Глава 16. Портрет

В комнате было сумрачно из-за полуприкрытых портьер. Дон Алехандро лежал на кровати и, так же, как и раньше смотрел в потолок, но его взгляд в этот раз не горел безумием. Это был просто взгляд больного человека, который, казалось, вернулся издалека и очень устал.

Рядом с ним сидела Карменсита, и на вопрос Виго о том, сказали ли дон Алехандро хоть что-то, ответила:

— Ничего такого, сеньор. Он никого не узнаёт. Только спросил где он, и кто я такая.

Виго подошёл и присел на стул с высокой спинкой, который заботливо пододвинул мейстер Фернандо. Взгляд дона Алехандро медленно переместился на сына, и губы прошептали едва слышно:

— Кто ты?

— Я твой сын. Виго. Ты меня не узнаёшь?

Но по взгляду было понятно, что нет — дон Алехандро его не узнал. Да и вообще никого не узнал.

— Пошлите за доктором Гаспаром! Живо! — скомандовал Виго. — И откройте окна, впустите солнце.

В комнату прибежали все слуги, кучер и даже конюх — весть о том, что хозяин дома пришёл в себя, сразу облетела весь особняк.

— Так, все за дверь! Все пошли прочь, не мешайте хозяину отдыхать! — воскликнул мейстер Фернандо, выдворяя особо любопытных. — Сбежались, понимаешь!

— Приподнимите ему подушки, — велел Виго служанкам, и они тут же бросились исполнять.

Впрочем, дон Алехандро стал таким худым, что поднять его могла и одна Карменсита. Она расправила на его груди полы рубашки и одёрнула оборки наволочки.

— Погодите — ка, погодите! — Морис подошёл к кровати и достал из внутреннего кармана неизменную лупу. — Вы позволите?

Он аккуратно отвернул полу рубашки на груди дона Алехандро и склонился с лупой. И Виго увидел, что кожа на ключице и грудине отца покрылась белыми обесцвеченными пятнами, и как будто стала мраморной.

— И давно это у него? — спросил Морис, взглянув на Карменситу.

— Да с того момента, как слёг, — пробормотала служанка. — Сначала как точки было, потом стало больше и больше…

— А что сказал доктор? — спросил Морис.

— А ничего не сказал. Сказал, что ничего страшного, — ответила Карменсита, махнув рукой. — И чтобы мы лучше делали свою работу.

— Хорошо, попробуйте накормить его бульоном и, если он вдруг кого — то узнает, сразу зовите меня. И как только приедет доктор Гаспар, тоже сразу же позовите меня, — приказал Виго.

— Да, сеньор, — служанки присели в коротком реверансе.

Когда они вышли на галерею, Морис произнёс, пряча лупу в карман:

— Я видел эти пятна у дона Диего, я видел их у Хирурга, теперь вот у дона Алехандро. Что это может быть? Какая-то болезнь? Или следствие употребления каких — то лекарств?

— Вполне вероятно, что это от лекарств, — ответил Виго. — Дон Диего болен и принимает кучу микстур, моего отца тоже чем только не пичкали, кажется даже сулемой, от такого не трудно пойти пятнами. Про Хирурга цветочница сказала, что он был неестественно бледен и у него не сгибались пальцы руки. Возможно, он тоже чем — то болен, и возможно, что он принимает те же лекарства, что и мой отец, и дядя. Но… — сеньор Виго засунул руки в карманы и задумчиво посмотрел на внутренний двор. — Доктор Гаспар выписал моему дяде от болей какую — то курительную дрянь, а отцу подмешали в микстуры какие-то шаманские настои. Быть может, этот Хирург тоже употребляет что-то из шаманских трав?

— Нужно допросить Делисию, — решительно произнёс Морис, — и немедленно. Нужно узнать, в какой лавке и что она покупала для донны Виолетты.

— Эй, Фернандо, пришли — ка нам кабинет кофе. И пусть принесёт Делисия, — сеньор Виго окликнул управляющего и добавил, со вздохом: — А я так надеялся раскрыть все тайны прямо сейчас! Но похоже отец ещё долго будет приходить в себя.

— Удивительно, как он вообще выжил после такого!

Они вернулись в кабинет, и вскоре пришла служанка с подносом кофе и принялась расставлять на столе посуду: серебряный кофейник, молочник и сахарницу…

— Послушай, Делисия, — мягко спросил Морис, — мне опять нужна твоя помощь. Ты у нас девушка смышлёная и шустрая и донна Виолетта сказала, что ты знаешь лавку, в которой можно купить разные… снадобья. Вот мне нужно кое-что, куда лучше сходить?

— Да смотря какие снадобья! — со знанием дела ответила Делисия. — Вам от чего надобно?

