Глава 16

Утро нового дня встретило меня слишком быстро. Будто я закрыла глаза лишь на секунду, а уже пора их открывать. Теплый свет из щели между портьерами освещал верхнюю часть лица, заставляя морщиться и приоткрывать глаза.

— Ммм, — стону со страданием.

Потягиваюсь в постели, чувствуя, как уже не так сильно гудят мышцы. Видимо, тело привыкает к постоянным нагрузкам и меньше страдает. Еле как поднялась, ковыляя в ванную. Помылась по проторенному методу, взглянула на себя в зеркало. А там с отражения на меня взирала уже не та толстушка, которая прошла в этот мир через межмировой портал. Уже нет тех пухлых щек, которые сопровождали меня всю жизнь, как только я начала поедать сладости.

— Да-да, есть на что посмотреть, — подает голос возникшая в проеме Зинка, которая сонно потирает лапками глаза.

Соглашаюсь с ней, ведь теперь я не “бегемотиха”, а просто девушка с пышными формами. Пусть бедра округлые, но это просто кость широкая, зато талия есть. Так что удовлетворенно хмыкаю после созерцания, заплетаю уже привычную косу и надеваю платье с ремешками, чтобы не болталось, словно мешок на скелете.

— Что у нас сегодня на завтрак? — тут же прыгает мне на плечо белка, как только я выхожу из комнаты.

— Сообразим что-нибудь, — говорю, чувствуя сонливость.

— О, Лена, ты уже встала, — улыбается Тиль, сидящий за столом. — Козу я надоил, яйца на кухне.

— Молодец, Тиль, сейчас я приготовлю завтрак, а после приступим к работе, — киваю ему, а затем заторможенно открываю окна, впуская свежий воздух, пропитанный ароматом утренней росы.

— Слушай, Лен, уже как-то грязно, — скачет на плече Зинка, вертясь туда-сюда и осматривая наше заведение.

— А магия нам на что? — усмехаюсь, чувствуя, как даже сонливость от этого счастья проходит.

В таком убитом состоянии в своем мире я уборкой заниматься не смогла бы. Коснулась для начала бытового камня, представляя всю таверну, в том числе и жилые комнаты. Магия охотно вытекала из моих пальцев, наполняя артефакт чернотой.

— Когда кушать? — потирает лапки уже полностью проснувшаяся Зинка.

Вздыхаю, потягиваюсь и приступаю к работе. Сегодня у нас в рационе каша и булочки с вареньем. Ом-ном-ном.

— Вку-у-ш-но, — шепелявит белка, у которой щеки растянулись от булки, которую та запихала в рот целой.

Вот же жадина. Или не белка, а явный хомяк у меня фамильяр.

— Но-но-но, не путать с этими троглодитами, — потрясает лапкой, запивая парным молоком, веселя меня уже с самого утра.

А вот после настроение немного портится. Смотрю на руки, испачканные немного в муке, и сразу же вспоминаю ночное рандеву с нагом. Под лопатками сосет, ведь он снова сегодня заявится в гости. Ишь, каков наглец. Неблагородное дело для него моя таверна. А я, может, ее потом и кровью тут поднимаю, не покладая сил и рук, а он… Впору самой кулаком трясти наподобии Зинки.

— А шо? — читает мои мысли, в то время как Тиль просто переводит непонимающие взгляды с меня на белку. — Чай не по нраву тебе золото да бриллианты?

Морщусь, только представив, какие еще обязанности меня ждут в роли жены будущего императора. Вся эта змеиная дворцовая жизнь. Бррр…

— Ну прям логово змей, — усмехается от каламбура Зинка, и только потом до меня доходит, что это ведь и в прямом, и в переносном смысле применимо.

— А может, там наверху напутали? — спрашиваю у двоих своих соратников, глядя на них с надеждой. — Ну как я могу быть истинной парой для нага? Если змей боюсь…

— Боги не ошибаются, Лена, — с серьезным видом отвечает Тиль, с удовольствием поедая булочку. — Так что…

Он многозначительно молчит, а когда я на него смотрю, то резко подскакиваю, вспомнив важную деталь, которую упустила в прошлые дни.

— Тиль, расскажи мне про кулон господина Тэодоша. К чему он меня обязывает?

