Глава 22. Подозрения сеньора Виго

Они прошли в кладовку, ту самую, в которой раньше нашлась коробка от шляпы Изабель. У дверей стояли две служанки, о чём−то тревожно перешёптываясь. Мейстер Фернандо шикнул на них и пропустил вперёд Мориса и сеньора Виго.

−Сеньор Виго, мы сегодня начали раскладывать посуду после фиесты, и обнаружили вот это. Сеньорите лучше не смотреть на такое, − мейстер Фернандо осуждающе взглянул на Эмбер, которая вошла внутрь вслед за Морисом.

−Ничего. Я не впечатлительная, − ответила Эмбер, пожав плечами.

В дальнем углу кладовки, за пустыми коробками на полу валялись засохшие окровавленные бинты и тряпки. Рядом с ними оказались и чьи−то вещи: разорванное болеро из тёмно−синего бархата и шейный платок.

−О как! Вот значит, где он прятался! — воскликнул Морис и с ловкостью пумы, протиснулся в узкое пространство между коробками.

Он встал на колени и, вооружившись лупой и пинцетом, принялся изучать находки.

−Ты думаешь, здесь прятался один из грабителей?

−Нет, хефе, я думаю… нет, я уверен, что это не грабитель, а тот самый любитель поэм и хризантем, который хотел отравить сеньориту Оливию.

−Отравить? — дрогнувшим голосом перепросил мейстер Фернандо и служанки, которые топтались в коридоре, дружно ахнули.

−Мейстер Фернандо, будьте добры, уведите всех. Я позову вас, когда мы закончим, − сеньор Виго выставил слуг, но было понятно, что новость сейчас разнесётся по всему особняку. — Почему ты уверен?

−А вот, полюбуйся! — Морис поднял, зажатую пинцетом, сплющенную пулю. — Это моя пуля. Уж я−то свою узнаю! Я сам делал эти насечки. И это его одежда, в ней он был на фиесте. Хм… судя по всему, этот парень не робкого десятка, смотри чем он выковырял из себя пулю!

Морис показал испачканную кровью длинную вилку для мяса и крюк из коптильни.

−Прямо здесь?

−Прямо здесь. Я уверен, что он сидел тут, пока в доме всё не утихло, вытащил пулю и перевязал себя. А потом выбрался и ушёл, как ни в чём не бывало! — Морис торжественно спрятал пулю в футляр для пинцета. − Может он даже во что−то переоделся из вещей, которые нашёл прямо здесь. Замок не сломан, значит, у него был ключ или кто−то открыл ему эту комнату. Он знал, что здесь его не будут искать. А ведь я его чуть не догнал! Вот же зараза! — Морис хлопнул рукой по ящику из−под петард. − Я упустил его в саду, потому что там, было темно. Думал, он перелез через забор! А он не побоялся вернуться и спрятаться здесь. Сто к одному, что кто−то помог ему выбраться из особняка! В доме, среди слуг или домочадцев кто−то с ним заодно.

Морис встал и отряхнул колени.

— Значит, мы ищем не один, а два мотива? — спросил сеньор Виго и нахмурился. — Кто−то хочет убить не только моего отца, но и Лив?

−Да, хефе. Именно так. И теперь всё сошлось — в этой кладовке хранилась коробка от шляпы, в которой принесли змею. Значит, этот человек уже раньше бывал здесь. Он не только проник в дом с этой змеёй, но и знал где взять коробку. И наведался сюда во второй раз, когда понадобилось. Так что теперь у нас точно появился первый подозреваемый, чья вина не вызывает сомнений! — воскликнулМорис радостно и даже руки потёр.

−Я поговорю с Оливией, прямо сейчас. Раз убийца с такой лёгкостью проник в дом… Пора вытащить на свет все её тайны, − решительно ответил сеньор Виго. − И знаешь, Эми, ты пойдёшь со мной.

− С вами, сеньор? — удивлённо спросила Эмбер.

−Да. Ты говорила, нужно заслужить её доверие. Ну так у меня есть способ это сделать. Идём. Твоя история мне в этом поможет.

Её история?!

Но Эмбер возражать не стала. Ведь это был прекрасный способ побывать в комнате сеньориты Оливии, осмотреться и узнать, где она хранит жемчужину. Ну и найти место, куда подложить бумаги графа. Одним выстрелом убить двух зайцев — отлично!

