ГЛАВА 12. Распутанный клубок

«Это всегда неприятно – когда пистолет распадается в ладони».

Агент Адриан Томпсон

За воротами коротко посигналили. Кира позволила тётушке Марии поправить тонкую веточку искусственных цветов у неё в волосах, так удачно маскировавшую старые заколки, и смахнуть несуществующую пылинку с тщательно отглаженной юбки.

– Выросла, – признала наконец мисс Мария Каррера, вздыхая тяжело и совсем по-старчески. – Вижу, что не удержу больше… Ступай. Только не начуди совсем уж непоправимо…

Кира улыбнулась, разглядывая тётушку со смесью грусти и удивления. А ведь когда-то она искренне ненавидела родственницу. А сколько пакостей ей переделала – не счесть! И зачем? Если так рассудить, тётушке и впрямь деваться некуда – только приживалкой в чужой дом. Оттого и старалась сверх всякой меры, вывалив на племянницу всю силу любви и строгой заботы. А уж когда Кира попала в ту историю…

Тётушка ведь ничего не рассказала родителям. Кира тогда подумала – чтобы собственную шкуру не подставлять, всё-таки не уследила. А сейчас мисс Каррера понимала – ради неё. Чтобы не душить и без того раздавленное сердце… чтобы не толкнуть в петлю или на ещё какую глупость…

– Вот уж, тётушка, – встрепенулась Кира, прогоняя внезапную влагу из глаз, – когда это я не исправляла то, что начудила? Скажешь тоже! За меня не переживай – я, как гуано, нигде не пропаду, на дно не булькну!

Мисс Мария Каррера фыркнула, отмахиваясь от племянницы, но всё-таки благословила в спину, выпуская Киру на улицу. И не удержалась, выглянув из-за калитки.

Прислонившийся к автомобилю стройный блондин в светло-сером костюме коротко склонил голову, издалека приветствуя пожилую родственницу Киры, и улыбнулся, не разжимая губ.

– Гляди, очаруешь, придётся жениться, – предупредила Кира, вспорхнув к предусмотрительно распахнутой дверце.

Агент Томпсон чуть порозовел и быстро запрыгнул за руль, проворачивая ключ в зажигании.

– Сожалею, но мой вид деятельности не предполагает спокойной семейной жизни. Не хочу портить жизнь приличной девушке, – вежливо выкрутился федеральный агент.

– Где вы тут приличных увидели? – поразилась Кира, едва сдерживая смех. – Смелее, агент Томпсон, здесь всё испорчено до вас!

Адриан осторожно глянул на Киру, но мисс Каррера и впрямь веселилась, так что и блондин позволил себе тонкую улыбку.

– Тогда придётся исправлять, – туманно отозвался агент, трогаясь с места.

Настроение у Киры и впрямь поднялось, ещё со вчерашнего вечера. Счастье обыкновенно находит тебя именно тогда, когда перестаёшь его искать. Люди тянутся к сильным и независимым, так? А этого добра у мисс Киры Карреры всегда хватало.

– Чудесно выглядите, мисс Каррера, – ворвался в радужные мысли голос Адриана. – Рад, что вчерашние события не повлияли на ваше самочувствие.

– С чего бы? – отмахнулась Кира. – В школе отпуск, мой непосредственный босс из бюро сейчас на больничной койке и на задания не гонит, я отлично выспалась, соседка с утра подбросила новенькие пеньюары и чулки по грошовой цене – такие, знаете, с кружевами, сейчас в моде? – а я добираюсь на место дачи свидетельских показаний не в трамвае, а в комфортном автомобиле с личным водителем! Чем плохо?

Агент Томпсон недоверчиво усмехнулся, скосив на неё светлые глаза.

– Вашим оптимизмом, мисс Каррера, баррикады брать.

– Обойдусь, – подумав, решила Кира. – Мне бы чего посерьёзнее…

Адриан лишь головой покачал.

– Как там агент Ллойд, кстати? – встрепенулась Кира. – Живой?

– Живее всех живых, – подтвердил агент Томпсон с плохо скрываемым сожалением. – К нему мы, кстати, и направляемся. У меня отличные новости: мы взяли миссис Миллз!

– Да вы что! – обрадовалась Кира. – И как?

