Глава 30
Занимательная история в исполнении друзей моего мужа выглядит… Еще занимательней.
Учитывая, что Ассандр молчит, Карс удачно прикидывается косноязычным деревенским дурачком, а Волк – надменной хищной скотиной, из которой и слова в простоте не вытянешь, то можно оценить в полной мере, насколько мне… занимательно, да.
Мозаику эту из недомолвок, дурацких многозначительных взглядов друг на друга и глупого «беканья» складывать и пытаться выстроить из нее хоть сколько-нибудь логичную картину, непросто.
Мне удается, тем не менее, даже несмотря на откровенные недоговорки и вопиющие белые пятна, и всего-то через час и три бокала сладкого вина, потому что чего покрепче леди не положено, история начинает обретать реальные черты.
Все выглядит, конечно, на редкость неприятно, на самом деле.
Начать с того, что сидящие в одной комнате со мной… э-э-э… существа когда-то повлияли на историю государства. Каким образом? Все очень просто.
Не всем нравился Солнце наше ясное Император Анджеер, или, как его ласково называет Карс «Ежи»… Верней, может, как человек, он и нравился, а вот как Император…
У Ежи не было единоутробных и единокровных братьев и сестер, только двоюродные, и оттого у всех причастных имелось море надежд, что род Императора, Друга Драконов, как называли предка Ежи, первым сумевшего привлечь на свою сторону равнодушных к делам людским драконов, прервется.
Сам Ежи эти надежды постоянно подпитывал своим безумным поведением и дурацкими выходками.
И даже, пару раз, давал этим надеждам чуть ли не железное обоснование.
Но его отец отличался редкостной предусмотрительностью, и друзей в наследство сыну оставил правильных.
И потому, когда пришел его срок, Ежи успел вернуться. И заявить права на престол.
Другие знатные господа, стоящие вторыми, третьими и так далее претендентами на престол, расстроились. И принялись от расстройства делать всякие неприятные вещи. Например, принимать подарки у представителей Султаната, уже много сотен лет хищно поглядывающего на жирные пахотные земли и богатые железом горы Империи.
Султанат всегда отличался особо изощренной политикой и умением вовремя проявить свой двуличный нрав. Момент смерти одного Императора и восхождения на престол другого показался им удобным.
На Ежи было совершено нападение, одновременно по всей границе с Султанатом начались массовые нападения на приграничные города и поселения, народ взбунтовался, а в столице появился самозванец, якобы, родной брат Ежи, потерянный в детстве.
Безусловный бред, но народу понравилось.
Ежи, который при дворе в последние десять лет правления отца появлялся только в виде нестоящей на ногах тушки (не потому, что злоупотреблял, а потому, что себя не берег, постоянно влезая в авантюры и получая по своей императорской башке то мечом, то камнем, то, по-простому, кулаком), сторонников, естественно, никаких не имел, в делах придворных разбирался плохо, а потому не сразу смог достойно среагировать на атаку по всем фронтам.
В итоге случилась серьезная заварушка, и только участие Ассандра и компании помогло устоять трону.
Ежи им был крайне благодарен, щедро отсыпал всего, чего можно, и позволил переключиться на свои любимые занятия: шатание по Империи в поисках наиболее мерзких мест, где можно с радостью поджарить зад.
Конечно, ему бы очень хотелось оставить своих друзей при себе, но… Карс, например, не любил душных городов, предпочитая бескрайние дороги Империи, Волк, наоборот, тяготел к городам, но вовсе не к благополучной их части… Проще говоря, обожал людские пороки и самое днище криминального мира. И даже, говорят, какое-то там место занимал в их своеобразной иерархии. Ассандр – большой любитель воевать. Граница, вечно тревожная и пылающая, была его стихией. Еще парочка людей остепенились и женились. И только трое из Названных Братьев Императора остались при нем, сформировав личную охрану.
И вот теперь Анджеер призвал ко двору всех своих Братьев… И не просто так, к сожалению.
Ситуация в стране была предвоенная.
И тут надо сказать, что драконы, с которыми заключал договор предок Анджеера, долгие столетия были пугалом для других государств, очень уж серьезные разрушения несли они вражескому войску. Вот только мало их было. И тогда мало, и сейчас тоже.
Тогда, несколько столетий назад, установив мечом и огнем границы ныне существующей Империи, большинство драконьих кланов вернулось к естественным местам обитания, в любимые горы. Горами наша Империя была богата, как ни одна другая страна, а потому основная масса драконов обреталась у нас. И, конечно, они имели все основания хотеть, чтоб бесконечные людские дрязги касались их меньше всего. Надо полагать, предок Анджеера им это все сумел пообещать, и, что самое главное, соблюсти эти обещания.
Среди людей остались только самые молодые на тот момент, самые любопытные драконы, часть из которых потом вернулась обратно к родным горам, а часть обосновалась в удаленных Драконьих академиях.
Городов драконы не любили, хотя резиденции каждый из кланов, конечно, имел в столице и в Каррасе, втором по величине городе Империи, огромном, шумном, торговом. Каррас имел выход напрямую к морю и являлся морскими воротами Империи.
Вообще, из драконов получились на редкость удобные союзники: власти им не требовалось, между собой они не воевали, держали в своем ведении всю разработку металлов, как редкоземельных, так и самых распространенных, необходимых везде. И богатели, конечно же, на этом всем безбожно, отдавая заранее оговоренную долю людям. Они никогда не нарушали своих обязательств, чтили законы и вели себя совершенно не агрессивно. Чего не скажешь об их многочисленных потомках, в которых драконья кровь смешивалась с человеческой, получая на выходе самые разнообразые формы.
