Глава 26

Айрис

Я только пришла с прогулки, как меня тут же перехватила Горгона.

- Тебе не кажется, что ты слишком много себе позволяешь? – нападает она. В её руках ведро с водой и тряпка… Вода и тряпка уже побыли в использовании. Кажется этой водой и тряпкой, полчаса назад Катя мыла лестницу… Лестницу, которую приказала помыть мне Горгона. Но как только Катя увидела, что я собираюсь делать, она тут же забрала у меня орудие труда и отправила меня в сад на прогулку, сказав, что сделает всё сама.

Я была не согласна, упиралась, ведь мне тоже было жаль Катю, но девушка была очень убедительной и упрямой.

В общем, я сдалась и пошла на прогулку, тем более дети во мне устроили настоящую дискотеку, от чего у меня уже болели все внутренности, и было трудно дышать.

Катя просила полчаса, и эти полчаса я гуляла в саду, а когда вернулась, увидела эту вечно недовольную Горгону, которая меня уже настолько сильно достала, что я уже не выдерживала. Ещё совсем чуть-чуть и я сорвусь… Но я держала себя в руках ради детей. Чтобы не причинить им вред. А вот когда они родятся, я покажу Горгоне какой у меня характер и на что я способна. Я уже ждала этого момента с нетерпением.

- Да неужели? Это почему же? – бросаю недовольно.

- Я дала тебе работу, а ты её перекинула на других девочек!

- Я здесь не уборщица! – напомнила.

- Но и не принцесса, на особенных правах! – кричит, сверкая своим злобным взглядом. Горгона не любила, когда я её не слушалась или противоречила ей. А последнее время я делала это частенько. – Сейчас же берешь это ведро и тряпку, и идешь перемывать лестницу! – бросает.

- Я не буду этого делать! – отказываюсь. – Лестница уже чистая. И вы не имеете права ни к чему меня принуждать, но если хотите… Попробуйте! – добавила я, глядя на женщину с вызовом. Она смотрела на меня так, словно испепелить была готова. Я подождала несколько секунд, но Горгона так ничего и не предприняла. После чего я продолжила свой путь, планируя поскорее закончить этот спор и уйти. Но стоило мне сделать всего лишь пару шагов, как Горгона резко подняла ведро и вылила его содержимое мне на голову.

Вода была не холодной, но очень грязной… Эта грязь попала не только в мои глаза, шиворот, нос, но и в рот. Потому что от испуга и неожиданности я вскрикнула.

Вскрикнула и Катя, которая стояла на лестнице и наблюдала за всем происходящем.

Я вытираю лицо ладонью и зло смотрю на Горгону. Это было слишком…

Неужели так издеваться надо мной, ей действительно позволил Дамир и она спокойно это исполняет?

За что она так меня ненавидит?

Чего добивается?

Горгона бросила ведро на пол, а тряпку у моих ног, давая мне понять, что убирать придется мне. После чего гордо вздернула подбородок, отвернулась и ушла.

Катя тут же оказалась рядом со мной, взяла меня за руку и отвела наверх в мою комнату.

- Боже… Какая же она сволочь! Всё, я больше не выдерживаю! Расскажу все Павлу Сергеевичу и попрошу его… Чтобы он связался с Ярославом Дмитриевичем и попросил помощи! – сказала Катя, помогая мне раздеваться.

Только вот она не знает, кто я для Змеевых и почему здесь.

- Не стоит, Кать…, - бросила тихо. – Змеевы – это последние люди, кто мне поможет, - сказала тихо.

Катя посмотрела на меня недоумевающим взглядом.

- Нет… Амелия Анатолиевна самый добрый человек, которого я встречала на своем пути. А Ярослав Дмитриевич… Он сильный, опасный, злой… Но он справедливый. Если бы он узнал, что с тобой здесь происходит, и что его сын допускает это…

- Кать… Пожалуйста. Не нужно. Ты просто кое-что не знаешь… Никто не станет за меня заступаться. Да я и не хочу… Создавать проблемы тебе, Павлу Сергеевичу или кому-то ещё. Всё что делает со мной Горгона это терпимо и не стоит внимания. Ну, попыхтит она, покажет свое возмущение… Воду грязную один раз выльет! Скоро это всё закончится, - обещаю, хотя и сама не была в этом уверена.

Вижу, что Катя не согласна со мной, но всё-таки больше не спорит. Это мое решение и мой выбор. То, что я переживаю - унизительно, но я не уверена что кто-то из Змеевых поможет мне. Да и Павла Сергеевича подставлять не хочу. Даже боюсь подумать, что Дамир сделает с ним, если он настучит его отцу на него.

