Глава 9 · Интерес консера

– Владыке ещё что-то нужно? – почтительно спросил наагашейда молодой наг.

Дейширолеш раздражённо отмахнулся от него, и тот поспешил скрыться. Повелитель пребывал не в самом радужном настроении, поэтому подданные старались держаться от него подальше.

Наагашейд шумно плюхнулся на подушки и уставился в полотняный потолок шатра, который разбили специально для него. Стоянка могла затянуться, поэтому следовало устроиться с большим комфортом, чем ранее. Дейширолеш прикрыл глаза. Перед мысленным взором опять возник взгляд девчонки: спокойный, прямой, уверенный… Наагашейд раздражённо распахнул веки. Внутри у него слегка зудело, как при чесотке. Он ощущал себя… виноватым? Как давно он испытывал подобное… Это всё из-за этого взгляда!

И ещё Делилонис… Делилонис был его единственным другом. Раньше были и другие, но теперь остался только он. Он никогда не стеснялся высказать своё недовольство им, Дейширолешем. Нет, он не делал этого при посторонних. Ни к чему ронять авторитет повелителя в глазах других. Но Делилонис всегда находил время, чтобы сказать, с чем именно он не согласен.

С того момента, как наагашейд ударил девчонку, друга он не видел. Сам Дейширолеш не хотел вызывать его к себе, так как знал: Делилонис не упустит случая высказать ему своё негодование. Один из немногих моментов, когда наагашейд не желал видеть своего друга. Ему сейчас и так было не очень уютно.

А девчонку он однозначно стал не любить ещё сильнее. Она сама подставилась под удар, и теперь он мучается какими-то бредовыми угрызениями!

Полог шатра откинулся и внутрь решительно вполз злой Делилонис. Наагашейд поморщился, предчувствуя головомойку.

– Если ты с нотациями, то можешь поворачивать обратно, – хмуро сказал он другу.

Тот недовольно вскинул брови, но уползать не спешил.

– Вообще-то, я тебя повеселить хотел, – огорошил наагариш и раскинул перед ним хвост.

Дейширолеш удивлённо посмотрел на него. Его брови медленно взлетели вверх. На серебристо-белой чешуе были нарисованы картинки сомнительного художественного качества. Нарисованы золотой краской. У наагашейда вырвался нервный хмык.

– Что это?

– А что, не видно? – делано удивился Делилонис, но тут же перешёл на разъярённый шёпот. – Это, мой дорогой друг, последствия твоего вчерашнего необдуманного поведения!

Дейширолеш поморщился. Как вчерашний случай и картинки на хвосте его друга могут быть между собой связаны?

– Я вижу, ты очень хочешь узнать, как чувствует себя принцесса, – с улыбкой садиста пропел наагариш.

Меньше всего наагашейд хотел слышать про неё.

– Спешу обрадовать! Именно сейчас она чувствует себя замечательно!

Эта фраза насторожила Дейширолеша, но он предпочёл отмалчиваться и дальше.

– У неё очень сильные ушибы, но это не помешало ей сегодня встать и пойти к песчаникам, которые решили её полечить, – наигранно милым тоном вещал друг. И неожиданно рыкнул: – Конопляной настойкой!

Глаза Дейширолеша округлились.

– Чем? – переспросил он.

– Ты меня прекрасно слышал! – разъярённо прошипел Делилонис. – Пока я орал на этих прохиндеев и твоих олухов-подданных, она нашла краску и разрисовала мой хвост! Поэтому спасибо тебе, дорогой друг! Я этого никогда не забуду! И особая благодарность за это!

Он сунул повелителю буквально под нос собственный хвост, и Дейширолеш среди других рисунков увидел спиральку. Такую подозрительную спиральку…

Наагашейд даже не пытался сдерживаться. Оглушительный хохот сотряс полотняные стены шатра. Делилонис мстительно прищурился.

– Что-то у меня возникло непреодолимое желание пойти и извиниться перед ней, – признался Дейширолеш.

– Иди-иди, – мрачно подбодрил наагариш. – Надеюсь, Вааш её ещё не убаюкал.

– Но я-то в чём виноват? Напоили-то её песчаники.

– Если бы кое-кто не размахивал лишний раз хвостом, то повода её поить не возникло бы.

Приподнявшееся было настроение опять упало. Дейширолеш стремительно подался вперёд, разъярённо шипя:

– Она посмела носить мою метку!

– Ты думаешь, она знала о значении её цвета? – Делилонис скептически вскинул брови. – Она чужая, Дейш! Наши традиции для неё дремучий лес. А мальчишка… Юный герой, пытающийся защитить девушку. Ты сам был юным и горячим. Разве ты не помнишь, каково это, когда кипит кровь?!

Дейширолеш сжал зубы.

– Я должен был простить его глупые обвинения, которые он так смело бросил мне в лицо? – его голос задрожал от сдерживаемой ярости.

