Глава 24

Егор

Женька прилетает сегодня. Ему пришлось задержаться в стае Верховного из-за стычки с Максом Вермутовым. Что произошло, он так и не объяснил. Сказал, что все при встрече. Ночь он пролежал в ожидании, когда затянутся раны. Что же у них такого произошло? Мы с Витей были в недоумении, но звонить Александру я не решился. Дождемся хоть каких-то оправданий от младшего Сорозова. А то, может, нам скорее претензии надо предъявлять, чем каяться.

В начале первого дверь в кабинет открылась и вошел виновник торжества. Внешне и не скажешь, что его вчера потрепали знатно. Но мы не знаем, что там под рубашкой. Он медленно прошел и сел напротив брата.

– Держите, – он протянул нам папки, – тут отчеты Верховного и Александра. Я бегло пробежался по именам. Все, что мы думали, подтвердил Верховный. Двоих человек он все же не включил в свой список. Так что, в принципе, присматриваем в штатном режиме, наверное. Начать предлагаю с папки от Инейного. Вот тут все очень интересно. Похоже, мы и в правду регулярно спонсируем отшельников.

– Что? – у меня глаз дернулся от возмущения. – Ты в своем уме? – рык все равно вырвался наружу, хоть я и хотел сдержаться.

– Егор, не кипятись. Там все так четко сделано, что, если лично не вел все, даже не догадаешься. Как в пословице отработали: «С миру по нитке, бедному рубаха». Надо выяснить, кто занимался этими проектами. Но только тихо. По кусочкам. Иначе будет подозрительно. В идеале, Егор, тебе надо свою память напрячь.

Мы с Витей начали активно вчитываться в названия фирм, их характеристики, сроки существования. Но самое интересное, что Александр провел колоссальную работу по изучению стоимости на материалы и строительные работы. Также правильно оценил процентное превышение стоимости сумм по договорам. Осознание того, что отшельники так близко, убивало. А сам факт, что мы еще и спонсировали нападение на нас, добивает окончательно.

– Так, ладно, пожалуй, отвлеку вас от этого действа, пока окончательно не стухли, – прервал нас малыш.

– Точно, насчет стухли. Отвлечешь позже своими новостями. Ты объясни-ка нам, что за стычка с Вермутовым? – перебил его Витя, а Женя сжал кулаки от злости.

– Мы просто немного не сошлись во взглядах. Ребят, мне правда стыдно за то, что не смог контролировать себя. Но это было очень резко. Я как его увидел, сразу захотелось прописать ему, чтобы проще был. Верховный нас осадил, но потом. В общем, не сдержались мы. Если необходимо, принесу извинения этому павлину.

– Резкая вспышка, говоришь? Контролировать не смог? – Начал Витя, переглядываясь со мной.

А я что? По-любому мысли у нас совпадают, ведь однажды такое уже видели. Лично с нами.

– Сдается мне, Жень, своего альфу ты нашел. Если это так, то будет непросто нам, – говорю ему, а тот лишь хмыкает. Но сейчас не будем углубляться. Если они связаны, то через неделю мы это увидим. Без альфы бета долго не может, как и наоборот.

В комнате повисло недолгое молчание. Новый факт немного ошарашил. У Луны, видимо, проблемы с чувством юмора, потому что так хитро переплести наши судьбы надо еще умудриться.

– Ладно, – хлопнув себя по коленям, первым тишину нарушил наш парнишка. – Держи, – и протянул мне флешку. – Это тебе привет от Александра. Личный привет. Не удержался, посмотрел. Оставляю вас двоих и вот этот ноутбук, и вот, – протянул нам конверты. Увесистые такие конверты.

– Что там? – не выдержал первым Витя.

– Приятный сюрприз. Главное, тут не распечатывайте ничего. Зря я, что ли, предотвращал попытку скачивания. Ну так. Вдруг их Олег не сможет защитить ваши компы от вируса заморского, – и ушел чертяка такой.

– Ты что-нибудь понял? – Витя стоял в шоке.

– Нет, Вить. Давай посмотрим, – и я вставил флешку.

Сердце в груди пропустило удар. Моя малышка. Ну, и Витькина тоже есть. Мы не стали смотреть фото, потому что сразу поняли, что в конвертах. Активно начали нажимать по видео. Наши девочки были счастливы и явно не боялись за свою безопасность. Может быть, они скрываются у нас под носом, что так не переживают?

Чуть не подравшись за то видео, которое следует открыть следующим, ведь девочки снимали друг друга, я быстро скинул все себе на телефон и ушел домой. Витя забрал с собой специальный комп от Вермутовых, и тоже быстро ретировался. Плевать нам на все сейчас. Главное, насмотреться. Только начал отвыкать от нее, а тут это. Сам ведь просил. Так что не могу винить его за честность и порядочность. Дома очень долго не решался включать видео, вскрывать конверт с фото. Уже давно стемнело, в руках бокал с виски, и я как дурак гипнотизирую предметы. Стоит ли и дальше поддаваться соблазну и узнавать, как она, какая она.