Спасибо, Лучезарная!

Они поднялись этажом выше и прошли в ту часть дома, где располагались комнаты дочерей дона Алехандро. Подойдя к двери, сеньор Виго аккуратно постучал и произнёс негромко:

−Лив, открой, нам нужно поговорить.

Ему никто не ответил. Он постучал ещё раз и ещё, а потом приложил ухо к двери, но даже стоя позади него Эмбер слышала, что в комнате стоит полнейшая тишина.

Сеньор Виго подёргал ручку двери — заперто.

−Вот это мне совсем не нравится! — произнёс он с раздражением. — Проклятье! Надеюсь, мне не придётся ломать эту дверь ещё раз!

Он послал за Эрминьей — горничной сеньориты Оливии. Та прибежала с ключами и клялась, что ещё полдень хозяйка была на месте.

−Открывай. И быстро! И отойди от двери. Мы не знаем, что там может оказаться.

−Я обед ей приносила, сеньор Виго! И посуду забирала, — произнесла Эрминья растерянно и трясущимися руками едва смогла вставить ключ в замок. — Она была здесь, клянусь вам!

Сеньор Виго, распахнул дверь и вошёл первым, вооружившись той же алебардой, что и в прошлый раз. Но комната оказалась пуста.

−Где она? — спросил Виго, поворачиваясь к Эрминье. — И не вздумай её покрывать.

−Я… я не знаю, сеньор! Клянусь Святым Ангелом! — воскликнула Эрминья и сложила руки вместе.

У неё трясли губы и глаза округлились от непритворного испуга.

— Прошу вас, сеньор, я, правда, не знаю! Простите, я только посуду забрала, и дверь заперла, как вы и велели! Она была здесь, читала газету, и от десерта отказалась, отпустила меня, − бормотала Эрминья, перемежая оправдания извинениями.

Мейстер Фернандо замер на пороге с пунцовым лицом. Ещё бы, такое безобразие творилось в особняке который день, и он ничего не мог с этим поделать!

−Мейстер Фернандо, будьте добры, переверните весь дом, от кладовок до чердака, весь сад и даже конюшню, но найдете мне сеньориту Оливию, если она ещё здесь, − спокойным холодным голосом произнёс сеньор Виго и добавил уже зло: − И где черти носят Джулиана? Найдите мне кузена, и как можно скорее пришлите его сюда. Заприте ворота и никого не выпускайте. И Джукко тоже сюда — живо!

Мейстер Фернандо исчез, будто его ветром сдуло.

−Эми, − сеньор Виго указал на стол и этажерку, − проверь все бумаги. Нет ли там записок или ещё чего−нибудь, что может нам помочь.

−Эрминья, да? — спросил Морис служанку. — Не могли бы вы сказать, у сеньориты Оливии не могло быть ещё одного ключа от комнаты?

−Так нет же, сеньор. Тут замок совсем новый. И её ключ у меня, а остальные у мейстера Фернандо.

− Скажи−ка, а в каком платье была сеньорита Оливия сегодня утром? — продолжил Морис расспрашивать служанку.

−Так в бирюзовом, сеньор, − с готовностью ответила Эрминья, − вот в этом.

Она указала на ширму, на которую сверху было небрежно наброшено шёлковое платье.

−Значит, из комнаты она ушла явно не в нём. Верно? Могли бы вы, Эрминья, посмотреть в шкафах, во что могла переодеться сеньорита Оливия, − почти ласково произнёс Морис, глядя на то, как трясутся руки горничной. — И что ещё исчезло из комнаты.

−Конечно, сеньор.

Служанка бросилась к массивному шкафу, распахнула дверцы, быстро пробежалась пальцами по плечикам и вешалкам, бормоча что−то себе под нос вроде: «креповое здесь, лазурное здесь, тафта здесь…». Затем заглянула в шкафы поменьше и произнесла.

−Сеньор, нету сюртука с бриджами, для верховой езды, дорожного саквояжа, платья из габардина и…

−Всё, спасибо, Эрминья, можете идти.

Как только служанка вышла, сеньор Виго, который просматривал содержимое ящиков стола, спросил:

−Думаешь, она сбежала?

−Похоже на то. А зачем ещё нужен дорожный саквояж?