– Я не говорю, что ты должен был простить его. Но наказание следовало выбрать другое. По сути, они оба не виноваты, так как не знали о значении наших меток.

– Она могла сказать об этом сама! А не позволять это тому несдержанному юнцу!

На лице Делилониса появилась усталость, и он очень тихо ответил:

– Не могла, Дейш. Не могла. Принцесса Тейсдариласа не разговаривает. Она не может говорить.

В шатре повисла тишина. Дейширолеш лишь удивлённо взирал на друга. То есть как не может? Она немая?

– Почему я узнаю об этом только сейчас? – резко спросил он.

– А что бы я сказал? Дейш, тебе подсунули немую принцессу! Мало того что не ту принцессу, так ещё и немую. Ты и так сильно настроен против неё. И я хотел выждать время, чтобы ты слегка успокоился.

– Да, сейчас я очень спокоен, – голос наагашейда был полон сарказма.

Делилонис устало взъерошил волосы.

– Дейш, приди наконец в себя, – попросил он. – Эта девочка сама является жертвой, которую отдали тебе. Она не виновата в том, что так сложилось. Это всего лишь ребёнок. Если ты не хочешь её видеть, пожалуйста. Я сделаю так, что, когда мы вернёмся домой, ты её больше видеть не будешь.

– Как ты это сделаешь? – сквозь зубы произнёс Дейширолеш.

– В свой род отошлю. Вместе с Ваашем.

– В свой род? С Ваашем?

– Я свою метку на неё поставил, – сообщил Делилонис, – поэтому, если ты что-то сделаешь с ней, то ответ будешь держать уже передо мной. А Вааш… Ты же просил, чтобы я подобрал к ней в сопровождение самого колоритного нага? Вот я и подобрал. Кажется, она привязалась к нему.

На этом слова у наагашейда просто закончились. Да, он просил самого колоритного нага. Но даже по его мнению, Вааш – это слишком!

– Ладно, поползу я. – Наагариш собрался на выход. – Надо проверить, уложили ли эти олухи её спать. Чует моё сердце, не всё у них ладно.

Дейширолеш проводил его задумчивым взглядом. Что происходит? Его друг поставил метку на эту девочку. Как он решился на подобное? Наагашейд вдруг почувствовал себя отставшим от событий. Вокруг что-то происходит, но он не в курсе. И ещё новость о её немоте! Дейширолеш раздражённо ударил хвостом по маленькому медному столику. Тот отозвался глухим «бом».

* * *

Сон никак не хотел уходить. Тейсдариласе снилось, что она ловит длинный змеиный хвост в зелёных водах моря. Тот никак не хотел ловиться, всё время ускользая от неё. К шуму волн постепенно примешивались звуки голосов. Один из них был знаком девушке. Сонное сознание узнало интонации Вааша, но почему-то уверенно решило, что это наагариш Делилонис. Через некоторое время девушка подумала, что логика какая-то странная. Если голос похож на голос Вааша, значит принадлежит он Ваашу. Она наконец-то начала просыпаться, с тоской откладывая охоту за чёрным хвостом на неопределённое время.

Приоткрыв глаза, Тейсдариласа тут же закрыла их: в окно экипажа светило яркое утреннее солнце. Девушка удивилась. Последнее, что она помнила, – это чашку с лекарством, протянутую ей песчаником. Но это было вечером, не утром. Девушка напрягла память. События прошедшего дня постепенно вырисовывались в её голове, и принцесса глухо застонала. Она напилась и разрисовала хвост наагариша Делилониса! Вот Тёмные!

Как же неразумно она поступила, приняв непонятное питьё из чужих рук. В таком состоянии она вполне могла выдать что-то лишнее. У неё действительно хорошие небесные покровители, раз этого не произошло. Девушка попыталась восстановить картину событий дальше.

Ваашу не сразу удалось уложить её спать. Она просто фонтанировала энергией и спать, естественно, не хотела. Наг решил, что раз она сейчас так по-детски себя ведёт, то, может, её усыпят сказки. Красочные истории Тейсдариласа слушала с большим вниманием, но не засыпала. В итоге у Вааша закончился запас приличных историй. К рассказыванию сказок подключились и другие наги. Вроде даже мелькал недовольный наагариш Делилонис, но в этом девушка не была уверена. Уснула она уже глубокой ночью.

И как теперь перед ними всеми показываться? Девушка раздражённо пнула стенку экипажа и накрылась одеялом с головой.

Стук услышал Вааш и заглянул внутрь. Тейсдариласа затаилась, надеясь, что он решит, что она ещё спит. Её надежды не оправдались.

– Свет моих очей, – ласково и ехидно позвал Вааш, – ты проснулась?

Та никак не отреагировала.

– Вижу, что проснулась. А мы тебя так ждём, так ждём!

Тейсдариласа всё же не выдержала и, повернувшись к нему спиной, фыркнула. Издевается!