— Думаю, что это родовая драгоценность его семьи. Принять кулон означает, что ты готова вступить в брак. Но если что, ты можешь отказаться, вернув его обратно, — пожимает плечами, заканчивая пояснения. — Кстати, вон в той книжке об этом написано.

Оборачиваюсь, заметив неприметную книжку на подоконнике, хватаюсь и читаю, когда нахожу нужный текст.

“Такие артефакты, наделенные магией, имеются не только у знатных родов, но обычных людей, если в них есть капля магии. Обычно их завязывают на крови, используя, как обереги, вкладывая в них определенную силу. Некоторые составляют артефакты, которые нацелены на поиск”.

— Слава богу, отказаться можно, — аж пот со лба вытираю платочком с облегчением, а затем подрываюсь и смотрю на Тиля с испугом: — Подожди, это значит, что я — истинная пара этого метаморфа?

Он сначала смотрит на меня в ответ непонимающе, а затем смеется.

— Нет, конечно, — качает головой, а вот после спрашивает: — Он же этого не говорил? — дожидается моего отрицательного ответа и продолжает: — Сейчас не то время, такие родовые артефакты можно давать не только вторым половинкам, но и тем дамам, на кого имеются серьезные виды. Но чем больше проходит времени, тем меньше шансы вернуть кулон, Лена, так что поспеши, пока магия не сроднилась с твоей.

От его слов моя булочка встала у меня поперек горла. Примерно такого я и ожидала, но слышать подтверждение своим догадкам оказалось все равно волнительно. Нужно срочно избавиться от кулона. Во что бы то ни стало! А пока нас ждет новый рабочий день. Личные дела, конечно, важны, а работу никто не отменял!

— Спасибо, Тиль, — собираюсь с силами и выпрямляюсь, сразу же переходя на деловой тон: — Кстати, я тут придумала еще пару блюд и хочу обсудить с тобой новое меню. Заодно и то, как оно будет выглядеть.

Решили сегодня открыться на час позже. Пока поднялись в кабинет, пока я нарисовала всё, что нужно, для Тиля, пока он побежал в специальный магазин, где есть магически наделенные существа, выполняющие именно такой спектр работы. В общем, сегодняшнего открытия я жду даже больше, чем своего первого ресторана в былом мире.

— Тиль бежит! — подпрыгивает в какой-то момент Зинка, глядя в окно.

В тишине разливается стук входной двери, а затем, спустя несколько секунд, на стол падают листы меню. Результат превзошел все мои ожидания! На картинке всё выглядело так, будто это красочное видео с плазмы. От горячих блюд шел пар, который растворялся дымком в нескольких сантиметрах от листов.

— Всё правильно? — Тиль заискивающе смотрел, переминаясь с ноги на ногу.

— Это превосходно, Тиль! Вот это меню! Даже переплет добротный, а по контуру, только посмотрите, какая вязь, — радостно показываю Зинке.

В груди разливается радостное тепло от названия, которое красуется в середине.

— “В гостях у Лены”, — читает Зинка со скепсисом. — Коронованная здесь не только я.

Хмыкаю от ее высказывания, но помалкиваю. Тщеславия и у меня не занимать. А что? Название довольно комичное.

— Открываемся! — хлопаю в ладоши и поручаю Тилю разложить новое красивенькое меню по столам.

А сама тороплюсь на кухню — нужно срочно приготовить заготовки по списку меню. Вот только не успела я начать взбивать тесто своей удобной магией, как входная дверь в общем зале громко хлопнула. Зинка, прикорнувшая в это время на подоконнике, подскочила и снова рванула мне на плечо.

— Атас, Ленчик! Дядюшка пожаловал! — у нее даже шерсть дыбом встала.

А я вот замерла. Только не это… Стискиваю кулаки, собираясь с силами, и решительно выхожу из кухни. Пора бы уже закрыть этот гештальт и показать дядюшке свой волшебный половник!

Свой кухонный инструмент держу в руках, опасаясь выпускать из рук. В последнее время магия во мне так и хлещет, выплескиваясь и влияя на утварь. Вот и поварешка может в любой момент, если не следить, взмыть в воздух и зажить своей жизнью.

— Что вам нужно? — хмуро спрашиваю, наблюдая за тем, как он садится на стул и бесцеремонно и нагло кладет свои ноги на другой стул.

Морщусь, заметив, что его сапоги в грязи.

