Глава 15. Очень интересный разговор

— Дядя… граф… инспектор… доброго дня, — Виго чуть кивнул нетерпеливым посетителям, которые не воспользовались гостеприимством и остались ожидать хозяина дома во внутреннем дворе. — что-то случилось? Простите, что я в таком виде… Упражнялся.

Виго развёл руки в стороны, будто извиняясь за то, что он без атласного жилета, галстука и со шпагой.

Он мгновенно оценил, что и граф Морено, и дон Диего явно не в духе. Да не просто не в духе, а скорее в ярости. Но у графа эта ярость была холодной, как глыба льда, а у дяди кипела, готовая того и гляди сорвать крышку котла и облить всех шипящей обличающей струёй. И только инспектор, получивший с утра солидный чек пожертвований, выглядел виноватым и немного растерянным, как будто его притащили на аркане против его желания. Хотя, скорее всего именно так всё и было.

Капитан жандармов, топтался рядом с ним, не зная, куда пристроить свою саблю, тоже смущённый и растерянный, видимо потому, что заявиться вот запросто в дом гранда, да ещё и самого гранд — канцлера было для него чем — то из ряда вон выходящим. А позади них, словно ворон на воротах кладбища, маячил ещё какой — то служить храма в тёмной сутане и с чётками в руках, которые он торопливо перебирал дрожащими руками.

— Так что случилось? — спросил Виго, подходя к своим незваным гостям. — Чем обязан такому внезапному и … многочисленному визиту?

Граф покосился на его шпагу, на выстроившихся позади кортесов во главе с одноглазым Джукко и протянул сложенную вчетверо бумагу.

— Вы, я надеюсь, уже слышали о происшествии на сенатской площади?

— О да, весь Голубой холм гудит об этом, — ответил Виго, пристраивая шпагу на крюк для фонаря и разворачивая бумагу. — Вопиющее безобразие!

— Как секретарь — распорядитель сената, отвечающий, в том числе за безопасность, я обязан способствовать всестороннему расследованию происшествия и сообщить обо всех фактах нарушения…

— …и судя по этой бумаге, именно это вы и пришли сделать, верно? — прервал его речь Виго, пробежав глазами по листу.

— Верно, сеньор де Агилар, — ответил граф, вернувший себя самообладание.

В бумаге было решение верховного судьи, подкреплённое ещё и решением сенатской комиссии по безопасности, о: «… Проверке имевших место фактов и подозрений в отношении сеньориты Оливии де Агилар и её связи с преступной организацией, именуемой «Дети солнца».

По пунктам были изложены факты, подтверждающие её причастность к деятельности организации, а также показания свидетелей доказывающие, что она являлась участником в подготовке нападений эйфайров, и передавала в газету материалы для печати от имени Эспины.

Виго увидел фамилии редактора газеты и ещё нескольких работников и вспомнил, как Морис сделал вывод, что о том, что в организации Эспины у графа Морено есть свой человек. Ну а газета и так принадлежит графу. Что же, надо отдать должное Его светлости, он подготовился, как надо.

— Дядя, как твоё здоровье? — спросил Виго, на мгновенье, отрывая взгляд от листа. — Вижу, ты без трости и трубки, микстуры доктора Гаспара явно идут тебе на пользу.

— Твоими молитвами, племянник, — ответил дядя, поправляя галстук и Виго увидел, что и у него в руках виднеется какая — то бумага.

Однако, какой арсенал!

Далее в решении шло продолжение о том, что «…согласно показаниям свидетелей и другим неопровержимым фактам и доказательствам, предоставленным почтенными сеньорами…» следовало немедленно произвести арест некоей Эмбер — эйфайры, представляющей наивысшую угрозу для общества. Как эйфайру, совершившую доказанные преступления, проникшую тайно в дом гранда и сенат, с целью оказать воздействие на одного из её членов, её следовало не только немедленно арестовать, но и поместить в специальную тюрьму для особо опасных преступников — эйфайров до суда. О чём граф должен был лично свидетельствовать перед сенатом. При необходимости разрешалось провести обыск, а при попытке бегства, эйфайру следовало уничтожить.

Виго сложил документ графа и посмотрел на дядю.

— Ну, давай, что там у тебя? О каких ещё «неопровержимых фактах и доказательствах» я не знаю? — усмехнулся он, протягивая руку.