– Вставай уже, – насмешливо произнёс Вааш. – Вечно спать всё равно не сможешь.

Девушка с самым недовольным лицом села. Одеяло сползло до пояса, и стало как-то прохладно. Переведя взгляд на грудь, принцесса обнаружила, что та голая. Стремительно запахнувшись, она с ужасом уставилась на Вааша. Тот широко ухмылялся.

– Тело-то как? Не болит? – поинтересовался он.

Тейсдариласа прислушалась к себе и поняла, что у неё ничего не болит.

– Это мне наш лекарь мазюку чудну́ю дал, – похвастался наг. – Она вмиг боли снимает и синяки убирает. Я, пока ты спала, тебя ею намазал.

Девушка посмотрела на него с реальным ужасом на лице. Получается, он её раздел и своими руками намазал?! Её обнажённое тело?!

– Да ты не боись, – правильно понял её эмоции Вааш, – никто тебя не видел. Кроме меня.

Принцесса протяжно застонала и плюхнулась обратно, накрывшись с головой.

– Да ладно тебе! Что я там не видел? – попробовал утешить её Вааш. – У тебя там и смотреть-то не на что.

Девушка отогнула край одеяла и подарила ему обиженный взгляд.

* * *

Примерно через полчаса Тейсдариласа всё же покинула своё убежище. Наги деликатно отводили взгляды и прятали улыбки. Но прятать улыбки стало сложнее, когда приполз наагариш Делилонис. Очень злой наагариш. Он уже побывал у песчаников, стребовал с них все снадобья, которыми можно смыть краску, но ни одно из них не помогло. Он даже попробовал одну настойку, сделанную из слюны фейнарского верблюда, но та стирала краску вместе с чешуёй.

– Доброе утро, ваше высочество, – произнёс наагариш.

Девушка окинула взглядом его хвост и смутилась. Весь её вид говорил: «Я так виновата. Простите меня».

– Как вам спалось? – продолжал вести светскую беседу наагариш.

Тейсдариласа неопределённо пожала плечами. Вроде хорошо, но могло быть и лучше.

– Вам уже передали мазь для лечения ваших ушибов?

Лицо девушки стало красным. На губах Делилониса на краткое мгновение мелькнула мстительная улыбка. Он-то знал, что Вааш сам её мазал.

– Я надеюсь, что в следующий раз вы будете более обдуманно принимать угощения, – выразил надежду наг.

Девушка с готовностью кивнула. Наагариш удовлетворённо качнул подбородком и завершил разговор.

– Что ж. Раз вы чувствуете себя хорошо, то я покину вас. Мне нужно устранить последствия ваших вчерашних поступков.

Тейсдариласа виновато посмотрела на его хвост. И глаза её потрясённо расширились. Она увидела крайне подозрительную спиральку. Нет, не могла же она такое… Нет, не могла! Она точно помнит, что наагариш ей в тот момент очень сильно нравился. Если он ей нравился, значит она не могла нарисовать подобное. Наагариш проследил за её взглядом и помрачнел. Вааш коротко хохотнул.

– Змейка это, Дариласка, змейка! Ты что, не помнишь, что сама рисовала?

Девушка облегчённо улыбнулась. Она тут уже подумала… Наагариш недовольно прошипел на своём языке что-то и уполз.

– Эх, Дариласка! – Приблизившийся Вааш хлопнул её по плечу так, что она согнулась. – До конца жизни буду тебе благодарен за это дивное зрелище.

И кивнул на хвост удаляющегося нага, который переливался в лучах солнца золотыми искрами.

* * *

Объединённое войско Салеи и Давриданской империи расположилось, вытянувшись вдоль берега реки. Река – Смеяру́ша – была широка, глубока и полноводна. Оба её берега утопали в зелени, а на поверхности вод величественно покачивались самые большие кувшинки, которые когда-либо видела Тейсдариласа. Вааш изумлённо присвистнул.

– Не думал, что они и здесь могут расти, – сказал он. – Тут как-то прохладно для них.

Тейсдариласа вопросительно посмотрела на него.

– Они растут в наших реках, но у нас не в пример теплее, чем у вас в некоторые времена года, – объяснил наг. – Мы зовём это растение шаалаше́е – лунный цветок.

Девушка опять перевела взгляд на реку и подивилась большим, не меньше сажени в окружности, листам с высокими бортами.

– Некоторые из них ребёнка выдержать могут, – Вааш смерил её скептическим взглядом, – а самые большие, наверное, и тебя. Только вставать нужно строго по центру, иначе под воду уйдёшь. Я сейчас тебе его обратную сторону покажу.