Катя помогает мне принять душ и надеть халат. А затем приносит чашку горячего чая и идет убирать в холле ту лужу, которую оставила Горгона.

Я сижу в кресле, отдыхаю от пережитого стресса и пытаюсь немного успокоиться. Пью чай и думаю о своих малышах.

Вчера, когда я ложилась спать и пела деткам колыбельную (которую в детстве мне пел брат), я вдруг поняла… Как хочу назвать своих детей. Дочь – Алисой, потому что это имя мне всегда нравилось. А сыночка - Артемкой, в честь брата.

Я знаю, что мне никогда не позволят выбрать имена детям, но сейчас, пока они во мне, я могла позволить себе такую вольность и называть их так, как хочу.

Я сидела в кресле, гладила живот, чувствуя, как дети снова начинают бушевать. И один удар оказался особо сильным и болезненным.

- Ай! – не сдержала вскрика. - Это кто у нас тут такой сильный? Артем или Алиска? – спрашиваю с улыбкой, гладя ушибленное место. – Думаю это ты Артемка. Узнаю твой пинок… Сильным будешь, как твой папа…, - бросаю не подумав, поддавшись моменту. Потому что дети всегда меня умиляют и заставляют забыть о плохом.

В этот момент, слышу за спиной странный шорох, и резко прихожу в себя. Страх, что кто-то был в моей комнате, пока я была такой откровенной и расслабленной, захватил меня всю.

Резко поворачиваю голову и вижу Дамира…

Что ещё хуже, для меня. Лучше бы уже была Горгона…

Неуклюже подымаюсь на ноги и инстинктивно отступаю назад, закрывая живот руками.

- Ты…, - выдавливаю, но сразу замолкаю. Теряюсь, потому что не ожидала. Первое о чем я подумала, что Дамир приехал, потому что ему нажаловалась на меня Горгона, за то, что я не слушаюсь её, и сейчас он снова укажет мне свое место.

Но, как оказалось, я ошиблась.

- Я по делам здесь… Решил заскочить на секунду, - говорит Дамир, словно прочитал мои мысли. - С детьми всё в порядке? – спрашивает, я киваю.

Дамир получает ответ, но не уходит, а продолжает на меня смотреть и откровенно разглядывать. Я вижу его взгляд на своем лице, потом губах, после чего он опускает его ниже, к моему плечу и я понимаю, что халат немного сполз, оголяя его. Поправляю на себе халат, и сильнее закутываюсь в него.

Дамир хмыкает, словно я сделала что-то раздражающее и неважное для него.

Он смотрит на меня ещё несколько секунд, после чего отворачивается и идет к двери, я облегченно выдыхаю, думая, что на этом все… Что он сейчас уйдет и оставит меня в покое. Но он не уходит.

Его рука ложится на ручку двери, и он замирает, на некоторое время призадумавшись. После чего снова смотрит на меня, и в этот момент я вижу в его глазах недовольство и мрак.

Что уже не так?

«Почему ты остановился?

Уходи!

Прошу, уходи!»

Признаюсь, я очень испугалась этой его мимолетной заминки и взгляда. Последнее время он был непредсказуем и опасен, и я не знала чего от него ожидать.

- Сколько тебе предложили за меня? - вдруг спрашивает он, да ещё таким тоном, что у меня мурашки на коже выступили.

О чем он вообще говорит?

- Сколько денег, тебе предложили за меня? – повторяет он, но уже резче. – Отвечай!

Я невольно вздрагиваю, и решаю не молчать, чтобы не провоцировать его. Но для начала я хотела уточнить, что будет с моим языком, если я заговорю с ним. Он же мне запретил это делать, а теперь требует ответы на вопросы, которые меня только удивляют. Хотя, я могла его понять. Он не знает причину, почему я его предала. Думает из-за денег, но это было не так. И хорошо, что он поднял эту тему, наконец-то я скажу ему правду.

- М-можно, да? – спрашиваю заикаясь, и в глазах Дамира что-то меняется. Я вижу в них удивление и непонимание, словно он не знает, о чем я говорю. Короткая память? Решаю напомнить. – Разговаривать можно… Язык мне не отрежешь? – добавляю, и Дамиру становится всё ясно. Он отпускает ручку двери, поворачивается ко мне лицом и прячет руки в карманы штанов.

- Можно…. Когда я спрашиваю! – отрезает. Невольно топчусь на месте и отвожу взгляд в сторону. Думаю с чего начать и что сказать, чтобы не упустить данный мне момент. Он должен услышать меня и понять.