– Кошки, – охотно пояснил агент Томпсон. – Миссис Миллз не смогла оставить кошек. Соседка, которая кормила питомцев, накануне ночью вынесла их в клетках и уехала на такси. Наши люди проследили…

– Кошки погубят мир, – вздохнула Кира почти искренне. – И что миссис Миллз? Рассказала что-то интересное?

– Пока нет, но мы работаем, – довольно кивнул агент Томпсон. – Расскажу в госпитале, если не возражаете. Кстати, доктор Вольф подтвердил использование магической бомбы, но сказал, что этот след ничем не напоминает те две ауры, которые он увидел на теле мисс Спинстер. Так что, вероятно, бомба и впрямь из наших федеральных припасов. Что до таинственных магов – пока наметок нет…

– Там же склад разнесли, – припомнила Кира. – Вы теперь концов не сыщете!

– На то и был расчёт, – нахмурился блондин. – Склад и архив стёрты в пыль. Видимо, там пропало куда больше, чем единственная бомба на крови. Кстати, новейшая разработка, секретная, только в этом году запустили в производство… Когда доктор Вольф узнал – долго смеялся. Говорит, у них в Британии сыворотки на крови магов-стихийников открыли и запатентовали в прошлом году. Профессор Ян Зборовский, светило медицины и научных разработок… Проклятые англичане!..

Один из «проклятых англичан» встречал их на больничной койке, под присмотром бледной супруги, сидевшей у изголовья. Волшебное удостоверение федерального агента открыло им с Томпсоном все двери, но у палаты агента Ллойда они всё-таки притормозили. Адриан кивком поздоровался с зевающим Стивом, сидевшим у порога, вопросительно глянул на дверь.

– Живой, – подавил очередной зевок Стив. – За ночь незваных посетителей не объявилось.

– Что Лайт?

Стив невыразительно кивнул в сторону противоположной двери.

– Не предпринимал попыток к бегству? – уточнил Томпсон.

– Под препаратами? – хмыкнул фальшивый охранник «Звёзд Голливуда», поднимаясь со стула и потягиваясь. – Эскулапы по твоей настойчивой просьбе вкололи ему лошадиную дозу барбитуратов, после такого не встают. Как бы сердце не отказало…

– Выдержит, – хмуро отрезал Томпсон. – Лайт крепче, чем кажется.

– Ллойду тоже вкололи от души, – поделился Стив. – Он только с полчаса как в себя пришёл, но, похоже, не до конца прочухался. Обождал бы ты…

– Тоже не рассыпется, – не проникся Адриан. – Ллойд всё ещё работает на федеральное бюро. Сегодня рабочий день, вот пусть и отрабатывает!

Кира закатила глаза, заглядывая вслед за Томпсоном в приоткрытую дверь палаты. Несмотря на апломб, Адриан не решился вломиться к супругам без предупреждения, а супруги, в свою очередь, не слишком обращали внимание на зрителей и окружающий больничный мир.

– Эвелин… дорогая… кажется, я пьян.

Язык у агента Ллойда и впрямь заплетался. В другое время Кира бы хихикнула, но, выглянув из-за плеча Адриана, прикусила язык. Голова непосредственного начальника оказалась забинтована, щека обожжена, руку, лежавшую поверх одеяла, оплетали трубки капельницы. Больше Кира со своего места ничего не разглядела, зато увидела лицо миссис Ллойд – уставшее, серьёзное, невыразимо прекрасное. Как у мраморной статуи.

– Это наркоз, дорогой. Скоро пройдёт.

– Я люблю тебя…

– Я знаю. И я тебя.

– Эвелин… ты выйдешь за меня?

Кира спешно подавила улыбку, чувствуя, как неловко переминается агент Томпсон на пороге.

– Мы уже почти три года женаты, Джон.

Агент Ллойд, похоже, искренне удивился.

– Правда?

Эвелин Ллойд тяжело вздохнула, не размыкая губ.

– Джон, – проронила миссис Ллойд почти проникновенно, – пообещай мне одну вещь.

– Что угодно, – неосмотрительно согласился английский лорд.

– Хватит каждое дело заканчивать на больничной койке, – выставила жёсткое условие миссис Ллойд. – Ещё один такой фокус – и я ухожу. Довольно с меня потрясений, Джон!