С этими словами Вааш, не заботясь о сухости одежды, плюхнулся в воду и устремился к ближайшему листу. Ухватив за его край, он поднял растение в воздух и повернул обратной стороной. Тейсдариласа с любопытством уставилась на него. Если верхняя сторона была зелёной, то нижняя почти тёмно-фиолетовой. Её покрывали рёбра-жилки, которые больше смахивали на разветвлённую кровеносную систему. Некоторые прожилки даже на бортах листа были. От центра нижней части под воду уходила длинная пуповина корня. Но ещё интереснее то, что нижнюю часть и «пуповину» покрывали острые длинные шипы.

– Красота! – с гордостью протянул Вааш и плюхнул лист обратно в воду. – Цветёт он, правда, недолго, дня три. Причём каждый день цвет у него разный. И большая часть его цветения приходится на ночь. Поэтому и зовут лунным цветком.

Тейсдариласа восторженно посмотрела на нага. Её коллекция знаний о разных чудесах этого мира пополнилась. Она даже зажмурилась от удовольствия, вызывая перед мысленным взором длинную цепочку диковинок, которые успели ей попасться на жизненном пути.

– А ещё тут радужный карп водится, – сообщил ей Вааш, выбираясь из воды. – Сам он так-то ярко-красный, но на свету переливается всеми цветами радуги. Красотища! А уж вкус у него какой!.. Ммм… Мы с тобой как-нибудь порыбачим. Но он, блин, зараза, ловится только ночью. Днём спит.

Девушка хмыкнула, сообразив, что намечается очередной побег из-под носа охраны. Наг окончательно выбрался из воды и стал отряхиваться, разбрызгивая вокруг себя капли. Тейсдариласа поспешила отступить. Из-за камышей ей открылся вид на купающихся нагов. Они плескались с большим энтузиазмом, натирая себе спины всеми тремя конечностями: и руками, и хвостом. Девушка почесалась. Ей тоже очень хотелось искупаться. Тем более мазь, которой её намазал Вааш, теперь шелушилась и скатывалась в сероватые комочки.

– Эй, ты чё на голых мужиков пялишься! – строго окликнул её Вааш.

Девушка удивлённо посмотрела на него. Наги увидели девушку и тихо ушли под воду. Её нянька правильно истолковал её взгляд.

– А на них есть хоть клочок ткани? – ехидно спросил он.

Одежды не было вообще, поэтому девушка слегка смутилась и отвернулась. Но у них ничего срамного не видно же? Там, где у человеческого мужчины находился самый срам, у нагов были лишь две широкие пластины.

Похоже, Вааш за эти дни научился очень хорошо её понимать, потому что он широко ухмыльнулся и пояснил:

– Просвещу тебя, пока этого не сделал кто-то другой менее приличным способом. Всё самое важное, – наг красноречиво поиграл бровями, – у нас скрыто за этими пластинами. У мужчин их две, и они крупные, а у женщин три, и они поменьше. Поэтому если на наге нет одежды, то он гол, даже если ничего не видно. И хорошо, что не видно. Усекла?

Девушка с готовностью кивнула.

– Купаться хочешь? – задал очень нужный вопрос Вааш.

Тейсдариласа опять энергично закивала головой.

– Тогда сейчас поднимемся немного выше по течению, и ты искупаешься, а я постою на стрёме. А вы, – наг с угрозой обернулся к охране, – держитесь подальше. Иначе я вам кое-что вскрою, как раковину, и выковыряю оттуда всё лишнее.

Те ответили ему угрюмыми взглядами.

Саженей через двадцать они наконец нашли место, которое удовлетворило Вааша. На берегу росли деревья, в самой воде – камыши и эти лунные цветы. Причём камыши были не везде. Они стояли слегка полукругом, позволяя нормально войти в воду и закрывая купающегося от чужих взглядов. А огромные кувшинки располагались примерно в трёх с половиной саженях от берега. Получался такой своеобразный прудик.

– Ну, иди купайся. – Вааш, сложив руки на груди, отвернулся.

Тейсдариласа нерешительно помялась, а затем всё же стала раздеваться. Всю одежду она затащила с собой в воду и, усевшись на мелководье, принялась её выполаскивать. Вааш бросил короткий взгляд через плечо и, убедившись, что она сидит по плечи в воде, развернулся. Озадаченно почесал затылок и выдал:

– Дариласка, а запасную одежду мы не взяли.

Девушка посмотрела на него круглыми глазами. Она вообще не вспомнила про запасную одежду, когда затеяла стирку.

– Ладно, ты купайся и стирайся, а я сползаю за штанами и рубашкой, – решил Вааш и, круто развернувшись, рявкнул: – Черви!

Охрана вздрогнула.

– Если с ней что-то случится за время моего отсутствия, то я вас просто утоплю, – промотивировал их на доблестное служение Вааш.

И пополз искать одежду. Охрана мрачно, исподлобья уставилась на принцессу. Та зябко повела плечами, а потом вдруг подумала: чего это она смущается? И спокойно продолжила стирку. Всю постиранную одежду, кроме порток, девушка передавала охране, чтобы не вставать самой, а они развешивали её на ивовом кусте. Портки же она оставила плавать. Постеснялась отдавать нижнее белье в мужские руки.

