Глава 11. Отборные невесты

Всю ночь я провела в размышлениях. Разумеется, мой «дар» смущал меня и раньше, но пока он казался логичным (мало ли кто здесь может управлять стихиями), я особо не цеплялась за него. Принимала как данность. А вот теперь...

Маркус выглядел удивленным, и, признаться, эта его эмоция повлияла на меня особенно сильно. Если великий храэн, который судьбами людей распоряжается по щелчку пальцев, умудрился изумиться, значит, всё не так просто.

В общем, ночка выдалась бессонная. А с самого утра ко мне заглянула Дина. Я бы даже уточнила, что утро было настолько ранним, что ещё даже не светало толком. Черное небо едва-едва начало пунцоветь.

— Просто Катя... — потеребила меня Дина за плечо. — Просыпайтесь...

— Сгинь, нечистая сила, — пробубнила я, накрывшись с головой подушкой. — Нельзя будить людей в такое время!

— Почему? — искренне заинтересовалась Дина. — Это по вашим законам так? А в какое время можно будить? А что будет с теми, кто разбудит? А чистым можно будить? Я, если что, чистая, только вчера мылась. Не вся, правда...

Она тараторила, не прекращая, и я с тоской осознала, что выхода нет: придется вставать. Да ещё и объяснять, что скрывается под моей претензией, а то девушка явно собиралась помыть себя во внеурочный раз, только бы иметь возможность меня разбудить.

— Рассказывай, что случилось, — вздохнула я, натягивая свое «непристойное» платье.

— Так ничего особенного, — засмущалась девушка.

«Я тебя убью», — миролюбиво подумала я.

— Просто я созвала девушек для этого, как вы его назвали, отбора невест.

Опа, а это уже любопытно. Ради такого я даже глаза разлеплю, а то так и стою, щурясь, пока Дина причесывает мои лохмы.

— И много получилось?

— Штук тридцать, — сказала служанка так, словно невесты были поштучным товаром. — Я их специально с утра позвала... ну, чтоб вы на них посмотрели до храэна Лоренсо. Вдруг вам кто-то не понравится. Посчитаете, что... ну... слишком много шансов выиграть.

Кажется, она до сих пор надеялась, что из всего многообразия предложенных баб Маркус выберет меня. В сказках о любви ведь так и случается. Нет такого, чтобы принцу была суждена та единственная и неповторимая, но он случайно забыл об этом и выбрал в жены принцессу с большими бедрами.

Я же в глубине души очень надеялась, что в нашей истории случится что-то подобное, и жених от меня отстанет.

Итак, мы вышли с территории поместья и дошли до конца улицы, где на кучки разбились будущие невесты.

Девушки были, прямо скажем, на подбор. Точнее — термин «девушки» не совсем подходил тому, что предстало перед моим взором. Дина умудрилась подобрать таких невест, что первым делом мне захотелось перекреститься, а вторым — окропить их всех антисептиком.

Чего стоила только безразмерная особа в замызганном чем-то платье. Неопределенного возраста (от двадцати до шестидесяти), она постоянно почесывала голову, трясла ею, затем давила что-то в пальцах. Кажется, ей жених не особо и требовался — она давно и навечно связала свою жизнь со вшами.

Другая, молоденькая, но не менее грязная, со знанием дела ковыряла в носу, а затем пробовала на вкус его содержимое. Третья очень напоминала мне даму легкого поведения. По крайней мере, её платье лишь ненамного было целомудреннее моего, а на губах алела помада. Четвертая с пятой похабно шутили, что если храэн зазевается — они тотчас спустят с него портки и покажут, почему они самые достойные. При этом дамы плотоядно клацали зубами.

Мне вдруг стало очень жалко Лоренсо...

Нет, были здесь и приличные миловидные девушки (примерно две трети), но среди бойких бабищ они смотрелись как цветущие ромашки среди сорняков. Последняя треть оттеняла их своей оригинальностью (и крепким запахом).

— А ты где их нашла?

— Не нравятся? — огорчилась Дина. — Я самые плохие варианты отсеяла без вашего разрешения...

То есть кто-то был хуже?! Ух ты, прелесть какая! Жаль, я их не оценила во всей красе.

— Нет-нет, очень нравятся, — совсем не соврала я. — Просто интересно, как тебе удалось сделать такую работу за столь короткий срок.

Служанка обрадованно заулыбалась.

— Да я кинула клич среди подруг, те растрепали среди знакомых. Ну, вы сами знаете, как это бывает. Вот все и узнали. Ну, что? Вы готовы к отбору? Что требуется делать?

А чтоб я сама знала, что требуется делать...

Не то чтобы у меня был большой опыт организации отборов невест и вообще каких-либо мероприятий. Максимум я организовывала один раз в своей жизни девичник, который закончился сломанным носом и рукой невесты, которая под конец вечера умудрилась эпично поскользнуться на обледенелом крыльце кафе.

