Глава 27. Не верь глазам своим

— Нет, ну ты видал? — вынырнув и отфыркиваясь, как морж, Макс снова залез на доску.

Парус намок и тяжело обвис. Ловить им ветер стало невозможно, а значит, пора грести к берегу.

— Что видел? — крикнул Алекс.

Он держался на доске, но тоже повернул к берегу, не желая плавать в одиночестве.

— Что девчонки устроили, — разбрасывая челкой россыпь сверкающих брызг, Макс мотнул на сушу.

— А что они устроили? — не понял Алекс, окинув взглядом пустой берег.

— Неу… — Макс тоже развернулся, но никого не увидел. — Куда же они делись? Милка стояла на четвереньках задницей к воде. — Видок я тебе скажу. Поэтому и грохнулся, иначе я бы тебя сделал. Но девчонки применили запрещенный прием. Интересно, где они? Ладно, поплыли. Просушим мой парус, потом, если ветер не стихнет, может, еще прокатимся.

Равномерно работая руками, Макс довольно быстро приближался к берегу, но Алекс, успел добраться раньше. И, когда приятель дрожа от холода выбрался на сушу, застыв на месте, не сводил глаз с маленького окошка палатки, где ночью спала Рената.

— Ты чего? Решил здесь корни пустить? — Макс толкнул его в плечо и, проследив за взглядом, присвистнул. — А девочка-то не промах.

В крохотном проеме мало что можно было рассмотреть, но раскачивающийся женский силуэт был вполне узнаваем, тем более, что обзор иногда заслоняли темные волосы, и не оставалось никаких сомнений, кто находится в палатке, а приглушенные женские стоны красноречиво говорили чем там занимаются.

Алекс окинул берег цепким взглядом — Виктора тоже не было видно. Попытался вспомнить видел ли его, пока смотрел на лагерь издалека, и отругал себя за то, что был слишком увлечен азартом соревнования, чтобы что-то замечать.

Милка, Янка? Наверняка, преданные подруги оставили парочку наедине и ушли в лес.

— Пойдем, поставим твой парус сушиться, — процедил Алекс сквозь сжатые зубы.

— Ты чего? — Макс удивленно посмотрел на друга. — Все еще сохнешь что ли? А как же Янка? Приятель, ты заканчивай с этим, а то тронешься. Оставь их в покое. Пусть делают что хотят. Ты выбрал Янку и теперь тебя не должно касаться, что и с кем она делает. Хоть со сборной России по футболу спит, со всеми сразу. Забудь, — он похлопал Алекса по плечу и попытался подтолкнуть к краю поляны, поближе к деревьям, но тот стоял как вкопанный, пока за спиной не послышался восторженный щебет Яны и отвечающий ей мужской голос.

— Натка, Милка, посмотрите сколько мы рыбы нало… — воскликнула было Ульяна, но не увидев подруг, осеклась. — А где девочки? — взглянула она на не менее озадаченных их появлением мужчин.

Размахивавший ведром Виктор ничего не понял и медленно опускал руку, переводя озадаченный взгляд поочередно на всех присутствующих, и тоже гадал куда же делась Рената.

«Сопляк здесь. Так с кем же тогда Рената?» — размышляя, Алекс взглянул на Макса. Кажется, им пришла в голову одна и та же мысль, потому что приятель заметно приуныл и нахмурился.

Подтверждая их общую догадку из палатки вывались сначала смеющаяся и раскрасневшаяся Рената, а следом за ней и такая же румяная Тамила.

Ульяна только огорченно покачала головой — девчонки опять принялись за свое и начали дурить всем головы.

— И это что только что было? — поинтересовался Макс, покосившись на насупиленного приятеля и снова возвращаясь к образу беззаботного весельчака.

— Ма-акс, — протянула и томно потянулась Тамила. — Ну что за вопросы? Вроде, все взрослые люди. — Янка, как улов? — повернулась она к подруге.

А Яна не сводила глаз с Алекса. Как он ни старался, но так и не сумел скрыть гримасу брезгливости. Этого девушка уже стерпеть не могла. Девчонки могут дурачиться, как угодно, не обращая внимания на недоуменные взгляды Макса и Виктора. Могут смеяться над тем, что о них думают или говорят, но она не позволит им разрушить свои отношения с Сашей. Ведь подруги и на нее бросают тень. Вон, Саша уже начал сторониться.

— Милка, — как бы между прочим, позвала она. — Как шея? Лучше стало после массажа?

— Массажа? — сразу же подхватил Макс и перевел вопросительный взгляд на Ульяну.

Рената, уже заглянувшая было в ведро с уловом, подняла голову и негодующе уставилась на подругу.

— Ну да, — не обращая внимания или не замечая хлесткого взгляда Ренаты, Ульяна непосредственно пожала плечами. — У Милки со школы шея болит, а у Натки волшебные руки. Милке всегда становится легче после массажа.

— Да, после сна на земле шея совсем разболелась, — Тамила потерла плечо у основания шеи, с таким видом, словно только что не пыталась внушить мужчинам совершенно определенные мысли.

— Так что же ты раньше не сказала? — облегченно воскликнул Макс. — Я мастер по массажу. Так разомну тебе шею…

— Что она потом не повернется, — со смехом закончила Тамила.

— Нет! Забудешь, что она вообще болеть может. Вот сегодня и покажу, если захочешь, конечно, — он многозначительно поиграл бровями.