— Держи, — дон Диего со злостью сунул ему листок, и махнул человеку в сутане. — Орден собрал капитул. Тебя низложили. Ты больше не являешься магистром Ордена Санта Требол. Ты запятнал себя связью с эйфайрой, как и твоя сестра. Это позор для дома Агиларов! И ты не можешь больше возглавлять зелёную ложу, пока не будет проведено всестороннее следствие и не будет доказана твоя невиновность. Отдай кольцо секретарю Ордена. И ключ.

Виго посмотрел на руку, где рядом с кольцом отца на другом пальце была ещё и печать Ордена.

— Погоди — ка дядя, давай разберёмся во всём по порядку, — он скользнул по бумаге взглядом, но она почти полностью повторяла текст предыдущего решения. — Итак, сеньор Морено, как я понимаю, ваши обвинения в отношении «некоей эйфайры находящейся в этом доме» основываются на показаниях моего дяди и вашей камалео сеньоры Кэтэрины, верно? Кстати, а где она? Почему она не свами? — спросил Виго, демонстративно разглядывая жандармов за спиной капитана.

— Сеньора Кэтэрина была отстранена от своих обязанностей, за недостаточно своевременное уведомление о нарушении, — ответил граф надменно, — но это не отменяет того факта, что нарушения были. И весьма серьёзные.

— И я с вами полностью согласен! — произнёс Виго. — Ведь не далее как неделю назад, вы предоставили мне вашу камалео для обеспечения безопасности на фиесте, и что же произошло? О да, вы и так знаете, как много эйфайров и грабителей проникло в этот дом в тот вечер! Жаль, что ваша камалео оказалась для меня столь бесполезна. И всё могло бы закончиться совсем плохо, не предприми я некоторые меры по защите этого дома.

— Какие ещё меры?! — воскликнул дон Диего.

— Ну видишь ли, дядя, твой план по поимке на живца был всем хорош, если бы не одно «но»… Этот план должен был сыграть тебе на руку и привести к моей смерти, а мне Как- то не хотелось умирать. И поэтому у меня был свой план. Эй, Фернандо, позови — ка сюда эрра Мориса и мою помощницу, и пусть он прихватит красную папку, он знает какую, — приказал Виго управляющему, который словно страж стоял у двери, ведущей на внутреннюю галерею. — Я тоже нанял себе камалео. Тайно. Чтобы, так сказать, убедиться, что всё пройдёт гладко. А ещё, чтобы провести необходимые испытания с ауроскопом.

— Ты нанял камалео и никому не сказал? — удивился дон Диего. — Это кого же? Эту девчонку?

— А что в этом такого удивительного? Некоторые гранды имеют по пять камалео, в том числе и тайных, ты разве забыл? Или ты думал, я буду всё тебе рассказывать?

— Какое это имеет отношение к изложенным в документе фактам? — жёстко спросил граф, заметно побледнев.

— Так самое прямое, сеньор Морено. В документе сказано, что согласно показаниям свидетелей, эйфайр тайно проник в мой дом с целью ограбить меня, а затем воздействовал на меня, чтобы проникнуть в сенат для того, чтобы помешать принятию закона и нанести максимальный вред, верно дядя? С твоих же слов это и было написано, так?

— С моих, так и что с того! Это всё правда! Ты впустил в дом эту девчонку! Она ограбила сейф, а потом опутала тебе мозги, только так можно объяснить твоё вчерашнее поведение в сенате! — воскликнул дон Диего дребезжащим голосом.

— Ограбила сейф? Что за глупости, дядя? — сеньор Виго с деланным удивлением развёл руками. — Да, как мы и думали, эйфайры тайно проникли в мой дом, но они были пойманы — инспектор не даст соврать, так ведь инспектор Альварес?

— Э — э—эм, всё верно, грабители были убиты, частично бежали, но были найдены мёртвыми. Эйфайр по имени Тощий Люк был задержан… и затем задержан другой эйфайр по имени Пако. По остальным грабителям идёт следствие и мы уже близки к их поимке, — бодро отрапортовал инспектор, стараясь ни на кого не смотреть.

— Вот видите! Всё верно. Инспектор проявил недюжинный профессионализм, и обнаружил, что четверо из грабителей были наняты одним господином в братстве Дестреза и отправлены сюда, чтобы украсть бриллиант, — Виго многозначительно посмотрел на дядю. — А те, кому удалось бежать, были застрелены их нанимателем и сброшены в овраг за кожевенными мастерскими.

Дон Диего побледнел, выпрямился и засунул пальцы между пуговицами жилета, стараясь придать себе уверенный вид.

— Но… Бриллиант всё же был украден, — произнёс граф нахмурившись.

