лесу, надеясь, что единение с природой поможет активировать ее волчицу. Сегодня Аня снова попробовала сделать это, придя на поляну, где встретила северного волка в прошлом.

Ей в голову пришла мысль, что раз ее пара — такой сильный вервольф, то, возможно, его сила поможет ее зверю, наконец, показать лицо. Может, для этого нужно было пройти обряд связки? Но все же она попыталась сначала сделать это в одиночестве. Аня боялась реакции оборотня на то, что его пара не способна оборачиваться. Вряд ли могущественный альфа обрадуется, узнав об этом. Как и его стая…

После нескольких отчаянных попыток девушка окончательно выдохлась. А когда встала посреди поляны в окружении алых цветов, ласкавших ее обнаженные ноги, неожиданно почувствовала холод. На их землях не бывало морозов, да и оборотни были к ним безразличны, но сейчас что-то изменилось. Холод кусал ее, покрывая кожу мурашками. Соски на небольшой полной груди затвердели, превратившись в маленькие коричневые горошины.

— Надо возвращаться, — только и успела прошептать Аня, когда хлесткий удар жуткого холода обжег ее спину. Девушка взвизгнула, не ожидая такой боли. Изо рта у нее пошел пар, медленно поднимаясь вверх и растворяясь в воздухе.

— Ч…что происходит?

Первая снежинка упала на нос Ани. Она поморщилась и подняла голову вверх. С неба пошел снег. Самый настоящий!

Он плавно покрывал прекрасное голое тело девушки, неспешно тая от ее жара. Снег щекотал ее грудь, живот, погружался в пупок, и задевал тонкую полоску темных волос внизу. Снег гладил ее бедра, таял и стекал по икрам, пока не касался стоп.

Снег припорошил красные цветы, окутав мистическим туманом образ девушки, стоявший посреди поляны, вытянувшей руки вверх и ловившей снежинки, радостно смеясь.

Ане не было больно от снега. Ее обжигал только холод. И девушке, и волчице не нравилось, что он мешал им наслаждаться снегом, который они никогда не видели раньше.

Холод становился все яростнее, он ближе придвигался к оборотнице, резал лезвием кожу, царапал ее губы.

— Аня… — услышала она совсем рядом, а через мгновение огромная сила подняла ее вверх и прижала к стволу огромного дерева, с которого тут же на нее посыпался снег.