Глава 25 · Возвращение домой

Алина

На следующее утро собрались в дорогу чуть свет. Никому не хотелось оставаться лишнее время в разрушенном городе. Ян уже был не таким мрачным. Он перекинулся парой шуток с Индрой, постоянно подшучивал над Яной, вел себя как обычно и этим не давал покоя Владу.

– Как всегда, угрызения совести тебя долго не мучают, – недовольно буркнул он, демонстративно прижав меня к себе.

– Я получил прощение того, перед кем чувствовал себя виноватым, – ровно ответил Ян и посмотрел на меня так, что перехватило дыхание. Влад тоже заметил взгляд и недовольно поморщился. – Нет причин терзать себя дальше.

Сказав это, Ян повернулся к нам спиной и направился следом за Индрой на широкую площадку перед бассейном, который сделали прабоги. Я молча двинулась следом, но Влад поймал меня за руку.

– Я о чем-то не знаю? – хмуро уточнил он.

– Ты знаешь обо всем, о чем следует знать, – жестко заметила я и рванула руку. Он не возражал.

Разозлившись, я сделала несколько шагов и замерла, понимая, что поступаю неправильно. Влад не виноват в моем дурном настроении.

– Прости. – Я повернулась и подошла ближе. – Влад, мне не нравится с тобой ругаться. – Я взяла его за руку и прижала прохладную ладонь к своей щеке. – Мне не нравится, что ты постоянно пытаешься поддеть Яна. Сам же понимаешь: это не закончится ничем хорошим.

– Я ненавижу его и то, как он на тебя смотрит. Я знаю этот взгляд, он будет пытаться отобрать тебя у меня. У него это почти получилось. Ян… Он ведь никогда не остановится. Если он наметил цель, то будет идти к ней, сминая на пути любые препятствия.

– Глупый. – Я улыбнулась и, обняв Влада за шею, нежно поцеловала в уголок губ. Для этого мне пришлось встать на носочки. – Если ты боишься, то тебе стоит злиться на меня, а не на него.

– Почему же? – В темных глазах мелькнуло беспокойство с щедрой примесью злости.

– Он никогда не забывал о том, что я твоя девушка. Даже когда гуна сделала меня сумасшедшей. Ты ошибся.

– То есть мне не о чем беспокоиться?

– Тебе не о чем беспокоиться, – соврала я и сильнее сжала его в объятиях. Я действительно дорожила Владом, но и Яном тоже. Правда, прекрасно понимала, что все мои чувства к Яну основаны лишь на совместно пережитых опасностях, проклятой гуне страсти и обмене энергией. В них нет правды. Влад же понравился мне тогда, когда ни о чем подобном я даже не подозревала. Мои чувства к нему настоящие, искренние. Почему же постоянно приходится себе об этом напоминать? Может, потому, что я лгу себе и ему?

Но, целуя его мягкие нежные губы, я сама почти поверила в любовь.

– У нас все практически готово! – крикнул Индра, и я с сожалением отпрянула. Я почти убедила себя в том, что все делаю правильно. А сейчас поймала темный тяжелый взгляд Яна и смутилась. Снова нахлынули глупые угрызения совести, сомнения, и я опять почувствовала, что чего-то недопонимаю.

Я выбросила из головы не дающие покоя мысли и пошла вниз, к мерцающему холодным синим светом кругу.

– Это портал, – пояснил Индра. – Он доставит нас прямо на место.

– В лицей? – недоверчиво спросила я.

– Не совсем, – пояснил Ян, стараясь не смотреть в мою сторону. – Это заклинание вытянет все силы, и не только из Индры. Достанется всем нам. Именно поэтому мы не стали создавать портал накануне, стоило отдохнуть перед тяжелым испытанием. Мы настроили заклинание на клуб. Кама, конечно, вряд ли нам обрадуется, но и не выгонит. А у него, пожалуй, самое безопасное место.

– Перед тем как отправляться в лицей, к Шеше, стоит как следует отдохнуть и выспаться. Иначе он расправится со мной, как с котенком, – пояснил Индра.