– Эва…

– Я не знаю, что ещё сделать, чтобы… – вдруг беспомощно проронила ирландка, – сделать тебя счастливым. Я старалась, Джон. Правда, старалась. И до сих пор не знаю, где ошиблась. Я думала, моей любви хватит, чтобы заполнить твой вечный голод. Поиск себя… Но не хватило. Не надо искать острых ощущений, Джонни, – Эвелин Ллойд подняла ледяные глаза, встречая растерянный, всё ещё затуманенный после наркотического сна взгляд лорда Ллойда, – ты не вечный. А я больше не могу ждать, когда ты выберешь… меня. Нас. Если тебе невыносима семейная жизнь – давай её перечеркнем. Только не делай больше глупостей. Оставь войну в прошлом, как это сделала я. Пожалуйста, Джон… Живи как хочешь, но только… живи. Это всё, о чём я прошу.

Несколько секунд тишины, за которые Кира успела обменяться с Адрианом одинаково неловкими взглядами, а агент Ллойд переваривал услышанное.

– То есть, мы всё-таки женаты, – осторожно уточнил Джон.

Кира фыркнула в плечо Томпсону, Эвелин Ллойд издала страдальческий стон, а агент Ллойд заметил наконец посетителей.

– Томпсон, – медленно узнал он, – и мисс Каррера? Ты всё-таки наложил на неё руки? В смысле… я первый её нашёл! Таких людей надо вычислять и сразу вербовать…

– Глаз-алмаз, Джон, – вежливо согласился Адриан, толкая дверь и проходя в палату. – Вот, учусь у старших. Добрый день, миссис Ллойд. Прошу прощения, что помешали.

– Ты крадёшь, а не учишься, – вяло парировал менталист, с помощью супруги усаживаясь на больничной койке.

Эвелин с гримасами потёрла виски, не отвечая на приветствие Томпсона. Кира могла только посочувствовать супруге агента, но вместо этого присела рядом, ободряюще пожав ледяную ладонь. Миссис Ллойд наконец заметила её и вымученно улыбнулась.

– Жду Вольфа, – тяжело поделилась Эвелин. – Пусть проверит его ауру. Помимо ожогов и гематом, других повреждений у Джона нет, но голова… Доктор говорит, сотрясение. Подозреваю, что второе сотрясение за год чревато последствиями. Для менталиста – это просто смертельно опасно! У меня уже не хватает сил… Как убедить этого сумасшедшего, что война закончилась?! Какие ещё аргументы нужны…

– А я удачно выскочил из кабинета, – среагировал только на первые реплики агент Ллойд. – Эдвард бросился из офиса в коридор, мне показалось, целенаправленно… Бежал к шахте, люк был открыт… Лайт прыгнул, я за ним, ещё и ментальным щитом прикрылся. Тут взрыв, прямо в спину…

– А рожу ты ему подправил уже в гараже? – вскользь поинтересовался Адриан.

– Немножко, – честно задумавшись, припомнил Джон. – Там дверь оказалась заперта, Эдвард понял, что его подставили, а тут я…

– Лайт бросился на тебя? С голыми руками? – не поверил Томпсон, разглядывая старшего коллегу.

Агент Ллойд мучительно задумался, растирая свободной рукой лоб.

– У него был пистолет.

– Мы нашли только детали, – нахмурился Адриан. – Гильзы, ствол, курок…

– А, это я разобрал, как только Эдвард за него схватился, – заторможено кивнул Джон. – Телекинезом. Проник в материю и… Эдвард так удивился…

– Это всегда неприятно – когда пистолет распадается в ладони, – вежливо поддержал разговор агент Томпсон, странно поглядывая на менталиста. – Со мной не случалось, но, подозреваю, ощущения уникальные.

– Но я остановился, Эва, – невпопад похвастался агент Ллойд. – Я его не тронул…

Эвелин мучительно скривилась и выжала из себя кислую улыбку.

– Я горжусь тобой, Джонни.

– Нет, ну, тронул, конечно, – тут же поправился педантичный супруг. – Но уже руками, по лицу… ну и не только…

– Лайт тебя тоже обласкал, – хмыкнул Томпсон, проходя к окну. – Пока ты не догадался его зафиксировать телекинезом. Так?