Сеньор Виго быстрым шагом пересёк комнату, закрыл дверь и произнёс, понизив голос:

−А знаешь, Морис, может быть мои подозрения насчёт Лив были не так уж и беспочвенны? Я смотрю на всё это и вижу следующую картину. Лив чем−то шантажировала отца, потом это изменение в завещании — он лишил её денег, она ругалась с ним день отравления, прямо перед самым этим отравлением. И о том, что мой отец повздорил с посетителем, мы знаем тоже только с её слов. Этот посетитель пришёл с карточкой от Дельгадо, и Дельгадо его не признал, но Оливия очень пылко защищала герцога и у них прекрасные отношения. Почему? Что это за дружба у неё с врагом отца? А может она знала этого посетителя и не сказала нам? Потом змея… Эта газета, статьи… Её пытались убить дважды. Я думаю, что роль Оливии во всём этом не так уж и безобидна, как мне пытался внушить Доменик. Хотя, признаться, поначалу я думал иначе.

−Ты считаешь, Оливия могла решиться на отравление собственного отца? — Морис внимательно посмотрел на сеньора Виго и даже опустил лупу, с которой разглядывал подоконник. − А какой мотив? Наследство?

−Знаешь Морис, у меня с Эми сегодня состоялся весьма любопытный разговор. О любви, − сеньор Виго чуть усмехнулся. − И он натолкнул меня на одну довольно простую, но всё объясняющую мысль. Эми, разумеется, как и любая женщина видит всё мягче и романтичнее, а я вижу вот что. Если тот сеньор Рибейро, с которым Лив танцевала на фиесте, эйфайр, тогда всё становится предельно ясно. И если догадка Эми правдива и всё это из−за любви к проклятому крылану, то я знаю, почему Оливия ругалась с отцом — закон о резервации! Если она влюблена в одного из эйфайров, то тогда понятно, почему она встала на их защиту. Она хотела, чтобы отец не голосовал за этот закон. Она его шантажировала. Чем? Не знаю. Возможно, организовала нападение. И когда отец её не послушал и перестал выпускать из дома одну — она подлила ему в бутылку тот состав, чтобы сделать его более покладистым, как думаешь?

−Э−м−м, как вариант… но отравить собственного отца?! — удивился Морис. — Она не похожа на человека, способного на нечто подлое.

−Скорее всего, она не хотела его отравить,− возразил сеньор Виго, − она, возможно, просто хотела повлиять на его решения. Что сказал маэстро Пласидо? Этот состав подавляет волю, делает человека податливым. И может быть это именно она, а вовсе не донна Виолетта или дон Диего, добавляла ему отраву в микстуры? Чтобы сорвать голосование и как можно дольше держать его в том состоянии, в каком он находится сейчас. Ведь у донны Виолетты нет никакого мотива. Наоборот, для неё живой муж куда ценнее мёртвого. И змея… что там сказал доктор? У змеи не было яда? А что если Оливия сама принесла змею в комнату? Чтобы отвести от себя подозрения. Если она знала, что у змеи нет яда? Допусти такую версию, Морис.

−Коробка от шляпы говорит об обратном. Я бы тут с тобой не согласился, − ответил сыщик, разглядывая на окне сетку от гнуса.

Сеньор Виго скрестил на груди руки и продолжил абсолютно серьёзно:

− Идём дальше − нападение в квартале Садов. Тебе не показалось странным вообще всё, что с ним связано? Бандиты Джарра напали на карету? С чего бы? Сам подумай, где тут хоть какой−то мотив? В итоге пострадал только Мануэль. Кто−то спас отца и Оливию, но кто это, осталось тайной. Почему? А потому что отец знал кто это! Он просто не стал выносить мусор за порог дома и позорить собственную дочь. Он знал, что эти люди связаны с Оливией! Как тебе такой мотив? Поэтому он ничего не сказал Альваресу. А дальше бандиты Джарра вместе с эйфайрами пришли грабить сейф. Они так много знали о доме, как думаешь, от кого? И кто их впустил? После нападения отец запретил Оливии покидать дом, может, дело было вовсе не в её безопасности? А совсем наоборот? Может отец знал, с кем она связалась, и хотел оградить её от общения с эйфайрами? И если всё это так, то наследство, именно как наследство, тут вообще не при чём, как и бриллиант. Может Оливия пошла другим путём, решив получить деньги напрямую и бежать со своим возлюбленным? Тогда ограбление было не ради камня, бриллиант − это прикрытие, а дело было просто в деньгах. Ведь у Оливии нет ничего, но она так упорно сопротивлялась браку с Феррером, и тут дон Диего прав − для неё это был прекрасный способ обрести независимость и собственный капитал. Так почему она не вышла замуж за Феррера? А? Вот именно! Потому что любовь…