— Правда? Кто вам это сказал? Дон Диего? — усмехнулся сеньор Виго. — Благодаря моему плану и помощи моего нового камалео, бриллиант украден не был, а всё время преспокойно лежал там, где он должен был лежать. А в ловушку, любезно предложенную доном Диего, угодили только грабители. Он просто не знал всех деталей до конца.

— Так бриллиант всё ещё здесь?! — удивился граф.

— Разумеется здесь. А где же ему быть? Не понимаю, почему вас так волнует судьба этого бриллианта, — ещё шире усмехнулся сеньор Виго, явно наслаждаясь замешательством графа.

— Я должен убедиться, что это не обман, не мистификация, что вы, сеньор де Агилар не находитесь под действием эйфории, и не говорите мне то, что вам внушили, — ответил граф сухо и совершенно серьёзно.

Виго залез пальцами под воротник и достал оттуда цепочку, на которой висел футляр с фигуркой совы. Он отдал бумаги Джукко, и двумя руками осторожно открыл футляр.

— Специально для вас, сеньор Морено, чтобы вы уж точно не сомневались.

Бриллиант блеснул, поймав лучи своими гранями и засиял, как будто вмиг наполнился солнечным светом. А Виго заметил, как жадно заблестели глаза графа, он смотрел на камень и не мог отвести взгляд. И только когда сеньор Виго закрыл футляр, погасив сияние, и отправил его обратно под рубашку, граф произнёс хрипло:

— Тем не менее, это не единственное преступление, вы же прочли весь документ? — он указал рукой на бумагу. — Сеньорита Оливия де Агилар причастна к тому, что произошло сегодня на площади.

Виго лёгким движением снял с крюка шпагу и покрутил запястьем, позволяя лезвию взметнутся вверх и описать полукруг.

— Вы, сеньор Морено, только что взяли на себя смелость обвинить мою сестру в преступлении, доказательств которого у вас на руках нет? Потому что показания ваших работников, учитывая, что вы владелец газеты «Которра», достаточными доказательствами не являются. Вы хоть понимаете, что только что укоротили свою жизнь на несколько прекрасных лет?

— Показания свидетелей надёжны и вызывают доверие, — холодно ответил граф, провожая взглядом опустившееся лезвие. — Кроме того, с чего бы мне заставлять моих работников свидетельствовать против сеньориты де Агилар? Я предлагаю осмотреть комнату сеньориты де Агилар, во избежание дальнейшего недопонимания. Если сеньорита де Агилар была причастна к этой деятельности, мы найдём следы…

— Я не возражаю, сеньор Морено. Но сначала, пройдёмтесь по аллее, — Виго указал на арку, приглашая графа, — у меня есть к вам разговор тет — а—тет.

Граф пару мгновений колебался, видимо взвешивая, может ли Виго убить его прямо здесь, но потом всё — таки принял приглашение. Они отошли так, чтобы их не слышали остальные и Виго произнёс совершенно спокойно, стараясь обуздать свой гнев.

— Контора по торговле хлопком «Луис Пальеро» — владелец конторы, сеньор Пальеро, полковник Гринери, племянник герцога Наварро ай — ай, уважаемый человек, — Виго начал неторопливо перечислять людей, к которым наведывалась Эмбер по поручению графа и добавляя к рассказу перечень того, что она украла. — Она виртуозна, я согласен, и вы увлеклись. Вам показалось, что вы всемогущи с её талантом, что сможете сплести достаточно крепкую паутину, в которую затащите всех, кого вам нужно? А потом что? Вы собирались утопить её в Пантанале? Вы были уверены, что она не успеет никого посвятить в ваши грязные тайны?

— Как вы смеете?! — возмущение графа было притворным, а вот бледность настоящей.

— Это как вы смеете, сеньор Морено? — перебил его Виго. — Вы прислали её в мой дом, чтобы она украла бриллиант из моего сейфа? Подобная дерзость будет стоить вам дорого.

— Это не ваш бриллиант, — глухо ответил граф.

— Как и не ваш. Но я разберусь чей он.

— Вас ждёт сильное разочарование. Вы не понимаете, во что вы ввязались, и не понимаете, что на кону, — ответил граф и в его голосе зазвучали стальные ноты гнева.