Любопытство все же взяло верх. Сначала я решил посмотреть видео. Ее голос словно музыка для меня. Она такая живая, веселая. Совершенно не такая, какой я ее запомнил в прошлый раз. Все слезы, похоже, давно выплакала. Сейчас моя девочка радуется своей беременности и передает нашим детям только позитивные эмоции. На видео, где она показывает снимки с УЗИ, сердце заходится в бешеном ритме. Видны маленькие ручки, ножки. Такие смешные. Хотел бы я быть сейчас рядом с ней. Положить руку на большой живот и почувствовать отклик ребенка.

Фото были еще лучше. На каждом из них она держала руками свой живот и смотрела так ласково, словно если я сейчас протяну руку, то дотронусь до нее. Луна, как же в груди все горит от боли отчаянья. Зачем все это? Почему мы не можем быть вместе? Почему я должен страдать вдали он нее, от них?

Ярость и боль захлестнули сознание, и я крушил все вокруг себя. Мне было искренне плевать, что ремонт будет капитальный. Я выбежал в ночь в животной ипостаси и гонял себя до боли в мышцах, лишь бы заглушить душевную рану. В дом вошел лишь на рассвете полностью обессилевший.

Проснулся через несколько часов и посмотрел на фотографию на прикроватной тумбочке. Милые ямочки от улыбки, смеющиеся глаза. Моя пара. Пожалуй, я мазохист. Надо поговорить с Азизом, как он справился с этим? А пока я позволю себе эту слабость.

* * *

Прошло три месяца, а мы так и не вышли на след отшельников в нужной мере. Круг сузился до четырех человек. И то мы понимали, что это лишь пешки. Кукловод где-то за кадром. Но кто он? Сегодня седьмое сентября. Небо заволокло свинцовыми тучами, дождь стоит стеной, словно солидарен с состоянием души. Всего три часа дня, а такое чувство, словно уже скоро наступит ночь.

– Можно? – Витя ходит сам не свой, с тех пор как Женя привез нам «приветик», и я его понимаю.

– Да, глупый вопрос, – тяжело вздохнул и отошел от окна к диванчику, где расположился друг.

– Паршивый сегодня день. Не находишь? – горько продолжил он.

– Согласен. И предчувствие какое-то странное. Словно что-то должно произойти. Страх сковал все внутри, – поделился с другом своими чувствами, потому что знал, он меня поймет.

– Думаешь, что-то плохое? – вкрадчиво произнес он.

– Я не знаю. Просто не могу себе места найти. Хочется бежать куда-то. А куда, не знаю. Словно я должен быть сейчас не здесь. Не могу объяснить, – это бессилие просто убивало.

– Все будет нормально. Может, стоит позвонить Александру? В конце концов, надо как-то решать вопрос с Женькой. Он ведь бета его сына, а в итоге оба рогом уперлись. Не хотят, видите ли. Может, так хоть отвлечешься? – он был явно обеспокоен состоянием брата, но и мое волновало его не меньше.

– Сами разберутся. Думаю, они еще не дошли до нужной кондиции. Подожди еще месяц. Потом будем действовать. Даже не верится, что прошел почти год.

– Да, почти год, – он тяжело вздохнул, – надеюсь, что в новом все изменится в лучшую сторону. Я устал. Смертельно, Егор, – впервые я увидел его глаза такими безжизненными.

– Я верю и, уж поверь, прекрасно понимаю. Мы с тобой оказались в одной ситуации и надеемся на одно и тоже. Скорее бы все это закончилось, – похлопал его по плечу в знак поддержки.

Устало откинулся на спинку дивана и ослабил галстук. Сейчас он ощущался как самая настоящая удавка. Мы оба молчали. Никто не решался разговаривать о наболевшем, не спешил открывать душу. Еще рано, еще страшно… Все в один миг стало так зыбко, что пугает до смерти.

– Знаешь. Я хочу, чтобы случилось чудо и мы все ошиблись, – решил прервать угнетающую тишину.

– Ты о чем? – Витька посмотрел на меня как на больного.

– Я хочу, чтобы Аня родила дочь. Больше всего на свете хочу дочь. Сыновья хорошо, но я хочу маленькую принцессу. Я даже в ту ночь мечтал именно о ней. Но, похоже, не получилось, – печально ухмыльнулся.

– У тебя хоть сыновья получились, радуйся и этому, – он встал с дивана, словно придавленный тяжелым грузом.