Сеньор Виго оборвал свою фразу на полуслове, взглянул на Эмбер и добавил, чуть улыбнувшись:

−Эми, а ты молодец! Ты увидела то, чего я увидеть не смог. Дело, скорее всего, именно в любви. И то письмо, которое ты, Морис восстановил с помощью своего порошка… Уж извини, что я не сказал тебе, что в нём было, но ты предвзят в вопросах виновности моей сестры, − произнёс он с усмешкой, − это было любовное письмо. И там было о предательстве. Так что, всё сходится.

−Мдя, хефе, вот это теория! — воскликнул Морис и поскрёб пятернёй макушку. — Ты уже мыслишь, как настоящий детектив! Снимаю шляпу! А цветы? А отравленное вино? А письма с угрозами? И кто хотел её убить, да и за что? Как всё это укладывается в твою теорию? А её статьи в газете?

−Этому я пока чёткого объяснения не нашел, но согласно твоей «Теории айсберга», что−то ещё осталось под водой, − уверенно ответил Виго, − и мы выясним что. А в остальном, согласись, с мотивами и логической цепочкой у меня всё сложилось. Всё необъяснимое стало объяснимо. И теперь бегство Оливии более чем понятно. Наше расследование заставило её испугаться. Ведь если следы приведут к ней, сам понимаешь…

−Но это не объясняет появление чупы. Того тумана, что ты видел в подвале, и того, что дон Алехандро исключил из завещания не только сеньориту Оливию, − парировал Морис.

−Чупакабру не объясняет. Пока. А вот насчёт завещания… Оливия дружна с Домеником и он всегда становился на её сторону. Может дело в этом. Отец посчитал, что она сможет повлиять и на Доменика. А дон Диего… Разберёмся с его займами и станет ясно. Но мои самые худшие догадки начинают подтверждаться, и вот это меня беспокоит больше всего. Она забрала с собой все свои записи! Или может быть спрятала. Посмотри − стол чист. А учитывая появление эйфайров на фиесте…

−Ты хочешь сказать, что Оливия может быть связана с Эспиной? — спросил Морис, закончивший осмотр комнаты.

−Судя по тому, как пылко она защищала эйфайров, я этому совершенно не удивлюсь. Это, по крайней мере, объясняет, как карточка Эспины смогла попасть в сокровищницу. Лив их туда привела, так они попали в дом. От неё они всё узнали, знали куда идти, и поэтому охрана почти не сопротивлялась.

−Пожалуй, что−то в этом есть. Нужно поговорить с охраной ещё раз, и уже куда подробнее о том, кто ещё был поблизости в момент ограбления. Может быть, они видели сеньориту Оливию неподалёку?

−Кстати, Морис, вот же я болван! — воскликнул сеньор Виго. — Изабель! Она была совсем рядом, и она хотела о чём−то со мной поговорить, но я был слишком занят воровкой. И с тех пор я её не видел. Мейстер Фернандо сказал, что после фиесты ей нездоровилось. Нужно с ней поговорить. И с Домеником.

−А знаешь, что ещё не вяжется в твою теорию? — спросил Морис.

−И что же?

−Кладовка и то, что мы нашли, −ответил Морис. — Кто−то же хотел убить сеньориту Оливию, и я сам его видел, и даже подстрелил. И кто−то привёл этого убийцу в дом и дал ему ключ от кладовки. Там же хранилась и шляпная коробка. И если ты не думаешь, что твоя сестра дважды пыталась подстроить покушение на саму себя, то это значит, в доме есть человек, который либо желает ей смерти, либо помогает тому, кто желает ей смерти. Что ты думаешь об этом, хефе? Кому она так помешала?

Сеньор Виго задвинул ящики стола и обернувшись к Морису, произнёс совершенно серьёзно:

−Я думаю, что Оливия сама того не понимая, попала в большие неприятности. Она ведь дочь гранда, того, который, так или иначе, решил уничтожить всех эйфайров. Помнишь, что я тебе рассказывал о них и об эфире? И то, что Оливия принимает за любовь, вполне может оказаться просто эйфорией − действием эфира. Она может быть уверена в том, что не мыслит жизни без этого человека, а на самом деле он просто умело ею пользуется. И это куда хуже, чем если бы она просто влюбилась не в того человека. Так что, Морис, я почти уверен − это эйфайры заставили её так поступить с моим отцом. Ведь что может быть проще, чем подобраться через его родную дочь?