— Что, даже стакана воды дядьке не предложишь, Елинария? — фыркает, окидывая удивленным взглядом убранство общего зала. — Не думал, что таверну так поднимешь.

— Никак не вашими стараниями, — холодно улыбаюсь, упирая руки в бока, и высоко вздергиваю подбородок.

Чувствую, что внушение господина Дворфа на дядьку уже не действует, вон как смотрит грозно, даже подбоченился весь.

— Ты чего грубишь, ты как с дядей родным разговариваешь? Да если бы не я, эту таверну бы давно еще при твоем отце в щепки разнесли, — резко вскидывает голову и стучит кулаком по столу.

От неожиданности я даже вздрагиваю. Рефлексы бывшей хозяйки тела, не иначе. Не зря сразу же почувствовала, что он пришел с какими-то нехорошими намерениями. И что же ему снова тут понадобилось? А затем, опомнившись, я встряхиваю головой, понимая, что, по сути, мне, Лене с Земли, этот неопрятный тип никто, так что его недовольство и неприятный характер я не обязана терпеть.

— Что же дедушка тогда оставил наследство не вам, а моему батюшке? — ехидничаю, вспомнив документы о наследовании, которые нашла в кабинете в одном из ящиков стола.

Как я поняла, в свое время дед Елинарии таверну завещал младшему сыну, а вот старшему дал дом в центре города. В общем, судя по виду дядьки, это было мудрое решение, ведь как мне полушепотом поведал Тиль, лорд Девин с молодости прослыл знатным повесой и игроком. К слову, как оказалось, в этом мире титул лорда доставался только старшим детям, так что фактически Елинария, то есть теперь я, леди не являлась. И это тоже удручало.

— Рад, что ты это понимаешь, — кивает и откидывается на спинку стула дядька. — Мильд, мой брат, был гаденышем еще тем, подговорил отца и облапошил меня. Меня! Наследника!

От того, как мужчина раскричался, во все стороны стали лететь брызги его слюны. Мне даже пришлось отойти на пару шагов назад.

— Не обижайся, Ленка, но отец твой недалеко от дяди ушел. Таверна-то какая запущенная была, пока ты не взяла всё в свои руки, — вставляет в это время Зинка, копошащаяся у меня в волосах, пока Девин продолжает потрясать кулаками и возмущаться учиненной над ним несправедливостью.

Я от слов белки аж собственной слюной поперхнулась. Повернула голову и посмотрела на нее выразительно, мысленно крутя пальцем у виска. Еле как сдержалась, чтобы не сказать все, что я об этом думаю, вслух, а то этот пройдоха, дядька Девин, не применет воспользоваться случаем запихнуть меня в психушку.

— Ой, точно, мы же не местные, а пришлые, — доходит, наконец, до Зинки, что она сморозила полнейшую глупость и ахинею.

Мне даже кажется, что она краснеет, вон как потупляет взгляд, лапкой даже затылок чешет.

— Эт-то что такое?! — вдруг взрывается очередным криком дядя, вот только на этот раз в нем звучит паника, да и сам он опускает ноги на пол и вскакивает, отходя на пару шагов подальше от меня. — Откуда эта магия?

Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что в порыве эмоций энергия во мне разбушевалась, и половник самовольно выскочил из руки. Блин, совсем упустила из виду тот факт, что ни в чем нельзя быть уверенной. А теперь мы все наблюдаем за тем, как в воздухе летает половник в красном дымке.

— Это… — верчу глазами, но в таверне лишь Тиль, белка и я, даже спихнуть не на кого.

И пока я мечусь из стороны в сторону, дядька в этот момент приходит в себя и прищуривается, глядя на меня с подозрением.

— Откуда у тебя такая магия, Елинария? — и голос-то такой елейный, глаза пронзают меня насквозь. — Неужто не враки это, что наследник тебя истинной признал?

Замираю на месте, с одной стороны, облегченно выдыхаю, что насчет магии ничего не сказала, а с другой — возмущает, что по городу про меня и нага еще какие-то слухи ходят.

— А что вы здесь забыли, дядя? Или напомнить, кому принадлежит таверна? — в последний момент вспоминаю, что лучшая защита — это нападение. Мужчина бросает прищуренный взгляд на Тиля, который отчего-то весь дрожит в сторонке и смотрит на него с опаской. — И не мечтайте даже! Больше ни золотишка, ни чего бы то ни было иного вам не видать! А если будете досаждать, позову охрану! И жениху расскажу, что вы мне мешаете.

