Глава 9. Витторио.

Витторио Луккезе вызывал у меня бурную гамму чувств. Для меня он был не просто боссом итальянской мафии или отцом моего будущего мужа, он был также любовником моей матери.

Я то боялась его, то ненавидела, то восхищалась… презрение сменялось уважением и наоборот. Трудно было определиться, какие же чувства я испытываю к нему на самом деле.

Сам же Витторио не трогал меня, он был немного зол после праздника, но через несколько дней растаял. Мы мало общались с ним при его жизни, а после смерти я узнала окружающие его тайны и невольно зауважала сильнее прежнего.

Еще больше меня удручал тот факт, что, как оказалось, Витторио оберегал меня многие годы. Он был практически мне отцом, даже тогда, когда я не знала его имени. И от этого мне грустно. Если бы я знала о его о благородстве – я бы ценила каждую минуту в особняке Луккезе.

На время восстановления Марко, нам пришлось переехать в семейный особняк семьи Луккезе. Я не горела особо желанием, но выбора у меня не было. Парень не соврал, он стал моим официальным опекуном и теперь мог распоряжаться жизнью.

Альба Нери ушла из школы и, как ходили слухи, после скорой свадьбы, ставшей для всех неожиданностью, бросила и учебу в университете.

Как будущая невеста Марко мне пришлось прийти на шикарную свадьбу Альбы Нери и Сержео Рамоса, старого испанца, родившегося в Риме. Мероприятие больше напоминало похороны, чем торжество. В молодости он был, наверное, очень красив, потому что даже в семьдесят не потерял грации, осанки и статности, но в каждой черточки его лица было столько жестокости и чего-то темного. Марко бы не стал лгать, он был извращенцем.

Я старалась не думать о судьбе Альбы, чтобы засыпать по ночам спокойно. Её судьба была не моего ума дела, лично я ни приложила руки к заточению. Она сама взяла дома нож и поехала к парню, не обещавшей жениться на ней. Не то, чтобы я оправдывала Марко, использовавшего девушку как вещь, но и не защищала Альбу, которая, когда скакала на его члене, должна была понимать, что он не собирается ей дарить руку и сердце.

С каждым днем я все больше узнавала о семье Луккезе и правилах клана.

Витторио Луккезе  с виду был успешным бизнесменом, он хорошо разбирался в экономике и политике, управлялся с делами и много работал каждый день. Но за красивым фасадом скрывалось множество теневых дел, которые он проворачивал. Такие делишки, конечно, прокручивают не только мафиози, ими грешат все богатые люди. Но бизнес клана строился веками. Он был основан на кровном родстве и преданности членов клана. Тут все было намного сложнее.

Мужчина был категоричным в своих решениях и очень властным, он не терпел, когда с ним спорили, быстро расправлялся с инакомыслящими. Витторио был эдаким Вито Карлеоне, только у него был один сын и брат.

Флавио жил вместе с нами в доме, но я видела, к своему счастью, редко. После тюрьмы у парня было что-то наподобие отпуска, он кутил, пил и снимал шлюх, нагоняя упущенные годы.

При каждой нашей встрече он загонял меня в угол, заставляя трепетать и бояться его. Ему нравилось смотреть, как я растерянно хлопаю глазами и пытаюсь убежать. Почему-то его это забавляло. Флавио постоянно пытался до меня дотронуться, приобнять или сказать что-то невероятно горячее, граничащее с пошлостью и романтикой. Ему удавалось постоянно держать меня в тонусе своим поведением.

Марко и Флавио между собой практически не общались, любой их разговор заканчивался дракой. Поэтому внимание парня я воспринимала, как некую игру против Марко.

Но больше всего меня раздражала мама, стабильно появляющаяся в доме.

Всегда одетая в дорогую одежду, вымоченная в сладком парфюме, мама прибывала по первому требованию Витторио, как последняя милфа. Порой я не могла её узнать, так она менялась. Она не была удивлена, что я знаю об её связи с Вито.

Плохого или унизительного отношения со стороны Вито к маме я не видела ни разу, он был весьма галантен и услужлив в общении с ней и постоянно делал подарки. Она никогда не уходила из особняка без новых драгоценностей или цветов. Я могла бы подумать, что между любовь, если бы она не была до сих пор с папой.

Всё это было мерзко.