– Наверное, – всё ещё медленно согласился агент Ллойд. – Там было нечем дышать, голова кружилась, я плохо помню… Кажется, я его в конце концов отпустил, а дальше – темнота…

– Не переживай, теперь мы его крепко держим, – коротко улыбнулся Адриан. – Точнее, та дрянь, которой его накачивают доктора, потому что с агентом его класса не справится даже отряд таких, как Стив.

– Недаром агент Лайт мне сразу понравился! – выпалила Кира. – А что? Меня тянет на плохих парней! Можно сказать, профессиональное чутьё! – Кира поймала слабую улыбку Эвелин и приободрилась. – Ну и… не может человек, так ловко скрутивший человека комплекции Виктора, быть столь же невинным, как и его милое личико. А уж как он расколол О’Рида! Агент Лайт разительно менялся – то мягкий, как пластилин, то жёсткий, как подошвы копов. Ещё и Джон сказал в первую встречу: мол, внешность обманчива! Агент Лайт служил в армии…

– Многие из агентов имеют военную подготовку, – покачал головой Томпсон. – Я тоже. Но… я не был в распоряжении полковника Салли. А Эдвард был.

– Значит, полковник Салли… – ахнула Кира, но развить мысль не успела.

– Его уже ищут, – вдруг подал голос агент Ллойд, вновь выныривая из полудрёмы. – Я ещё в Сан-Франциско подал на него рапорт. Предполагалось, что его задержат для допроса по предъявленным обвинениям, но потом то покушение на убийство… Мне развязали руки.

– Хочешь сказать, что действовал с согласия высшего руководства из Сан-Франциско? – поразился Томпсон, подаваясь вперёд.

– Ну да, – расслабленно признал агент Ллойд, всё ещё борясь со сном. – Руководство любит, когда с ним вроде как советуются. И совсем не любят, когда с ними не делятся… Я к тому, что будь шеф поумнее, делил бы выручку с теми, кто повыше. Тогда ни меня к вам в управление не вызвали бы, ни вас песочить не взялись бы. Полковник Салли организовал хорошую схему сбыта оружия и ценных бумаг, которая работала до первой крови. Я не спешил, выманивая всех задействованных в схеме лиц и собирая доказательства. Американская судебная система их очень ценит… Понимаешь, я очень не хотел, чтобы хоть один убийца ушёл… пусть и всего лишь исполнитель…

Несколько секунд тишины разрядились шумным выдохом агента Томпсона. Адриан нервно прошёлся по кабинету и остановился перед койкой агента Ллойда, разглядывая его почти с отчаянием. Кира внимательно проследила за борьбой на его лице и сощурилась. Всё-таки она не ошибалась в мужчинах! Было в агенте Томпсоне что-то… настораживающее, что ли? Червоточина, которая позволила ей не бояться блондина. Потому что они одинаковые… с изъяном… у каждого свой…

– Давай по порядку, – взял себя в руки Томпсон. – Когда ты понял, что именно шеф Салли стоит за убийствами агентов?

Кира даже вперёд подалась, с интересом прислушиваясь к объяснениям. Увлекательнее, чем водевиль! Жаль, что попкорна под рукой нет.

– Когда О’Рид притащил те бумаги со встречи на мексиканской границе, – тут же отозвался агент Ллойд. – Я сразу подумал, что без ведома шефа такие дела не проворачиваются. Миссис Миллз, верно, была лишь удобным помощником. Вынести документы, подготовить досье, выпытать за чашкой кофе места, где бывают будущие жертвы, передать информацию… купить пистолет, из которого был застрелен агент Стэнли Гаскелл.

Кира встрепенулась: история агента Гаскелла запомнилась. Главным образом благодаря любовной истории примы «Звёзд Голливуда», Саманты О’Нилл, которая отплясывала в ненавистном клубе под именем Сэнди. Единственная, кто оказался достаточно добр, чтобы угостить чашечкой кофе незадачливую соискательницу.

– Пистолет был куплен в оружейном магазине «невысокой пожилой леди», – припомнила Кира. – Лица продавец не запомнил, но мы тогда на миссис Миллз и не подумали…

Агент Томпсон кашлянул, привлекая внимание.

– Хорошая новость, Джон, – сдержанно уведомил Адриан старшего коллегу. – Мы задержали миссис Миллз. Плохая состоит в том, что ты ошибаешься. Она не была «лишь удобным помощником».

– Поясни, – попросил агент Ллойд, почесав бинты на голове.