Поэтому особо больших планов я не строила, собиралась просто эффектно ввалиться в рабочий кабинет Маркуса всей нашей задорной толпой и доставить ему максимум удовольствия. Ну и себе заодно, ага.

— Слушай... А музыканты в подчинении Лоренсо есть? — спросила я у служанки, думая, как бы поэффектнее состряпать наш «выход на арену».

Дина охотно закивала.

— Ну, конечно, целый оркестр! Храэн Лоренсо вообще большой ценитель хорошей музыки и ярких впечатлений!

О, это я ему сегодня сполна устрою. Всё для дорогого жениха, да-да.

— Велеть им прийти, просто Катя?..

— О да-а-а, — я с широкой ухмылкой потерла ладони в предвкушении представления. — Будем создавать, хм... Праздничную атмосферу на отборе невест. Всё в лучших традициях наших миров!

Дина воодушевленно закивала и побежала выполнять мой приказ, даже не догадываясь, как я внутренне покатываюсь со смеху.

В итоге больше всего времени я провозилась именно с музыкантами, которым пыталась объяснить, чего хочу от них добиться. К счастью, местный оркестр оказался весьма проницательный и умеющий импровизировать, так что молодые музыканты относительно быстро подстроились под мелодию, которую я им напела. Певица из меня была примерно такая же, как организатор безопасных девичников, но музыканты хорошо уловили суть.

Музыканты самодовольно улыбались, глядя на счастливую меня, аж подпрыгивающую на месте и хлопающую в ладоши от удовольствия, когда я послушала итоговый вариант их музыкальной композиции. Думали, что это я так восхищаюсь их мастерством, хотя правда заключалась в том, что я была в полном восторге от того, какую интересную вариацию циркового марша исполнил оркестр. Мрачная пафосная мелодия как нельзя лучше подходила для антуража задуманного мной бродячего цирка.

Наверняка в этом мире существовали какие-то местные цирковые представления, но со своим антуражем и музыкальным оформлением, так как ни у кого из присутствующих не вызвала вопросов подозрительная мелодия. Что ж, мне же лучше. Пусть считают это — местной традиционной музыкой моего мира, а хихикающую меня — просто очень счастливой невестой, а не едва сдерживающейся от хохота издевающейся девушкой.

Широченная улыбка так и продолжала украшать мое лицо, когда я распахнула тяжелые двери, ведущие в просторный кабинет Маркуса, и первая шагнула вперед, желая занять самое лучшее место в «зрительном ряду».

Маркус в это время работал, сидя за длинным столом, зарывшись в бумаги. Он поднял голову на звук и вопросительно изогнул одну бровь, с недоумением глядя на подозрительно довольную меня.

— У меня для тебя сюрприз, милый! — с придыханием произнесла я.

Тут Маркус ощутимо напрягся и почуял, что дело пахнет гарью, потому что подобное мое благодушное настроение вряд ли сулит что-то хорошее.

Я широким жестом пригласила всю стоящую за собой толпу в рабочий зал и дала знак музыкантам начинать.

Оркестр с пафосным медленным маршем* вошел в зал, а за ним не особо грациозно, но не менее пафосно проследовали девицы на выданье. Согласно моим ранее выданным инструкциям все девушки выстроились в два ряда перед Маркусом и низко поклонились, приветствуя величественного храэна Лоренсо.

[*примечание автора: рекомендую послушать музыкальные композицию «Mirco» Cirque Du Soleil, которую мог бы играть оркестр и которая прекрасно передаёт атмосферу этого эпизода ;))]

Вид у него сейчас был, правда, не особо величественный. Скорее уж — жутко растерянный и весьма комичный.

— Э... Кэти? — неуверенно протянул он. — Как это всё понимать?

Я радостным голосочком защебетала всякую чушь про якобы существующий в моем мире обычай по отбору невест. И чем больше щебетала, тем больше глаза Маркуса наливались яростью, потому что до него дошло, что я над ним попросту издевалась. И заодно поставила в то неловкое положение, когда вроде как нельзя прогнать всех одним махом и тем самым опозорить свою невесту. Интересно, как он будет выкручиваться?

— Всё должно быть красиво и честно, милый, — белозубо улыбалась я, наслаждаясь свирепым взглядом Маркуса на меня исподлобья. — Ты должен убедиться, что я действительно та самая единственная, к кому лежит твоя душа! А я должна в испытаниях доказать свое превосходство над тремя десятками прекрасных невест!

Лоренсо с сомнением окинул взглядом «прекрасных невест». Нет, были среди всей этой пестрой толпы и действительно прекрасные девушки, но взгляд больше всего цеплялся за тех, кто особо выпячивался непрестанным поиском вшей у себя в прическе. Или случайно оброненной флягой, которая выкатилась откуда-то из-под юбок одной мускулистой девушки, чью талию Маркус вряд смог бы обхватить двумя руками.