Тейсдариласа успела помыть всё тело, прополоскать в холодной воде длинные волосы, а Вааш всё никак не возвращался. Посидев ещё немного, девушка знаком велела охране отвернуться и встала. До экипажа она может дойти и в мокрой одежде, а там переоденется. Но, сделав первый шаг, замерла на месте, ощутив чужой взгляд. Повернув голову, Тейсдариласа увидела по другую сторону камышовых зарослей зелёные змеиные глаза наагашейда.

* * *

Меньше всего Дейширолеш ожидал увидеть голую принцессу во время своего купания. Нет, он слышал плеск где-то в стороне, но не придал значения: сейчас многие стремились смыть дорожную пыль и пот. Его личная охрана, которая сопровождала его за пределами лагеря нагов, стояла на берегу, глядя куда угодно, но только не на юную принцессу. Та же замерла на месте, глаза её расширились от удивления. Два нага, занимающие позицию напротив неё на берегу, нервно шевелили хвостами и растерянно смотрели на владыку. Они не знали, как поступить. Если спасать девушку от своего же повелителя, то для этого им придётся на неё взглянуть.

На губах наагашейда возникла насмешливая улыбка, и он прошёлся по телу принцессы оценивающим взглядом. Прежде, чем она села в воду, он успел отметить небольшую, но аккуратную упругую грудь с маленькими сосками, плоский живот с чуть выступающим рельефом мышц, тонкую талию и красивые бёдра. Для женщины её тело было в очень неплохой форме. В наагашейде даже зашевелилось исконно мужское желание попробовать это великолепие.

Он перевёл взгляд на насторожённое лицо девушки. На белой коже лихорадочно горели тёмные глаза, ноздри раздувались как у зверя, почуявшего опасность, а яркие губы слегка подрагивали. Ухмылка наагашейда стала ещё шире. Он насмешливо кивнул принцессе и произнёс:

– Прекрасно выглядите, ваше высочество. Значительно лучше, чем обычно.

Скулы её вспыхнули, и она повернулась к нему спиной. Улыбка владыки слегка померкла. Под прилипшими к коже волосами он увидел не до конца сошедший синяк.

– Дариласка, я нашёл штанишки и рубашку. – На берегу показался радостный Вааш, размахивающий одеждой как флагом.

Увидев наагашейда, наг мигом погрустнел и выпрямился.

– Повелитель. – Он отвесил почтительный поклон.

Дейширолеш сложил руки на обнажённой груди, с интересом ожидая дальнейшего развития событий.

– Дариласка, давай вылезай и пойдём есть, – быстро и как можно тише произнёс Вааш.

Да-да, вылезай! Дейш понял, что с удовольствием посмотрит на девушку ещё раз. Вааш с мукой взглянул на своего владыку, соображая, как попросить того отвернуться, чтобы он послушался. Но Тейсдариласа решила всё по-своему.

Добравшись до ближайшего лунного цветка не очень большой формы, она схватила его за корень-пуповину. Колючки здесь были мелкие, но злые и моментально впились в её ладонь. Неожиданно для всех девушка смогла порвать корень, по крепости не уступающий верёвке, и, прижав лист к себе гладкой стороной, побрела к берегу. На берег она вышла, закрывая бок от середины бедра до груди листом шаалашее от взгляда наагашейда. То, что её могли видеть Вааш и охранники, девушку мало волновало.

Вааш тут же натянул на неё и заодно на лист рубашку необъятных размеров. Дейш удивлённо вскинул брови. Тейсдариласа посмотрела на одежду с неменьшим изумлением.

– Я в твоём сундуке рыться не стал, – признался Вааш. – Поэтому рубашка моя, а штаны у знакомой песчаницы одолжил.

Девушка вытащила из-под рубахи лист шаалашее. Тот цеплялся за ткань колючками, сопротивляясь отлучению от женского тела. Далее принцесса стремительно натянула штаны и сапоги и, зачем-то схватив уже не нужный лист, быстро зашагала прочь. Вааш сгрёб с куста всю её мокрую одежду и направился следом. Один из охранников принцессы спустился к воде и выловил забытые портки. Неловко поклонившись наагашейду, оба нага тоже поспешили скрыться с его глаз.

Дейширолеш проводил их задумчивым взглядом. Точнее, одну-единственную фигуру, с плеч которой сползала великоватая ей рубаха. Почему-то сейчас он видел это тело абсолютно обнажённым. И ему так нравилось это зрелище…

Наги из его личной охраны перекинулись напряжёнными взглядами.

* * *

Как же Тейсдариласа была зла! На себя. Вместо того чтобы сразу сесть в воду, она пялилась на обнажённого наагашейда. Из-за этого девушка теперь не могла уснуть. Вааш отказался брать её с собой на ночные посиделки, сказав, что ей необходимо отлежаться. И незаметно для всех привалил к её потайному выходу большой камень. И где только нашёл? И вот теперь Тейсдариласа маялась, лёжа на подушках.