– А сейчас все беремся за руки и делаем шаг внутрь круга. Одновременно, иначе заклинание может сработать некорректно. Не хотелось бы притащить в Питер лишь руку кого-нибудь из вас.

– А такое может быть? – испуганно пискнула я. За одну руку меня уже держал Влад, вторую я протянула Яне.

– Не переживай. – Она улыбнулась с королевским достоинством. – Мы сделаем все правильно. Не стоит думать о плохом. Зачем? У нас все получится.

– Надеюсь, – шепнула я, хотя слова Яны меня совсем не успокоили. Зажмурилась и вместе со всеми шагнула в круг.

Я сразу же поняла, что все сделала неправильно. Скрутило так, что казалось, переломает все кости. Было похоже на гигантскую центрифугу, в которой меня крутило с бешеной скоростью, размазывая по стенкам. Я не понимала, нахожусь здесь одна или рядом есть кто-то еще. Кости выкручивало, накатывала тошнота, я боялась вздохнуть и думала, что пытка никогда не прекратится. Энергетические нити сплелись в причудливый клубок, и моя сила утекала через них в неизвестном направлении. Создавалось ощущение, что мне вскрыли вены. Я пыталась остановить поток силы, но не могла. В конце концов я ослабела окончательно и отключилась.

Очнулась на знакомом светлом ковре в комнате, которую мне выделил Кама. Рядом со мной валялся бледный Влад. Индра цеплялся за барную стойку, пытаясь встать, а Ян полулежал, прислонившись спиной к дивану, и не шевелился. Рядом на четвереньках стояла Яна.

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетел Кама. При взгляде на нас беспокойство на его лице сменилось возмущением, он выругался, а потом произнес:

– Да вы когда-нибудь уберетесь из моего дома окончательно, а? С каждым разом вас становится все больше и больше!

Он махнул рукой, развернулся к выходу и уже оттуда бросил:

– Распоряжусь, чтобы вам принесли еду и какую-нибудь одежду! А то грязные, как ракшасы! Смотреть противно!

Я счастливо закрыла глаза и почувствовала, что меня начинает душить смех. Рядом тихо хмыкнул Влад, Ян ржал в полный голос, а спустя секунду хохотали все, включая Индру, который так и не смог встать. Так и остался сидеть на полу у барной стойки.

Кама, несмотря на все свое недовольство, все равно оставался радушным хозяином и выполнил свои обещания. Нам принесли ужин и сменную одежду, а также выделили еще несколько комнат, чтобы разместиться могли все.

Я пришла в себя ближе к вечеру, после того как с наслаждением приняла душ и выпила настоящий и непередаваемо вкусный кофе. Первым ко мне в комнату пришел Влад, явно намереваясь о чем-то поговорить, но ему не представилось такой возможности, так как следом подтянулись и остальные.

Довольно прикрыв глаза, я сидела на диване вместе с Владом и думала о том, что завтра нас ждет еще один бесконечный день. Я сильно переживала, как пройдет «операция по нейтрализации Вьяса-Шеши». Влад и Ян, объединенные общей идеей и целью, даже начали понемногу общаться и сейчас активно обсуждали стратегию. Правда, по большей части переходили на крики и взаимные упреки, от которых недовольно морщилась Яна.

– Я не понимаю, зачем нам заниматься этим вместе. – Индра появился, как всегда, бесшумно и совершенно неожиданно. – Нейтрализация опасности для Амаравати – моя работа. Не вижу ничего сложного в том, чтобы убрать Шешу из лицея. Отдыхайте, приходите в себя, я справлюсь один. Поверьте, у меня есть для этого силы и ресурсы. К тому же, думаю, некоторые из вас вообще мечтают как можно быстрее уехать из этого места.

Я недоуменно посмотрела на слегка улыбнувшегося Влада, который, не заметив моего взгляда, кивнул Индре, и повернулась к Яну. Его лицо было непроницаемым, сложно сказать, о чем он думал, но я слишком хорошо помнила наш последний разговор. Ян со мной прощался.