Голос сеньора Виго звучал негромко, но жёстко.

−Мы должны найти Оливию, весь город для этого перевернуть, если понадобится. Я даже думаю, что стоит передать этому Эспине послание. Ведь кто−то же печатает его манифесты, откуда−то они берутся на страницах? Я думаю, что в редакции знают об этом Эспине куда больше, чем мы думаем. Тебе нужно будет съездить туда. Но… лучше пока не предавать огласке её исчезновение и мои выводы. Этому дому не хватало только подобных сплетен. И пришло время решить вопрос с эйфайрами. То, что произошло, совершенно неприемлемо.

Сеньор Виго говорил горячо и убедительно и, судя по лицу Мориса, даже сыщик проникся этой теорией. Эмбер вспомнила, как сеньорита Оливия заложила колье в ювелирную лавку.

Сеньор Виго, похоже, прав…

Эмбер перебирала книги на этажерке, быстро пролистывая их в поисках спрятанных писем или записок, слушала разговор и исподтишка разглядывала комнату. Покои сеньориты Оливии состояли из трёх смежных комнат с одним выходом. Кровать в спальне была заправлена, вещи убраны, никакого беспорядка. Эмбер успела рассмотреть туалетный столик, комод и ещё один, поменьше, для хранения украшений. Замки в нём были несложными.

Судя по тому, что в сокровищнице никакой жемчужины не было, она должна быть здесь, под рукой. Жемчуг редко прячут в сокровищницы, ведь носят его куда чаще бриллиантов. И Эмбер очень надеялась, что Оливия не забрала жемчужину с собой.

В комнате стоял секретер и рядом письменный стол, а справа несколько этажерок с книгами и подшивками старых газет. Спрятать конверт графа Морено не составит труда, и тогда половина дела будет сделана.

И пока сеньор Виго и Морис строили предположения о том, где искать сеньориту Оливию у Эмбер в голове выстроился чёткий план, как сегодня ночью выполнить задание графа и Тибурона. И тогда останется только забрать бриллиант. Можно даже попытаться сегодня ночью, ближе к утру.

−Эми, ты что−нибудь нашла? — голос сеньора Виго выдернул её из размышлений.

−Э−э, нет, сеньор. Ничего такого. Никаких писем и записок, всё убрано, даже в корзине ничего нет, никакого мусора.

−Видишь, Эми, чем может оказаться любовь? Просто катастрофой, − покачал головой сеньор Виго, и в его словах, Эмбер показалось, был спрятан ещё какой−то подтекст.

Она хотела ответить, но она не успела. Дверь распахнулась, и в комнату ввалился сеньор Джулиан, держа большие пальцы в карманах атласного жилета. Он выглядел так, будто только что проснулся, но, несмотря на заспанный вид, при нём оказалась кобура, из которой торчала огромная рукоять револьвера, инкрустированная золотыми накладками.

−Эрманито, что стряслось? — спросил сеньор Джулиан, останавливаясь посреди комнаты и зевая. — С чего вдруг спешка? Сиеста* как−никак.

−С чего? С того, что ты согласился присматривать за тем, чтобы Оливия не покидала особняк. И где она теперь? — голос сеньора Виго прозвучал жёстко.

−Ну… поищите в саду. Может, вышла прогуляться. Да и что такого−то? С чего такой переполох? — фыркнул сеньор Джулиан. — Она что — сбежала?

−Я думал, ты мне ответишь на этот вопрос.

−Ну, значит сбежала. А ничего удивительного! Для неё не впервой выставлять семью дураками, − ответил сеньор Джулиан с насмешкой. — А мне из−за неё теперь не есть и не спать что ли?

Сеньор Виго прищурился, глядя на кузена и Эмбер вдруг отчётливо увидела, как аура над его головой наливается алым, будто зарево. И увидеть это без усилий было так неожиданно. В то же время, это означало, что в любой момент может случиться драка. Или что−то похуже.