Чтобы отвлечься, она стала вспоминать другие события дня. Как назло ярких происшествий было мало. Точнее, всего одно: наагариш Делилонис провёл почти весь день в фургоне одной из песчаниц. Среди нагов даже поползли скабрёзные слухи. Сурового наагариша впечатлительные песчаницы пытались заманить очень давно, но наг не поддавался. И вот он, похоже, сдался.

Как потом выяснилось, наагариш и не думал заводить шашни с девами пустыни. Когда он показался из фургона, его встретили весёлыми взглядами, которые медленно изменились, став удивлёнными. Примитивные рисунки принцессы Тейсдариласы исчезли с его хвоста. Наагариш поступил просто гениально, решив, что раз не удаётся убрать этот кошмар, то следует поползти по другому пути. И теперь на его извивающейся конечности красовалась шикарнейшая картина.

По серебристо-белой чешуе золотой краской было выписано дерево в мельчайших подробностях. Корни вились вокруг кончика хвоста, постепенно всё сильнее и сильнее окрашивая его золотом. Ветви закручивались в сложные узоры, мелкие изящные листья были похожи на саму чешую. Эти листики казались естественной его окраской, крапинками на хвосте. А между ними, вплетая эти «крапинки» в общую канву рисунка, проходили тонкие узловатые ветви.

Наагариш прополз мимо любопытных с достоинством. Так, словно ничего не произошло. Словно это не он ещё утром щеголял с узором из домиков и облаков. И словно сейчас ничего необычного не происходило.

Вааш потом поболтал с песчаницей, расписавшей хвост наагариша Делилониса, и сказал Тейсдариласе, что для росписи они использовали ту же краску. Делилонис не хотел, чтобы рисунок сошёл раньше линьки. Ведь в этом случае могли открыться более стойкие художества самой Тейсдариласы.

А песчаник, хозяин краски, стал известен среди сородичей. Стойкую краску хотели приобрести все. В понимании народа пустыни яркие цвета приманивали удачу, и чем дольше будет держаться цвет, тем дольше рядом будет обитать удача. Так что песчаник радостно потирал руки и принимал заказы.

Девы пустыни ещё раз напомнили Тейсдариласе, что скоро третья ночь двоелуния. Завтра. Так что они её ждут. И костюм уже готов.

Перед глазами почему-то опять предстал образ обнажённого наагашейда. Девушка, уткнувшись в подушку, застонала. Он был по пояс в воде. Длинные волосы распущены, кончики их намокли и прилипли к коже. Широкие крепкие плечи, гибкий сильный торс, на котором отчётливо проступал рельеф мышц. По низу живота дорожкой бежали мелкие сероватые чешуйки. Почему-то их вид заставил сердце Тейсдариласы учащённо биться. И этот нахальный, смеющийся взгляд, и хищная улыбка… Девушка раздражённо запустила подушку в стену.

– Госпожа, всё хорошо? – раздался обеспокоенный голос.

Она поспешила натянуть одеяло до подбородка. Дверь приоткрылась, и внутрь заглянул наг. Его девушка встретила недовольным взглядом. Охранник тут же поспешил скрыться.

– Спокойной ночи, госпожа.

Тейсдариласа тоскливо уставилась в окно, куда проникал белый лунный свет вперемешку с желтоватым светом волчьего месяца. Она никогда не испытывала подобной тяги к мужчине и, положа руку на сердце, предпочла бы никогда не испытывать. Дико хотелось отдать бразды правления своей второй половине, для которой мужской пол не значил ровным счётом ничего. Тяжело вздохнув, Тейсдариласа представила себе водоём без границ, заполненный шаалашее, и занялась подсчётом огромных кувшинок.

* * *

Наагашейд как раз закончил свой поздний ужин, когда ему сообщили, что его хочет видеть консер Вотый. Он удивился такому позднему визиту, но велел пустить оборотня.

Шерех зашёл с яркой улыбкой на губах. В принципе Дейширолеш не помнит дня, когда бы этот хитрец грустил.

– Ваше величество, доброй вам ночи. – Шерех почтительно поклонился.

Дейширолеш лишь усмехнулся на такое обращение. Ни один из нагов не посмел бы его так величать. Безликое «ваше величество» не отражало всей величественности титула «наагашейд».

– И тебе добра, Шерех, – мягко отозвался владыка. – С чем пожаловал?

Шерех пришёл не один. Его сопровождал совсем юный оборотень, держащий что-то, завёрнутое в ткань. Консер знаком велел ему оставаться у порога. Сам он прошёл и опустился на подушки перед наагашейдом. Тот заинтересованно посмотрел на него.

– Надеюсь, дела у вас идут хорошо? – любезно спросил Шерех.