– Агент Филмор, – подсказал Томпсон, – был, если помнишь, отравлен. Собственным виски из фляги. Вы с ним так и не познакомились, а я точно знал, что он с флягой никогда не расставался. Только иногда, под настроение, просил миссис Миллз подлить туда кофе. Когда день не задавался с самого утра, а похмелье предыдущего вечера сильно било в голову…

– Ой, как печально, – искренне огорчилась Кира. – А я надеялась, что миссис Миллз не убийца! Как может убивать человек, обожающий кошек? Кофе-то у неё и впрямь отменный! Я залпом проглотила… Ой…

Неприятная мысль о том, что её могли в тот вечер отравить, только сейчас пробила дорогу в воспоминаниях увлечённой мисс Карреры. Томпсон тоже нахмурился.

– Уверен, у миссис Миллз на тот момент не было ни приказа, ни мотива убивать вас, мисс Каррера.

– Нет, – подумав, согласилась Кира. – Вообще-то она предлагала кофе именно вам.

Агент Томпсон едва заметно побледнел, затем через силу кивнул.

– Значит, мне повезло, что я не пью кофе на ночь.

– И всё-таки это странно, – подал сонный голос Джон.

Эвелин нахмурилась, поправляя подушки мужу, недобро покосилась на агента Томпсона, столь бесцеремонно ворвавшегося в тихую больничную жизнь.

– Что именно? – уточнил Адриан, присаживаясь обратно на подоконник.

– Ну смотри, – всё так же расслабленно продолжил менталист, – для таких масштабов продаж Салли потребовалась бы куда большая команда, чем верная помощница и единственный исполнитель. Нужен кто-то, кто будет встречаться с заказчиками, заниматься логистикой и прочими скучными делами. Даже если финальная сделка осуществляется через подставных лиц, как в случае с Мачете, кто-то должен дёргать за ниточки. Я предположил, что этим и занимались убитые агенты. Не все, разумеется. Слишком большая команда ведёт к огромным рискам. Утечка информации, делёж прибыли, обиды, недоразумения…

– Любая команда больше одного человека – уже риск, – нахмурился Томпсон.

– Да, но масштабы… иногда в одиночку никак не справиться. Я уверен, что агент Луи Кейс, которого оставили леденеть живьём в холодильнике с рыбой, входил в команду Салли. Разумеется, точнее мы узнаем, как только, собственно, заговорит либо миссис Миллз, либо Эдвард, либо сам шеф…

– Думаю, ты прав, – тяжело признал Томпсон. – Кейс входил в команду Салли. Иначе к чему такая зверская смерть?

– Только если он захотел слишком многого и додумался до шантажа, – невыразительно предположила Эвелин Ллойд, глядя в сторону.

– Та же история с Филмором, – кивнул агент Ллойд. – Я проверил путевые листы за последний год, у него больше всего командировок. В том числе и за мексиканскую границу.

– Примелькался? – неуверенно предположил Томпсон.

Агент Ллойд пожал плечами.

– Как минимум, слишком много знал или решил выйти из игры. Это оставляет нас с агентами Самюэлем Баксом и Стэнли Гаскеллом. Эти, во-первых, не числились в бумагах, которые добыл Виктор в сходке на мексиканской границе. А во-вторых, их убили быстро и безыскусно. Выстрел в затылок и нож в горло – мгновенная смерть. Убийца… Эдвард… действовал с уважением. Если здесь это слово уместно…

– Я хорошо знал Бакса, – нахмурился Томпсон. – Все знали. Принципиальный, дотошный человек, хорошо делающий свою работу. Семьянин и отец. Я никогда бы не предположил, что он вовлечён в мутные схемы Салли!

– Скорее всего, он и не был, – легко согласился Джон. – Я бы ставил на то, что он зацепился за несоответствия и распутал клубок, который шеф так тщательно запутывал. Его убрали до того, как он открыл бы рот. К сожалению для Лайта, нашлись свидетели. Что за неудачная мысль – гасить человека на школьном дворе?

– Как предупреждение, – снова предположил Томпсон. – Возможно, Гаскелл тоже подумывал о том, чтобы настучать на шефа начальству. И у Гаскелла, как мы теперь знаем, имелась сердечная привязанность…

– Сэнди, – негромко вставила Кира. – Они собирались пожениться…

– Словом, трупов стало слишком много, и вызвали меня, – кивнул агент Ллойд. – А когда мы с Лайтом заявились для повторных расспросов к директору Спинстер, и та увидела убийцу в рядах федеральных агентов, то приняла губительное решение закрыть рот на замок.