Маркус задумчиво посмотрел на покатившуюся по полу флягу и перевел взгляд на меня.

— Она просто очень нервничает перед встречей с великим храэном Лоренсо, — не моргнув глазом, пояснила я.

Девушка тем временем не растерялась, извиняюще ойкнула, нагнулась за флягой и без стеснения сделала из нее крупный глоток. В зале запахло чем-то терпким, травянистым.

— Очень нервничает, — добавила я с непроницаемым выражением лица. — Думаю, ей следует уделить внимание в первую очередь, чтобы не заставлять ждать своей судьбы, правда же?

Под несмолкающий цирковой марш оркестра, под убийственным взглядом Маркуса девушка убрала флягу обратно за пазуху, элегантным жестом поправила изрядно потрепанное платье. Зазывающе подмигнула храэну и плотоядно облизнулась.

Лоренсо нервно сглотнул и сделал маленький шажок назад.

— Отбор невест, говоришь... — пробормотал Маркус, чей голос звенел от едва сдерживаемой лютой ярости. — Испытания, значит... Хочешь доказать свое превосходство, дорогая моя? Что ж... Я согласен.

И уставился на меня вызывающим взглядом, с мрачной улыбкой на лице.

Я опешила, не ожидая такого развития событий.

Э, в смысле? Мы так не договаривались вообще-то!!

С другой стороны, я вдохнула и выдохнула, понимая, что в сущности ничего страшного не случилось. Так даже лучше. Ну, пусть отбирает, пусть осматривает, ощупывает, зубы пересчитывает. Мне-то что? Только свое время даром потеряет.

— Ну и какие испытания в твоем мире предусмотрены для невест? — Маркус взялся обходить нестройные шеренги.

— Э-э-э, например, нужно спеть песню, — нашлась я.

Если честно, ответ родился спонтанно. Ну, не заглядывала я так далеко. Думала, разозлю Лоренсо, доведу его до бешенства, он всех баб разгонит, и дело с концом. Кто ж знал, что местные храэны такие упертые, что готовы заниматься изначально упоротым мероприятием.

— И кто побеждает? — Маркус остановился, заложив руки за спиной как военачальник.

— Разумеется, тот, кто лучше остальных споет.

— Отлично, — он кивнул. — Девушки, а сейчас вы будете петь. Предупреждаю, кто сфальшивит — того я прикажу казнить немедля. Дело в том, что у меня идеальный слух, тонкая душевная организация, потому я слишком болезненно отношусь к плохому исполнению. Впрочем, цена победы столь велика, что за неё не жалко и голову отдать. Не так ли? Если вы внезапно передумали участвовать в отборе — самое время уйти. Даю вам двадцать секунд.

Девицы взялись переглядываться, моргать, с ужасом пятиться, стремясь к выходу. Желающих осталось человек пять, причем одна из них та нетрезвая особа, которой и море уже было по колено, и горы по плечу. Мне кажется, она даже условий не слышала, потому что очень уж громко икнула прямо посередине.

Маркус посмотрел на оставшихся девиц с уважением.

— А теперь будь добра, спой для меня, Кэти, — щелкнул пальцами. — Покажи, на что стоит ориентироваться остальным.

Петь я не умела, не любила и не собиралась.

— Пой, не стесняйся, — голос потяжелел, и внезапно я поняла, что лучше спеть, чем попытаться объяснить, почему это плохая идея. — Оркестр, музыку. Да-да, ту самую, которую вы играли до этого. Кэти, пожалуйста, не заставляй меня повторять, иначе я созову всё поместье, дабы послушать тебя.

— Во поле береза стояла... — взвыла я, беря единую ноту и даже не пытаясь попасть в тональность к маршу. — Во поле кучерявая стояла... ой, кудрявая... лю-ли, лю-ли стояла...

Песню я подобрала как никогда подходящую и ситуации, и звуковому сопровождению. Во взглядах моих «конкуренток» появилось удовлетворение. Наверное, они подумали, что если мерой является такое пение — они точно победят. Причем мне голову отрубят ещё до конца первого куплета.

Не то, чтобы я знала дальнейший текст. Кто-нибудь вообще в курсе, о чем там дальше поется?

В общем, я затихла. Маркус покивал, цокнул языком и сказал:

— Это именно то, чего я всегда искал. Отбор отменяется, твое пение греет мой слух, дорогая невеста... Я понял, что не ошибся в выборе...

Смотрел он при этом настолько нежно и ласково, что возникал резонный вопрос: а не свихнулся ли он от моего вольного исполнения русских народных песен?

— Девушки, идите, прошу вас, — махнул рукой на конкурсанток. — Никто не сравнится с моей звонкой невестой... она — та, что предназначена мне богами! Кто будет уходить последней — закройте за собой дверь. Вас это тоже касается, — обратился к представителям оркестра, занимающим добрую половину кабинета.

Вскоре мы остались вдвоем, и если честно, мне очень захотелось тоже по-быстренькому свалить.