— Вы прислали сюда воровку, чтобы она украла этот камень. Это бы ладно, я могу понять вашу алчность. Но заставить её подложить бумаги в комнату моей сестры? Вы думали я не знаю? Вы думали, что сейчас обыщите её комнату, при свидетелях найдёте тот конверт… Или второй конверт… Вы предусмотрительны, нечего сказать! Но я перевернул весь дом, камня на камне не оставил, так что вы тут ничего не найдёте. Вы захотели опозорить её имя? Это вы не понимаете, какую черту пересекли граф, — глухо произнёс Виго. — Представьте на минуту, что будет, когда я каждому из тех, чьими секретами вы воспользовались, расскажу, что вы у них похитили и когда? И как вы хотели уничтожить меня, с помощью подобной уловки. Как думаете, герцог Медина по-прежнему захочет лицезреть рядом с собой настолько запятнавшего свою честь родственника? А может он сошлёт вас в Нахамбе? Командовать каким — нибудь захудалым рудником в сельве и кормить гнус?

Граф моргнул пару раз, как будто оглох на мгновенье, а потом произнёс тихо и твёрдо:

— Просто отдайте её мне, и мы можем все забыть. Зачем вам эта эйфайра? Я дам вам взамен десяток на выбор.

— Отдать её вам? Вы бредите?!

Виго вспомнил, как в конце своего рассказа Эмбер посмотрела ему в глаза и сказала:

— Будьте осторожны, сеньор Виго. Его Светлость — страшный человек.

— Скажи мне о нём что — нибудь важное. Что мне поможет.

— Он тщеславен. Он осторожен. Он коварен и умён. Но тщеславие заставляет его думать, что он умнее всех. Он мастер интриг и ударов исподтишка. Самых подлых ударов. Он никогда не играет в открытую, потому что боится потерять своё положение. Он одержим своим честолюбием. Но он трус.

Отдать ему Эмбер? Да он рехнулся!

И вложив в свой голос всю злость, на какую был способен, Виго добавил ещё тише:

— Отдать вам Эмбер? Знаете, что я вам скажу, сеньор Морено? Забирайте вашу бумагу и проваливайте отсюда вместе с жандармами и моим полоумным дядей или я затолкаю её вам прямо в глотку вот этой шпагой настолько глубоко, насколько хватит лезвия. Вам ясно?

Всё это Виго произвёл с лёгкой полуулыбкой на лице так, чтобы издалека они по-прежнему выглядели как два мирно беседующих сеньора.

— Вы пожалеете об этом, — процедил сквозь зубы граф.

— Я жалею только о том, что воспитание не позволяет мне вышвырнуть вас отсюда, как собаку. Прошу вас, — сеньор Виго пропустил графа вперёд.

Они молча вернулись обратно в середину внутреннего двора.

— Сеньор Морено и я выяснили возникшее недоразумение, которое имело место быть, — произнёс Виго с лёгкой улыбкой. — И кстати, чтобы не осталось недомолвок… Позвольте представить мою камалео, оказавшую семье Агиларов неоценимую помощь. Это Эмбер Вальдес — камалео дома Агиларов.

Виго указал рукой на подошедшую вместе с Морисом Эмбер.

Лицо графа застыло, как будто он надел на лицо каменную маску. Он смотрел на Эмбер несколько секунд, и только надувшаяся на виске вена, выдавала его внутреннюю злость.

— Хотелось бы взглянуть на соответствующие бумаги, — сухо произнёс граф, продолжая сверлить взглядом Эмбер.

— Ну разумеется, сеньор Морено. — Вот они как раз.

Виго взял у Мориса красную папку и достал оттуда несколько листов.

— Вот, прошение на имя Его Величества, вот поручительство герцога Дельгадо, вот разрешение, и согласование королевского комитета, вот контракт…

— Герцог Дельгадо? Герцог Дельгадо?! — хрипло пробормотал дон Диего. — Он поручился?

— Как видишь. Наши семьи связывают узы куда крепче дружеских, — усмехнулся сеньор Виго, глядя на дядю. — Но ты ведь и так это знаешь.

Граф Морено молча вернул бумаги, и демонстративно достал из кармана часы.

— Что же, нам пора. Бумаги потребуют проверки, так что… Но это не последний мой визит, сеньор де Агилар, — нарочито церемонно произнёс граф и, взглянув на циферблат, одним движением захлопнул крышку. — До окончания проверки вы отстранены от заседаний сената.

— И от участия в делах Ордена! — воскликнул дядя.

— Ну разумеется. Проверяйте на здоровье. Мне есть чем заняться, — он снова сделал полукруг шпагой. — Всего доброго. Сеньоры… Инспектор…

Виго церемонно кивнул, едва сдерживая усмешку.

И едва расстроенные гости исчезли за голубым жасмином, окаймлявшим подъездную аллею, как к Виго подбежал запыхавшийся мейстер Фернандо.

— Сеньор Виго! Дон Алехандро! Он… очнулся!