К горлу подступил комок, и я закусила губу. Влад притянул меня к себе, и я послушно положила голову ему на плечо. В дальнейшем разговоре я не участвовала. Думала. В скором времени предстояло принять очень сложное решение. Я встала с дивана, осторожно убрала руку Влада и подошла к окну, разглядывая сверкающий и переливающийся огнями предновогодний Питер. Этот город был для меня всем. Не уверена, что когда-нибудь соглашусь поменять его пусть даже на море, белый песок и свободу. Вопрос – от чего и кого? Уезжать отсюда мне не хотелось. Не сейчас.

Увлеченная мыслями, я даже не заметила, что комната опустела и мы с Владом остались вдвоем.

– Даже не верится, что все закончилось! – Он счастливо улыбнулся и сделал шаг мне навстречу, собираясь заключить в объятия.

Я интуитивно скользнула в сторону, оказавшись рядом с креслом. Даже сама удивилась, каким грациозным и естественным вышло движение. Кажется, я полностью свыклась со своей змеиной сущностью. Раньше я походила на слона в посудной лавке, а теперь скользила, словно изворотливый, юркий уж.

– Теперь мы свободны! – Влад не заметил ничего подозрительного в моем поведении. Он прислонился к подоконнику, закинул за голову руки и мечтательно закатил глаза. – Ты не представляешь, насколько мне все это надоело! Учеба, проклятый лицей, находящийся вдали от цивилизации! Алина, ты понимаешь, перед нами открыт весь мир?! Мы можем посетить все страны и континенты! Давай уедем прямо сейчас, а?

– Ты знаешь… – Слова давались с трудом, и, хотя я все для себя решила, трудно было сказать об этом Владу. – Уезжай без меня. Я знаю, ты стремишься к этому.

– Как? – Беспечное выражение мигом слетело с его лица. Опустив руки, он сделал движение мне навстречу, но я осталась на месте, боясь, что если отступлю, то продемонстрирую свою слабость и нерешительность.

– Понимание пришло не сразу. – Я опустила глаза, подбирая слова. – Но между нами сейчас слишком мало общего. Я внезапно осознала, что больше не люблю…

– Тебя очаровал он, да? – Влад невесело хмыкнул и, засунув руки в карманы, переступил с пятки на носок. – Поэтому ты разлюбила меня?

– Нет. – На глазах выступили слезы, а горло сжал спазм. – Я не любила тебя, поэтому он очаровал меня. Просто не сразу поняла это. Помешало беспокойство о тебе. Я переживала, что ты можешь погибнуть. Постоянно думала об этом и не заметила, когда ушли настоящие чувства. – Я говорила скорее для себя, чем для Влада, и с каждым словом больше и больше убеждалась в том, что все так и есть. Я должна была признать очевидное раньше. – Так что не путай причину со следствием. Стоило быть честной с собой и тобой.

– Я не хочу тебя расстраивать, и поверь, говорю это не из-за мстительности или со зла… – Влад облизнул губы, пытаясь скрыть боль за непроницаемой маской. – Но со мной тебе было бы лучше. Не думаю, что вас ждет хоть какое-то будущее. Ты не знаешь Яна…

Он потрясенно покачал головой. Влад хоть и старался держаться, но было видно, что мое признание стало для него неожиданностью.

– Не знаю и, может быть, не узнаю никогда. – Я не стала спорить, хотя чувствовала, как сердце ледяной рукой сжимают отчаяние и страх. – Но согласись, это не меняет моего отношения к тебе. Прости. Если ты думаешь, что я говорю тебе это, так как с Яном у нас все решено, ты ошибаешься. Он не знает ничего и, возможно, не узнает.

Лицо Влада изменилось. На какое-то время на нем мелькнула злость, и я испуганно подалась назад. Он это заметил и немного растерянно улыбнулся одними уголками губ.

– Прости. Просто не ожидал от тебя…

– Предательства?

– Предательства. – Голос Влада звучал глухо и подавленно. – Я тебя действительно люблю. Самое сильное желание – остаться здесь и бороться, но я понимаю: это не имеет смысла. Ты сделала выбор, и странно пытаться его изменить. Странно и унизительно… – последнее слово прозвучало совсем глухо. Именно оно было ключевым. Я не просто предала Влада, я его унизила, хотя и не хотела этого делать.