−Джулиан, я поручил тебе вроде бы простое дело — следить, чтобы девушка не сбежала. Но теперь я понимаю, почему ты не смог поймать ни одного из тех грабителей, которые лезли в дом. Даже Лив смогла от тебя улизнуть, что уж говорить о настоящих гавильяс, − ответил сеньор Виго с ледяным презрением.

Лицо кузена перекосилось гримасой злости, и пальцы демонстративно легли на рукоять пистолета.

−Я тебе тут кортесом не нанимался, эрманито, − снова фыркнул сеньор Джулиан, − а за своей непутёвой сестричкой присматривай сам, раз моя помощь пришлась не по душе. Нея виноват, что у неё мозгов, как у курицы!

−Ты бы придержал язык при дамах, − ответил сеньор Виго. — Мы не в казарме.

−При дамах? Ах при дамах! — спросил сеньор Джулиан, кивнув на Эмбер. — Мы не представлены.

−Да есть ли смысл представлять, − коротко отрезал сеньор Виго. — Для тебя это сеньорита Вальдес.

Сеньор Джулиан уставился на Эмбер и, окинув её с ног до головы цепким взглядом, ухмыльнулся.

−Сеньорита Вальдес, значит. Ах, да, слышал, твоя новая помощница! Как же, как же Фернандо сказал, что ты приобщился к северным нравам и нанял в услужение хм… девицу, − он кивнул ей с сальной улыбкой. — Так зачем я тебе нужен был? Отчитывать меня собрался?

Он перевёл взгляд на Виго и поправил рукоять пистолета.

−Знаешь, я давно хотел тебя спросить, кузен: ты самый большой револьвер таскаешь при себе с какой целью? Для устрашения горничных? Или кокосовых орехов с тыквами? Какой в нём прок здесь, если ты не подстрелил ни одного эйфайра или грабителя? − спросил Виго совершенно спокойно, но алое пламя над его головой разгоралось всё сильнее.

− Вижу ты хочешь испытать его на себе? — ноздри сеньора Джулиана тут же раздулись от гнева.

Всё вокруг заволокло алым, и Эмбер знала, что будет дальше. Видимо Морис это тоже почувствовал.

−Сеньоры, сеньоры, давайте не будем горячиться, − сыщик, словно угорь проскользнул и встал между мужчинами. — Сеньор Джулиан, я хотел спросить, вы, может быть, заметили в поведении сеньориты Оливии что−то подозрительное? Может быть видели кто ещё подходил к комнате?

−Подозрительное? Всё поведение сеньориты Оливии — одно сплошное непотребство. И если, хм, «нынешний глава семьи» не в состоянии обуздать эту строптивую лошадь, то я−то тут при чём? — огрызнулся сеньор Джулиан явно намекая на то, что глава семьи из сеньора Виго никакой. — Взбесившуюся кобылу можно только пристрелить. Хотя кому я говорю… Дурной пример перед глазами − ты сам привёл в дом… э−э−э… мейстресс Вальдес, − сеньор Джулиан осклабился, глядя на Эмбер и нарочито подчеркнув, что никакая она не «сеньорита». — Адиос, эрманито, раз мне здесь не рады, я, пожалуй, пойду. Найду занятие поинтереснее.

−Занятие? Что же, я велю Фернандо закупить побольше кокосов − разминайся. Но если ты предпочитаешь тыквы, то сам скажи управляющему, − произнёс Виго с ответным сарказмом. — Вряд ли ты способен на что−то большее.

Сеньор Джулиан побледнел, и было видно, как заиграли желваки у него на скулах. Он демонстративно вытащил из кармана тонкую шёлковую перчатку и небрежно бросил на пол.

— При случае жду тебя в гости, эрманито. Но можешь сам сначала размяться на кокосах, заодно вспомнишь, как держать в руках что−то посерьёзнее этих склянок,− ответил Джулиан, едва сдерживая ярость и махнул в сторону стола с реактивами.

− Кокосы оставь себе. Оружие настоящего иберийца — шпага, − сеньор Виго презрительно отшвырнул перчатку носком туфли, − при случае встретимся в Маэстрансе. Надеюсь, ты не забыл, как лежит в руке эфес? Джукко тебя проводит.

Одноглазый кортес как раз возник в дверях и застыл вопросительной статуей.

−Сеньор Джулиан покидает Вилла Бланко. Будь добр, проводи его до ворот, − произнёс сеньор Виго тоном холодной вежливости, и когда кузен вышел за дверь, добавил чуть тише: − И ни под каким предлогом его сюда больше не впускай. Даже если он будет ползти к воротам с оторванной рукой, ты понял?