– Что ты имеешь в виду? – оперся на колени локтями, в то время пока он подошел к мини-бару.

– У нас с Полиной тоже кое-что было. Но по фото видно, что ничего не получилось. Даже не знаю, радоваться этому или нет, – кривая улыбка отразилась на его лице, даже болезненная я бы сказал.

– Вы… но как? Нет, технически я понимаю, но как вы смогли устоять, зная, что истинные? Могу понять еще ее, но ты? – я смотрел и искренне не представлял, как такое возможно.

– Тяжело, но смогли. Просто инстинкт сначала взял верх, а потом… потом… Неважно, в общем, – он тяжело выдохнул, показывая, что явно жалеет о том поступке. Правда, о каком именно, пока не понятно.

– Не представляю даже, чего тебе это стоило. Я не знаю, смог ли бы остановиться, находясь в здравом уме. Ведь даже под тем порошком волк ее признал. Метка была почти поставлена. Меня в последний момент отдернуло. Боялся, что напугаю человека.

– Я не принял метку, Егор. Я поступил как самая настоящая мразь. Я позволил ей это и потом отказал. Это мерзко. Она убегала вся в слезах. Я чувствую себя таким подонком, что крушить все хочется вокруг, – он был похож на загнанного зверя. Да и я тоже, наверное, не лучше выгляжу.

– Все образуется. Давай верить в это. Девчонки счастливы. Это самое главное сейчас. Будем решать все проблемы тогда, когда они вернутся. Сейчас главное, помочь им скорее вернуться домой, – мне хотелось хоть как-то его поддержать, но нужные слова так и не находились.

– Ты прав. Но все равно выть хочется. Еще волчицы эти. Загрызть хочется каждое полнолуние.

Мы поговорили еще о подозреваемых, старались себя отвлечь от личных проблем. А ближе к девяти вечера отправились по домам. Погода начала лютовать еще сильнее. Не смог отказать себе в удовольствии и приоткрыл дверь на террасу в спальне. Шум дождя хоть немного расслаблял. Даже не заметил, как уснул.

Проснулся от раската грома. Какого-то очень знакового. Осмотрелся по сторонам и увидел, что моя плюшевая семья лежит на полу. Мама с детьми, а папу откинуло очень далеко. Стало тошно от этого, и я поспешил собрать их всех вместе. Они не дают мне свихнуться окончательно и служат маяком. Не позволю никому и ничему разлучать меня с семьей, пусть и в таком странном эквиваленте.

Аня

– Полина! – кричу на всю комнату.

Девушка не заставила себя долго ждать, появилась буквально через минуту на пороге комнаты. Вся заспанная, в милой пижаме с мишками.

– Что случилось? Что-то болит? – растерянно спросила она.

– Ага, все. Воды отошли, – я заскулила как беспомощный щенок.

– Так, не паникуй. Только воды? Схватки уже начались? – она быстро раскрыла глаза и приняла серьезный вид.

– Нет, пока не очень. Один раз всего прихватили. Что мне делать? – сейчас она была моим спасательным кругом.

– Для начала отставить панику. Сейчас я быстро умоюсь. Потом помогу тебе принять ванну, подготовим тебя. А дальше ждем. Ты чего так испугалась? – она крепко обняла меня и гладила по голове.

– Еще ведь рано. Вдруг что-то случится?

– Успокойся, мамочка. Все у тебя по сроку. Я тебе дня через три говорила, ну, а малыши решили чуть раньше. Это нормально, тем более в твоем случае. А если учесть, что они уже недельку дали тебе отдохнуть от пинков, то вполне себе к сроку. Ты лучше походи пока. Можешь постоять. Если сложно, вот, – она поставила рядом с кроватью стул. – Обопрешься руками тогда. Нам с тобой надо, чтобы матка хорошо раскрылась, желательно побыстрее. Так что давай я тебе помогу, и поспешим.

И тут началось. Поля быстро умылась и повела в ванную меня. Она помогла мне помыться как маленькой, как и обычно в последний месяц. Малыши настолько выросли, что живот, казалось, просто лопнет от такого объема. На мою просьбу покушать был дан положительный ответ, и я накинулась на разогретые отбивные. Правда, утолить голод в полной мере мне не дали. Следующие десять часов оказались пыткой. Я устала ходить и просто легла на кушетку. Все, устала. Не знаю, как справлюсь с остальным…

Часа в четыре схватки начали усиливаться, и Полина начала засекать время. Несмотря на свои же слова о том, что сейчас мне кушать нельзя, принесла сладкий чай и парочку отбивных. Слюна быстро наполнила рот, и я с радость все съела. Даже легче стало.

Через час схватки стали очень частыми. Я не успевала даже перевести дух. Только и могла что тужиться.