– Переходи к делу. – Наагашейд не был настроен на светские беседы. – Ты же пришёл не для того, чтобы болтать ни о чём?

Шерех хитро улыбнулся, но потом его лицо стало более серьёзным.

– Я слышал, что вас не очень устраивает её высочество принцесса Тейсдариласа? – осторожно начал он.

– Какие странные слухи, – улыбнулся наагашейд.

Он не собирался ничего подтверждать.

– Действительно странные, – не стал спорить консер. – И всё же, что вы собираетесь с ней делать?

– Я ещё не решил. – Владыка пожал плечами.

В глазах Шереха мелькнуло что-то, насторожившее наагашейда ещё больше.

– Я хотел предложить вам отдать принцессу мне. Вам она всё равно не нужна, а у меня пятеро неженатых сыновей.

Меньше всего Дейширолеш ожидал услышать подобное. Поэтому вопрос вырвался у него раньше, чем он успел его обдумать.

– А тебе-то зачем такая невестка?

Улыбка у Шереха вышла даже ласковой.

– У нас, у оборотней, свои приоритеты. Эта девочка – носитель древней крови почти вымершего рода. Вероятность того, что эта кровь возродится в моей семье, почти ничтожна, но что я теряю? И принцесса довольно милая девочка. Думаю, она понравится моему четвёртому сыну Хешу.

В душе Дейширолеша заворочалось недовольство. Пусть он и не был рад результатам переговоров, но отдавать принцессу не желал. Потому что это его! Наагашейд не привык делиться своим.

Видимо, что-то отразилось на его лице, потому что Шерех поспешил произнести:

– Конечно, я не предлагаю отдать принцессу просто так. Я готов дать кое-что взамен.

Он взмахом руки подозвал к себе юношу, ожидающего у входа. Тот подошёл и почтительно протянул ему свёрток. Шерех медленно развернул ткань, и в сиянии магических светляков заиграли драгоценные камни на небольшой чаше. Глаза наагашейда удивлённо расширились.

– Светоч Даха́ра, – торжественно произнёс Шерех, – артефакт, позволяющий связаться с миром богов. Это достойная плата?

* * *

Некоторое время после ухода Шереха Дейширолеш просто думал и всё яснее и яснее понимал, что чего-то не знает.

– Эй, там! – позвал он.

В шатёр заглянул наг.

– Позови ко мне наагариша Делилониса.

Делилонис не заставил себя долго ждать. В скором времени полог откинулся, и он стремительно вполз внутрь.

– Что-то случилось? – с порога спросил он.

– Да, – медленно протянул Дейширолеш, внимательно следя за его реакцией. – Приходил Шерех.

Глаза его друга подозрительно сузились. Дейширолеш ещё больше уверился в том, что действительно чего-то не знает.

– И что он хотел? – напряжённо спросил Делилонис.

– Нордасскую принцессу. – Лицо наагариша потемнело. – Он предлагал за неё Светоч Дахара.

Наступила тишина. На лице Делилониса проступили опасения.

– Ты согласился? – спросил он.

Дейширолеш выдержал паузу, наблюдая за нервно дёргающим хвостом друга, и ответил:

– Ты же знаешь, я не принимаю помощь богов. Я сам себе бог.

Наагариш облегчённо выдохнул.

– Но знаешь, Дел, мне хочется кое-что узнать, – вкрадчиво начал Дейширолеш. – Мне хочется узнать, что происходило с принцессой все эти дни.

– С чего такое любопытство?

– Ко мне приходит консер Вотый и просит отдать ему принцессу в обмен на артефакт невероятной цены, а ты спрашиваешь, почему мне любопытно? Наверное, мне хочется знать, чем вызван его интерес.

Делилонис тяжело вздохнул и устало потёр лоб.

– Если бы я сам знал, Дейш. Но его интерес мне абсолютно непонятен.

– Расскажи мне всё! – потребовал наагашейд. – Всё до мельчайших подробностей!

Наагариш пристально посмотрел на него и начал свой рассказ. Ему было прекрасно известно, что Дейш ненавидит, когда от него что-то утаивают.

* * *

– Эх, Дариласка, – Вааш тяжко вздохнул, – нам нужно уговорить Делилониса, чтобы он тебя танцевать отпустил сегодня ночью. Там же все наши будут. А они тебя увидят и ему донесут.

Девушка погрустнела. Она немного переживала за танец. Ей никогда не приходилось танцевать перед таким количеством народа. Ей вообще никогда не приходилось танцевать. Тейсдариласа даже на балах никогда не бывала. Дядя считал это пустой тратой времени.

– Если что, будем угрожать, – решительно заявил Вааш.

Принцесса весело посмотрела на него. Ей уже хотелось, чтобы наагариш не согласился сразу. Утро стало немного ярче.

– Ой, девочки тренируются. – Вааш расплылся в блаженной улыбке.