— А… ну мне много надо и разные. Ну чтобы в лавке были любые.

— Ну как это любые? — хмыкнула Делисия и продолжила со знанием дела: — От лихорадки, от живота или от ожогов, так лучше всего у Джины, а если надо там крыс или мышей потравить или плесень вывести, так это в другом месте. А для окуривания подвалов так у маэстро Санчеса в Тиджуке, ну а если самому делать притирки, уксус нужен или мыло душистое, воск или пудру…

— Погоди, погоди, мне надо, чтобы ну, как бы тебе объяснить, не эти снадобья, а вот… деликатные снадобья, ты понимаешь? — спросил Морис.

— Деликатные? Н-у-у-у…

— Морис, ты как-то слишком издалека зашёл, — оборвал Виго словоохотливую служанку.

Делисия осеклась и оглянулась на хозяина с опаской, явно понимая, что сказал чего-то лишнего. Виго подошёл и произнёс без обиняков, не утруждая себя вежливостью:

— Эрр Морис хотел спросить, в какой именно лавке ты покупала всё то, что тебе приказывала донна Виолетта. Я знаю, что именно ты для неё покупала, поэтому говори быстро, да не вздумай врать. Соврёшь — велю тебя отправить на конюшню и выпорю самолично, и щадить не буду, даже не надейся. Ты поняла?

— Я… я… сеньор… я ничего такого не сделала! Ничего дурного не сделала! — залопотала Делисия.

Поднос выскользнул у неё из рук, молочник, сахарница и ложки рассыпались по полу, а служанка, бахнулась на колени, и сложив руки в молитвенном жесте, начала причитать перескакивая с оправданий на извинения и залившись слезами.

— Замолчи, — жёстко сказал сеньор Виго. — Просто скажи, что это за лавка, и что ты там покупала и когда.

— Я всё, всё — всё расскажу сеньор!

Увидев, что дело плохо и слезы с мольбами помогут вряд ли, а хозяйка, как покинула особняк вчера, так всё ещё не вернулась, Делисия заговорила горячо и быстро, вытерев слёзы передником.

И оказалось, что по поручению донны Виолетты она бегала во множество лавок. Виго терпеливо выслушал длинный список всего, что она покупала, включая конский волос и жжёный орех, и не перебивал служанку.

— …и ещё я приносила ей специальную траву, которую пьют на полнолуние, чтобы потом родить ребёнка, — Делисия шмыгнула носом. — Потому что никак у неё не получалось. Но она пила — пила, а трава не помогала, и тогда она сказала, чтобы я отвела её к какой — нибудь знахарке, чтобы та помогла, ну обряд там провести какой-нибудь или что ещё. И я отвела её к Джине. Потому что Джина лучше всех в этих делах.

— И что та Джина, провела обряд? — спросил Виго.

— Нет сеньор. Ну, как нет, она ей погадала, а я просто сидела за перегородкой и ждала, да перегородка тонкая, я всё и слышала. И Джина сказала, что на нём… на доне Алехандро, — Делисия понизила голос, почти перейдя на шёпот, — страшный грех висит, потому и нет у него больше детей и не будет. Так и сказала, и что никакой обряд тут не поможет. А ежели донне очень надо ребёночка, то есть другой способ.

— И какой же ещё способ?

— Ну, — Делисия потупилась. — Я как бы не всё слышала…

— Даже не пытайся врать, или двадцать плетей тебе точно обеспечены! — грозно произнёс Виго.

— Нет, нет! Я скажу. Скажу. Она просто посоветовала ей, ну… — Делисия опять зашептала и на всякий случай оглянулась на дверь, — завести ребёнка от другого мужчины. Ну и выдать его за ребёнка от дона Алехандро.

— Вот так знахарка! Вот так совет! — усмехнулся сеньор Виго. — И что донна Виолетта? Так и решила сделать? С кем? С Джулианом? Да?

Делисия шмыгнула и опустила глаза, и по её молчанию было понятно, что сеньор Виго угадал.

— А дальше что? Что ещё ты ей таскала? За что ты брала грех на душу, а?

Делисия снова принялась причитать и только угрозы, быть не просто выпоротой, а отправиться в гасиенду, где её отправят работать в поле, заставили служанку рассказать остальную часть.

И как оказалось, донна Виолетта действительно спрашивала у Джины о средстве, которое называется «дыхание дьявола». Но Джина сказала ей, что таким не занимается и отправила сеньору в Нижний ярус, где в Портовом квартале есть лавка, в которой женщина по имени Бруха, торгует разными вещами…

Эмбер услышала это имя и сразу вспомнила старуху, что жила в одном из кораблей Тибурона в Байя Перла. Ту самую, которая забирала у неё раковины альфидий, чтобы вернуть их потом всадки на доращивание.