Я все же заплакала. Тщательно сдерживаемые слезы, которые до этого вырывались лишь непослушными редкими каплями на ресницах, хлынули ручьем, и я поспешила стереть их рукавом свитера. Мне хотелось попросить прощения. Не думала, что будет так сложно видеть боль в глазах Влада. Но он как-то угадал мои невысказанные мысли и опередил, тихо заметив:

– Не извиняйся. От этого будет только хуже. Не унижай меня еще и жалостью. Я все равно не смогу забыть и до конца простить. Поэтому ухожу.

Влад резко порывисто обнял меня и поцеловал в макушку.

– Прощай, Златовласка, – прошептал он мне в волосы и отступил к двери, а я разрыдалась в полный голос.

Он вышел быстро. Порывисто, чтобы я не заметила, как понурились его плечи, и ни разу не оглянувшись. Я задела его гордость, а такое простить нельзя.

Мне всегда казалось, что расставаться по собственной воле, когда сердце занял другой, легко. Как же сильно я ошибалась! Мне было очень плохо, я чувствовала себя виноватой, предательницей и не хотела ничего. Даже говорить с Яном.

На какое-то время мне показалось, что лучше оставить свои чувства при себе и не сообщать о них. Зачем? Ведь Влад прав, у нас с Яном вряд ли есть будущее… Только вот насчет любви мой бывший бойфренд ошибся. Я слишком хорошо помнила глаза Яна, его ужас и страх, когда я умирала. Влад этого не видел, поэтому, наверное, и не понял, почему я простила Яна так быстро. А я не могла иначе. Слишком хорошо понимала: моя смерть, пусть и временная, была для него наказанием, заставившим осознать собственную глупость. Все совершают ошибки. Даже боги, живущие тысячи лет.

Я вытерла слезы рукавом толстого свитера, залезла на подоконник и уставилась на падающий снег. Крупные снежинки летели на землю, переливались в свете ярко-оранжевого фонаря, кружились, украшая деревья, и создавали праздничное настроение, но не у меня. Я заметила Влада, который быстрым шагом вышел из клуба, закинул небольшую дорожную сумку в багажник машины, которая раньше принадлежала Шеше, и умчался в неизвестном направлении. Как я подозревала – навсегда.

Сердце сжалось от боли, но на смену ей пришло ощущение свободы. Я все сделала правильно. Ярко-красный внедорожник Яна все еще стоял на парковке, и внезапно я поняла, что могу не успеть. Что спустя секунду или две на улице может появиться Ян и так же, как и Влад, исчезнуть в неизвестном направлении. Кто сказал, что он станет дожидаться завтрашнего дня и торжества справедливости? Яну вообще все равно, что будет с лицеем и Шешей.

Терзаясь сомнениями, нерешительностью и глупостью, я могу просто не успеть поговорить с ним. Вряд ли мои слова заставят его остаться, но если я ничего не скажу, тогда он точно уедет. И другой возможности у меня не будет.

Я спрыгнула с подоконника и, даже не посмотревшись в зеркало, вылетела в коридор. Стучаться в комнату не стала. С размаху открыла дверь и замерла на пороге.

Ян, одетый в одни спортивные штаны, стоял ко мне спиной и методично паковал сумку, до боли похожую на ту, с которой уехал Влад. На кровати лежали его немногочисленные вещи, оказавшиеся волей судьбы в клубе Камы, и перепутанные провода: зарядки от телефона и ноутбука, наушники и еще что-то такое же нужное. Сложенная аккуратными стопками одежда лежала с другой стороны.

Услышав резкий хлопок двери, Ян повернулся и, увидев меня, улыбнулся уголками губ. Едва заметно, по-дружески. Но в глазах была тщательно скрываемая боль, и я поймала ее отблески с некоторым наслаждением. Надеялась, что она появилась из-за меня.

– Уезжаешь? – Я сглотнула подступивший к горлу комок, любуясь сильной спиной и блестящими волосами, спускающимися на плечи. Не так давно мне вообще не нравились длинноволосые парни. Они казались мне женственными, но не Ян.

