Глава 26

Ох и скучное же это занятие — учёба! Я старательно выводила в тетради всё то, что давал под запись профессор Дартс, но ещё старательнее я зевала, наблюдая за братьями по несчастью за соседними партами. Нет, но можно же было как-то разнообразить нужный предмет⁈ Да и вообще техники боя лучше изучать на практике нежели в пыльной аудитории, под монотонное бормотание скучного профессора.

Больше всех повезло тем, кто сидел на задних партах. Они уже давно сладко посапывали, загородившись учебниками и делали вид, что записывают лекцию. Мне же досталось место примерно в середине аудитории, но отсюда меня было слишком хорошо видно, и подремать под бдительным взором Дартса просто не представлялось возможным.

Однако мой организм не выдержал такой нагрузки. И в какой-то миг я проснулась от собственного храпа — несильного, но такого, что привлёк внимание моего нового и пока единственного преподавателя. Я открыла глаза, не сразу сообразив, где нахожусь. Но чрезвычайно внимательный и даже ехидный взгляд профессора Дартса, склонившегося надо мной, мигом вылечил мою амнезию и поставил на ноги.

— Митс Катя, вижу, Вас чрезвычайно утомил мой предмет, посвящённый философии искусства боя? — спросил он со скрытым злорадством, и парни, сидевшие вокруг, рассмеялись — не злобно, но обидно.

Но я, потянувшись и смачно зевнув, даже не собиралась скрывать правды.

— Конечно, утомил! — выпалила я ему, опять нарываясь на гнев беспокойного дракона. — Я думала — бой, это, по крайней мере, работа кулаками, а не пера по бумаге. Скучно! И практических знаний такая учёба совсем не даёт…

Другие студенты, продолжавшие внимательно наблюдать за нами, начали одобрительно высказываться.

— И в самом деле! — заявил высокий белобрысый юнец, видимо, тоже уставший писать никому не нужные конспекты. — Научите нас боевой магии, а не вот этому вот всему…

— Цыц! — цыкнул на него преподаватель. — Появилась девчонка, так есть теперь перед кем выкаблучиваться⁈

— А ничего, что я первая начала? — кажется, с сексизмом в этой Академии мне ещё бороться и бороться. — Это было моё предложение, а народ просто поддержал! И вообще я предлагаю голосование — строчить лекции и или сразу перейти к практической части⁈

— Ты пятнадцать минут назад впервые вошла в эту дверь, а уже ставишь свои условия и призываешь народ к бунту⁈ — брови профессора Дартса опасно сдвинулись к переносице.

— Не к бунту, а к голосованию, — как можно спокойнее пояснила я, взглядом ища поддержки у парней — и, кажется, она была мне обеспечена. — Это одна из основ демократии.

— Демо — что?.. — не понял профессор.

Всё ясно. Не общество, а дремучий лес, право слово! Всё им придётся разжёвывать да растолковывать.

— Власть народа. То есть большинства! Мы с парнями сейчас проголосуем, кто за практику, а кто — за теорию. И чьих голосов наберётся больше, тот и победил. Ну как, идёт⁈

— Это неслыханно! — возмутился профессор Дартс. — Теория есть основа любой науки!

— Парни? — призвала я молодых драконов-сокурсников. — Вы как на это смотрите?

— Конечно, голосование! — поддержал меня тот же белобрысый, но на этот раз его голос был подхвачен ещё множеством голосов.

— Тогда, кто «ЗА» практические занятия — поднимаем правую руку вверх!

И почти все сделали это единовременно. Только на задних партах, спрятанные за катакомбы учебников, стояла тишина. И профессор, с надеждой потянувшись туда взглядом, обнаружил лишь парочку сопящих и пускающих себе на руку слюну студентов. Да и тех сразу же растолкали, вкратце изложив суть происходящего. Но студенты — народ понятливый, и ещё две руки поддержали наше стремление к практике.

— Тогда кто — «против»?

И тут в воздух взметнулась единственная рука, принадлежавшая профессору Дартсу. Мужчина сразу как-то сник, неприязненно зыркнув в мою сторону.

— Вот видите! — словно не замечая этого, великодушно сообщила я. — Теория никому не интересна.

— Это какое-то самоуправство! — скрежетнул зубами Дартс, понимая, что проиграл окончательно. — Есть программа, согласно которой составляется учебный план…

— А есть люди, которые вовсе не желают учиться по этой программе, — вновь возразила я. — Мы кто? Будущие боевые маги, а не какие-нибудь библиотечные черви, не сказать это в обиду митс Кукси. А потому мы с парнями в полном Вашем распоряжении, но на какой-нибудь тренировочной площадке. Не здесь, ибо этим стены, да и стеллажи с книгами нагоняют лишь тоску и уныние. Нам же нужна хорошая физическая подготовка, и…

— Ладно! — внезапно согласился унылый профессор. — Будь по-вашему. Тренировка, значит тренировка. Но на экзамене чтобы ни один из вас не вздумал мне жаловаться на то, что я чему-то вас не научил!

— Ура! — воскликнула я, вновь покосившись на свою короткую юбку. Проблема, конечно, но решаемая. — Куда идти?

— Что, вот правда, серьёзно? — не мог поверить своим ушам белобрысый студент. — Прям вот сейчас, да? Пойдём тренироваться и никакой более писанины⁈

— Ну, сейчас я передам вас другому преподавателю, — недовольно ответил профессор Дартс. — Пусть теперь он с вами сражается и терпит подобное своевольство! А следующие мои пары пройдут на свежем воздухе… И не думайте, что там будет проще!

Парни, было уже воодушевившись, тут же поникли головами.

— Значит, опять писанина? — уныло спросил один из них, тех самых разбуженных на галёрке. — Ну вот, а я только начал надеяться…

— Катя, так ведь тебя зовут? А может ты и там этот вопрос решишь? — обратился белобрысый напрямую ко мне.

— Может и решу, — пожала я плечами. — Вот только не все преподаватели одинаково податливы…

— Ну хотя бы попробуешь? — настояли парня.

— Попробую, — тяжко вздохнула я, чувствуя тот груз ответственности, что был взвален на мои плечи самой же мной.

Такого лидера как я, у них явно ещё не было. И я откровенно не знала, радоваться тому или начинать печалиться.