Я старалась не говорить с ней. Когда она появлялась в доме, демонстративно уходила или игнорировала. Трудно находиться в одной комнате с тем, кто тебя продал как вещь сыну своего любовника мафиози.

Она не просто изменила отцу, она предала нашу семью. Если бы у нее было что-то серьезное с Вито, она могла бы уйти к нему, дать отцу нормально продолжить жить, встретить кого-нибудь. Нет. Она крутила хвостом перед его начальником.

В один из вечеров, за несколько дней до дня моего рождения, Витторио Луккезе позвал меня к себе в кабинет. Такое было впервые, и я не знала, что и думать.

Мужчина сидел за широким столом в удобном кресле и читал журнал. На столе стоял эспрессо с печеньем. Вито наслаждался чтением и никуда не торопился. Вообще, было не в его манере суетиться и куда-то спешить.

– Как твои дела? – он решил зайти издалека, чтобы немного успокоить меня.

– Отлично. – саркастично хмыкнула я ему. Вряд ли, если бы я сказала ему правду, он спокойно отреагировал. Как сказать, что я не хочу жить в их доме? Что мне хочется не пробить Марко легкое, а раздробить черствое сердце! Что я их всех тут ненавижу!

– Слышу недовольство в твоем голосе. – отметил грустно он. – Не хочешь поговорить с матерью, пригласить сама её на празднование своего дня рождения?

– Нет. – ответила я категорично. – Она с легкостью подарила меня Вашему сыну, не думая о том, что девочке в моем возрасте стоит жить с родителями, а не с сыном главы мафии… Тем более не стоит его делать моим опекуном!

Моя откровенность заставила Вито улыбнуться, он посмотрел на меня как на ребенка, определенно зная что-то, чего не могла знать я.

– Лили, родители всегда желают лучшего для своих детей. Твои не исключение. С Марко тебе будет лучше всего. – мне очень хотелось поспорить с его высказыванием, но я прикусила язык, чтобы не закончить свою жизни как Альба. – И все мы совершаем ошибки, не нужно из-за них отталкивать своих близких.

– Вы очень мудрый человек, Витторио, и возможно Вы правы, но сейчас я ничего не могу сделать с собой. Не могу себя заставить простить маму за измену отцу, за все, что она натворила… – сжимаю руки в кулаки. – Если у Вас больше нет тем для обсуждения, я могу идти?

– Почему же, есть. – Вито вновь одарил меня благосклонной улыбкой, демонстрируя, что готов терпеть мои маленькие выходки лишь потому, что я ребенок. – через несколько дней ты станешь женой моей сына. Ты станешь Луккезе. Это накладывает определенные обязательства.

Поджимаю губы и стараюсь быть максимально вежливой:

– Если я не подхожу для этой роли, то, конечно же, нехотя готова отказаться от брака…

Получается все равно нагло. Вито опасно щурится, и я одергиваю.

– Лили, мой сын попросил меня поступиться правилами и никого не приглашать на свадьбу. Это весьма большой удар по репутации. Обычно так не делается. На мероприятии должны быть не только все члены нашей большой семьи, но и представили других кланов со всей Италии. – Вито давит на меня взглядом. – Марко настаивал, и я был вынужден согласиться. Он хочет поберечь тебя.

Я вспомнила свадьбу Альбы, и у меня по коже пробежала струйка холодного пота. Действительно, мероприятие не для слабонервных. Огромное количество мафиози в одном месте, желающих оторвать от друг друга кусок мяса, зрелище малоприятное.

За это я была благодарна Марко. Не знаю, почему он вообще решил надо мной сжалиться и не подвергать многочасовому приему подарков от незнакомых тебе людей.

– За это мне придется лично извиниться перед всеми и попробовать объяснить, почему они не были на свадьбе моего сына. Я готов на это пойти ради своего единственного сына и невестки. – продолжил вито. – Потому что семья – это святое, в ней каждый друг за друга должен быть готов умереть. И ты должна понимать, что скоро тебе придется точно также, быть готовой на всё ради семьи…

– Я попробую. – хмуро бросаю мужчине, мечтая, чтобы этот бессмысленный разговор закончился побыстрее. У меня сложилось впечатление, что Вито хотел поговорить совершенно о другом, но не смог озвучить свои мысли.

Хотя, это глупо, что глава мафии растерялся и не подобрал нужных слов.

Через несколько дней в День своего Рождения я всё узнала. Тайна Витторио Луккезе и моего скоропостижного брака с Марко стала известна всем.