Коробит, что я признала себя невестой лорда Шшариана, но что поделать. Не заставлять же половник бить наглого дядьку по голове. Вот только мысли и язык — враг мой. От переизбытка эмоций, видимо, не иначе, но кухонная утварь вдруг подлетает к голове Девина и со всей силы бьет ему по макушке.

В таверне воцаряется полная тишина.

— Вот это да, — озвучивает наши с ней общие мысли белка, аж присев на пятую точку.

Сначала я стою в ступоре, а после внутри разливается удовлетворение. А что? Полезная это штука, магия, оказывается. Мужчина от удара аж растерялся, даже стон боли не выдал, просто пялился на половник, сжимая руки в кулаки.

— Гадина! Да если бы не ты, да ты! — придя в себя, разразился бранью, гневно прожигая во мне дыру и надвигаясь шаг за шагом.

Вот только я не убегаю, как он, видимо, ожидал, а остаюсь стоять на месте. Как ни странно, его я больше не боюсь. Может, этому поспособствовала вовремя развившаяся магия, а может, то, что я снова обрела уверенность в своих силах и поняла, что наследство принадлежит мне по закону. Всё честь по чести, как сказал Дворф.

Глянула на мужика уже совсем другими глазами. Посредственный дар, немного совсем выше меня ростом, но фигура не отличается силой. А с моей новой магией, да даже просто новой сковородкой, когда я знаю свои права, больше не боюсь его.

— Что я, дядюшка? — ехидно ухмыляюсь, складываю уже свободные от половника руки на груди. — Можете не напрягаться, все в курсе, что вы ужасно мерзкий человек. Никакого благородства, а еще лорд. И не надо смотреть на меня так. Разве честный и уважаемый мужчина будет вымогать деньги у бедной сиротки? К тому же, своей родственницы. Вы только посмотрите на себя, пьяница, игрок, еще и нахлебник. Вместо помощи мне, как это делают все нормальные люди, только высасывали последние деньги! Не удивлюсь, если таверна запущена не без вашего участия!

Перечисляю все его грехи, активно при этом жестикулируя и морщась, даже не скрывая, что единственное, что испытываю по отношению к нему — это брезгливость. Как представлю, сколько он запугивал бедную девчонку да Тиля, так прямо гнев берет!

— Всыпь ему, Ленка! — пищит белка с моего плеча, воинственно выпячивая кулачки.

Дядька все это время стоит с пунцовыми щеками и налившимися кровью глазами.

— Ах ты дрянь! Да как ты смеешь? Только оставил тебя на время, как совсем страх потеряла! Надо было тогда самому позаботиться о твоей смерти! Ничего нельзя доверить этим наемникам! Ты должна была сгнить в этом подвале, да ты… — в порыве ярости кричит он, а в конце осекается, поняв, видимо, что сболтнул лишнего.

И в этот момент меня простреливает воспоминаниями и догадкой. Так вот почему Елинария оказалась в том подвале, где так кстати открылся портал, и меня с белкой засосало в этот мир. И больше не придется гадать, почему дверь оказалась заперта. Если бы не Тиль и проезжавший мимо Шшариан со своим помощником Дворфом… Я даже сглатываю, когда до меня доходит, что мы с Зинкой могли умереть в подвале, так и оставшись никому неизвестными и забытыми.

— Что я вам плохого сделала, дядя? — беру себя в руки и спрашиваю хриплым голосом.

Внутри всё печально ноет. И не моя это боль будто, а остатки души Елинарии, которую предала родная кровь.

— Родилась, — ощеривается лорд Девин, больше не скрывая свое истинное лицо. — Знала бы ты, сколько раз я мечтал утопить тебя, избавиться от лишнего балласта. Отец твой был умным мужиком, платил мне золотом, а ты… Если бы не ты, то таверна бы мне досталась! Такой план провалила… Столько лет трудов насмарку… Ну хоть крысы не подвели…

Его глаза бегают туда-сюда, словно мужчину лихорадит. Он начинает ходить из стороны в сторону, о чем-то размышляя. Мне на секунду даже становится страшно, будто он окончательно выжил из ума. А что в таком случае предпримет, одному богу местному известно.