– Давай, родная, я уже вижу первую головку, – и ласково гладит по животу. Правда, нажим ощущается. Она словно подталкивает его наружу.

– А можно мне кесарево, хоть на живую, на все согласна! – в перерыве между схваткой попыталась достучаться до нее.

– Нет, моя дорогая. Давай-ка ты сама. Этого в любом случае. Не халтурь, малыш к тебе хочет, а ты его задерживаешь. Ему тоже больно, так что помоги вам обоим.

Эти слова сыграли ключевую роль. Я не хочу, чтобы мой малыш долго страдал. Ну, я и помогла. Дышать правильно было тяжеловато. От постоянных болевых ощущений начинала не так напрягать мышцы, за что получала люлей от личного врача.

– Давай, совсем чуть-чуть. Уже плечико одно вышло. Ну же, второе помоги ему достать, второе, – пара схваток и все, она счастливо схватила комочек.

Весь красный, немного сморщенный, но такой хорошенький и маленький. Она стукнула его по попке и на всю комнату раздался громкий крик. Как же, потревожили маленького царя. Но долго мне нежиться не дали. Буквально через десять минут, едва Поля успела обмыть первенца и укутать в теплое одеяло, на свет поспешило второе чудо. Сейчас мне было легче. Полчаса, и второй крикун появился на свет. Мои мальчики. Крошки смешные. Я ждала, что они синенькие будут, а ничего подобного, они у меня красавцы.

Поля поднесла их ко мне и предложила взять на руки. Я попросила положить их рядом. Пока не хочу на себя. Там ведь еще третье сокровище задерживается.

– Полин, что с ними? – мое сердце замерло от ужаса.

Глазки малышей были склеены. Видно веки, где должны были разлепиться. Но этого не произошло. Что случилось? Патологий ведь не было!

– Я не знаю. Если учесть, что вы у меня необычные, давай не будем паниковать. Возможно, просто волчья сущность у них очень сильная, и через десять-четырнадцать дней они откроются. Не паникуй раньше времени, – малыши заворочались, словно они согласны с ее доводами.

– Надеюсь. Луна, пусть все будет хорошо, – я смотрела в потолок, хотя перед глазами стояла та картинка из сна.

– Ты умничка, не близнецов родила. Всем будет проще их отличать. Как назовешь? – она решила отвлечь меня от плохих мыслей, за что была ей очень благодарна.

– Богдан и Бронислав, – поглаживая чудесные головки с редкими волосиками, произнесла на одном дыхании.

– Красиво. Но тебе не кажется, что не современно? – она шутливо сморщила носик.

– Нет, будут Дан и Слава. По крайней мере, для семьи. Что скажешь? – и посмотрела на нее, ожидая одобрения.

– Мне нравится. Да и они в первую очередь твои. Дан, хочешь Михаилом быть? – он недовольно закряхтел и начал ворочаться, – Слав, а ты Андреем? – второй сынишка повторил за старшим. – Во-о-от, даже мальчики довольны и не хотят других имен. Остальное не важно.

Прошло около часа, и Полина начала нервничать. Схватки были слабыми, и она начала готовить какие-то уколы. Даже согласилась еще раз меня покормить, чтобы сил набралась.

– Ань, если в течение получаса схватки не возобновятся, я сделаю укол окситоцина. Будет больно, но так надо. Третьего нет малыша, а мне ты еще не все отдала, так скажем. Не дело.

– Нет, она там, – я схватилась за живот, который, мне кажется, немного осел.

– Малышка, я в этом не уверена. Даже на УЗИ их было двое, – мальчики недовольно заплакали.

– Тише, мои хорошие, тише, – попыталась их успокоить. – Поль, просто верь мне. Это еще не все.

Она лишь согласно кивнула. Но в начале десятого все же сделала укол, потому что схватки были сильными, но редкими. Мне не хватало помощи. Она и так оттягивала как могла. Через час меня начало выворачивать наизнанку. Но мучения были оправданы.

– Ну вот ведь непослушный ребенок. Все через попу, – недовольно начала бухтеть подруга. – Ножками пошла. Ну, мамочка, тут осторожно. Дышим, дорогая.

Как ни странно, но малышка появилась очень быстро. Я не ожидала. Даже Полинка удивилась. Быстро привела ее в порядок и положила шоколадную головку рядом со мной.

– Аленка. Такая же шоколадная и сладкая, – счастливо улыбнулась и продолжила завершать роды.

В одиннадцать мы уже были счастливы от завершения этого сложного и поистине долгого дня. Теперь я буду обожать седьмое сентября.

– Ну что, с днем рождения, – Полина помогла уложить их в кроватки, а меня перевезла в мою комнату. Теперь я поистине счастлива.

– Да, с днем рождения!

И чокнулись стаканами с молоком.