−Сделаем, сеньор, − Джукко приложил два пальца к шляпе.

−Ты сейчас согласился на дуэль с собственным кузеном? — спросил Морис чуть охрипшим голосом.

−А как ещё мне было выставить отсюда этого полудурка? От обиды он заберёт всех своих головорезов и, оскорбившись, уйдёт сам тренироваться в стрельбе по кокосам и готовиться к поединку. Зато проблему с людьми Джулиана в особняке я только что решил. Осталось выставить отсюда дона Диего. Не переживай, − усмехнулся сеньор Виго, − в этом городе нет ни одного дома, в котором Джулиан не швырял бы перчаток — у него их полные карманы.

−Учитывая, как он стреляет, не удивляюсь, что его никуда не впускают добровольно.

−Не так уж часто он стреляется. Умные люди обходят его стороной. Да и дон Диего, зная своего сына, большую часть споров компенсировал щедрыми отступными, − ответил сеньор Виго, отшвыривая перчатку ещё дальше.

−Так ты не будешь с ним драться?

−Конечно буду, если придётся. Но не сейчас. Сейчас у нас есть дела поважнее, − сеньор Виго повернулся к Эмбер и добавил: − Извини за плохие манеры моего кузена. Он просто идиот. Надеюсь, мы больше не увидим его здесь.

−Н−ничего страшного, сеньор, − пробормотала Эмбер.

И с ужасом вспомнила о том, как метко стреляет сеньор Джулиан из своего огромного пистолета − она сама видела разлетавшиеся на кусочки скорлупки орехов. А что если сеньор Виго, и правда, будет с ним драться?!

Неприятное чувство зародилось внутри где−то под рёбрами и осело в животе комком холода. Это был страх. С того самого дня, когда Эмбер бежала из родного дома, она впервые снова испытала страх не за собственную жизнь.

Дуэль — это глупая затея! Нужно как−то отговорить сеньора Виго от неё…

−Сеньор Виго, − в дверях появился управляющий и чинно доложил: − Сеньориты Оливии нигде нет. Она не брала лошадь или коляску, и никто не видел, чтобы она уходила через ворота. Ещё к вам прибыл маэстро Фойгель из сейфов Берга, управляющий из Нахамбы, человек из сената и маклер торговой компании. Просят аудиенции. Все по срочным вопросам.

− А где Доменик? Попроси его зайти ко мне, − ответил сеньор Виго, окидывая взглядом комнату ещё раз. — Вот уж кто точно знает тайны Лив!

−Так сеньор Доменик уехал, − ответил мейстер Фернандо.

−Уехал? Куда уехал? — спросил сеньор Виго, нахмурившись.

−Сказал, что в гасиенду, сеньор, − ответил мейстер Фернандо, и будто предчувствуя новые неприятности, подобрал живот и вытянулся по струнке. — Сеньор Доменик посетовал, что в особняке стало слишком шумно и это мешает ему рисовать. И он взял с собой мольберты и багаж на несколько дней.

Сеньор Виго и Морис переглянулись.

−И давно он уехал? — спросил Морис.

−Да почти сразу же после обеда.

−И взял с собой сундуки и мольберты? И поехал в закрытой коляске? — спросил Морис мягко, почти ласково.

−Д−да, сеньор, − неуверенно кивнул мейстер Фернандо, предчувствуя в вопросе подвох.

−Можешь идти, я скоро буду, − сеньор Виго отпустил управляющего и тот тут же исчез, с удивительной для его крупного телосложения, ловкостью. — Ты думаешь о том же, о чём и я?

−Что сеньорите Оливии помог сбежать из особняка сеньор Доменик? Яснее ясного! — ответил Морис, убирая лупу.

−Выходит они заодно?

— Вполне возможно. А может ему просто стало её жаль.

— Жаль? Похоже ты не проникся моей теорией… А знаешь, Морис… Поезжай в газету, выясни всё, что сможешь об этих статьях, авторе, и остальном. Эми, будь добра, покажи Морису всё, что ты нашла в газетах об Эспине, этом Хирурге и всё то, что ты показывала мне утром, − коротко распорядился сеньор Виго. — Увидимся позже.

*Сиеста − послеобеденный сон, являющийся общей традицией некоторых стран, особенно с жарким климатом.