– Да, я и так задержался здесь слишком надолго. Меня тут ничего больше не держит.

– А если я очень попрошу остаться? – Голос опустился до шепота, я сама едва разобрала слова, но Ян услышал. Было страшно, что он оттолкнет меня и я останусь совсем одна.

– Зачем? – Сухой короткий вопрос подтвердил мои смутные опасения, но следующая фраза вселила надежду. – Ты сама скоро будешь далеко отсюда.

– Нет. – Я покачала головой. – Я остаюсь.

– Почему же? – На минуту в черных глазах мелькнула нескрываемая радость. – Влад мечтал вырваться и начать новую жизнь.

– Это его мечты. – Я пожала плечами и прошла в комнату. – Шеша больше не управляет лицеем, мне не грозит опасность, а я всегда хотела получить хорошее образование. Это Влад мечтал вырваться из-под опеки короля нагов, а я еще полгода назад не подозревала о том, что индийские боги реальны. Просто хотела окончить престижный лицей и поступить в вуз. Да, много чего произошло с того времени, но… Ты знаешь, мои цели не очень-то изменились. Я все еще хочу выучиться, найти свое место в жизни, а не только мчаться на волне страсти за любимым в теплые края. Неправильно это как-то…

– Не думал, что ты осознаешь это так быстро… – Ян грустно улыбнулся. На его лице появилось странное выражение. Сейчас он выглядел значительно старше, казалось, что мои слова его совсем не удивили. – Обычно понимание того, что любовь – это не единственная составляющая жизни, приходит значительно позже. Часто тогда, когда упущены многие возможности.

– Может быть, я поняла это сейчас, потому что и не было любви? – спросила я, пристально посмотрев в глаза Яна. – Если бы я его любила, наверное, сейчас бы неслась вместе с ним по заснеженной трассе в неизвестность…

– Тебе лучше знать. – Ян ответил на улыбку.

– Ты ведь знал это?

– Что именно? Я знаю многое.

– Знал, что я не люблю Влада?

– Мне неведомы тайны чужих душ. – Он пожал плечами. – Но надеялся на это и подозревал нечто подобное. За моими плечами прожитые тысячелетия, в течение которых я многое видел. Твои чувства не были похожи на истинную любовь, иначе тебя не тянуло бы ко мне так сильно.

– Но ты ни за что не стал бы говорить об этом мне, – утвердительно сказала я, взглянув в волшебные темные глаза.

– Во-первых, я мог ошибаться. Во-вторых, у тебя есть священное право прожить свою жизнь так, как ты сама того желаешь. Право на ошибку у тебя тоже есть. Но я верил, что рано или поздно ты придешь ко мне. И был готов ждать.

Ян улыбнулся и, бросив на кровать сложенный, но так и не убранный в чемодан свитер, шагнул мне навстречу.

– Не могу поверить, что ты меня так просто отпустил бы… – потрясенно пробормотала я, чувствуя, что опять плачу.

– Разве можно удержать ветер?

– Во мне больше нет ветра…

– Это тебе так только кажется. Ты, как и ветер, внесла в мою жизнь свежесть и перемены… – Ян осторожно поднял руку и смахнул слезы с моей щеки. – Думаю, я задержусь в лицее на какое-то время, если для тебя это важно, – заметил он.

– На какое? – хитро улыбнулась я, чувствуя, как оттаивает сердце и высыхают слезы.

– Ну… – Ян закатил глаза, делая вид, что размышляет. – Года на полтора точно, чтобы посмотреть, как тебе вручают диплом.

– Рада, что мое предложение пришлось тебе по вкусу, – счастливо улыбнулась я и заключила его в объятия.

Сейчас мне не хотелось нежности и легких касаний губ. Я поцеловала первая, не таясь и не стесняясь, жадно впиваясь в пахнущие шоколадкой губы, вцепляясь в длинные шелковые волосы и чувствуя, как напрягается его сильное гибкое тело.

Я невыносимо скучала по его рукам и губам. Сейчас хотелось взять по полной, наверстать упущенное и потерять голову. Мы это заслужили, а все проблемы пусть останутся за пределами этой комнаты. По крайней мере, на сегодня.