— Какой план, дядя? — замираю, когда задаю свой вопрос.

В этот момент воздух в таверне становится вязким, будто желе. Даже время, казалось, замерло, пока я ждала ответа. Зинка и вовсе зарылась носом в мои волосы, тельце ее подрагивает, чувствую исходящий от нее страх.

— Не твоего ума дело! Всё испортила! Что я скажу теперь хозяину… — вцепляется пальцами в волосы, тянет их с силой в стороны, причиняя тем самым себе боль.

А затем его взгляд падает на один из столов. После на меня и обратно. И такая странная хищная улыбка образовывается на его лице, что мне становится не по себе.

— Не всё потеряно… — шепчет, хрустя кулаками, и кидает на меня взгляд, полный презрения и гадливости.

И это была последняя капля. Мы все тут не нанимались выслушивать тот бред, что изрыгает он из своего грязного рта. Молча демонстративно дернула пальцем, и моя поварешка, бывшая все это время наготове, опустилась ровнехонько на темечко этого злобного тролля. Человеком его назвать язык не поворачивается.

— Валите отсюда, дядя, пока я вместо половника за нож не схватилась, — уже я сама надвигаюсь на него с грозным видом, кивая Тилю в сторону кухни.

Благо он мальчик умный, тут же резво подскочил и побежал. Вот только не успевает мальчишка вернуться, как дядька, еще раз окинув меня оценивающим взглядом, подошел к двери и вышел, громко хлопнув напоследок дверью.

— Страшный он все-таки тип, — прошептала Зинка, сжавшись у меня на плече, когда в таверне остались только все свои.

Я же выдохнула, покачала головой и без сил опустилась на стул.

— Да это просто мои чувства тебе передались, — пытаюсь успокоить все еще продолжающую дрожать белку.

А вот сама я не так радужна, как хотелось бы. И почему не покидает ощущение, что всё это лишь начало каких-то более серьезных проблем? И причем тут вообще крысы? Это он их тут развел, что ли?

— Слава всем богам, пронесло, — раздается над ухом голос Тиля, подкравшегося незаметно сзади. — Я уж думал, всё, кулаки в ход пустит. Слава о нем по всему городу неприятная ходит.

Поджимаю губы, качаю головой. Всё же нелегкая жизнь была у пацана и Елинарии.

— Как думаете, вернется? — перевожу взгляд на дверь, внутри царапает так, словно я точно знаю, что этот тип еще напомнит нам о себе.

— Да кто его знает! — задумчиво тянет Зинка, до сих пор не отошла, хотя уже не трясется от страха.

А вот Тиль молчит, пожимает плечами и уходит за тряпкой — после дядьки вон как натоптано. Даже не успеваю сказать, что мы можем воспользоваться чин-камнем. Не привык еще пацан, что теперь всё будем магией решать.

— А вы открыты? — звучит снова над ухом мужской голос, вот только не помощника, а чужой, незнакомый.

— А-а-а! — кричу, подскакивая и чуть ли не падая на пол.

Мы с белкой так крепко задумались, что пропустили тот момент, когда дверь в таверну снова открылась, а внутрь зашел первый посетитель.

— Д-да, конечно, присаживайтесь, — беру себя в руки и доброжелательно улыбаюсь. — Чего желаете? Выбирайте.

Протягиваю ему лежавшее на столе меню, а сама вращаю глазами Тилю, чтобы срочно разогревал печь.

— Грибная запеканка с клубнями картофеля, два двойных кофе и один ореховый экстаз, — немного поразмыслив, черноволосый мужчина в странной форме, напоминающую полицейскую, только черного цвета, наконец, делает заказ, а я помалкиваю, хотя количеству кофе удивлена.

Мало ли, вдруг человек с дежурства. Да и не мое это дело. Главное, золотишко течет в мои руки, не прекращаясь.

— Принято! — лучезарно улыбаюсь и иду в сторону кухни.

Эх, начало нового рабочего дня. И все дальше идет своим чередом. Еда готовится, Тиль споро разносит заказы, клиентов всё больше, золото рекой, вот только внутри ощущение надвигающихся проблем. Знала бы я, что не пройдет и нескольких часов, как произойдет то, чего я так ждала и боялась одновременно.