Ну и во время гона, конечно, что у драконов, что у их потомков, голова отключалась. Не полностью, но достаточно для того, чтоб быть опасными…
Так что, после восстановления границ, Империя зажила себе вполне счастливо. Так, потрясывало чуть-чуть, но это же везде бывает. То бунт какой-нибудь случится, то разбойники морские нападут, то степь придет.
Со всем этим справлялись без прямой помощи драконов, не привлекая их основную массу и обходясь теми, что имелись в Империи и их потомками.
И только последние годы, уже во времена правления Анджеера, участились нападения. Причем, со всех сторон.
Это напоминало осторожные покусывания волками большого бурого медведя, такую проверку на прочность. Ответит ли? Отмахнется? Не заметит?
Доходило до того, что на границах начинались прямые противостояния, причем, ни одна из стран-соседей не брала на себя отвественность за эти нападения. Послы этих стран в столице делали горестные глаза и сетовали, что разбойники в последнее время донимают… Житья не дают… А то, что у разбойников имелось вполне себе профессональное вооружение и навыки кадровых военных… Ну так это доказать еще надо! Мало ли, где они что взяли, и кто к ним прибился? Люди-то разные ходят…
Шпионы Империи, которых немало водилось в дружелюбных соседних государствах, в один голос твердили, что внешний облик Империи, грозной, огнедышащей, суровой и скорой на расправу, давным-давно поблек, и теперь она – колосс на глиняных ногах. Что везде твердят, будто драконы ушли, и назад возвращаться не собираются, что, если сейчас напасть, то легко можно будет дойти до самых гор и уже там, на месте, договариваться с драконами…
Повторить подвиг первого Императора, сумевшего предложить драконам такие условия сотрудничества, от которых они не смогли бы отказаться.
Конечно, для тех, кто имел напрямую дело с драконами, как и для самого Императора, такие домыслы выглядели смешно и бредово, но вот проблема: таких людей, умеющих трезво смотреть на вещи, было крайне мало.
Людской век короток, даже маги, потомки драконов, живут до ста пятидесяти лет, а то и меньше, потому что огонь внутренний жжет, подрывает слабую плоть человека. И потому грозное величие Империи осталось только в памяти потомков, да в старых книгах.
Кто из новых правителей заглядывает туда?
Султан, недавно с кровью восшедший на отцовский престол, молод и горяч. Он жаждет воинской славы и слушает своих советников, которые едва ли старше его. Король северных территорий, наоборот, дряхл и в старческом маразме. А страной руководит его жена. Вернее, ее любовник, временщик, желающий быстрого обогащения за счет кажущейся слабой соседней страны.
Степь… Ну, там все понятно. Там всегда мало места и много людей. Они будут рады жирным военным трофеям, рабам и скоту. Средневековье какое-то…
В итоге, Император, связав воедино все тревожащие узелки, получил неплохую такую сеть будущего… Безрадостную.
И решил, что необходимо бить на опережение.
А для этого нужно тряхнуть старыми связями и показать всем, кто посмел кусать, что Империя сильна, и союз с драконами в силе.
К драконам был отправлен… Ассандр.
Да, как потомок одного из самых могущественных и богатейших кланов, он должен был облететь всех остальных глав и предложить отпустить молодняк повеселиться на границе. Ну, или, может, кто-то из зрелых драконов захочет тряхнуть стариной.
Конечно, на первых порах можно было бы обойтись своими силами, но потомки драконов, из тех, что умели оборачиваться, по большей части своей не имели такой огненной мощи, как чистокровные драконы.
Да и выглядели, прямо скажем, несерьзено. Более мелкими, более неустойчивыми в воздухе.
А, учитывая, что прямых потомков, в ком была половина дракона или хотя бы четверть, имелось не очень много, то серьезный кадровый дефицит налицо.
Один взрослый дракон мог натворить такого, что потом долго в страшных снах снилось всем присутствовавшим при этом событии людям.
Его сын мог качественно прижечь пару-тройку отрядов с лошадьми и обладал непробиваемой шкурой.
Его внук мог поиграть с огнем и невысоко взлететь, что выглядело устрашающе, но и только.
А вот все остальные… Если удавалось обернуться, то максимум, на что они были способны, это придавить драконьей задницей парочку всдаников. И все.
Их можно было пробить современным оружием, и умирали они так же быстро, как и обычные люди.
Что уж говорить о женщинах, которые же обернуться не могли?
Вырождались колдуны и колдуньи, все меньше и меньше было среди людей тех, кто реально способен причинить серьезный ущерб. Таких, как я, например.
Ассандр признался, что имел насчет меня крайне неприятный разговор с ректором, чистокровным, кстати, драконом, своим дядей по матери.
И ректор наотрез отказывался отдавать меня.
Потому что моя убойная мощь, пусть и малоконтролируемая, превосходила все мыслимые пределы.
И то, что Ассандр эгоистично захотел меня себе, ни в какие ворота не вписывалось.
Именно поэтому мой дракон так спешил.
Именно поэтому он утащил меня и заявил на меня свои права. Права, которые никто не мог оспорить… Кроме другого, более сильного дракона…