— И это весь улов?! — восклицание Ренаты, все-таки оценившей содержимое ведра, прервало их обмен любезностями, и Макс с Тамилой тоже подошли к Виктору посмотреть что же так поразило Ренату.

— Да-а, — протянул Макс, глядя на трех карасей. — Богатая добыча. Как бы нам не объесться.

— Сколько смогли, — Ульяна беспечно пожала плечами.

Алекс закончил прищурившись изучать Ренату и обнял Ульяну за плечи.

— Не переживай, — улыбнулся он. — Еще осталось мясо, с голоду не умрем. К тому же, я не очень люблю речную рыбу.

Он утешал, а сам снова возвращался мыслями к Ренате. То, что она пыталась сначала убедить его в том, что находится в палатке вместе с Виктором, а потом, что у нее близкие отношения с подругой, тешило самолюбие. Ведь девушка старалась задеть его, вызвать ревность. Значит, ей не все равно, что он проводит время наедине с Ульяной. И он ей не так безразличен, как Рената старается показать. Все это наводило на определенные размышления.

— Нат, мы можем поговорить? — Виктор подошел и взял ее под руку.

— О чем? — невинно улыбнулась она.

— Давай, отойдем, — он повел девушку к лесу.

— Послушай, — начал он, когда решил, что достаточно отошли от лагеря и разговор не будет услышан. — Тебе на меня совсем наплевать?

— Ты о чем? — Рената сделала вид, что не понимает.

— О том, что вы с Милой в палатке устроили, — терпеливо пояснил Виктор.

— А что мы устроили? — Рената остановилась и пожала плечами. — У Милки разболелась шея, я ей немного помяла мышцы. Кто виноват, что вы сразу думаете о чем-то плохом? Это все, что ты хотел мне сказать? — она развернулась, чтобы вернуться к лагерю.

— Рената! — голос Виктора стал непривычно жестким.

— Что? — сверкнув глазами, обернулась она.

— Не пытайся закосить под дурочку. Я-то знаю, что ты прекрасно понимаешь что и зачем делаешь.

— Я не понимаю твоих претензий, — Рената сложила руки на груди.

— Послушай, — наступал на нее Виктор. — Мне здесь и так нелегко. Я этих мужиков совсем не знаю, но поехал, чтобы сделать тебе приятное…

Бровь Ренаты поползла вверх.

— И что я теперь должна сделать? Упасть тебе в ноги и без конца благодарить? — фыркнула девушка.

— Нет, не должна. Я вообще не к этому, — торопливо, словно боясь, что Рената уйдет, продолжал он. — Они старше меня, и смотрят свысока, да еще ты выставляешь дураком, которому девушка наставляет рога с девушкой же. Я не знаю кто из вас это придумал? Милка, чтобы Макс не приставал? Но ты зачем приняла в этом участие? Они же теперь совсем будут меня считать пустым местом. И я не поверю, что ты этого не понимаешь. Так зачем ты это сделала? Если я тебе не нравлюсь, то могла бы и прямо сказать, а не выставлять меня перед ними кретином.

— Никто и не выставлял. Это исключительно твоя инициатива. Что ты сейчас устроил? — Рената пожала плечами.

— Думаешь, самая умная, а я дурак?

— Слушай, — насупилась Рената, теперь уже она наступала. — У Милки болела шея. Я не могла, да и не видела смысла отказывать ей в массаже. Мы специально выбрали время, когда никого не будет, но все набежали, будто кто-то вас звал, и невесть что придумали. А теперь, вместо извинений, ты мне еще и претензии предъявлять будешь? Не слишком много на себя берешь? В конце концов, не моя была идея похода. Я вообще не хотела сюда ехать.

— Я просто хочу, чтобы ты хоть немного со мной считалась, — Виктор невольно повысил голос, и оставшиеся на поляне переглянулись.

— Так это я с тобой не считаюсь? А что же тогда ты не остался со мной, а пошел с Янкой на рыбалку, и вернулись вы, прошу заметить, без рыбы! Что вы делали все это время, остается только догадываться, но точно не ловили рыбу. Так кто из кого делает идиота? — упорно неся полную ахинею, Рената выворачивала все наизнанку.

— Так ты все это сделала потому что приревновала? Приревновала меня? — воскликнул Виктор.

— Вот еще, — надувшись, Рената приняла самый обиженный вид.

— Ну малыш, не обижайся, — растеряв весь боевой настрой, Виктор обнял Ренату и поцеловал сначала в одну щеку, затем в другую, а потом и в губы. — Ты ж знаешь, что я люблю только тебя. Извини, наверное, вспылил из-за плохого улова. Ну, прощаешь? Малыш? — покрывал ее лицо легкими поцелуями: глаза, щеки, лоб — все, чего позволяла коснуться Рената. — Ну хочешь, до отъезда больше не отойду от тебя ни на шаг?

Но это уже не устраивало Ренату.

— Ты меня совсем сумасшедшей собственницей считаешь? — проворчала она.

— Но сегодня мы спим вместе, — Виктор поставил точку в разговоре.

— Это условие? — Рената изогнула бровь в насмешливом вопросе.

— Нет, это факт. Мы же пара, — он обнял девушку за талию.

Поразмыслив и приняв решение, что после неудачи с палаткой, Алексу будет полезно убедиться в действительности ее отношений, Рената согласилась.