- Я не понимаю, о каких деньгах ты мне говоришь, - отвечаю спустя несколько секунд. Дамир хмыкает, откровенно давая мне понять, что не верит мне. - Я… Я пошла на это всё, ради того чтобы спасти брата, - продолжаю. – Но я влюбилась в тебя Дамир… И клянусь, я хотела сразу тебе все рассказать…

Он резко взмахивает рукой, и я запинаюсь.

- И кто придумал этот бред? Ты сама или помог твой любимый Стасик… Чтобы запудрить мне мозги или надавить на мою жалость? Ты серьёзно думаешь, что это прокатит? – бросает с сарказмом, снова называя это чертовое имя «Стас»!

- Я… Я не понимаю о чем ты говоришь… О каком Стасике, - бросаю растерянно.

Кто этот Стас?

Почему он его ко мне привязывает?

- Я говорю о том уебке, который жил с тобой в том домике. Или ты хочешь сказать, что с тобой там никто не жил? – спрашивает Дамир, и я отвожу взгляд, закусывая нижнюю губу.

Теперь я понимаю о ком он… Но он ошибся. Даже сама не знаю почему. Кто предоставил ему такую информацию, что со мной жил Стас, а не Андрей?

- Если это был не Стас то… Кто? – спрашивает Дамир, не давая мне времени подумать об этом. - Отвечай! – рычит он, теряя терпение.

- Это всё, что тебя волнует? Это сейчас самый главный вопрос для тебя? – говорю смело. – Почему?

Он ни разу не спросил у меня, почему я обманула его и украла его телефон, что стало причиной этому, зачем я это сделала… Но вот кто жил со мной в домике, его волновало больше всего!

- Потому что я хочу найти ту мразь, которая посмела помогать тебе! – летит мне в ответ. – Найти, чтобы разорвать его на части! Никто не смеет идти против Змеевых! Поэтому, я жду имя… Айрис! – требует, а у меня внутри все сжимается от страха за Андрея.

Андрей столько уже пострадал от Дамира… Столько всего пережил, и он не заслуживает того, чтобы с ним так поступали. Он ничего не сделал плохого, только помог мне, защитил меня, и поддержал, когда я в этом нуждалась. И я никогда не предам его за это.

- Никто, - отрезаю, спустя мгновение.

- За идиота меня принимаешь? Я видел мужские вещи. Были свидетели…

- Стас! – выпаливаю, в надежде, что это прокатит. Пускай лучше верит в выдуманного парня, нежели знает об Андрее. Ведь если я назову его имя, Дамир найдет его мгновенно и уничтожит. Я никогда себе этого не прощу, если по моей вине, Андрею причинят вред.

- Не испытывай моего терпения, Айрис! Я уже понял, что это точно не Стас! Мне нужно имя! Сейчас же! И хватит лгать. Это меня уже пределом достало. Я и так на грани! – рычит предупреждающе, но не нарушает дистанции.

А я знаю, что сейчас он меня не тронет, потому что во мне его дети, поэтому и смелею.

- Я не скажу, - бросаю спустя мгновение, и вижу, как глаза Дамира темнеют ещё сильнее. Он был в ярости.

- Ты… Скажешь! – в следующее мгновение говорит он уверенно. – Сейчас или потом… Когда родишь моих детей. Я вытяну это имя из тебя, даже если мне придется тебя пытать! – угрожает, и это пугает меня, но... Я всё равно не сдаюсь.

- Можешь пытать… Но я никогда не скажу кто он! Потому что этот человек спас мне жизнь, и он тот единственный кто был со мной в трудную минуту, помогал, и верил мне! Я не предам его, даже под самыми жестокими пытками! – бросаю с болью в голосе.

- Посмотрим, - летит мне в ответ, после чего Дамир отворачивается и уходит, громко хлопнув дверью.

Он недоволен и зол, но мне плевать.

Он может издеваться надо мной, и наказывать меня сколько угодно (если от этого ему станет легче), но людей, которые были со мной в трудную минуту и рисковали своей жизнью ради меня, я не позволю трогать. Тем более, если это зависит от меня. Ведь если Дамир до сих пор не узнал, кто жил со мной в домике, значит уже не осталось тех, кто знал об этом или он просто не мог их найти.

А я никогда за помощь мне, не отблагодарю предательством… Даже если моя жизнь окажется под угрозой.

Хотя о чем это я… Дамир и так собирается меня убить после рождения детей, поэтому… Выбор у меня невелик. Я все равно уже обречена.