Да уж! Если это та Бруха, то понятно, откуда у донны Виолетты оказались эти микстуры.

— И она послала за ними тебя? — спросил сеньор Виго.

— Да, — тихо произнесла Делисия.

— И ты всё принесла?

— Да.

— И не спрашивала зачем?

— Нет, сеньор. Не моё это дело. Я просто делаю, что скажет сеньора, — вздохнула Делисия.

— Убери тут всё, — махнул рукой Виго, указывая на рассыпанную по полу посуду. — А потом пойдёшь в комнату донны Виолетты, перероешь всё и найдёшь свои покупки, если они остались. В каких бутылках ты это приносила, и всё отдашь Морису. Если хочешь работать тут и дальше. Поняла?

— Да, сеньор.

И Делисия прямо как была на коленях, так и поползла собирать раскатившуюся посуду в передник.

Морис подошёл к столу, увидев, как служанка смотрит на детали расследования, развешанные на стене, и отцепил полотно, чтобы прикрыть им бумаги и портреты, но в какой — то момент остановился.

— Э — э—э, Делисия, скажи — ка, ты узнаёшь кого — нибудь на этих рисунках? Ну или вообще что-то на этой стене?

— Ничего, эрр Морис, — служанка торопливо отвела взгляд, перехватила передник и поднялась с колен, — разве что этот человек уж больно вылитый помощник доктора Гаспара.

Сеньор Виго резко повернулся.

— Кто?!

— Да вот он, — ответила Делисия, поправила свой чепец и ткнула пальцем в портрет Хирурга, нарисованный Домеником со слов Мориса. — Только тут он как будто сеньор, а ежели на него надеть кепку да фланелевую рубаху, то и вылитый.

— Ты его видела?! Где? — сеньор Виго пересёк расстояние между столом и стеной в два шага и схватил Делисию за плечи, отчего она взвизгнула и снова выронила всю собранную в передник посуду. — Да не ори ты!

— Я… я… сеньор, я не знаю… я не уверена…

— Уверена! Уверена! Говори, давай! — сеньор Виго отпустил её, отступил на шаг и скрестил руки на груди. — Где именно ты его видела? Я дам тебе пять эскудо если ты вспомнишь всё в подробностях.

Глаза Делисии округлились, она открыла рот, потом закрыла, поправила чепец, и страх её как рукой сняло.

— Так это, сеньор Виго, стало быть, он приезжал сюда, привозил микстуры для дона Алехандро, в тот вечер, когда помните ещё в комнату сеньориты Оливии ночью заползла змея. Мы — то все тут носились как угорелые, готовились к фиесте, а он пока ждал донну Виолетту, когда она к нему спустится, то сидел на кухне, и даже помогал нам коробки с украшениями в кладовку отнести.

Сеньор Виго посмотрел на Мориса и у того на лице застыло выражение, можно было бы прочесть, как: «Вот же мы болваны!»

— Ты молодец, Делисия, молодец, — пробормотал сеньор Виго и достав из портмоне все монеты, какие были отдал их служанке. — А теперь иди. Иди отсюда, живо!

— Но… а посуда?

— Иди — иди, потом придёшь за посудой! — сеньор Виго почти вытолкал её за дверь, вернулся и остановившись напротив стены с бумагами, усмехнулся. — Морис, как тебе такое, а? Значит, всё — таки доктор? Но какой мотив?! Он хотел спасти моего отца совершенно искренне, и он действительно спас его своим лекарством, может он не знал, кто такой Хирург?

— Как это не знал? — фыркнул Морис. — Конечно знал! Он смотрел на этот самый портрет и сказал, что видит этого человека впервые и что-то о том, что он похож на студента — неудачника с нервным расстройством. А ещё обещал узнать была ли в больнице лягушка, яд которой нашли в бокале сеньориты Оливии.

— Да, действительно, он смотрел на этот портрет… — задумчиво произнёс Виго. — Но, может это какой — то случайный студент, которого он попросил отвезти лекарства?

— Или не случайный. И доктор врёт, — твёрдо ответил Морис.

— Но если мы его спросим…

— Если мы спросим, то может статься, что уже никогда не узнаем правды, — прервал Морис сомнения Виго. — Ни в коем случае нельзя обвинять доктора во лжи или раскрывать карты. Пусть он и дальше не знает об этом. Нужно действовать умнее. И хитрее. Чёрт, да от этой Делисии пользы больше, чем от инспектора Альвареса! — воскликнул Морис и принялся перевешивать листы, по-новому выстраивая цепочку расследования. — Раз с доном Диего, сеньором Джулианом и донной Виолеттой ситуация разъяснилась, то теперь всё самое интересное у нас оказалось сосредоточено вокруг доктора и сеньориты Оливии!