– Я бы тоже помалкивала, – горячо возразила Кира. – Вдруг вы с Лайтом заодно? И кто знает, если она доверилась бы вам, то в следующий раз, возможно, нож оказался бы в её горле? Я к тому, что вполне понимаю директрису, хоть та и была той ещё воблой. Упокой Господь её грешную душу, конечно, – тут же поправилась воспитанница строгой католички.

Агент Ллойд только вздохнул.

– Увы, как только мы вновь принялись копать в том направлении, Лайт решил не рисковать и убрать свидетельницу. Видимо, если раньше он не был уверен, видела ли его мисс Спинстер, то после твоих, Кира, расспросов, у него не осталось сомнений. Эвелин рассказала, что в парке было людно, вы могли и не заметить слежку. Уведомил ли Лайт об убийственных планах шефа Салли – неизвестно. Устроить бы им очную ставку! – вдруг оживился менталист. – Заодно и узнаем, не упустили ли мы ещё кого-то. Не даёт покоя тот странный магический след на теле мисс Спинстер… менталист и стихийник…

– Даже не думай, – тут же вспыхнула Эвелин. – Ты на больничном, Джон!

– Так что же странного в том, что миссис Миллз предлагала кофе агенту Томпсону? – не дала начальнику расслабиться Кира. – Думаете, и он был не жилец? С чего бы?

Блондин вспыхнул и тут же побледнел, уставившись в переносицу старшему коллеге. На Киру он подчёркнуто не смотрел.

– Странно, что Салли до сих пор не попытался завербовать тебя, Адриан, – глядя сквозь Томпсона, бездумно проронил менталист. – Я на его месте это сделал бы сразу. Как только лишился дополнительных рук в лице агентов Кейса и Филмора… Ты же идеальный исполнитель! Умный, амбициозный, талантливый карьерист, который вполне мог и польститься на посулы Салли. Ведь получив хорошую должность, про бывшего начальника и преступные истоки можно и забыть. При всех этих достоинствах ты знаешь своё место и понимаешь, что кроме себя, рассчитывать в этом жестоком мире не на кого. Ни влиятельных родственников, ни богатых покровителей, ни важных друзей… Зато хорошая семья, достойное происхождение и желание прогрызть себе путь… обратно… наверх любыми способами. Ведь когда-то Томпсоны были не последними людьми в Калифорнии?.. Идеальная мотивация и восхитительная беззащитность, если потребовалось бы тебя убрать.

Тишину, упавшую в палате, можно было резать ножом. Кира во все глаза глядела на бледного агента Томпсона, который не спешил с ответом. Глаза блондина лихорадочно блестели, губы оставались плотно поджаты.

Мисс Каррера отстранённо подумала, что Адриан в гневе просто необыкновенно хорош. Уязвимость?.. Изъян?.. Вот где прячется мужская сексуальность! Ах, до чего же ей всё-таки нравятся плохие парни! А в шкуре хороших – ещё больше…

– Я проверил досье всех тридцати девяти агентов бюро, – продолжал Джон, – но только мимо твоего не смог пройти. Салли был бы дураком, если бы не попытался тебя завербовать. А наш шеф уж точно не дурак… То, что его план дал течь – так это любой слишком хитрый план рано или поздно оборачивается фарсом…

– Большой опыт в вербовке, Джон? – жёстко усмехнулся Томпсон, с усилием разжимая кулаки.

– Кое-какой, – туманно отозвался бывший разведчик. – Так что скажешь, Адриан? Салли уже звал тебя в дело? Ведь, как я понимаю, миссис Миллз предлагала тебе кофе только чтобы убедиться, что ты больше никогда не откроешь рот. Кстати, это удачно, что в тот вечер ты заглянул в офис вместе с Кирой… Избавляться от двух трупов гораздо сложнее, чем от одного, так что легче отменить далекоидущие планы и оставить тебя в живых… В любом случае, у миссис Миллз имелась причина. Либо ты захотел слишком многого, либо стал угрозой. Так скажи мне, Адриан. Которая из двух?..