На довольно приличном пятаке земли, огороженном фургонами, дрались песчаницы. Две девушки наскакивали друг на друга, размахивая короткими загнутыми мечами. Верхних накидок на них не было, поэтому их животы и плечи были полностью открыты. Только грудь перехватывала широкая повязка. Неудивительно, что нагов сюда как мёдом манило.

Подошли Вааш и Тейсдариласа поздновато: бой уже закончился. Знакомые принцессе девушки радостно замахали ей руками.

– Эй… – Вааш с самым заговорщицким видом наклонился к её уху. – А ты сама потренироваться не хочешь?

Тейсдариласа неуверенно посмотрела на него. Вааш ухмыльнулся и, разогнувшись, громыхнул на всю толпу:

– Девочки, кто-нибудь компанию Дариласке в бою составьте.

Со стороны песчаников поднялся одобрительный гул. Вперёд вышла высокая черноволосая песчаница. Она взмахом руки пригласила Тейсдариласу. Та вышла ей навстречу.

Они не бросились друг на друга сразу же. Некоторое время ходили по кругу, приглядываясь. Первый шаг сделала песчаница. От удара ногой Тейсдариласа легко уклонилась, но в наступление не пошла. Такую манеру боя она видела впервые. Нет, рукопашный бой ей был хорошо знаком. Но её учили биться по-другому: сильно, чётко, даже где-то красиво. Манера же боя песчаницы оказалась какой-то звериной. Она могла не довести удар до конца, оборвать его и тут же ударить по-иному. Плечи её были сильно ссутулены, спина согнута, и вообще она очень напоминала зверя, готовящегося к прыжку, только что на четырёх лапах не стояла. Тейсдариласе очень понравилась эта манера боя.

Через некоторое время после начала боя стало понятно, что песчаница всё же куда опытнее юной принцессы. У бывалых вояк сложилось впечатление, что брюнетка только прощупывала девчонку, не нападая по-настоящему. Видимо, так оно и было.

Песчаница знаком остановила бой и поманила из толпы другую девушку, рыженькую и на вид одного возраста с Тейсдариласой. Рыжая заняла место брюнетки, а та отошла в толпу. Девушки замерли друг напротив друга, приглядываясь.

Новая противница Тейсдариласы была куда более порывистой, чем её предшественница. Ей не терпелось броситься в бой, она нервно сжимала пальцы. Тейсдариласа же никуда не спешила. Она внимательно осмотрела песчаницу, а затем её плечи вдруг поникли, спина ссутулилась, и девушка пригнулась к земле. Брюнетка, наблюдающая за ними, хмыкнула.

Первой не выдержала юная песчаница. Она быстро метнулась вперёд, отведя локоть левой руки для удара. Кулак врезался в выставленную ладонь. Пальцы Тейсдариласы сомкнулись на кулаке песчаницы и дёрнули, вынуждая рыжую приблизиться. Правое колено принцессы прошло между ног песчаницы, и Тейсдариласа сделала ей подножку. Рыжая упала спиной на землю. Принцесса отошла в сторону, позволяя ей подняться. Песчаница встала, внимательно посмотрела на неё и больше не торопилась.

* * *

Дейширолеш неторопливо полз, наслаждаясь свежим утренним воздухом. Спал этой ночью он крайне мало. Рассказ Делилониса его разозлил и немного удивил. Разозлило, что от него посмели скрыть столько событий. Удивляло же, что принцессу, о которой рассказывал друг, он не знал. Ещё ранее, когда Делилонис отчитывался о происшествии с вампиром, наагашейда привела в недоумение эта история. Нет, не поверил, что ритуал «Акшари» проводился. Явление трёх богов он бы почувствовал.

Но больше всего Дейширолешу был непонятен интерес консера. Вот если бы этот интерес зародился после убийства оборотня-насильника принцессой… Но, по словам Делилониса, он появился раньше.

Дейширолеш обдумывал это всю ночь. Носительница древней крови? Если Шереху нужна носительница древней крови, то почему он не обратит внимание на южные и восточные кланы оборотней? В этих регионах когда-то проживали вымершие теперь сильные народы. Их кровь наверняка ещё гуляет в жилах тех, кто ныне обитает в этих землях. Дейш подозревал, что консер водит его за нос, но никак не мог понять, где именно его хотят обмануть.

Наагашейда привлекла толпа зевак. Состояла она в основном из песчаников, но мелькали и нажьи хвосты. Дейш присмотрелся и застыл, ошеломлённо наблюдая за разворачивающимися событиями.

В этот момент Тейсдариласа перекинула противницу через плечо, отправив ту катиться по земле. Рыжая моментально вскочила и опять бросилась в атаку. Принцесса блокировала скрещёнными руками её удар ногой и в ответ бесхитростно пнула в колено. Песчаница, скривившись, отскочила.

– Кого мне вообще подсунули? – вырвалось у Дейширолеша.